Глава 1

      Я сидел на деревянной лавке, сжимая руками собственные плечи. В тепле от огня, казалось, моё тело постепенно оживало, но в голове царил хаос. Каждая мысль порождала вопросы: эти странные хижины, странные, невиданные нигде конусообразные горы, и… я же только что говорил с этим бородатым мужчиной, но как? Язык был странным, незнакомым, но мои уста произнесли слова, а мужчина их понял.       Происходящее сильно выбивалось из любых адекватных сценариев, что я никак не мог сложить все версии в одну кучку. Пока что все допущения были исключительно фантастическими.       Мужчина внимательно наблюдал за мной, сдержанно прихлебывая что-то из деревянной кружки. Его глаза блестели в свете очага, и смотрели зорко. Лёгкий стук кружки о стол казался частью какого-то неторопливого ритуала, в то время как его напряженная поза и чуть приподнятые брови выдавали скрытое напряжение. Взгляд его был настороженным, но, видимо, интерес взял верх.       — Значит, ты говоришь, оказался здесь случайно? — проронил он наконец, нарушая тишину. — Случайности здесь не редкость в этих землях.       Я кивнул, не совсем понимая, что имеет в виду собеседник. Однако было что-то странное в его словах. Словно он был готов допустить любую версию событий, даже ту, на которую я сам не способен обратить внимание.       — Что это за место? Вы… вы можете мне помочь? — наконец спросил я, чувствуя, что нервы сдают.       Мужчина поставил кружку на грубо вытесанный стол и внимательно посмотрел на меня.       — Ты на острове Драм. Знаешь такое место?       «Драм?» название не вызывало ни малейших ассоциаций. Неплохо зная географию, я не мог вспомнить такого острова, никаких ассоциаций. Но в то же время, а много ли я островов вообще знаю поимённо? Мой взгляд невольно метнулся к окну, за которым тянулись заснеженные деревья и горы фантастической формы. Всё это выглядело как вырванное из фантазий.       — Нет, — тихо ответил я. — Никогда не слышал.       Мужчина хмыкнул, но ничего не сказал. Лишь махнул рукой, вставая с места.       — В любом случае, тебе надо согреться и прийти в себя. Староста захочет узнать, что ты за человек. До него ещё дойдёшь. Меня зовут Фредерик. И знай: тут никто не даст тебе замерзнуть насмерть, но и помощи сверх меры не жди. Все заняты своими проблемами.       — Спасибо, Фредерик, — выдавил я. Я не знал, что ещё сказать. Оставалось только идти вперёд, как всегда, анализируя всю входящую информацию.       — Отдохни. Завтра решим, что с тобой делать, — сказал он, уходя к дальней двери.       Фредерик провёл меня в комнату. Весь дом казался странным, я сам родился в деревне и представляю, как живут сельчане. Этот дом напоминал мне реставрации из средневековья: массивные балки, грубо обработанные вручную, свисали с потолка. Глиняные стены, покрытые известкой, выглядели так, словно помнили десятки зим. Пол был выложен деревянными досками, тёмными от времени и множества шагов. Пока мы были в гостиной, я обратил внимание на стоящий в центре комнаты каменную печь, вокруг которого были расставлены простые табуреты и скамьи. Никогда я ещё не видел такой конструкции. Вместо привычного запаха копоти, воздух вокруг был наполнен легким травяным ароматом.       В углу моей новообретенной комнаты находился низкий деревянный сундук с коваными железными уголками, а светильники представляли собой железные крюки с горящими лучинами. Никакого намека на современные удобства — всё здесь дышало духом прошлого, веками без электричества и центральной отопительной системы.       Как бы то ни было, мне следовало бы начать готовить вопросы и ответы таким образом, чтобы моя история не была шокирующей, но в то же время была бы реалистичной для местных жителей. Скорее всего, судя по увиденному, мне придется глубоко погрузиться в контекст, прежде чем подходящая история будет сформирована. Но всё-таки, хотя бы изначальную линию поведения мне следовало бы глубоко продумать.       Если, конечно, я не планирую отправиться на местный ведьминский костёр.       На следующее утро я проснулся от тихого звона посуды и аппетитного аромата жареного мяса, смешанного с легкими нотками дыма от очага. Голова сегодня была в чуть более трезвом состоянии, чем вчера. Прохладный воздух в комнате бодрил, а первые лучи солнца пробивались через крошечное окно, играя на деревянных стенах. Комната, освещенная мягким светом из крошечного окна, выглядела ещё более чужой и странной. На мгновение я забыл, где нахожусь, но воспоминания о событиях вчерашнего дня быстро вернулись. Переодевшись в одежду, которую мне оставил Фредерик, я вышел из комнаты.       В гостиной Фредерик уже хлопотал у очага, переворачивая что-то в большой чугунной сковороде. Услышав шаги, он обернулся и кивнул.       — Доброе утро. Надеюсь, ты выспался. Завтрак готов, садись.       Я уселся на скамью у огня, наслаждаясь теплом. Фредерик пододвинул мне тарелку с чем-то, что напоминало толстые лепёшки с обжаренным мясом. Еда была простой, но неожиданно вкусной, а горячий чай с мёдом согревал изнутри.       — Спасибо, — сказал я, не зная, как ещё выразить свою благодарность.       Фредерик только кивнул, задумчиво потирая подбородок.       — Сегодня мы пойдём к старосте. Он решит, что с тобой делать. Не вздумай что-то выдумывать, он человек умный и строгий. Лучше придерживайся правды, если хочешь избежать лишних проблем.       Я только кивнул, ощущая тяжесть предстоящего разговора. Моя первая встреча с местными могла определить, как ко мне будут относиться в дальнейшем. Что важно, если у меня не получится вернутся назад в ближайшее время.       Фредерик перекинул через плечо небольшой кожаный мешок, оглядел меня и кивнул на дверь. Мы вышли из дома на освещенную утренним солнцем тропу. Снег под ногами скрипел, а дыхание тут же превращалось в густой пар. Деревня оживала: в стороне кто-то кормил скот, слышались звонкие удары топора, а из дымоходов поднимался темный дым.       — Староста живёт на той стороне деревни, — сказал Фредерик, указывая на крупную хижину с резными украшениями на фасаде. — Лучше держись спокойно, не выкручивайся.       Я кивнул, ощущая, как с каждым шагом напряжение внутри меня нарастает. Я пытался представить, что сказать, но в голове крутилась только одна мысль: “Я здесь чужак”.       Когда мы дошли до дома старосты, Фредерик постучал трижды по тяжёлой деревянной двери. Спустя мгновение она отворилась, и на пороге появился пожилой мужчина с седой бородой и острым, внимательным взглядом.       — Это тот самый человек, о котором я тебе говорил, Хальвард, — сказал Фредерик, слегка наклоняя голову в знак уважения. — Он странный, но… вроде бы не опасен.       Староста не ответил сразу, лишь пристально изучил меня, словно пытаясь увидеть что-то, что скрывалось за моими словами или внешностью.       — Ладно, входи, — наконец сказал он. — Поговорим.       Я вошел, чувствуя, как воздух в доме наполнился ароматами трав и дерева. Стены были увешаны странными предметами: фигурками, сделанными из костей и дерева, а в углу стоял массивный стол, на котором лежали книги и какие-то бумаги.       — Кто ты такой, парень? — задал староста прямой вопрос, усаживаясь за стол. — И зачем ты здесь?       Я глубоко вдохнул. Это был момент истины.       — Меня зовут Кейн, я... занимался консультированием торговых компаний, — я адаптировал свою профессию аналитика под местный, кажется, не самый высокий технологический уровень. — Вчера я выехал из своей деревни к озеру. Я практикую закаливание на морозе — это мой способ восстановления сил. Но когда я занырнул в озеро... боюсь, я не способен рассказать, что произошло дальше. Когда я очнулся, то оказался на абсолютно незнакомом берегу, без одежды, что осталась на том берегу. Осмотревшись, я обратил внимание на дым вдалеке и последовал сюда в поисках помощи. Я... я совершенно не понимаю, где оказался, и был бы очень благодарен за информацию. Скажите, где мы находимся? Мне сказали, что мы находимся на остров “Драм”. Что это за место?       Староста внимательно слушал меня, не перебивая, но его взгляд оставался настороженным. Когда я закончил говорить, в комнате на мгновение повисла тишина, нарушаемая только треском огня в очаге.       — Значит, ты говоришь, что был у озера и очнулся здесь? — протянул Хальвард, словно пытаясь осмыслить услышанное. Он наклонился вперёд, скрестив пальцы. — Это очень странная история, ты не находишь?       Я почувствовал холодок по спине от этих слов, но постарался не выдать тревогу.       — Расскажу тебе, что знаю. Драм — это остров, известный своим суровым климатом, обширными снежными просторами и легендарными врачами, способными вылечить самые сложные болезни. Это остров вечной зимы. В мире мы славимся под гордым титулом "Остров Врачей", каждое поколение жителей чтит традиции исцеления, а многие путешественники отправляются сюда в поисках помощи и знаний. Однако здешние земли суровы и безжалостны к тем, кто не подготовлен к жизни в условиях вечной зимы. Говоришь, у тебя не осталось вещей?       Я отрицательно покачал головой.       — Всё осталось там, у озера. Сейчас у меня есть только это, — я жестом указал на простую одежду, предоставленную Фредериком.       — Хм. Озеро, говоришь... У нас здесь не так много озёр, да и все они далеко от деревни. Как ты добрался сюда, да ещё и живым, в такой мороз? — Хальвард посмотрел на Фредерика.       — Я нашёл его у окраины леса, — пояснил Фредерик. — Едва не замёрз, но у него сил хватило дойти до деревни. Может, он говорит правду.       Староста задумчиво хмыкнул и снова обратил взгляд на меня. Его взгляд скользнул по моим рукам, словно проверяя, есть ли на них мозоли. Затем он задержался на моих глазах, будто пытаясь уловить малейшее колебание или ложь в моих словах.       — Скажите, а что за море омывает берега острова? И как называется страна, которой принадлежит остров?       Хальвард наклонился вперед, подперев подбородок рукой.       — Море, что омывает наши берега, известно как Гранд Лайн.       Он замолчал, оценивая мою реакцию. Я же постарался не демонстрировать недоумение. Было очевидно, что все местные жители знают о существовании этого моря, и это название было обязано вызвать ассоциации. Но не у меня.       Хмыкнув, староста продолжил:       — Что до страны, этот остров и сейчас принадлежит королевству, известному как Королевство Драм. Его правителем является король Хилдрек — мудрый и дальновидный человек, который гордится традицией врачевания своего народа. Он правит отсюда, из замка на одной из центральных гор. Правда, наши дела редко доходят до его внимания. Здесь, в Драме, люди ценят друг друга за дело. Ты можешь остаться, но только если докажешь свою полезность. У нас всегда нужны руки для охоты, помощи в деревне или чего-нибудь ещё. Но предупреждаю, — его взгляд стал суровее, — если я увижу хоть малейшую угрозу для деревни, тебе здесь не рады.       Я кивнул.       — Я понял. Я готов работать. Я не хочу доставлять неприятности. Если есть что-то, чем я могу помочь, скажите.       Хальвард откинулся назад, разглядывая Кейна с чуть меньшим напряжением.       — Хорошо. Фредерик, проводи его к Марии. Пусть она найдёт ему занятие. А позже возвращайся. У нас есть дела.       Фредерик коротко кивнул, затем жестом показал Кейну следовать за ним. Когда они вышли на улицу, деревня уже жила своей жизнью. Люди орудовали топорами, носили дрова и занимались мелкими работами. Но все взгляды словно приковывались к Кейну, как только он оказывался в поле зрения.       — Не обращай внимания, — бросил Фредерик, не оборачиваясь. — Новые лица здесь редкость. Люди подозрительны, но, если ты докажешь, что не враг, они примут тебя.       Они подошли к маленькому дому, который выглядел чуть более ухоженным, чем другие. У двери стояла большая женщина, её огромная фигура буквально перекрывала проём. Казалось, она была на две, а то и три головы выше меня. Её округлые формы и кудрявые волосы напоминали что-то медвежье. Она носила длинное коричневое пальто, украшенное светлым мехом, который добавлял её облику суровой, но по-своему тёплой внушительности.       — Это Мария, — сказал Фредерик. — Она даст тебе работу. Будь уважителен и не ленись.       Мария внимательно посмотрела на Кейна, будто оценивая его. Затем кивнула, указывая внутрь дома.       — Входи. Поговорим.       Войдя на порог дома, я коротко поклонился.       — Меня зовут Кейн. Фредерик мне сказал, что у вас есть работа?       Мария молча оглядела меня с ног до головы, её взгляд был цепким и оценивающим, словно она оценивала как мою силу, так и намерения. Несмотря на внушительный вид, она улыбалась, что смягчало строгость её черт. Её круглые кудрявые волосы придавали облику теплоту, которая странно сочеталась с её медвежьей фигурой. Она обошла меня по кругу, затем жестом указала на стол, заваленный корзинами с травами и небольшими стопками грубой ткани.       — Работа найдётся, — сказала она наконец. — Здесь, в деревне, каждый должен быть полезен. Вижу, ты силён, значит, сначала принесешь несколько тяжёлых мешков с травами из сарая. После этого займешься их разборкой и раскладыванием по мешкам. Если справишься, найду тебе занятие посложнее.       Я кивнул. Работа казалась незамысловатой, но в моем положении жаловаться было бы глупо. Я сел за стол, где аромат трав наполнял воздух терпкими и свежими нотами.       Мария показала, как отделять листья от стеблей, складывать их в отдельные мешочки и перевязывать. Работа оказалась монотонной, но в ней было что-то успокаивающее. Каждый отложенный листок давал ему ощущение занятости, позволяя хоть ненадолго забыть о своем положении. Единственный плюс происходящего - стресс помог избавится от грусти. Сейчас было совсем не время впадать в уныние.       — Откуда ты пришёл? — вдруг спросила она, не отрываясь от своей работы. Её голос звучал спокойно, но в нём слышалась скрытая настороженность.       Кейн сделал вид, что полностью сосредоточен на раскладывании трав.       — Я... издалека, — ответил он уклончиво. — Место, где я жил, сильно отличается от вашего. Здесь холоднее, да и люди совсем другие.       Мария хмыкнула.       — Это точно. На Драме непросто жить. Но у нас своя гордость.       Она на мгновение замолчала, словно обдумывая свои следующие слова.       — Если тебе понадобится помощь или совет, я буду рада помочь.       Кивнув, я все-таки решил повременить с вопросами. Все-таки, мы буквально только что познакомились, и следовало бы вначале притереться.       Отрабатывая свои первые задачи в доме Марии, я потихоньку входил во вкус от своей медитативной работы. Мария, похоже, начинала понемногу оттаивать в моем отношении: её взгляд стал менее настороженным, а в тоне появилась едва заметная теплота. Она очень часто улыбалась, поэтому постороннему это может быть не так заметно, но все-таки видя контраст в отношении, я уверился правильности своей линии поведения. Видимо, сдержанность и готовность к работе — это те самые качества, которые необходимы Марии. Вечером, после завершения работы, она подошла ко мне, протягивая кружку с чем-то горячим. Аромат напоминал мёд и травы.       — Ты хорошо справился, — сказала она, кивая на корзины, где теперь лежали аккуратно разложенные травы. — Завтра будешь помогать на складе. У нас скоро караван, и нужно подготовить груз.       — Караван? — я поднял взгляд, пытаясь не выдать свою заинтересованность слишком явно.       — Да, — ответила Мария, садясь рядом. — Раз в месяц мы отправляем караван в замок. Везем лекарства и травы, а возвращаемся с припасами, которых здесь не хватает. Это наш способ выживания в этих землях.       Эти слова вновь напомнили, что моё положение здесь временно. Очень надеюсь, что меня всё-таки не планируют выгонять на мороз.       — Мария, если возможно, у меня есть просьба. Я жил очень далеко и... могу ли я узнать у вас об окружающем мире? Чем дольше я здесь нахожусь, тем больше вопросов у меня возникает. Мне сказали, что остров омывает Гранд Лайн. Вы можете поделиться деталями географии? И вообще, мира? Я чувствую себя дикарем.       — Вот как, значит, — Мария на мгновение замерла, словно обдумывая, как лучше ответить. Затем её взгляд стал серьёзным, почти задумчивым. — Гранд Лайн — это место, которое называют морем чудес и кошмаров. Здесь погода меняется за секунды — от палящего солнца до яростных штормов, а острова наполнены опасностями. Это море известно также как прибежище пиратов, где слабых ждёт неминуемая гибель, а сильные творят легенды.       Она сделала паузу, словно проверяя, насколько её слова произвели эффект, и продолжила:       — Гранд Лайн находится в центре мирового океана и пересекает Ред Лайн, создавая уникальную структуру. Четыре больших моря — Ист Блу, Саут Блу, Вест Блу и Норт Блу отделены друг от друга природными границами: Ред Лайн и Гранд Лайн. У каждого моря своя история, свои традиции и люди. Если Гранд Лайн — море, то Ред Лайн — гигантский континент, разделяющий весь мир на части. Мы с тобой сейчас на Драме, острове, который, как ты знаешь, находится на Гранд Лайн.       Мария слегка улыбнулась, смягчая напряжение от своей речи:       — Знаешь, Кейн, чувствовать себя потерянным в этом мире — это нормально. Здесь даже те, кто родился на Гранд Лайн, часто не понимают, что происходит вокруг. Если тебе интересно, могу рассказать больше, когда у нас будет время. Но учти: каждая крупица знаний здесь добывается с трудом, как и всё остальное.       Четыре моря, Гранд Лайн и Ред Лайн. Перед моими глазами начала формироваться карта: Гранд Лайн пересекает мир, как бурная река, вокруг которой расположены четыре моря — Ист Блу, Саут Блу, Вест Блу и Норт Блу. А где-то на пересечении с Ред Лайн, гигантским континентом, всё это превращается в своеобразный узел мирового океана. Эта география казалась нереальной, но мне удалось визуализировать её. Видимо, этот мир в основном сосредоточен на островах, находящихся на здешних водах. Но что с людьми? Живут ли они на Ред Лайн, или острова — их единственный дом? Судя по факту, что моря наводнены пиратами, версия с островами кажется более правдоподобной.       — Скажите, Мария, а есть ли на острове книги? Или, может быть, газеты? Это бы помогло разобраться в происходящем лучше, без необходимости дергать вас по мелочам.       — Конечно, у нас есть газеты. Их доставляют чайки — приносят новости с других островов. Это быстрый и удобный способ узнать, что происходит в мире, особенно на Гранд Лайн. Многие деревенские каждое утро читают их в трактире. Но учти: иногда в газетах больше сплетен, чем правды.       Мне только оставалось покачать головой. Чайки-посыльные. Ну просто блестяще. Похоже, этот мир не скоро перестанет удивлять странностями.       На следующее утро деревня оживилась с самого рассвета. Люди суетились, готовя повозки, проверяя снаряжение и упаковывая коробки. Я получил задание носить мешки с провизией и складывать их на сани. Моя сила, заметно выделявшаяся на фоне большинства местных, быстро нашла применение. Даже Фредерик, который присматривал за мной с первой встречи, неодобрительно хмыкнул, но кивнул, увидев, как я поднимаю тяжелые грузы.       Когда повозки были готовы, староста Хальвард подошёл ко мне. Его взгляд был холоден, но в нём читалось любопытство.       — Ты работаешь хорошо, — сказал он. — Но подготовка — это только часть работы. Завтра ты пойдёшь с караваном. Пусть люди посмотрят, чего ты стоишь на деле.       Эти слова прозвучали больше как вызов, чем как предложение. Но это действительно могло помочь быстрее стать своим, поэтому я согласился.       Когда наступил день, стоя на морозном ветру среди груженых саней, я взглянул на группу, готовую отправиться в путь. Среди них были Фредерик, ещё несколько мужчин с ружьями, и пара женщин, одной из которых оказалась Мария. Все они выглядели сосредоточенными и готовыми к любым трудностям.       Особенно меня удивил тот факт, что у них в руках более-менее современное огнестрельное оружие. Это казалось странным в мире, где всё вокруг напоминало суровые времена средневековья: глиняные стены домов, примитивные орудия труда и отсутствие сложных механизмов. Как огнестрельное оружие могло вписываться в эту картину? Надо же. Так или иначе, я постарался не демонстрировать, что внимательно разглядываю оружие. Это не тот интерес, который стоит демонстрировать малознакомым, настороженным дикарям.       Караван начал свой путь через заснеженные просторы Королевства Драм, оставляя за собой глубокие следы саней на заснеженной тропе. Воздух был пронизан морозным холодом, но движение спешно шло вперёд. Я шел ближе к концу каравана, украдкой оглядывая окружающий пейзаж: высокие горы, чьи вершины были скрыты в облаках, казались стражами этих земель.       Мария шагала чуть впереди, время от времени бросая взгляд на меня. Она явно следила за тем, чем я занимаюсь. Остальные были заняты делом, но их глаза то и дело проскальзывали в мою сторону, словно проверяя, не сделаю ли я чего-то подозрительного. Лишь Фредерик был сравнительно расслаблен, он с увлечением рассказывал одному из мужчин про очередную охотничью вылазку.       Тишина леса сопровождала нас, нарушаемая лишь редкими звуками — хрустом веток под ногами и далёким треском, будто кто-то осторожно пробирался сквозь снежные заросли. Эти звуки, казалось, усиливали ощущение напряжения, словно лес сам наблюдал за нами. Что-то в этом месте было странным. Морозное молчание выглядело слишком глубоким, а редкие звуки — хруст веток под ногами, шелест снега на ветру — усиливали ощущение, что мы не одни.       — Эй, Кейн, не спи! — позвал Фредерик, оборачиваясь ко мне. — Держись ближе. На этих тропах иногда появляются лапаны. Нельзя терять бдительность.       — Лапаны? — переспросил я, пытаясь понять, о чём идёт речь.       — Ты что, никогда не слышал о снежных лапанах? — хмыкнул он. — Это гигантские кролики. Их шерсть белая, а глаза алые. Они быстры и опасны, особенно если ты не знаешь, как с ними справляться. Лапаны любят нападать на караваны. Не столько из-за мяса, сколько из-за территориального инстинкта. Разорвут грузы, утащат припасы — и попробуй их догони.       Я не успел ответить, как резкий свист раздался впереди. Мария остановилась и подняла руку, давая сигнал всем замереть. Группа мгновенно остановилась, и я почувствовал, как вокруг повисла напряженная тишина.       — Лапаны, — шепнула Мария, кивая в сторону леса. — Слышите?       Я напряг слух, но сначала ничего не уловил. Потом услышал едва различимый треск — будто кто-то осторожно двигался по снегу. Ветви деревьев раскачивались, хотя ветра почти не было. Участники каравана быстро начали занимать позиции: охотники держали ружья наготове, а остальные схватились за импровизированное оружие — топоры, палки, что угодно. Один я оказался не у дел.       — Если увидишь красные глаза, держись ближе к нам, — тихо сказал Фредерик, приподнимая ружьё. — У лапанов острые зубы, они способны прокусить даже дерево.       Треск усиливался. Я прищурился, вглядываясь в деревья. И тогда я увидел их.       Из снежного покрова с неожиданным резким звуком вылетела огромная белоснежная фигура. Сначала послышался треск снега, будто что-то гигантское пробивалось сквозь сугробы. Затем, словно вспышка, существо вынырнуло наружу, взметнув в воздух целую волну снежной пыли. Его появление было внезапным, и это при том, что зверь был размером с медведя! Его мускулистое тело покрывала густая шерсть, а глаза горели ярко-красным светом. Существо выглядело угрожающим. За ним в мгновение ока появились ещё двое. Они двигались как единое целое, окружая нас полукругом.       — Они нас обложили, — пробормотал кто-то из группы.       — Не паниковать! — крикнул Фредерик, его голос звучал твердо, как сталь. — Занимаем круговую оборону! Мужчины впереди, женщины прикрывают сзади!       Я шагнул ближе к центру группы, сжимая кулаки. Собственное оружие мне никто не доверил, но оставлять эту схватку исключительно на местных я не планировал. Лапаны начали двигаться, медленно сокращая дистанцию. Их движения были странно слаженными, как будто у них был общий план.       — Чёрт возьми, они выглядят слишком умными для животных, — пробормотал я себе под нос.       — Они умные, — ответила Мария, явно услышав мои слова. Сейчас она потеряла свой улыбчивый образ.       Лапаны внезапно ринулись вперёд. Первый из них, самый крупный, прыгнул прямо на одного из охотников. Тот успел выстрелить, но промахнулся. Лапан сбил его с ног и с жутким рыком оскалился, демонстрируя острые, как лезвия, зубы. Однако прежде чем он успел нанести удар, Фредерик метнул топор, который с глухим звуком вонзился зверю прямо в бок. Лапан завыл и отступил, но на его место тут же бросился другой.       — Кейн! Берегись! — закричал Фредерик.       Обернувшись, я увидел третьего лапана, который прыгал прямо на меня. Его глаза горели яростью, и я инстинктивно шагнул назад. Никогда ранее не попадав в по-настоящему опасные ситуации, я был в ужасе. Но момент ошеломления прошел, и я заорал в голос, подстегиваемый адреналином. Не думая, я схватил ближайший обломок дерева, который, к моей неиссякаемой удачи, оказался неглубоко под снегом, и резко взмахнул им, когда зверь оказался рядом. Удар пришелся прямо по его морде, заставив лапана отступить и истошно взвизгнуть.       — Неплохо! — крикнул Фредерик, который опустил топор на землю, чтобы перезарядить ружьё. — Но держи дистанцию, иначе тебя легко порвут!       Я занял позицию ближе к Марии и второй женщине, которые держали в руках какие-то увесистые дубины. Лапаны, казалось, начали осознавать, что мы не будет простой добычей. Но их огненные глаза говорили, что они не уйдут просто так.       Фредерик поднял руку, призывая всех к вниманию.       — Последняя атака, берегитесь!       И он оказался прав. Трое лапанов, двигаясь синхронно, разом бросились на группу. Я снова выставил палку, готовясь к атаке, но внезапно всё вокруг стало двигаться медленнее, словно мир замер. Я увидел, как один из лапанов прыгает на Марии, другой целит в Фредерика, а третий — на меня.       Мир будто замедлился, и я ощутил странное чувство, как будто мой разум стал яснее, а тело готово действовать быстрее. «Я должен что-то сделать», — мелькнуло в голове. И я двинулся.       Я рванул вперёд, размахнулся палкой, и со всей силы ударил лапана в бок. Он взвизгнул, перевернулся в снегу, оставляя позади кровавую полосу, но на меня тут же нахлынула новая волна адреналина. В это время Фредерик, стиснув зубы, прицелился и выстрелил прямо в грудь второго лапана. Тот упал, взметнув снежную пыль. Мария, словно вихрь, шагнула вперёд, её топор с хрустом рассек воздух, вонзаясь в третьего зверя. Зверь завыл, но не успел ответить — резкий толчок сбил его с лап, и он рухнул на землю. Все трое упали в снег, разрывая тишину леса своими предсмертными криками.       Когда всё закончилось, я тяжело дышал, стоя среди лежащих на снегу тел лапанов. Кровь на белоснежном фоне казалась пугающе яркой. Остальные участники каравана, явно потрясенные, начали приходить в себя.       Мария посмотрела на меня, затем кивнула.       — Ты справился, Кейн. Молодец.       Фредерик подошёл ко мне, хлопнув по плечу.       — Честно говоря, я под впечатлением от тебя. Ты не из трусливых, верно?       — Видимо, нет, — ответил я, переводя дыхание. — Но что это было? Почему эти звери такие… умные?       — Это Гранд Лайн, Кейн, — сказала Мария, поправляя своё пальто. — Здесь всё умнее и опаснее, чем кажется. Привыкай.       И ведь несмотря на общую осведомленность, никто не удосужился дать мне оружие на случай нападения. Вот уж спасибо, что рядом оказалась увесистая палка. А если нет? Какой опасный остров.