Глава 5

После тех нескольких дней на Тисовой улице, Корделия была вынуждена вернуться в поместье Поттеров. Тем не менее, она продолжала каждый день — утром или вечером — звонить тёте Петунии, чтобы убедиться, что у той всё в порядке. Сейчас Корделия сидела в библиотеке, в кабинете своей бабушки, и перебирала книги, которые её мать когда-то оставила на этих полках. Большинство из них касались рунологии и чар, но затесались и несколько маггловских романов. Среди них была древняя, потрёпанная временем книга — «Медвежонок по имени Паддингтон». Внутри — пожелтевшая от времени записка: «Чтобы читать Корделии». Ещё одна находка — видавшая виды копия «Грозового перевала». Из любопытства она пролистала страницы — на форзаце была надпись от руки: «С днём рождения, Лили. Надеюсь, книга тебе понравится. С любовью, Северус». Корделия устроилась в кресле с обеими книгами на коленях. Поверхностно пролистала обе: «Паддингтон» — почти как новый, гладкие страницы, ни единой заломинки. В то время как «Грозовой перевал» выглядел так, будто его перечитывали десятки раз — пожелтевшие страницы, загнутые уголки, а на полях — подчёркнутые цитаты и размышления её матери, наспех выведенные пером. Проведя за этим всего несколько минут, Корделия переоделась в одежду для садоводства. Надев перчатки, широкополую шляпу и встав на колени, она принялась выпалывать сорняки среди кустов роз и других цветов. Мысли роились — о школе, о грядущих СОВах, о Тэо… и о том, сколько ещё продлится их холодная война. Она так ушла в себя, что даже не услышала, как к ней кто-то подполз. Только когда на плечо легла холодная голова и раздалось тихое шипение: — Привет. Корделия взвизгнула, отшатнулась и упала на землю, прежде чем увидела змею — Нагайну, мирно устроившуюся рядом с клумбой. — Нагайна! — выдохнула она, поднимаясь и отряхивая комбинезон от земли. — Ты меня до смерти напугала. — Я пришла навестить маленького детеныша, — прошипела змея. — Чем ты занята, детеныш? — Садоводничаю, — отозвалась Корделия, беря в руки садовые ножницы и продолжая срезать увядшие побеги. Змея растянулась на тёплой земле, наблюдая за ней. Прошло несколько минут, наполненных лишь щебетанием старенькой радиоприёмной — Корделия нашла его в начале лета. Сейчас шла радиопостановка «Джейн Эйр». — Мальчик с мятным запахом — грустит, — вдруг нарушила тишину Нагайна. Корделия сразу поняла, о ком речь. О Тео. — Он сам виноват, — отрезала она. — Не стоило мне врать. Всё было бы иначе, скажи он мне правду. — Он предложил служить Тому, чтобы защитить тебя, — продолжила змея. — Разве не это делает любую особь достойной? Способность жертвовать всем ради гнезда и будущего потомства? Корделия покраснела до самых ушей, её дыхание сбилось. Нагайна подняла голову и высунула язык, ощущая воздух. — К тебе приближаются двое, — сообщила она.

***

Сириус вытирал руки от машинного масла, направляясь в гостиную. Его оторвал от любимого дела — обслуживания мотоцикла — дворецкий Даг, сообщив, что в гостиной ждут лорд Прюэтт и мисс Клируотер. Скоро наскоро сполоснув лицо в ванной и вытерев ладони, он вошёл в комнату с широкой улыбкой: — Дети, привет! С первого взгляда заметил: Пенелопа держит стеклянную банку, внутри которой мечется зелёное насекомое. Оно с яростью ударялось о стекло. — Что вас сюда привело? — спросил он. Пенелопа кивнула Перси. — Помните, Корделия просила меня присматривать за Ритой Скитер? — осторожно начал Прюэтт. — Да, она мне рассказывала, — кивнул Сириус. — Я её поймала, — сообщила Пенелопа, протягивая банку. — Последние дни это насекомое слишком подозрительно кружилось возле офиса Перси и отдела авроров. Сириус пригляделся. В банке сидел зелёный жук — почти как брошь, только живой и недовольный. Насекомое яростно трепыхалось. — Видите очертания очков у него на морде? — указал Перси. — Рита Скитер — незарегистрированная анимаг. На лице Сириуса расплылась огромная, хищная улыбка. — Ах, мисс Скитер… — проговорил он с нарочитой учтивостью, заглядывая в банку. — Как же невежливо — превращаться в насекомое, чтобы шпионить за благородными семьями. Он передал банку обратно Пенелопе. — Кто-нибудь ещё знает? — спросил он. Перси и Пенелопа синхронно покачали головами. — Превосходно. Перси, я передам тебе письмо с печатью. Ты отнесёшь его лично Амелии Боунс — пусть назначит открытое судебное разбирательство в Визенгамоте. Многие давно хотят, чтобы Скитер ответила за годы клеветы. Он заметил, как губы Пенелопы тронула довольная улыбка. — Ещё что-нибудь, мисс Клируотер? — Сегодня ночью я получила щетку, — ответила она с широкой улыбкой. Перси бережно взял её за руку и погладил пальцы. — Мать Магия признала меня Новой кровью. — Поздравляю, Пенелопа, — тепло сказал Сириус. — Уже сообщила об этом Андромеде? Упоминание наставницы заставило девушку округлить глаза. — Вы — второй, кто узнаёт, после Перси. Сначала поймаем Скитер, потом сразу к миссис Тонкс. — Идём в кабинет, я отдам письмо, — кивнул Сириус.

***

Корделия шла по коридорам Министерства, опираясь на руку отца. Сегодня должен был состояться суд над Ритой Скитер. Хотя она всё ещё была несовершеннолетней, её допустили на заседание. Совсем скоро она станет совершеннолетней ведьмой и, как леди дома Поттеров, примет все связанные с этим обязанности. Её отец был одет в чёрные мантии с серебряной отделкой, волосы аккуратно зачёсаны назад, короткая борода подчёркивала благородные черты. Корделия и сама недоумевала, как такой человек до сих пор одинок — он выглядел, как герой из романов Джейн Остин. Она выбрала скромный, но изысканный наряд — чёрную широкую юбку, белую блузу с рюшами, серую накидку и кружевные перчатки. В коридорах они встречали других лордов и леди, которых Корделия приветствовала лёгкой, вежливой улыбкой. В зале она заметила Невилла с мадам Лонгботтом, а также Блейза с леди Забини. Её взгляд зацепился за лорда Гонта, беседовавшего с Малфоем, Лестрейнджем, Крэббом и Гойлом. — Сюда, дорогая, — позвал её отец. Они сели рядом. Когда все места заполнились, вошёл министр и за ним — низенькая женщина в нелепом розовом наряде. — Сегодня судят ведьму Риту Скитер, — зачитал министр с пергамента. — Обвиняется в незаконном превращении в анимага и шпионаже за чистокровными семьями. Введите обвиняемую. Дверь отворилась, и Нимфадора Тонкс ввела Риту Скитер. Та выглядела сломленной. Её усадили в центр зала, а Тонкс встала за её спиной, гордо выпрямившись в форме аврора. — Мисс Скитер, — начал министр. — Вы осознаёте серьёзность своего положения? Скитер кивнула. — Осознаёте обвинения? Кивок. — Осознаёте, что, в силу доказательств, вам не назначен защитник? Снова кивок. — Пусть помощник министра огласит обвинения. Корделия увидела, как встал наследник Селвин с длинным пергаментом. Он начал зачитывать список преступлений — статьи, годы, пострадавшие семьи. Корделия не знала, что Скитер тайно проникла в развалины Годриковой Впадины после смерти лорда и леди Поттер в ночь Самайна 1981 года — и даже в морг, где хранились тела её родителей… Она могла бы простить грязные статьи о себе. Но поругание их памяти — это уже за гранью. — А лорд Блэк ведь тоже был незарегистрированным анимагом, и почему-то его не судят, — бросила Скитер, когда министр дал ей слово. — Этот вопрос уже урегулирован, — отрезал министр. — Преступления лорда Блэка не были связаны со шпионажем. Сейчас он официально зарегистрирован. Корделия увидела, как лицо Скитер дрогнуло от отчаяния. — Рита Скитер приговаривается к десяти годам в Азкабане без права обжалования, — произнёс Фадж, взмахнув палочкой. Нимфадора увела Скитер. Зал стал медленно пустеть. Корделия, проходя мимо лорда Гонта, сделала лёгкий реверанс. — Лорд Гонт, — вежливо поприветствовала она. Они перекинулись парой фраз о том, как падение Скитер подорвало позиции Пророка. Затем Корделия подошла к Невиллу и поздравила его с тем, что он стал префектом Гриффиндора — вместе с Эовин. — Говорят, мисс Грейнджер стала префектом Слизерина вместе с наследником Малфоем, — заметила мадам Августа. — Тётя Нарцисса этим очень гордится, — улыбнулась Корделия. — Думала, ты станешь префектом, — сказала Августа. — Уверена, Гермиона справится лучше, чем я, — тихо ответила девушка. Сзади раздалось показное покашливание. Корделия и её отец обернулись. Перед ними стояла Долорес Амбридж с натянутой улыбкой. — Мисс Амбридж, — холодно поприветствовал её Сириус. — Лорд Блэк, мадам Лонгботтом. Приятно видеть, что вы с леди Забини решили устроить здесь детский сад, — пропела она с фальшивым весельем, окинув взглядом Корделию и Невилла. — Эти молодые люди — леди Поттер и лорд Лонгботтом, — сдержанно ответил Сириус. — И очень скоро займут положенные им по крови места. Им стоит учиться ответственности. — Ну, в случае с лордом Лонгботтомом это понятно, — издевательски хихикнула Амбридж. — А вот насчёт мисс Поттер… может, стоит дождаться её будущего мужа? Он же, по-вашему, будет управлять местом в Совете, верно? Корделия не вспыхнула. Вместо этого она впилась ногтями в ладони под кружевными перчатками. Мадам Лонгботтом и её отец выглядели, как ледяные статуи. Невилл мягко положил руки ей на плечи. — Если вы судите о моей способности руководить по моему полу, — тихо, почти наивно сказала Корделия, приподнимая ресницы, — то, боюсь, ваше собственное положение в Министерстве может быть под вопросом. Разве не так? Лицо Амбридж перекосилось, как у лягушки, которой насыпали соли. — Корделия, — строго сказал её отец. Но в глазах плясали искры одобрения. — Ты была немного резка с мисс Амбридж. Он попрощался за них обоих, и они направились к камину. — Какая же она мерзкая женщина, — пробормотала Корделия, прежде чем шагнуть в пламя и исчезнуть в зелёном вихре.