Глава 9

Тео узнал, что Корделия, лорд Блэк и Грейнджер вернулись в поместье Поттер спустя два дня после праздничного ужина. Он последовал совету мисс Смит и заказал букет цветов — розы, лилии и хризантемы. В поместье Поттер он отправился после полудня. Когда он вышел из каминной сети, его уже ждал домовой эльф. — Дуг проводит молодого господина в приёмную, — сказал эльф, вежливо поклонившись. — Маленькая госпожа примет вас вместе с другими наследниками. — Другими наследниками? — переспросил Тео, нахмурившись. — О да. Многие наследники приехали поздравить маленькую госпожу с днём рождения, — ответил эльф, провожая его в холл. Тео тут же вспомнил, как его однокурсники, те, что пока ни за кем не ухаживали, начали кружить вокруг Делии, словно вороны. Похоже, их недолгая разлука стала для них сигналом — и теперь они слетелись к ней, почуяв возможность. Однако его раздражение тут же улетучилось, когда он увидел Корделию. Она сияла, беседуя с Уоррингтоном, а вокруг неё лежали букеты и небольшие подарки. Пусть никто из них пока не мог официально заявить о своих намерениях, но все они явно надеялись закрепиться в её внимании. Лорд Блэк сидел в кресле поодаль, и по его лицу было ясно, что он откровенно недоволен этим сборищем наследников. Рядом с ним восседала леди Малфой, наблюдая за Корделией с выражением гордости и умиления. — О, Тео! — леди Малфой поднялась и подошла к нему. — Как приятно тебя видеть. — Леди Малфой, — вежливо поклонился он, кивнув матери своего друга. Краем глаза он заметил, как лорд Блэк язвительно скривился. — Я вижу, ты принёс цветы, — она бросила взгляд на букет, улыбнувшись. Взгляды остальных наследников тут же стали острее — в углу, на одном из кресел, сидел Сюэ Чанг. В его руках была изящная прозрачная ваза с мелкими розовыми цветами, а рядом лежала книга в искусно упакованной обёртке. — На праздничном ужине нам не удалось как следует поговорить, — произнёс Тео достаточно громко, чтобы все услышали: он был там, в тот важный вечер, а они — нет. — Я подумал, что визит будет уместен. — Чума наведалась, — проворчал Блэк, явно раздражённый. Леди Малфой бросила на него укоризненный взгляд, но он лишь хмыкнул, взял в руки Пророк и уткнулся в газету. Тео присел рядом с леди Малфой. Корделия мельком взглянула на него — её глаза сияли, а на щеках играл лёгкий румянец. Но почти сразу же она снова повернулась к своему собеседнику. Уоррингтон взглянул на часы и объявил, что ему пора. Он галантно поцеловал Делии руку, а та пожелала ему хорошего дня. Тео поднялся и подошёл к ней быстрее, чем Чанг успел сделать шаг. Он заметил одну деталь: с начала лета она перестала носить ленты в волосах, предпочитая изящные заколки и шпильки. Видимо, Корделия хотела выглядеть не как девочка, а как юная леди. Вскоре разговор зашёл о С.О.В.ах. Поскольку экзамены предстояли в этом году, многие использовали это как предлог для визита. — Я мог бы помочь вам с подготовкой, леди Поттер, — предложил Хиггс, старшекурсник. — У меня были высокие баллы на С.О.Вах, и я с радостью поделюсь знаниями. — Но разве в этом году у вас не Ж.А.Б.А.? — вставила Чанг с сладковатой улыбкой, которая Тео откровенно не нравилась. — Ведь это куда более важный экзамен. — Я не могу принять такое предложение, мистер Хиггс, — вежливо ответила Корделия. — Вам стоит сосредоточиться на своих экзаменах. К тому же, у нас с подругами есть учебный кружок, и пока он нас вполне устраивает. Тео заметил, как её взгляд скользнул в его сторону. — Кроме того, наследник Нотт и наследник Малфой показывают одни из лучших результатов на курсе. Так что мы справимся. Но спасибо за заботу, мистер Хиггс. Хиггс недовольно взглянул на Тео, но тот лишь усмехнулся в ответ. Беседа продолжилась, эльфы подали угощения, а лорд Блэк так и сверлил всех взглядом, явно желая, чтобы они поскорее исчезли. Кто-то заговорил об их учебной группе — о том, как первокурсники тянутся к Делии, желая изучать Древние Пути. — Они такие любознательные, — улыбнулась Корделия при упоминании своих «утят». — Колин Криви уже начал изучать магические традиции, а его брата Денниса обучает мой брат, Невилл. — После того, как Грейнджер в прошлом году признали Новой Кровью, у многих появилась надежда, — заметил Тео. — О, Гермиона просто умница! — с гордостью сказала Корделия. — Она добилась бы этого рано или поздно. Гермиона на всё способна. Прошло ещё немного времени, и гости начали расходиться. Вскоре в гостиной остались лишь Тео и Чанг. — Они прекрасны, Сюэ, — сказала Корделия, бережно касаясь хрупких розовых цветочков. — Это сакура, — он улыбнулся и протянул ей книгу. — Надеюсь, она вам понравится. Мне пора — завтра за мной приедет мать, но дела в родовом храме не займут много времени. Я вернусь до начала занятий. — Спасибо. И удачи с вашей матерью, — ответила Корделия. Когда Чанг ушёл, лорд Блэк медленно опустил газету и уставился на Тео взглядом, полным немого вопроса: «Ну, а ты когда уже уйдёшь?»

***

Сириус организовал ужин в поместье Поттер. После смерти Вернона Дурсля он поддерживал постоянную переписку с Петуньей, чувствуя ответственность за благополучие семьи Лили. В письмах Петунья упоминала о планах продать дом на Тисовой улице. Обсудив это с сыном, они пришли к выводу, что это правильное решение — Дадли терпеть не мог Вонингс и учился там лишь потому, что этого хотел его отец. Теперь они подыскивали новый дом в Плимуте, примерно в семи километрах от поместья Поттер. Сириус, не говоря ни слова, начал строительство скромного особняка поблизости. Когда он предложил Петунье и Дадли переехать в поместье, она вежливо отказалась: — Мы с сыном мечтаем о своём маленьком доме. Но Сириус приготовил для них сюрприз. Он знал, что Петунья Эванс хочет быть ближе к Корделии. Да и школу для Дадли он уже присмотрел. Поскольку ужин был для взрослых, Корделия и Дадли отправились на пижамную вечеринку к Эдит, где их ждали Рене, Колин и Деннис. В парадной столовой собрались близкие друзья и родственники: вернувшаяся из отпуска Эдит, кузины Сириуса с мужьями, Нимфодора со своей возлюбленной и даже Рабастан, который заглянул проездом. Беседа текла непринуждённо. Нарцисса старалась, чтобы Петунья чувствовала себя комфортно, расспрашивая её о хобби и интересах, избегая болезненной темы недавней утраты. Когда Петунья упомянула, что изучала бухгалтерию в колледже, Эдит оживилась — она тоже получила магловское образование по той же специальности. — Самый жуткий момент — когда в конце подсчётов активы не сходятся с пассивами, — рассмеялась Эдит. — И ты лихорадочно ищешь, где же ошиблась. — Или эти бесконечные проекты с фиктивными фирмами, — добавила Петунья. — Хотя в реальной жизни как раз так и создают фирмы-призраки. Нас этому учили с юности. Сириус фыркнул от её шутки, а Рабастан неожиданно улыбнулся. — Вы работали по специальности? — поинтересовалась Андромеда. — Секретарём в одной фирме. Ушла, когда вышла замуж, — ответила Петунья. — Хотя во время брака я вела налоговую отчётность для дома, так что навыки не пропали даром. — Планируете вернуться к работе? — Эдит отхлебнула вина. — Да. Многие не разбираются в налоговых декларациях, — улыбнулась Петунья. — Так что тут я пригожусь. К тому же у меня есть доход от сдачи квартиры в Лондоне, которую приобрёл мой покойный муж. Сириус знал об этом — Тед занимался оформлением документов. История была простая: Дурсль купил квартиру для любовницы, но поскольку она была оформлена на него, а не на неё, Петунья без колебаний выселила женщину и сдала жильё в аренду. Разговор плавно перешёл на детей. — Колин в этом году участвовал в обряде Иджи у общины Эдит, — заметил Римус. — Он признан Новой Кровью и получил печатное кольцо, — с гордостью сказала Эдит. — Я думала, он ещё мал, но главный шаман сказал, что возраст подходящий. Теперь жду, когда подрастёт Деннис. — Ещё одна Новая Кровь, — улыбнулась Андромеда. — Сначала Гермиона, затем Пенелопа, теперь Колин. — Хорошая тенденция, — заметил Малфой. — Особенно с учётом того, сколько детей сейчас изучают Древние Пути благодаря учебным кружкам леди Поттер. — Друзья Невилла и юный Лузардо, — добавила мадам Августа. — Скоро Древние Пути снова обретут былую силу. — И всё благодаря вашей племяннице, — сказал Рабастан, глядя на Петунью. — Вы должны гордиться. — Да, — её глаза на мгновение потускнели. — Делия — всё, что осталось у меня от Лили. Сириус понимал её как никто другой. Корделия была последней нитью, связывающей их с Джеймсом и Лили.