Сцена 1. Дубль 1

«Если запустить световой луч по прямой линии, он долетит точно до цели. Но если на его пути поставить зеркало, луч мгновенно сломается и улетит совсем в другую сторону. Самое страшное - это то, что сам луч не может остановиться или изменить маршрут. Он просто подчиняется тому, кто держит зеркало».Из размышлений человека, который любит переставлять зеркала.«Если запустить световой луч по прямой линии, он долетит точно до цели. Но если на его пути поставить зеркало, луч мгновенно сломается и улетит совсем в другую сторону. Самое страшное - это то, что сам луч не может остановиться или изменить маршрут. Он просто подчиняется тому, кто держит зеркало».

Из размышлений человека, который любит переставлять зеркала.

Лололошка очнулся на земле, на мокрой земле. Последнее, что он помнил, как его более умная копия закинула его во время танца в отправление, то как он плыл через пространство-время, а потом боль. Встав и отряхнувшись, он огляделся. Вокруг один густой лес, высокие деревья, кустарники со странными ягодами и небольшой рудниковый ручеёк. — Грёбанный JDH — Выругался Лололошка — И куда он меня закинул? Разумеется на этот вопрос никто не ответил, ровно так же как и на другие вопросы, которые кружатся внутри его головы. Разумеется он не знал почему его альтер-эго закинуло его в Отправление, как и то где он находится. Решив, что разводить панику бессмысленно, Ло будет выживать до тех пор, пока не придумает, что делать дальше. Окинув взглядом поляну на которой очнулся наш главный герой, он пошёл собирать хворост для костра, он не знает какие ночи тут, они могут быть как и холодными, так и жаркими, но осторожность не помешает. Лес, дремучий лес, деревья стоят, возвышаясь на несколько десятков метров, они как будто гиганты, по сравнению с Лололошкой, благо за сухими ветками лезть не надо – под ногами их предостаточно. Ло ломал сучья с сухим, глухим треском, который эхом раздавался по совершенно пустому, по его мнению, лесу. Невольно он вспомнил своё пробуждение в Мисре, тогда он очнулся на базарной площади, там было шумно. Но тут… тут стояла мёртвая, почти видная глазу тишина. Он не слышал шебуршения маленьких животных в кустарниках, пения птиц на таких громадных деревьев. Он не увидел ни единой норы, ни единого гнезда, как будто этот лес был не настоящим, просто очень хорошая подделка.— Да уж, просто отличное местечко — с толикой иронии пробормотал Ло сам себе, чтобы разбавить эту давящую неестественную тишину звуком собственного голоса.Он сбросил первую охапку хвороста на поляне, прямо возле ручейка, и поподробнее рассмотрел место своего пребывания. Вода в ручье была кристально чистой, ни единого намёка на грязь, песок, никаких насекомых, личинок, маленьких рыбёшек. Наш герой наклонился, зачерпнул немного ладонью и принюхался. Абсолютно ничем не пахнет, абсолютно обычная чистая вода. Но интуиция подсказывает что-то тут не так и расслабляться не стоит. Парень вернулся к деревьям, чтобы построить надёжное укрытие на ночь, одних веток было мало. Ло уже потянулся за свои топором, который сделал саморучно ещё в Мисре, но его там не оказалось, как и меча, как и любого другого снаряжения. Всё осталось там, в Мисре. Его охватил липкий страх, начав судоржно хлопать по всем карманам, по своему поясу, везде где дотягивался руками, он облазил всю поляну, думая что выронил всё, но всё тщетно. Он в другой реальности, в другом мире, без инструментов, без знания. — Просто прекрасно, просто блядь прекрасно! — Ло выкрикнул, как будто это что-то поменяло, но всё осталось как есть — Ладно, вдох выдох. Хорошо, я начну с нуля — Следуюшие пара часов прошли в монотонной работе. Лололошка оттаскивал к поляне толстые упавшие сучья, которые в будущем стали бы каркасом для его шалаша. Без топора приходилось туго – он наваливался всем весом на брёвна всем весом, пытался их ломать, ударяя по ним камнями, которые находил. Руки покрывались мелкими царапинами, а под ногти набивалась земля, но Ло упорно продолжал работу. Наконец, наломив достаточно дров, он приволок их на поляну. Приметив два стоящих рядом друг с другом дерева, Лололошка начал сооружать между ними каркас своего дома. Когда каркас из толстых веток был готов и он переключился на кустарники с теми самыми странными ягодами, которые заметил в самом начале. Ягоды были крупными, глубокого синего цвета, похожими на чернику, но рисковать и пробовать их на вкус парень не стал, мало ли, вдруг они ядовитые. Вместо этого он аккуратно, чтобы не пораниться о шипы, наломал побольше густого лапника и листьев с этих кустов. Ими он плотно, слой за слоем, укрыл крышу своего шалаша, создавая надёжную защиту от возможного ночного дождя. Напоследок Ло натаскал внутрь укрытия мягкого сухого мха, соорудив себе подобие матраса. Солнце тем временем медленно, но верно клонилось к закату. Небо над лесом окрасилось в странный, тускло-багровый оттенок, а тени от деревьев стали неестественно длинными и изломанными. Температура воздуха начала стремительно падать. Ло почувствовал, как по спине пробежал неприятный холодок. Ночи здесь действительно обещали быть ледяными. Пришло время для самой сложной задачи – развести огонь без спичек и магии. Лололошка нашёл на берегу ручья два сухих, плоских камня и горсть сухого, как порох, мха. Присев на корточки перед кучей заготовленного хвороста, он начал с силой ударять камнями друг о друга, пытаясь высечь хотя бы одну искру. Клац! Клац! Клац! Камни глухо бились, руки уже начинали подрагивать от усталости, а ладони знатно натерло. Ло выругался сквозь зубы, вспоминая, как легко было поджигать костры с помощью обычного огнива. Здесь же, чтобы раздобыть спички или огниво надо здорово попотеть, конечно если тут есть цивилизация. Клац! Чирк! Наконец, одна яркая рыжая искра сорвалась с камня и упала точно в центр сухого мха. Ло замер, боясь даже дышать, и аккуратно, едва-едва, прикрывая ладонью от ветра, начал раздувать крошечный тлеющий огонёк. Мох закоптился, пустил тонкую струйку серого дыма, и через секунду вспыхнуло маленькое, спасительное пламя. Парень облегчённо перевёл дух и стал бережно подкладывать в огонь мелкие щепки, пока костёр не разгорелся в полную силу. Яркие оранжевые языки пламени заплясали на брёвнах, с треском пожирая сухую древесину. Стало значительно теплее и чуточку уютнее. Ло устало опустился на поваленное бревно, которое он заранее притащил к костру, и протянул замёрзшие ладони к огню. Казалось бы, базовые условия для выживания выполнены: есть крыша над головой, есть вода и есть тепло. Любой другой на его месте уже расслабился бы, но Лололошка не мог. Мысли в его голове продолжали крутиться бешеной каруселью, не давая покоя. Он то и дело ловил себя на мысли, что этот мир… пустой. В нём не было магии, не было привычной структуры. — И всё-таки, зачем он толкнул меня в Отправление? — тихо спросил Ло у костра, глядя на танцующее пламя. Парень нахмурился, вспоминая ту самую фальшивую, слишком идеальную ухмылку своей альтернативной копии перед самым толчком. Неужели этот чёртов учёный просто избавился от него, закинув в какую-то глушь, чтобы занять его место? От размышлений Лололошку отвлёк странный звук. Ему показалось, что где-то на самой границе круга света от костра, в темноте между деревьями, хрустнула ветка. Парень резко вскинулся, напрягая зрение. В темноте ночного леса ничего не было видно, но липкое, удушливое чувство чужого пристального взгляда накрыло его с головой. Будто кто-то невидимый стоял прямо за его спиной и с любопытством рассматривал, как букашку под микроскопом. Ло хотел встать, чтобы проверить чащу, но дикий, первобытный страх сковал его. Вся жизнь пронеслась у него перед глазами, и тут он вспомнил. Искра! Он попытался совершить переход между мирами, но рухнул на землю — необъяснимая слабость окатила его волнами. Ло попробовал дышать глубже, но воздух будто совсем не поступал в лёгкие. И тут в груди появилась резкая боль, ноющая и адская. Парень хотел закричать, но не мог, из его горла выходили только тихие хрипы. Жар и судороги намертво схватили тело. Кажется, ещё чуть-чуть — и он умрёт. Решив совершить свой последний вдох, Лололошка потерял сознание.