Часть 31. Вдвоём

Джули потянулась к нему. Прижалась губами — несмело, тёплыми, своими. Обхватила его за шею, ладонью у затылка. Рэндалл ответил не сразу. Через паузу — будто давая ей понять, что первой была она. Потом языком прошёл по её нижней губе. Джули приоткрыла рот. Он это поймал. Углубил поцелуй ещё. У неё внутри стало пусто и горячо. Дыхание сбилось. Её собственные руки уже были на нём. Сначала на скуле, потом на шее, потом — она их сама не контролировала — на его груди. Через ткань его футболки. Тёплый. Очень тёплый. Сквозь хлопок — она почти чувствовала его сердце. Этого было — недостаточно. Джули зацепила пальцами край его футболки. Потянула вверх. Рэндалл оторвался от её губ. Закончил за неё — стащил через голову. Бросил на пол. И — Джули залипла. На его торс. На его плечи. На жилки, проступавшие под кожей у предплечий. На то, как у него поднималась грудь, когда он дышал. Рэндалл это поймал. Углы губ у него снова приподнялись. Самодовольно. Чуть-чуть. — Нравится? — спросил тихо. — Заткнись, — ответила Джули. Сама не зная, откуда у неё взялась смелость. Положила ладони ему на грудь. И — легко — толкнула его. К кровати. Намёк он понял. Поддался. Сделал шаг назад. Потом — ещё. Сел на край кровати. Опёрся руками за собой. Смотрел на неё снизу. Ждал, что она сделает дальше. Она двинулась к нему. И рубашка — его, — уже почти не державшаяся на её плечах, наконец сползла. Сама. Упала к её ногам. Джули — не совсем отдавая себе отчёт, что она делает, — шагнула ближе. И — села на него. Сверху. Её губы снова нашли его. В этот раз — она открыла его рот первой. Языком. Дразняще. Рэндалл — коротко — выдохнул. Его рука легла ей на бедро. Поверх шорт. Притянула её ближе. И — Джули почувствовала. Почувствовала, что он хочет её. Чётко. Без двусмысленности. По низу живота — прошла волна. Тяжёлая, тёплая. На секунду стало нечем дышать. Она прижалась сильнее. Против её воли — у неё из горла вырвался слабый стон. Тихий. Едва слышный. Но Рэндалл его услышал. В одну секунду — он подхватил её. Обеими руками. Перевернул — так, что она оказалась под ним, на спине, на одеяле. Опёрся одной рукой над её головой. Смотрел на неё. — Джули. — Голос вышел хриплый. — Ты точно этого хочешь? Джули несколько секунд молчала, глядя ему в лицо. Разве это не очевидно? — Хочу, — сказала вслух. Тихо. Уверенно. Рэндалл не наклонился ближе. Не поцеловал. Зато рука его пошла вниз. По её рёбрам, через ткань. По животу. До пояса шорт. Пальцы — медленно — поддели резинку. Джули задержала дыхание. Рэндалл смотрел. Проверял. Ждал хоть какого-то нет. Нет не было. Он стянул с неё шорты. Через бёдра. Через колени. Бросил на пол. Джули осталась в майке и в тонком хлопковом белье. Рэндалл скользнул по ней взглядом. Хмыкнул. — Чёрный тебе идёт даже больше. Джули — на секунду — не поняла. Потом — поняла. У неё вспыхнули щёки И — в голове промелькнуло то, что её все эти дни беспокоило, но не давалось вспомнить: белое кружево в баре она так и не нашла. Куда оно делось — Джули не выяснила. Надо бы спросить. Но в эту секунду — пальцы Рэндалла коснулись её между бедер. Легко. И — все её слова, все её вопросы — вылетели из головы. Разом. Спросит — потом. У неё внутри стало тепло и тяжело одновременно. Рэндалл скользнул пальцами, чуть плотнее. Чуть медленнее. А потом сдвинул ткань белья в сторону, провёл по ней. Джули — вздохнула. Рвано. Развела бёдра шире. Сама. Без команды. Он проник в неё пальцем. Одним. Аккуратно. Двигался медленно. Размеренно. Невероятно плавно. У Джули в животе что-то стянулось в узел. Тёмный, плотный узел. Через несколько движений — он добавил второй. Внутри у Джули расширилось. Узел стянулся ещё туже. Его губы переместились на её шею, кусая и облизывая её, пока его пальцы двигались внутри. Размеренно. Невероятно развратно. Она пыталась подать бёдра ему навстречу. Ускорить. Но он — каждый раз — останавливался. Не позволял. Это было мучительно. И — невероятно. Джули стискивала одеяло руками. Голова откидывалась назад. Из горла выходили тихие стоны. Уже неконтролируемые. Она бы кончила так. Скоро. Но Рэндалл это поймал. И — вынул пальцы. До того. Джули — вздохнула — в полупротесте. Она притянула его к себе. Одной рукой — за шею. Поцеловала. Глубоко. Жадно. Уже не дразняще — прося. Рэндалл подчинился. Опустился на неё ближе. Его руки пошли по её груди. Через майку. Через тонкую ткань — она чувствовала его ладони. Его рука собрала ткань майки в кулак. Потянул вверх. Джули, не отрываясь от его рта, приподнялась — ровно настолько, чтобы он смог стянуть её через голову. Следом — его пальцы поддели край чёрного белья снизу, у бёдер. Стянул и его. Джули осталась голая — полностью. Перед ним. Воздух — холодный — коснулся её кожи. Рэндалл отстранился немного. Чтоб посмотреть. Джули — хотелось прикрыться. Руками. Чем-то. Но — не прикрылась. Позволила ему смотреть. Так нечестно, — мелькнуло у неё. Её рука потянулась к его ширинке. Сама. Нащупала молнию. Расстегнула. Скользнула рукой под. Под ткань. Под бельё. И — обхватила его. Рэндалл выдохнул. Сквозь зубы. Он отстранился и сам, без церемоний, спустил джинсы. Вместе с бельём. Бросил всё рядом с её майкой и шортами — куда-то на пол. Вернулся к ней — уже без всего. В жёлтом свете от вывески Джули увидела его целиком. Впервые. Глаза скользнули сами. На его плечи. На грудь. На живот. Ниже. У неё перехватило дыхание. Он был возбуждённый. Очень. Джули смутилась вдруг — по-настоящему. По-настоящему она поняла, куда всё это идёт. Но отвести глаза она не смогла. Не хотела. Рэндалл опёрся одной рукой над её головой. Другой — направил себя. Аккуратно. К ней. И — вошёл. Джули — рвано вдохнула. Он был — большой. Она это почувствовала сразу. Тело напряглось. Не так, как в первый раз, но всё равно — ощутимо. Рэндалл это поймал. Замер. Не двигался. — Больно? Голос — близко к её уху. Хриплый. Заботливый. — Немного. Он не двигался. Дал ей привыкнуть. Дышал ровно, через нос. Лицом — у её лица. Целовал её. В уголок рта. В скулу. В висок. Постепенно её тело приняло. Привыкло. Боль ушла. Джули сама подала бёдра вверх. К нему. Он понял. Начал двигаться. Медленно. Они нашли ритм не сразу. Сначала он подстраивался под её дыхание — замедлялся, когда у неё прерывалось, ускорялся, когда она уже сама подавалась навстречу. Через какое-то время у Джули из головы ушло всё, кроме него. И — её собственного тела, которое слушалось его лучше, чем её саму. Она цеплялась за его плечи. Его лопатки. У него на спине мышцы напрягались под её ладонями. Она прижималась грудью к нему — чтоб ближе. Он подавался — чтоб встретить. Касания у неё перестали быть несмелыми. Джули вела бёдрами навстречу его движениям. Уверенно. Сама. Узел внутри — собирался плотнее. С каждым его толчком. Рэндалл это чувствовал. Двигался глубже. Сильнее. Она чувствовала его рваное дыхание у самого её виска. В какой-то момент Джули поняла — он тоже близко. Совсем. Мышцы под её ладонями напряглись по-другому. На шее проступила жила. Он держал себя — с усилием. И — внезапно — вышел. Полностью. Джули — вздохнула. Пусто. Рэндалл — коротко — выругался под нос. Потянулся за край кровати. К джинсам, валявшимся на полу. Что-то нащупал в кармане. Маленькое. Квадратное. Быстро порвал упаковку зубами. Надел. Без комментариев. И — уже собирался вернуться к ней. В ту же позу. Но Джули — прежде чем он успел — положила руку ему на плечо. Толкнула. Легко. Намёком. Уголок рта у него пополз вверх. — Хочешь сверху? — Угу. Они поменялись. Так, что теперь он оказался снизу, она — сверху. Джули села к нему на бёдра. Не сразу опустилась — задержалась. Прижалась. Без проникновения. Повела — медленно. Скользнула по нему — снаружи. От низа — до самого верха. Не пуская внутрь. Второй. Третий — медленнее, дольше. Рэндалл запрокинул голову. Кадык у него дёрнулся. Тяжело выдохнул. Джули — смотрела. Смотрела, как у него на шее напряглась жила. Как ходил кадык. Как играли мышцы на животе. И — её вело. Очень. Внутри у неё стягивало. От того, что он под ней реагировал. И — от каждого движения собственных бёдер по нему. Рука его — на её ягодице — сжалась сильнее. — Джули… В голосе — требование и просьба одновременно. И — Джули опустилась. Медленно. До самого конца. Чтоб почувствовать его, по-настоящему. Дошла. Глубоко. Глубже, чем раньше. У неё вырвался стон. Громкий. Из него — тоже. Низкий. Сквозь зубы. Двигалась она немного неумело. Рвано. Неровно. Рэндалл взял её за бёдра. Обеими руками. Помогал. Приподнимал. Опускал. Направлял. Толкался — навстречу — снизу. Они поймали ритм. Глубокий. Размеренный. Сильный. У Джули внутри стянуло. Плотно. Тёплое, тяжёлое — собиралось к одной точке. Близко. Очень близко. Джули стонала в его рот. Он глотал эти стоны. — Рэндалл… Одной ладонью он поймал её подбородок. Не грубо. Твёрдо. Заставил её поднять лицо. — Смотри на меня. Она смотрела. Не отводила. Не могла. Он тоже. Глаза у него — близко, прямо. С чем-то прямым и честным, чего Джули раньше у него не видела. В какой-то момент у неё внутри собралось всё. В одну точку. Рэндалл это почувствовал. Стал двигаться ещё интенсивнее. Ритмичнее. И — всё — прорвалось. Джули выгнулась. Внутри сжалось и отпустило — волнами. Раз. Второй. Третий. От низа — по всему телу. До кончиков пальцев. У неё вырвался стон. Громкий. Не сдерживаемый. Рэндалл — не выдержал. Несколько мгновений — и он подался вперёд, глубоко в неё, до самого предела. Замер. Дрожь пробежала по всему его телу с глухим, низким стоном. Дышал — тяжело. По-настоящему тяжело. Через секунду Джули медленно опустилась на него. Сверху. Грудью к его груди. Уткнулась лицом ему в шею. Дыхание у обоих выравнивалось. Долго. Рэндалл рукой обнял её. Поверх спины. Гладил — медленно, по позвоночнику, вверх-вниз. Молча.

***

Через долгую минуту — Рэндалл заговорил. Тихо, в её волосы: — Помнишь, я тебе говорил про кафе за домом? Где самые вкусные бургеры. — Помню. — Если мы отсюда выберемся, я тебя обязательно туда свожу. Джули — поняла. Сразу. Это не было обещанием сводить в кафе. Это было обещанием, что он — даже там. В той жизни. Он будет с ней.  — А если не выберемся? — спросила тихо. Рэндалл помолчал. Потом — в её волосы, всё так же тихо: — Тогда я навсегда обречён есть твоё рагу. Джули — у него в плечо — рассмеялась. Где-то на улице ветер прошёл по сухим листьям. Скрипнули соседские качели. Звякнул колокольчик на чьём-то крыльце. Этот город — чужой, страшный — за окном жил своей обычной ночной жизнью. А они — внутри, в её комнате, — жили своей. Впервые — тоже обычной. И — это было всё, чего она хотела.

***

От автора Дорогие читатели! Вот мы и дошли до конца этой истории. Я хочу сказать огромное спасибо каждому, кто всё это время был рядом — кто читал, ждал новые главы, переживал за Джули и Рэндалла, ругал, любил, болел за них. Этот фанфик — это не только мой текст. Это всё, что вы вложили в него своими комментариями, отзывами и эмоциями. Особенная, отдельная благодарность тем, кто весь этот путь писал отклики под каждой главой, обсуждал каждую сцену, делился впечатлениями. И тем, кто живёт со мной в нашем маленьком, но очень тёплом телеграм-канале @doriana_may — вы знаете, как много это значит. Вы делали мне эту работу не просто работой — а чем-то, к чему хотелось возвращаться. Не хочу загадывать наперёд. Но, возможно, история Джули и Рэндалла когда-нибудь продолжится — уже как-то иначе. А пока — авторке точно нужно немного выдохнуть и отдохнуть) Я буду безмерно рада любым вашим отзывам и комментариям к финалу! А если кто-то хочет поддержать моё творчество как-то ещё — у меня в профиле есть ссылка, по которой можно прислать донат, по желанию и в любом размере. Любая поддержка — на вес золота, и она действительно очень помогает продолжать писать. И — ещё раз. Спасибо, что вы были рядом всё это время. Спасибо за каждое сердечко, за каждый комментарий, за каждый ваш отклик. До новых встреч ❤️ Дориан Мэй