Пролог

Вашингтон, зал заседаний Комиссии по безопасности героев. Стеклянный купол здания «Эверест-Холл» мерцал огнями ночного города, но внутри, под сводами из ужасно прочного бетона, царила тяжелая, почти осязаемая тишина. Её нарушали лишь редкие шаги и перешептывания, представители топ-50 американских героев собирались за длинным столом из черного дуба. K.A.S стоял у стены с кофе-точкой, сжимая картонный стаканчик с такой силой, что тот начинал мяться. Восьмое место в национальном рейтинге давало право на отдельное кресло с подогревом в холодные дни и именной табличкой, но он предпочитал держаться в тени, наблюдая за остальными. Сооснователь агентства «Энергия» - одного из сильнейших в стране. Этим герой до невозможности гордился. Кас давно привык к тому, что его лицо мелькает в новостях реже, чем у напарницы и его это полностью устраивало, кто бы что ни говорил. — Ты похож на кота, которого скинули в реку, — раздался у плеча знакомый, чуть хрипловатый голос. Бэссу. Третья в рейтинге, лицо и голос их агентства «Энергия», та, ради кого фанаты скупают мерч и пишут треды в соцсетях. Она его напарница уже шесть лет, человек, который умел читать чужое молчание быстрее, чем любой детектор и причуда. Сегодня она выглядела собранно: темно-синий костюм с открытыми плечами, алые волосы стянуты в высокий хвост, под левым глазом едва заметная свежая ссадина, возможно, из-за вчерашней потасовки с мутантами в Детройте. — Не люблю, когда собирают всех, — Кас сделал глоток обжигающей горечи. — Если нужны все пятьдесят, значит, вскрылось что-то действительно дерьмовое. — Умница, — Бэссу забрала у него кофе и допила остатки одним глотком, поморщившись. — Говорят, «Глобальный фронт освобождения». Новые ребята с хреновыми планами, — она понизила голос. — У них есть базы в тринадцати странах. Тринадцати, Кас. И комиссия до последнего молчала, а я копнула глубже, пока ты прятался за своей работой и… этим стаканчиком. Проигнорировав замечание в свою сторону, Кас поднял бровь, намекая на продолжение мысли. Бэссу редко копала, она предпочитала бить, а не думать. Если девушка что-то нашла, значит, всё действительно плохо. — «Глобальный фронт освобождения», — продолжила она. — Они не просто банда уродов с причудами, которая хочет грабить банки или убивать. У них есть, блять, ебаный культ. Идеология! Гребаная армия с вербовкой, от которой ЦРУ головой об стенку бьётся. — И что в их культе? Бэссу усмехнулась без тени веселья. — Герои - раковая опухоль общества, а система рейтингов, комиссий и лицензий - это клетка, которую построили слабые, чтобы контролировать сильных. Они считают, что люди с причудами не должны подчиняться законам, написанным теми, у кого во рту лишь пустословье. — Звучит так, будто это очередные подражатели убийцы героев, только с лучшими пиарщиками в комплекте, — Кас хотел было сделать глоток уже остывшего кофе, но стакан оказался пуст и сразу полетел в мусорку. — Вот тут самое интересное, — Бэссу приблизилась, и он почувствовал запах её духов, смешанный с гарью от вчерашнего боя. — Эти уроды хотят заменить всю верхушку. Они не бомбят города ради показухи, а рубят героев точечно. Вырезают людей с сильным потенциалом, самых ярких, чтобы на их место поставить своих. И знаешь, как они это называют? Герой молчал, на что Бэссу лишь грустно хмыкнула. — «Операция Чистый Лист», — она почти выплюнула эти слова. — В Бразилии за месяц пали три агентства из Топ-10. Ни одного свидетеля, ни одного пойманного преступника. Просто утром герои просыпаются, их напарники в морге, а офис - пустое здание. Те, кто выжил, либо бегут, либо идут на поклон к Фронту. Как таким уродам только геройскую лицензию выдают?! У Каса похолодели пальцы. Он вспомнил Майами. Тогда их было четверо против огромнейшей шайки, но у тех хотя бы не было стратегии и опыта. Они просто орали и лезли куда не надо, как полоумные бросались в бой. — Меня бесит ещё кое-что, — продолжила она, не давая собеседнику уйти в привычную меланхолию. — Мы с тобой третье и восьмое места. «Алмаз» же второй, и он, судя по всему, уже достаточно накачал свое тело для дур из модельных, — она кивнула в сторону здоровяка в ярко-голубом костюме, окруженного свитой. — А «Серебрянка» наша вообще не пришла, хотя она первая звезда. Передает привет из Лос-Анджелеса по видеосвязи. У нас, видите ли, кризис, а первые номера предпочитают камеры. Следовательно, что? Правильно, минус двое из-за рекламных интеграций. — Её отец владеет тремя телеканалами, — сухо подметил Кас. — Именно. Поэтому, мальчик мой, — Бэссу хлопнула парня по плечу с такой силой, что оно заныло и заставило его чертыхнуться, — отправят нас. В самую задницу мира. Как всегда! Бэссу оглянулась через плечо на стол, где Алмаз уже начал размахивать руками, что-то доказывая своим коллегам. Героем он был не плохим, его большинство гражданских любит, но слишком зажрался, как только взошел в Топ-3. — Они трогают второстепенных героев. Их постепенно вербуют: обещают власть, деньги, уважение. Говорят: «Вы всю жизнь пахали на идиотов сверху, а они топят вас в болоте. Мы дадим вам то, что вы заслуживаете». — И многие ведутся? — Достаточно, чтобы у Фронта были глаза и уши в каждом городе, — Бэссу скрестила руки на груди. — А их конечная цель, милый, не просто убить героев. Они хотят уничтожить саму концепцию героизма. Кас промолчал, но внутренне согласился. Он бросил взгляд на пустующее кресло, далеко не единственное. Собрание Топ-50 редко собирало полный состав в силу различных обстоятельств, но сегодня отсутствовало непривычно много. В основном те, кто занимал места с сорокового по пятидесятое. Их либо просто не позвали, либо они сами не пришли, зная, что их голоса всё равно ничего не решат. Среди отсутствующих была и Джанет. Кас знал, что двоюродная сестра сейчас в штабе агентства «Энергия» разбирает отчёты и подготавливает снаряжение для очередного патруля. Пятьдесят восьмое место в рейтинге недостаточно высокое, чтобы попасть на такое собрание, но его достаточно, чтобы работать на износ каждый день. Её причуда с передачей энергии никогда не выглядела зрелищно, не собирала толпы фанатов и не попадала в заголовки, в отличие от Бэссу, но именно Джанет последние два года была тем клеем, который держал их с третьей в форме. Пока они ловили преступников, она подпитывала, восстанавливала, затягивала ненадолго раны до прибытия медиков. Она герой, без которого они оба были бы уже в могилах. Сегодня ей не было места за этим столом. Кас ненавидел это чувство, когда комиссия смотрела только на цифры и популярность, а не на реальную пользу. В зал вошла глава комиссии - седая женщина с прической под горшок и приказным голосом, от которого у многих героев сводило зубы. Она встала во главе стола. Свет приглушился, уступая место голографической карте Земли, расцвеченной алыми точками угроз. — Леди и джентльмены, — начала она. Даже Алмаз перестал жевать протеиновый батончик и как-то сдулся в форме. — Вы все видели досье. «Глобальный фронт освобождения» за три месяца расширился от подпольной сети до организованной армии с финансированием и поддержкой других злодеев в двадцати двух странах. Япония, Австралия, Германия, Бразилия и Россия - это лишь очаги. Нам нужно помочь закрыть главные дыры, остальное будет уже делом самих стран. За нашу родину волноваться не стоит, Серебрянка неделю назад при поддержке агентства "Ангелы" закрыла первый очаг на территории Миннесоты. По столу прошла рябь напряжения. — Мы направляем оперативные группы согласно рейтингу и совместимости причуд, — её взгляд скользнул по лицам присутствующих. — K.A.S и Бэссу... Кас выпрямился сам, не дожидаясь команды. — ...вы двое в Японию. Там ситуация наиболее… деликатная. После войны с Лигой злодеев и ВЗО местное общество до сих пор восстанавливается, а их комиссия безопасности попала под жесткую реорганизацию ранее, — она сделала паузу. — Вы будете работать в связке с местными героями. Координатор с их стороны - Шото. Девятнадцатый номер в общенациональном рейтинге Японии. Позже вам вышлют досье на него и на их лучших героев для более подробного ознакомления. Бэссу, не оборачиваясь к Касу, чуть слышно выдохнула: — Япония. Могло быть хуже. — Могла быть Австралия, — так же тихо ответил он, от чего девушка прикусила губу, лишь бы не рассмеяться от прекрасных воспоминаний, хотя внутри что-то неприятно кольнуло от осознания масштабности всей ситуации. Кас никогда не брал миссии международного уровня и уж точно не работал с иностранцами на чужой территории, помимо Италии. Плохо дело… хорошо, что Бэссу будет рядом. Глава комиссии между тем продолжала распределение: Алмаз и двое приставленных напарников отправятся в Россию, пара инвизов - в Германию, Воробья направят в Австралию, Серебрянка (по видеосвязи, конечно) оставалась курировать США. Кас почти не слушал. Он смотрел на алое пятно над Японией на голографической карте и думал о том, что Джанет останется здесь. Она снова будет ждать, собирать сводки и надеяться, что в этот раз брат вернется целым. — Вопросы? — закончила женщина. Бэссу подняла руку, даже не глядя на начальство. — Когда вылет? — Через шесть часов у вашей команды, частный рейс из Даллеса, — глава комиссии сложила руки. — И да, мистер K.A.S. — тот вздрогнул от неожиданности. — Постарайтесь не поджечь посольство на этот раз. У нас с Японией и так хрупкие отношения. Кто-то хохотнул. Бэссу улыбнулась уголком рта, толкая парня локтем. — Я с ним, — сказала она громко, так, чтобы слышали все. — Если подожжет, то только по моей просьбе. Собрание затянулось ещё на полчаса, в течение которых успели обсудить все, что касается нового злодейского фронта и цели миссий каждой команды. Они вышли из «Эверест-Холла» под холодный вашингтонский ветер. Где-то недалеко от входа в здании слышались сочувствующие речи. Кас мог зуб дать, что они были обращены Воробью, который до ужаса ненавидит любое существо, даже отдаленно похожее на насекомое. Парня действительно было жаль, но усмешка все же слетела с губ. Бэссу, стоя рядом и нервно постукивая каблуком, наконец, выпустила наружу то, что копилось остаток вечера. — Я остаюсь, — сказала она, глядя прямо перед собой. Кас замер. — Что? — Приказ вышел за пять минут до окончания собрания. Серебрянка отказалась от международной миссии. Её заменяют мной по кураторству Северной Америки, — Бэссу повернулась к собеседнику. В её тёмных глазах не было привычной насмешки. — Я пыталась отказаться. Сказала, что мы работаем только в паре. Мне ответили: «Справится. У него третий уровень огневой мощи, есть допуск к летальному, а вы ему не нянька». У Каса пересохло во рту. — Это идиотизм, — выдавил он. — Это политика, — она пожала плечами с такой тоской, что он впервые за много лет захотел кого-то ударить. Не врага и уж тем более не напарницу, нет. Желательно кого-то из комиссии. — А как же Джанет? — спросил он. — Она же с тобой остаётся? — Конечно, — Бэссу криво усмехнулась. — Пятьдесят восьмое место и работа в агентстве не даёт ей право отказаться от совместных патрулей с прекрасной мной. Джанет будет прикрывать меня здесь, как всегда. Только теперь без тебя. Кас молчал. Джанет, его двоюродная сестра, девчонка, которую он таскал на плечах ещё до того, как у них обоих проявились причуды. Она всегда была рядом: тихая, незаметная, но такая же упрямая, как и он сам. И сейчас она останется здесь, даже не имея права голоса, даже ещё не зная, что её родственника отправляют на другой континент в одиночку. — Тебя не было только… — он запнулся. — Два года подряд мы были в одной группе. Семь операций. — Восемь, если считать совместный отпуск на Багамах, где ты чуть не утопил меня из-за своей дурацкой причуды, — её голос дрогнул. — Слушай, родной. Я остаюсь здесь, но я буду с тобой на связи двадцать четыре на семь. В Японии твой новый напарник - сынок великого героя, о котором, на минуточку, до сих пор говорят и пишут даже в наших статьях. Девятнадцатое место? Да ты наломал бы там всем с закрытыми глазами с ним под руку. Это тебе не Италия с их идиотами, которые суют в напарники чувака, только что из академии вышедшего. — Да не в рейтинге дело, — начал он. — Знаю. Дело в том, что ты привык к определённому стилю. К тому, что я крою твою спину, а ты мою, — Бэссу шагнула вперёд и ткнула его пальцем в грудь. — Но этот парень, Шото… он прошёл через настоящий пиздец. Я читала отчеты. Он видел смерть, видел, как его брат рассыпается на куски. Не пытайся быть гребаным героем-одиночкой. По новостям он неплохой парень, в конце концов... — Я никогда не был одиночкой. — Ты был со мной. Теперь меня рядом не будет, что уж говорить о Джанет, которая всегда была нашим общим хвостиком, — она вздохнула. — Передавай привет сестре, когда дома будешь. Я присмотрю за ней в твоё отсутствие, не волнуйся. Ветер усилился. Где-то вдалеке завыла сирена полицейской машины - кто-то снова пытался ограбить банк на Пенсильвания-авеню. Обычный вечер в столице. Через несколько часов Кас будет лететь через океан, в страну, где он ни разу не был, работать с человеком, чьё лицо он видел только на экране телефона. — Пообещай мне кое-что, — тихо сказала Бэссу. — Что? — Когда вернёшься… а ты вернёшься, иначе я сама прилечу в Токио и вытащу тебя оттуда, мы устроим марафон плохих фильмов ужасов. На твой выбор! Я даже «Астрал» готова стерпеть. Кас на мгновение коснулся её предплечья, жест, заменяющий сотни слов. — Не смей без меня геройствовать здесь, — сказал он. — Третье место - это не повод лезть в самое пекло без прикрытия. Ты ещё молодая молокососка и совсем недавно его заняла. — Хей! Я младше всего лишь на месяц и никогда не лезу в дурдом без прикрытия. Это моя работа, — Бэссу улыбнулась, но эмоция не дошла до глаз. — А теперь иди собирай чемодан. Я закажу тебе самый отвратительный кофе в аэропорту, какой только смогу найти. Они разошлись в разные стороны от выхода: она - к стоянке служебных машин, он - к теневой стороне здания, где его уже ждал чёрный бронированный Седан. Кас сел на заднее сиденье, достал телефон и открыл досье, любезно высланное ему комиссией. Тодороки Шото - «Шото» 22 года Рост: 6.33 фута Причуда: огонь и лед Статус: активен Психологическая оценка: стабилен, отмечены остаточные явления посттравматического стрессового расстройства (в стадии ремиссии) Работоспособность: высокая Координация в паре: требуется адаптация — Адаптация, значит, — пробормотал Кас, откидываясь на спинку. — И никакой Джанет рядом, чтобы подпитывать, если что-то пойдёт не так. За окном проплывали огни Вашингтона. Там, за горизонтом, в стране восходящего солнца, его ждал человек, которому предстояло стать либо его хорошим напарником… либо огромной ошибкой. И Бэссу не будет рядом, чтобы шепнуть правильное решение на ухо, и Джанет не окажется сзади на подстраховке, чтобы перекрыть его потерю энергии в критический момент. Он убрал телефон в карман и закрыл глаза. — Драйв, до штаба. Быстро. Водитель кивнул. Автомобиль сорвался с места, и ночная столица осталась позади, растворившись в зеркалах заднего вида вместе с фигурой женщины в тёмно-синем костюме, которая стояла у своей машины, провожая его взглядом, полным того, что они оба никогда не называли вслух.