Глава 7. Ясность

Кас прислонился к холодному металлу контейнера, чувствуя, как адреналин уходит из тела, оставляя после себя только дрожь в руках и тупую, тянущую боль в суставах. Кровь на лице начала подсыхать, стягивая кожу неприятной коркой, и он провёл ладонью по щеке, пытаясь стереть хоть часть, но только размазал бурую массу ещё больше. Он судорожно выдохнул, пытаясь унять сердцебиение, но организм отказывался успокаиваться. Шото, стоявший рядом, нахмурился, заметив, как напарник провёл рукой по лицу, размазывая кровь, и полез в карман куртки. — Подожди, — сказал он, доставая сложенный платок. — Давай помогу. — Я сам справлюсь, — начал Кас, но Шото уже шагнул вперёд, сокращая расстояние между ними. Его пальцы, прохладные от ночного воздуха, коснулись подбородка Каса, поворачивая его лицо к тусклому свету единственного фонаря. Кас замер. От прикосновения по коже пробежали мурашки, и он почувствовал, как напряглись плечи. — У тебя бровь разбита, — сказал Шото, наклоняясь ближе, чтобы рассмотреть повреждение. — Неглубоко, но кровь идёт до сих пор. Если не остановить, заплывёт глаз. — Потом подлатаем меня, ничего страшного, — буркнул Кас, отворачиваясь. — С бровью я бы ещё согласился, но ожог стоит, как минимум, перевязать. Кас посмотрел на свою руку. Худи на предплечье оплавилось, открывая участок покрасневшей, уже пузырчатой кожи. Боль, которую он игнорировал во время боя, теперь возвращалась, пульсируя в такт сердцебиению. — Да, это будет болеть завтра, — признал он нехотя. — Сомневаюсь, что только завтра. Шото оглянулся по сторонам, оценивая обстановку. Они всё ещё были в порту, но отошли достаточно далеко от склада. Вокруг одни контейнеры, ржавые краны, редкие фонари. Никто не смотрел в их сторону. Он кивнул на небольшой закуток между двумя контейнерами, где было относительно укрыто от чужих глаз. — Идём, быстренько тебе обработаем всё. Кас хотел возразить, что он не ребёнок и может сам позаботиться о себе, но Шото уже шёл вперёд, и ему ничего не оставалось, кроме как следовать за ним. Они забрались в узкий проход между контейнерами. Здесь пахло ржавчиной и мазутом, а бетонный пол был влажным от ночной сырости. Свет от фанаря удачно освещал всё, поэтому за плохую видимость можно не переживать. — Снимай худи, — сказал Шото, уже доставая из кармана небольшую бутылку воды и платок. — Ты всегда носишь с собой воду? — удивился Кас, стягивая через голову испорченную вещь. От движения ожог дёрнуло болью, и он скривился, но промолчал. — Здесь продавали в баре, — Шото говорил буднично, сосредоточенно открывая бутылку. — Я успел купить, когда ты отстал от меня и начал разборки с тем бойцом и девушкой. Кас замер, уже сняв худи и оставшись в одной майке. Ночной воздух тут же обжёг кожу, и он почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Холод пробирался под ткань, заставляя его поёжиться и плотнее сжать плечи. — Ты всё так быстро купил? — переспросил он удивлённо. — Там же такая толпа была. — Дай руку, — сказал Шото, проигнорировав вопрос. — Только не дёргайся. Кас послушно протянул руку, сжимая зубы в ожидании боли. Он старался не показывать, как сильно это неприятно - стоять здесь, наполовину раздетым, в холоде и голоде, пока Шото возится с его раной. «Щас бы курочки или бургера какого-то... Не, воот у нас в Америке можно было-» — мысль прервалась и Антей зашипел от боли. Шото сначала вылил немного воды на платок и, не глядя на Каса, лёгким движением начал смывать грязь вокруг ожога. Вода была ледяной, то ли ночной воздух сделал своё дело, то ли Шото специально охладил её своей причудой. Кас не спрашивал, ему как-то было плевать на причину, он просто хотел, чтобы это побыстрее закончилось. — Холодно, — выдавил он, чувствуя, как зубы начинают постукивать. — Терпи, — коротко ответил Шото. — Это поможет снять отёк. Он работал аккуратно, не касаясь руками повреждённой кожи, только платком. Кас смотрел на его сосредоточенное лицо, освещённое далёким фонарём. Шото хмурился, изучая ожог, его пальцы двигались уверенно и плавно, будто он делал это не в первый раз. — Откуда ты знаешь, как это делать? — спросил Кас, чтобы отвлечься от холода и дискомфорта. — Когда был студентом, часто обжигался, пока тренировался. Я научился перевязывать ожоги, чтобы не обращаться каждый раз в медпункт. — Ты только не перевязывай слишком туго, а то рука затечёт, — сказал Кас, пытаясь вернуть лёгкость в разговор. — Мне ещё драться с ней на патрулях. — Если ты будешь драться с такой же рукой, я лично ударю тебя первым, — ответил Шото, слегка покосившись на Каса с лёгкой улыбкой на губах. «Он так пытался пошутить? О Боже, ладно, это весьма забавно». — Кас усмехнулся, несмотря на боль. Когда ожог был очищен, Шото достал из кармана небольшой бинт. Он разорвал его зубами и, накладывая поверх обожжённого места, закрепил парой точных движений. Кас почувствовал, как бинт плотно обхватывает предплечье, не слишком туго, но достаточно надёжно. — Теперь так будет лучше, — сказал Шото, выпрямляясь и делая шаг назад. — Не мочи повязку, если сможешь. — Я и не собирался купаться в порту, — ответил Кас, рассматривая свою руку. Перевязка была аккуратной, почти профессиональной. — Спасибо. — Не за что, — Шото убрал остатки бинта в карман и потянулся за худи, висящей на краю контейнера. — Надевай, замёрзнешь. Кас взял вещь, чувствуя, как ткань скользит по его пальцам, и натянул её, стараясь не задеть повязку. Рука всё ещё ныла, но уже не так остро, как раньше. Или, может быть, он просто привык к этой боли, как привыкаешь к постоянному шуму в ушах после долгого дня. — Ладно, — сказал он, поправляя воротник. — Спасибо. Хотя я мог бы и сам справиться. — Мог бы, — согласился Шото, и в его голосе снова послышалась та лёгкая ирония, которая иногда проскальзывала в их разговорах. — Но я хотел убедиться, что ты не занесёшь инфекцию. — Ой, заботливый какой, — фыркнул Кас. — Разве это плохо? — Тодороки непонимающе уставился на напарника. Американец неловко похлопал глазами и неопределённо пожал плечами. — Да нет, наверное? Вода в бутылке ещё оставалась, Шото оставил её на краю ящика. Антей поднял бутылку, вылил остатки на ладонь и провёл мокрой рукой по лицу, смывая засохшую кровь. Вода была ледяной, почти обжигающей, и он поморщился, когда она попала в разбитую бровь, но продолжал тереть, пока кожа не начала ощущаться чистой. Он вытерся рукавом, оставляя на ткани мокрые разводы, и провёл пальцами по лицу, проверяя, не осталось ли где крови. Всё это время лицо плыло от взаимодействий с ним, но напарник учтиво отвернулся и не подглядывал. — Всё, — сказал он, поднимая глаза на Шото. — Теперь я хотя бы не похож на жертву убийства.

***

Но сейчас была операция, и они должны были сосредоточиться на ней. Кас заставил себя отбросить лишние мысли и вернуться в реальность к вонючему складу, гулу толпы, запаху пота и крови. Они нашли место у дальней стены склада, где толпа была не такой плотной, а свет от единственной уцелевшей лампы падал так, что половина их лиц оставалась в тени. Отсюда открывался хороший обзор на ринг и на оба входа, а люди, проходящие мимо, редко задерживали взгляд на двух парнях, которые просто стояли в сторонке и никому не мешали. Кас прислонился спиной к холодному бетону, чувствуя, как шероховатая поверхность царапает одежду, и наблюдал за происходящим на ринге краем глаза. — Ты уверен, что твоё устройство не перестало работать? — спросил Шото тихо, чтобы никто из проходящих мимо не услышал. — Пока работает, — Кас коснулся уха, проверяя, на месте ли оно. — Видимо, удар пришёлся по касательной. Но лучше бы оно не вырубилось в самый неподходящий момент. — Если вырубится, придётся объясняться на пальцах. — Шото скрестил руки на груди и бросил короткий взгляд в сторону «Генерала». — Ты представляешь, как ты будешь объяснять бывшему герою, что хочешь вступить в их клуб, не зная ни слова по-японски? Напарники уже сопоставили факты и шанс того, что бывший герой №43 не связан с Фронтом - очень мал. — Я выучу пару ругательств, — Кас усмехнулся. — Должно сработать. На ринге тем временем шли один за другим бои без правил. Кас смотрел, как двое мужчин месят друг друга, как кровь разлетается по полу, как кто-то падает и не поднимается, а кто-то, наоборот, находит в себе силы встать и добить противника. Толпа требовала всё новых жертв, и организаторы исправно давали им это зрелище. Он краем глаза следил за «Генералом». Тот оставался в своём углу, не двигаясь, не участвуя, но его присутствие давило на атмосферу склада так же ощутимо, как духота и запах пота. — Что он здесь делает, как думаешь? — спросил Кас, не поворачивая головы. — Изучает, — ответил Шото. — Смотрит, кто есть кто и оценивает потенциальных союзников или врагов. Если он действительно работает на Фронт, то он здесь для того же, что и мы. — Только с другой стороны. — Да, верно подметил. Они замолчали, а время всё шло. Бои сменяли один другой, толпа то затихала, то взрывалась криками. Кас почти потерял счёт времени, когда почувствовал, что кто-то приближается. Он напрягся, но не подал виду, продолжая смотреть на ринг, где очередной боец добивал поверженного противника. Это был человек с повязкой на глазах. Кас узнал его сразу. Тот самый, что перед боем Каса и «Звезды» озвучивал правила. Он остановился в двух шагах от Каса и посмотрел на него, или сделал вид, что смотрит, потому что его глаза под повязкой не было видно. Он просто стоял и ждал, пока Антей заметит его присутствие. Герой медленно повернул голову, стараясь выглядеть расслабленным. — Слушаю, — сказал он. Человек улыбнулся. Улыбка была дружелюбной, даже приветливой, но в ней чувствовалась опасная лёгкость. — Хорошо подрался, — сказал он. Голос был спокойным, но с лёгкой хрипотцой. — Давно у нас не было таких новичков. «Звезда» уже долгое время никому не проигрывал, пять месяцев почти, а ты его уделал так быстро... Мужчина усмехнулся, и в этой усмешке было скрытое уважение. Восьмой даже растерялся маленько. — У тебя есть имя? — спросил он. — Джон, — Кас назвал первое имя, которое пришло в голову. — Просто Джон. Я не люблю лишних вопросов, так что будь краток и говори по делу. Человек кивнул, но в глазах плесали искры смеха. — Ладно, Джон. — Мужчина забавно произнёс его имя, будто вот-вот рассмеётся. — Я Кенго. Здесь я главный по организации и мне нравятся такие бойцы, как ты. Кас молчал, ожидая продолжения. — Тот, кого ты побил, работал на меня, — сказал Кенго, не повышая голоса, но каждое слово было слышно чётко. — Неофициально, конечно. Он приносил доход и люди любили ставить на него, потому что он редко проигрывал. Сегодня многие остались без денег из-за того, что ты сломал ему нос. — Это он виноват, что полез, — сказал Кас. — Я просто защищался. — Защищался, — Кенго повторил это слово с таким важным видом, что так и хотелось назвать павлином. — Ты ловко защищался, да и бил жёстко, без колебаний. В этом и вся сладость. Он сделал паузу и внимательно посмотрел на Каса. — Я не жадный, — продолжил он. — Убытки можно восполнить. Но я хочу предложить тебе кое-что. Ты новенький, и у меня нет на тебя никакой информации. Но ты показал себя неплохо, если ты хочешь заработать настоящие деньги, получить власть, которую не даст никакой диплом и лицензия, — его голос стал чуть тише, доверительнее, — ты можешь приходить сюда ещё. Покажи себя в нескольких боях, и мы поговорим серьёзнее. Вот оно. То, ради чего они пришли сюда. — А если я не хочу ни денег, ни власти? — спросил он, изображая безразличие. Кенго громко рассмеялся, и несколько человек из толпы обернулись на этот смех. — Тогда зачем ты здесь? — он качнул головой. — Люди приходят на бои по разным причинам. Проверить себя, сорвать куш. Но есть и другие: искатели приключений. Ты не ищешь приключений, Джон. Ты ищешь что-то большее. Мне кажется, ты сам ещё не знаешь, что именно. Но я могу помочь тебе это найти. Кас промолчал, и Кенго воспринял это как согласие. — Подумай, — сказал он, разворачиваясь. — Бои проходят раз в месяц по 25 числам. Следующий через месяц. Придёшь и победишь снова - продолжим разговор. Ну, а если не придёшь, то я пойму, что ты не заинтересован. Он ушёл так же внезапно, как и появился. Растворился в толпе, оставив после себя только лёгкий запах дешёвого одеколона и чувство, что только что состоялся разговор с кем-то очень опасным и очень влиятельным. Шото дождался, пока Кенго скроется из виду, и тихо подвёл итог. — Хочет, чтобы ты пришёл ещё. — Ага, — Кас кивнул. — Надо это обсудить. Он явно что-то задумал. — Думаешь, он на тебя и правда хочет выйти? — Возможно. Ему нужны новые бойцы, они строят какие-то планы... — Кас криво усмехнулся. — Ладно, посмотрим. Если он зовёт меня снова, я приду. Выиграю ещё пару боёв и может, тогда он начнёт доверять мне. — Если только он не прикажет тебя убить на третьем бою. — Тоже вариант, — Кас потёр повязку на руке. — Но давай пока думать о хорошем. Они замолчали. Шото перевёл взгляд на ринг, где начинался новый бой. Кас проследил за его взглядом. — Мне это не нравится, — сказал Шото. — Мне тоже. Но пока мы у них на крючке, у нас есть шанс что-то узнать. — Кас посмотрел на свои руки - костяшки покраснели, кожа содрана. Завтра будет больно. Шихай, прятавшийся в тенях наверху, наверняка видел весь разговор. Кас надеялся, что он успел запомнить лица и детали, которые могли пригодиться. Следующие бои прошли без происшествий. Кас смотрел, как на ринг выходят всё новые и новые бойцы, как они бьют друг друга, как падают, как встают или не встают, и в голову лезли нехорошие мысли. Он думал о том, сколько таких вот «Джонов» уже прошло через эти бои, сколько из них осталось лежать на ринге, а сколько ушли, получив свои деньги или сломавшись. Когда последний бой закончился и Кенго объявил об окончании вечера, толпа начала медленно расходиться. Люди покидали склад, обсуждая увиденное. Кто-то смеялся или спорил, кто-то просто молча шёл к выходу, сжимая в руках выигранные деньги. Кас и Шото подождали, пока основная масса схлынет, и только тогда двинулись к выходу. Они не торопились, стараясь не привлекать внимания. Они вышли из склада в ночную прохладу порта, и Кас сделал глубокий вдох, чувствуя, как воздух очищает лёгкие от спёртой духоты. Небо над головой было чистым, без единой звезды, и только редкие фонари разбрасывали жёлтые пятна света, в которых клубился туман. Сзади раздался тихий шорох. Кас напрягся, но расслабился, когда из тени шагнул Шихай. Он был бесшумен, как всегда, и выглядел так, будто не стоял на балконе последние два часа, а просто вышел прогуляться. — Ну и вечер, — сказал он, поравнявшись с ними. — Я думал, что у вас всё тихо, но вы умудрились устроить шоу. — Не я выбирал противника, — сказал Кас. — «Звезда» был не самым сильным бойцом из тех, кого я там успел увидеть. Но справился ты хорошо! На балкончике то и дело, что вспоминали тебя. — Спасибо, — Кас усмехнулся. — А кто был сильным? Тот, с газом? — И он тоже. Но он просто стоит, а не действует, в отличие от организаторов, помощников Кенго. Я насчитал пятерых. Один из них, худой парень в чёрном, всё время ходил между зрителями и перешёптывался с ними. Скорее всего, собирал информацию. — Кенго хочет, чтобы я вернулся, — сказал Кас. — Сказал, через месяц приходить. — Я слышал, — Шихай кивнул. — Ты будешь участвовать снова? — Да. Шихай посмотрел на него долгим взглядом, потом покачал головой. — Ты ненормальный, — сказал он. — Ты это знаешь? — Да, — Кас посмотрел на небо. — Я в курсе. Они двинулись к микроавтобусу, который ждал их в трёх кварталах от порта. Тишина между ними была не тяжёлой, а скорее усталой, как после долгого рабочего дня. Когда они сели в машину, Кас откинулся на сиденье и закрыл глаза. — Я должен вернуться, — сказал он в тишине. — Выиграть ещё несколько боёв. Это мой билет к Фронту. — Если ты не умрёшь там раньше, — заметил Шихай без злобы. — Это ты умеешь подбодрить. — Я просто честен с тобой, товарищ мой! Шото ничего не сказал. Он просто сидел рядом, и Кас чувствовал его взгляд, тяжёлый и проницательный. Они сняли устройства, меняющие внешность, кроме Каса. В городе за окнами микроавтобуса зажигались огни, такие же, какими они были, когда Кас выходил на задание, и ему казалось, что он смотрит на них впервые. Кас открыл глаза. Шото сидел рядом, глядя в окно. Его профиль был спокоен, но Кас заметил, как сжата челюсть, как напряжены пальцы на коленях. — Ты в порядке? — спросил он тихо. Шото повернулся. Их взгляды встретились. — Я должен был тебя прикрыть, — сказал он. — Во время встречи с той женщиной. Я должен был быть рядом, но по итогу не уследил и.. — Слушай, расслабься, — Кас пожал плечами. — Всё, что не делается, делается к лучшему. По итогу я показал себя и меня заметили, а это куда лучше нашего прежнего плана. — Я знаю. Но это не значит, что мне становится спокойнее от этого. Кас хотел сказать что-то ещё, но слова застряли в горле. Он просто кивнул и снова закрыл глаза. — Рука не болит? — спросил Шото через минуту. — Терпимо, — ответил Кас. — Спасибо за перевязку. Ну, и за то, что отдал свою воду. — Не благодари. — Хорошо, больше не буду. — Кас усмехнулся. Он слышал тихое дыхание Шихая спереди и шум шин. Чувствовал, как в его мышцах отзывается боль и усталость - всё это казалось теперь почти неважным. Он прикрыл глаза, позволяя себе провалиться в полудрёму, когда почувствовал, как микроавтобус замедляется и плавно сворачивает в сторону. Кас открыл глаза и выглянул в окно. Вместо знакомого силуэта отеля за стеклом проплывали белые стены, тусклые лампы и вывеска с красным крестом. — Это что, больница? — спросил он, поворачиваясь к Шото. — Больница для героев, — спокойно ответил тот. — Накамура настояла. Сказала, что ты должен пройти полный осмотр после боя, а не просто перевязаться платком в порту. — Я хотел лечь спать, — простонал Кас, откидываясь на спинку сиденья. — Я хотел просто приехать в отель, рухнуть на кровать и не вставать до обеда, а вы меня тащите в больницу. — Ты сам сказал, что ожог стоит того, чтобы его перевязать, — напомнил Шото с лёгкой усмешкой. — Я имел в виду, что мне нужна нормальная повязка, а не полный медицинский осмотр с анализами и очередями! Шихай обернулся с переднего сиденья и усмехнулся: — Бросьте, мистер Джон. С твоей рукой и разбитой головой тебе всё равно не дадут спать. Так что расслабься и получай удовольствие от общения с врачами. Кас закатил глаза и сполз по сиденью, чувствуя себя ребёнком, которого заставляют есть брокколи. — Ненавижу больницы, — буркнул он. — Там всегда холодно, пахнет лекарствами и все смотрят на тебя с таким видом, будто ты ходячий мертвец. — Ты не ходячий мертвец, — сказал Шото, открывая дверь. — Ты просто побитый герой. Вставай. Кас вздохнул, натягивая капюшон, и с трудом поднялся на ноги. Каждое движение отдавалось болью в ушибленных рёбрах и обожжённой руке, но он не подавал виду, только стиснул зубы и пошёл за Шото к светящимся дверям больницы. — Я не хочу в больницу, — повторил он тихо, когда они вошли внутрь. — Тебя никто не спрашивает, — ответил Шихай, и в его голосе послышалась усталая насмешка.

***

После нескольких часов беготни по больничным коридорам, кучи проверок, бесконечных вопросов и уколов, которые Кас терпел с каменным лицом, он чувствовал себя выжатым, словно лимон. Шихай, который остался с ним для моральной поддержки или скорее для собственного развлечения (ведь Шото давным давно уже уехал и пожелал всем хорошего отдыха), - не упускал возможности пошутить про «Звезду» и его «звёздную карьеру». Кас огрызался, но беззлобно, больше от усталости. — Ты как там, Джон? Ещё живой? — спросил Шихай, когда Кас в очередной раз вышел из кабинета с новой порцией бинтов на руке и пластырем на брови. — Уйди, — простонал Кас. — Я тебя ненавижу. — А кто тебя спас от скуки? Я! — Шихай хлопнул его по плечу, и Кас зашипел от боли, но улыбнулся, не сдержавшись. — Ты меня убьёшь раньше, чем я доеду до отеля. Шихай только рассмеялся, и Кас сдался, позволяя себе улыбнуться в ответ. Он давно не чувствовал такой лёгкости даже в такой дурацкой обстановке. Споры с врачами, которые настаивали на госпитализации, и его уверения в том, что он «просто выспится и всё пройдёт», длились ещё минут двадцать. Кас вышел из больницы, когда небо за окном начало светлеть, окрашивая крыши в бледно-голубой цвет. Он поймал такси, и уже через полчаса открывал дверь своего номера в отеле. Скинул ботинки, стянул через голову испорченное худи, забросил его в угол и рухнул на кровать, не в силах даже раздеться. Глаза закрылись сами собой. На столике всё ещё стоял холодный кофе, который он не выпил, но это было уже неважно. Антей провалился в сон, даже не успев натянуть одеяло. В голове гудели отголоски боя, боль в суставах отдавалась тихим гулом, но он не обращал на это внимания. Завтра будет новый день, а сегодня он просто заслужил отдохнуть. Может быть, даже увидеть во сне розовых единорожков или кучу маленьких Джанет, которые вечно просили покатать его на спине, когда они были детьми.