Без права на остановку

Корабль стонал. Сто лет забвения в космической пустоте превратили его металл в хрупкую кость, и теперь, врезаясь в плотные слои атмосферы Земли, он буквально захлёбывался собственной скоростью. Металлическая обшивка «Исполнителя» скрежетала так громко, будто живое существо, с которого заживо сдирают кожу. За иллюминаторами полыхало яростное, первобытное оранжевое пламя — планета неохотно, но верно принимала своих блудных детей. Действие тюремного седатива отпускало неохотно. Мёрфи рвано вздохнул, рьяно тряхнулголовой, отгоняя липкие остатки наркотического сна, и повернулся к девушке, сидевшей в соседнем кресле. Его бледное лицо в сполохах иллюминаторов казалось высеченным из камня, а в голубых глазах, ещё рассеянных и уставших, уже разгорался привычный циничный блеск. Из корабельных динамиков раздавался голос канцлера Джахи, объясняющего их ситуацию. Они направлялись на Землю. — Черт возьми, — сухим хриплым бизнесом выплюнул Мёрфи, когда капсулу швырнуло в сторону, и цепная реакция девичьих криков прокатилась по всему отсеку. Несколько человек вокруг вскрикнули от сильной качки. Селин Грей, бледная, с бешено бьющимся пульсом, едва удерживала сознание. Ремни безопасности больно врезались в плечи, а мир вокруг ходил ходуном. — Остановите... я где-нибудь сойду, — едва слышно, но с отчетливым сарказмом прошептала она. Уголок губ Мёрфи дрогнул и пополз вверх. Этот шторм вокруг, паника, смертельная опасность — и её ледяная ирония. Ему это определённо нравилось. Он забавлялся. Наклонившись ближе, преодолевая гул обшивки, он произнёс: — Прости, дорогая. Остановок во время поездки не предусмотрено. — Это наркота, да? — Селин нахмурилась, пытающейся справиться с тошнотой и слабостью в мышцах. — Это риторический вопрос? — Мёрфи ухмыльнулся шире и коротко постучал костяшками пальцев по вибрирующему борту корабля. — Да. Нас усыпили, чтобы не было беспорядка. Иначе было бы гораздо сложнее контролировать группу, полную детей. — Уроды, — процедила она сквозь зубы, чувствуя, как внутри закипает глупая, но такая живая злость на Совет Арки. Парень фыркнул и согласно кивнул. — Вы ещё даже не встречались с канцлером. Вы увидите гораздо худшее, чем просто сон под воздействием наркотиков. — Напыщенные уроды, — упрямо повторила Селин. Мёрфи тихо, искренне рассмеялся, откидывая голову назад к стене и наблюдая за ней. Ухмылка все еще оставалась на его лице, подпитываемая этой чистой, злой энергией, исходящей от неё. — Ты бойкая, мне это нравится. Ты, кажется, не так уж и расстроена, когда тебя сбросили с поля. Селин перевела на него взгляд, полный мрачной решимости. Капсулу снова подбросило, послышался треск рвущихся кабелей где-то под потолком. — Дай бог переживём приземление, напомни... — Если мы переживем посадку, напомни мне записать твое имя, — насмешливо перебил её Мёрфи, передразнивая её тон, но в глубине его глаз промелькнула нотка веселья и уважения. В ту же секунду корабль содрогнулся от страшного удара — сработали тормозные парашюты. Воздух выбило из легких, свет мгновенно погас, и весь десантный отсек затопило тревожное, кроваво-красное сияние аварийных ламп. — Грей! — выкрикнула она, перекрывая грохот разрывающегося воздуха и панические вопли из хвостовой части корабля. — Я Грей! Чтобы тебе не пришлось напрягать память на том свете! Мёрфи зашёлся в сухом, лающем смехе, который тут же потонул в оглушительном скрежете. Один из десантных тросов над их головами с треском лопнул, и тяжёлая пряжка маятником пронеслась в паре дюймов от лица парня. Он даже не моргнул. — Принято, Грей! — рявкнул он в ответ, наклоняясь ближе, чтобы она могла его расслышать. — Если разобьёмся, я лично прослежу, чтобы на нашем общем надгробии всё написали без ошибок! Вдруг в паре метров от них раздался пронзительный треск — у кого-то из ребят лопнул ремень безопасности. Несчастного подростка швырнуло со страшной силой, и он насмерть разбился об угол железной переборки. Мёрфи вздохнул, уводя взгляд от затихшего тела. — Спустя всего минуту после начала матча число жертв уже растёт. — Какая жуть, — прошептала Селин. Мёрфи фыркнул, равнодушно прислоняясь спиной к стене. — Привыкай, дорогая. Это далеко не последний раз, когда ты увидишь труп. Корабль снова сильно тряхануло. Селин почти влетела в него, повиснув на собственном ремне. Челнок был слишком старым, удерживающие ремни — изношенными, и вся эта дряхлая конструкция натужно скрежетала под дикими перегрузками, едва удерживая её на месте. Мёрфи успел перехватить её за предплечье свободной рукой, когда натянутая ткань её ремня издала опасный, зловещий треск. Металлическая пряжка Селин со скрипом вывернулась из паза, и её удерживало лишь чудо и крепкая хватка парня. Расстояние между их лицами сократилось до нескольких дюймов. Его дыхание обжигало её кожу, а пальцы намертво впились в её куртку. — Держись за меня! — орал Мёрфи прямо ей в ухо, пока корабль делал очередной безумный крен, заставляя обшивку стонать ещё громче. Селин вцепилась в его плечи, чувствуя, как ткань его ремней безопасности тоже натягивается до предела. Мёрфи протянул руку, прижимая её к себе своим телом. Его руки обхватили её талию, удерживая на месте. Он смотрел на неё, их лица находились совсем рядом, когда корабль снова накренился. Голубые глаза Мёрфи задержались на её лице, на губах играла ухмылка. — Осторожно, принцесса. Не хотим, чтобы ты улетела. — Я задела тебя? Прости, я это не контролирую, — выдохнула Селин, пытаясь удержать равновесие. Мёрфи покачал головой, слегка крепче сжимая её талию. — Ничего страшного, принцесса. Я не против, если ты будешь немного сближаться. Мёрфи ухмылялся, его глаза сверкали озорством, когда он рассматривал её лицо. Он явно наслаждался тем, что дразнил её, находил её забавной. Но в этот раз швырнуло уже его в неё. Мёрфи кряхтел, когда его тело от силы качки врезалось в её. Он крепче обнял её, его руки скользнули вверх по её бокам. Он прижался к ней, удерживая её между собой и стеной позади. Он смотрел ей в глаза, в его взгляде мелькал насмешливый блеск. — Если ты хотела заполучить меня, милая, тебе достаточно было просто попросить. — Столкновение — не повод для знакомства. Даже если оно второе, — парировала Селин. Вокруг них раздался жуткий треск — у нескольких человек снова порвались ремни, и подростки с криками разбились насмерть о выступы переборок. Мёрфи усмехнулся, его руки всё ещё удерживали её на месте. Ему нравилось, как близко она к нему, ощущение её тела рядом со своим. Он наклонился ближе, его лицо находилось в нескольких сантиметрах от её лица. — Назови это судьбой, дорогая. Двое незнакомцев, брошенных, как тряпичные куклы, на этом паршивом корабле. Похоже, мир хочет, чтобы мы лучше узнали друг друга. — Ну раз мир хочет, то можно. Селин. Ты? — Я Джон! — крикнул он в ответ, перекрывая гул. Он упрямо перехватил её одной рукой, а свободной попытался вслепую нащупать вылетевшую пряжку. Пальцы парня цеплялись за холодный металл. Он с силой вбил его обратно в заклинивший паз, и замок с глухим щелчком встал на место. Удача — её второе имя, потому что у него действительно получилось. — Селин, да? — Мёрфи повторил имя, проверяя его. Оно легко слетело с его языка, и он слегка кивнул. Он посмотрел на неё сверху вниз, и в его взгляде появилась едва заметная ухмылка. — Мне нравится. Тебе идёт. Их снова с силой швырнуло в сторону. Мёрфи сквозь зубы кряхтел, снова крепче сжимая её в объятиях. Он начинал привыкать к тряске и сотрясениям корабля, но ему всё ещё было чертовски некомфортно. Он смотрел на неё сверху вниз, их тела всё ещё были прижаты друг к другу. — Знаешь, если тебе нужен был повод, чтобы приблизиться ко мне, тебе не нужно было ждать, пока мы окажемся на какой-нибудь чёртовой металлической смертоносной штуковине. — Взаимно, — ответила Селин. Улыбка Мёрфи стала шире. Ему нравилась их перепалка, искорка в её глазах. Он наклонился чуть ближе, слегка понижая голос: — Ты не такая застенчивая, как выглядишь, правда? — На пороге смерти? Нет. Мёрфи рассмеялся, обхватывая её подбородок рукой и слегка запрокидывая голову назад. Он изучал её лицо, его взгляд скользил по её чертам. — Ты ведь не боишься смерти, правда? Мне это нравится. Большинство людей на этом корабле чуть не обмочились от страха. — Пиздец как боюсь. Выражение лица Мёрфи смягчилось, он нежно провёл большим пальцем по её щеке. Он видел страх в её глазах, даже если она пыталась его скрыть. Он наклонился ближе, его голос был тих и сдержан. — Не нужно притворяться, что тебе не страшно, принцесса. Мы все вот-вот ступим на планету, где нас может убить что угодно. Страх — это просто жизнь. Его снова швырнуло об неё, в этот раз сильно и больно. — Ты выбрал не лучший момент для философии, — выдохнула Селин. Мёрфи кряхтел, когда они снова столкнулись. Он обнимал её за талию, удерживая на месте, пока корабль качало. Его тело было плотно прижато к её телу, лицо всего в нескольких сантиметрах от неё. — Черт возьми, если так будет продолжаться, мы оба получим сотрясение мозга. Корабль начинал нагреваться по мере продвижения сквозь атмосферу. Стены вокруг них словно были объяты пламенем, а тряска и сотрясения только усиливались. Казалось, он вот-вот развалится или сгорит прямо в небе. Стенка раскалялась, всё вокруг ходило ходуном. Девушку колотило от страха и адреналина, обшивка нещадно обжигала ей спину сквозь куртку, а ему — руки, которыми он пытался её заслонить. Мёрфи притянул Грей к себе, крепко обнимая её. Его взгляд был прикован к стене перед ними, он наблюдал, как она начинает светиться от жара. — Держись за меня, принцесса. Нас ждёт очень непростая поездка. Она вцепилась в него, как в спасательный круг. Мёрфи крепко обнимал её, его хватка была железной. Он чувствовал, как её сердце колотится у него в груди, когда их обоих с силой швыряло по кораблю. Его мышцы напряглись, тело пыталось защитить её от самых сильных ударов. Он наклонил голову и прошептал ей на самое ухо, перекрикивая нарастающий рёв челнока: — Не отпускай, принцесса. Я тебя держу. Мёрфи коротко усмехнулся, несмотря на смертельную опасность, в которой они находились. Он огляделся по сторонам, замечая, что остальные подростки вокруг выглядят испуганными или вот-вот потеряют сознание. — Надеюсь, мы не станем одной большой лепёшкой, Джон. — Я не собираюсь в ближайшее время превращаться в человеческий блин, принцесса. И я не собираюсь позволять тебе в него превратиться. Мёрфи чувствовал, как её голова прижимается к его плечу, и инстинктивно крепче обнимал её. Он чувствовал её страх, и его руки сжимались так, словно он действительно мог заслонить её от окружающего хаоса. Его взгляд метнулся в сторону, когда ещё одного человека отбросило к стене, и он болезненно поморщился. — Мы почти закончили, принцесса. Потерпи ещё немного. — Спой мне, пожалуйста, — вдруг тихо, на грани слышимости попросила Селин, сильнее зажмуривая глаза. Мёрфи посмотрел на неё сверху вниз, и его взгляд слегка смягчился в ответ на эту абсурдную просьбу. — Хочешь, я спою тебе песню, принцесса? В разгар посадки космического корабля, которая может убить нас всех? — Последнее желание и всё такое. Мёрфи вздохнул, его губы слегка дрогнули в слабой улыбке. Он огляделся по сторонам, даже не будучи уверен, что им вообще удастся покинуть этот корабль живыми. Он наклонился ближе, почти касаясь её уха, максимально понизил голос и тихо начал петь. Это была медленная, хриплая песня Курта Кобейна. Джон не был великим певцом, но в этот жуткий момент его ломающийся голос создавал странное, пугающе интимное пространство посреди криков. Он пел хрипловато, вытягивая слова «My girl, my girl, don't lie to me... Tell me where did you sleep last night». Она вздрагивала от каждого нового скрежета и удара верхушек деревьев по обшивке. Мёрфи продолжал петь, не отрывая взгляда от Грей. Он видел каждое её движение, замечал, как перехватывает дыхание, когда корабль стонал и скрипел вокруг них. В этот момент он был настолько сосредоточен на ней, что весь остальной мир просто отступил на второй план. Все, о чём он мог думать — это её лицо, её испуганный взгляд, устремлённый на него, пока он упрямо пытался её успокоить. Пока Мёрфи пел, его мысли отчаянно метались, цепляясь за строчки. В царящем вокруг аду было трудно сосредоточиться, но он продолжал, выстраивая этот хлипкий барьер между ними и катастрофой. С каждым словом он прижимал её к себе всё крепче. Он чувствовал, как бешено учащается его собственное сердцебиение — и больше не понимал, было ли это от страха перед неминуемым кораблекрушением или от девушки, которую он так отчаянно сжимал в своих объятиях.