Часть 2. Глава 5 «Победа»

Часть 2

 

Глава 5 «Победа»

Яркое солнце пробивалось сквозь шторы, рисуя золотые узоры на полу в комнате девушек. Элина, потянувшись, свесила ноги со своей кровати. Резким, но нежным движением она оказалась в кровати Норы, уютно устроившейся под одеялом. - Вставай, соня! — щекотала ее Элина. Ее голос звучал свежо и бодро, контрастируя с сонным ворчанием подруги. — Элина, отстань! — Нора уткнулась носом в подушку, пытаясь спрятаться от утреннего света. - Я уезжаю через два часа, не хочешь попрощаться? — напомнила Элина, и ее улыбка смягчилась легкой грустью. Нора откинула одеяло, и в её ещё сонных глазах читалась печаль.  - Уже…? - Лето прошло, Нора. Сегодня 30 августа, у меня поезд.  - Опять я весь год одна, — проворчала Нора, медленно поднимаясь с кровати. - Да ладно тебе, Нора. Я буду звонить, писать… - В прошлом году ты говорила то же самое! Эта школа как будто стала важнее меня. - Неправда, ты мне дорога, — Элина подошла к подруге, и в её голосе звучала искренность. — Просто сама понимаешь, я же учусь.  - Я хочу поехать с вами! — заявила Нора, и её глаза загорелись неожиданным энтузиазмом. Элина растерялась. «Вряд ли Нора сможет понять «архитектурные инновации» в виде стен, через которые можно проходить» - подумала Элина.  - Ну, не знаю… — протянула она. — Спрошу у Сиены. Не успела она подумать о Сиене, как дверь распахнулась. - Доброе утро, девочки! — Сиена вошла все с той же тёплой улыбкой. — Можете идти завтракать. Элина, не забудь, что сегодня ты едешь в школу. - Миссис Вандербилт, можно я поеду с вами? Пожалуйста! Пожалуйста! Я хочу проводить Элину, — Нора сложила ладони, умоляюще глядя на Сиену. Сиена посмотрела на Элину, но та лишь пожала плечами.  - Нора, мы едем на вокзал и обратно, ты особо ничего не успеешь… — пыталась объяснить Сиена. - Пожалуйста… — Нора чуть не плакала. Ну… ладно, Нора, поехали, — Сиена, по доброте душевной, уступила.  - Спасибо большое! — крикнула Нора и радостно выбежала из комнаты. - Что с ней такое? — Сиена подошла к Элине. - Не знаю, не хочет снова расставаться. А что мы ей скажем? — Элина забеспокоилась. - Придумаю что-нибудь, — Сиена обняла Элину и вышла, оставив её наедине с почти собранным чемоданом. После завтрака девушки направились к машине Сиены. Недолгая дорога привела их на знакомый рынок. - Элина, тебе нужны какие-нибудь школьные принадлежности? — спросила Сиена. - Вроде нет, всё осталось с прошлого года, — ответила Элина. - Тогда едем на вокзал. Доехав до вокзала, девушки вышли из машины. На полпути Сиена остановилась.  - Дальше Элина доберется сама. - Но я хочу проводить ее до поезда — попыталась настоять Нора. - Не получится, Нора, мне нужно срочно вернуться. Я предупреждала, что мы едем туда и обратно, — твердо сказала Сиена. Расстроенная Нора обняла Элину. - Не расстраивайся, Нора, в любом случае спасибо, что проводила. Ничего страшного, может, как-нибудь в другой раз, — успокаивала её Элина. - Ладно, я была рада хоть ненадолго побыть с тобой. Да и вообще, выбраться куда-нибудь из детского дома, — прошептала Нора. Элина улыбнулась. - Ладно, до скорой встречи, не скучай! — сказала Элина. - Постараюсь. Обнявшись с подругой, Элина подошла к Сиене. - До свидания, миссис Вандербилт, буду скучать. Элина старалась обращаться к Сиене на «вы» в присутствии других, чтобы никто не заподозрил, что между ними особая связь. Сколько всего Сиена сделала для неё за тот год и сколько ещё явно планировала сделать. - Пока, Элина, мы тоже будем скучать, — помахав рукой, Сиена увела Нору, чтобы та случайно не увидела, куда на самом деле направляется Элина. Сердце Элины забилось чаще, когда она увидела на перроне знакомые лица. Счастье переполнило ее, и она, забыв обо всем, помчалась навстречу друзьям. - Гарри! — восторженно воскликнула она, заключая парня в крепкие объятия. Гарри крепко обнял ее за талию и ответил: - Здравствуй, Элина! Я скучал! - С прошедшим тебя! — Элина вручила ему небольшую подарочную коробочку. Теперь она знала, когда у её друга день рождения — в последние дни каникул, как раз перед отправлением поезда. Гарри исполнилось четырнадцатьлет. Из-за своих родственников Дурсли, которые долго скрывали от него конверт с письмом, он чуть не пропустил свой первый учебный год, потому что письмо попало ему в руки почти перед его тринадцатилетием.  - Спасибо, Элина, очень приятно! — Гарри чуть не поцеловал её в щёку, но их прервало появление Рона. - Привет, Рон! — поздоровалась Элина. - Привет! А у нас пополнение, знакомься! — Рон подвинулся, и за его спиной показалась рыжеволосая девочка невероятной красоты. - Это моя младшая сестра Джинни, она поступает на первый курс. Джинни Уизли, самая младшая в семье, была на год младше Рона. - Привет, Джинни, я Элина! — она протянула руку девочке. Несмотря на, казалось, робость, Джинни была уверенной в себе и легко заводила новые знакомства. - Привет, Элина, приятно познакомиться! — бойко ответила девочка. - Ребята, поторопитесь! Поезд скоро отправляется! — послышался знакомый голос. Элина обернулась — это была миссис Уизли.  - Добрый день, миссис Уизли, — поздоровалась Элина. - О, здравствуй, Элина, рада тебя видеть! — ответила мама Рона. - Ну что ж, давайте по очереди. Ребята один за другим начали забегать в стену, чтобы попасть на платформу. Элина и Джинни остались последними. - Джинни, я могу тебе помочь, подсказать… — начала Элина, но, не успев договорить, увидела, как Джинни ловко нырнула в стену. Удивлённо подняв бровь, Элина последовала за ней. Перед ней снова предстал тот самый поезд, в котором она когда-то впервые познакомилась со своими друзьями. Зайдя в свой вагон, Элина села на своё место, ожидая, кто же окажется её соседом. Это был Гарри, всё как в первый раз. За разговорами о том, как они провели каникулы, они и не заметили, как добрались до места. Выйдя из поезда, они вместе с толпой учеников направились к школе. Летние каникулы, проведенные вдали от волшебного мира Хогвартса, стали для Элины временем глубокого самопознания. Она начала вести тайный дневник «ощущений», куда записывала свои самые сокровенные открытия. Каждую встречу с друзьями из детского дома она превращала в практику: считывала их эмоции, словно читала открытую книгу, и скрупулезно фиксировала свои ощущения. Это помогло ей не просто управлять своим даром, но и понять его истинную природу. Теперь, когда она смотрела людям в глаза, не было головокружения или потемнения в глазах. Вместо этого появилось ясное, отчетливое понимание того, что чувствует другой человек. Гнев, восторг, печаль, радость — эти эмоции, которые когда-то переполняли ее саму,смешиваясь с ее личными, теперь ощущались лишь как внешние волны, за которыми она могла наблюдать, не поддаваясь их влиянию. Она научилась держать себя в руках, быть наблюдателем, а не участником чужих переживаний, сохраняя внутреннее равновесие. Начался первый урок второго курса — травология с профессором Помоной Стебль. В теплице, среди обилия зелени и земли, царила сосредоточенная атмосфера. - Кто знает, как называется это растение? — прозвучал голос профессора Стебль. Рука Гермионы, как всегда, взметнулась вверх, словно молния. - Мандрагора, или мандрагорум, — отчеканила она, — сильнодействующее средство для восстановления здоровья. Мандрагору используют, чтобы вернуть человеку, подвергшемуся заклятию, его изначальный облик. - Отлично. Десять баллов Гриффиндору, — похвалила профессор. - Мандрагора является главной составляющей частью большинства противоядий. Но и сама мандрагора небезопасна. Кто может сказать почему? Гермиона снова была готова ответить: - Плач мандрагоры смертельно опасен для всех, кто его слышит, — без запинки ответила она. - Совершенно верно, — подтвердила профессор, и на лице Гермионы расцвела победная улыбка. Элина, стоящая рядом, одобрительно подтолкнула подругу в плечо. - Молодец! — прошептала она. - Возьмите наушники, — распорядилась профессор Стебль,  — Когда я скажу: «Наденьте наушники», постарайтесь надеть так, чтобы абсолютно ничего не слышать. Когда можно будет наушники снять, я подниму вверх большой палец. Наденьте наушники. Ребята послушно надели наушники. Профессор Стебль, засучив рукава мантии, крепко ухватила одно растение и с силой дёрнула. Вместо корней из земли выскочил крошечный, испачканный землей, безобразный младенец. Его истошный крик, даже через плотные наушники, заставил Элину содрогнуться. Следующим уроком была защита от тёмных искусств. Новым преподавателем стал Златопуст Локонс, чья слава гремела далеко за пределами Хогвартса. Его книги о борьбе со злом принесли ему армию поклонников. Ученики восхищались им, но Элина, напротив, держалась настороженно. Ей не нравились его самолюбие и нарциссизм, хотя она и надеялась, что такой «профессионал» сможет многому их научить. Заняв место за партой, Элина принялась внимательно слушать преподавателя. - Сегодня я научу вас, как обуздать самых мерзких существ, существующих в мире магов и волшебников, — самодовольно вещал Локонс. — Предупреждаю: в этой комнате вы увидите нечто поистине ужасное. Но не бойтесь, пока я рядом, с вами ничего плохого не случится. Локонс опустил руку на ткань, закрывающую клетку. - Тише, — понизив голос, — Они могут перевозбудиться. Весь класс затаил дыхание. Локонс откинул ткань. - Да, это они, — драматично произнёс Локонс, — Только что пойманные корнуэльские пикси. Из-под покрывала в клетке показались ярко-синие существа ростом не более двадцати сантиметров с острыми хищными мордочками. Выпущенные на свет после темноты, они пронзительно завизжали, заметались по клетке, принялись стучать по жердочкам и корчить устрашающие рожи. - А теперь посмотрим, — повысил голос Локонс, его глаза сверкали от предвкушения, — как вы с ними справитесь! — и эффектным жестом открыл клетку. В тот же миг пикси вырвались на свободу. Они разлетелись во все стороны и принялись крушить все, что попадалось в их крошечные лапки. Пузырьки с чернилами взмывали в воздух, заливая класс ядовито-синими кляксами. Корзины с мусором опрокидывались, разбрасывая содержимое. Книги и тетради рвались в клочья, картины срывались со стен. Не прошло и пяти минут, как весь класс сидел под партами. - Чего вы испугались? Загоняйте их обратно в клетку! Это же всего лишь пикси! — кричал Локонс. Он засучил рукава мантии, взмахнул волшебной палочкой и быстро произнёс: - Пескипикси пестерноми! Однако его слова, которые должны были усмирить разбушевавшуюся нечисть, оказались бессильны. Один из пикси в одно мгновение выхватил у Локонса волшебную палочку и с торжествующим визгом выбросил её в окно. Профессор, потеряв дар речи и, кажется, всякое желание сражаться, стремительно спрятался под стол. В этот момент пронзительный звонок возвестил об окончании урока. Весь класс, как один, бросился к двери, желая поскорее покинуть поле боя. В кабинете стало тише, и Локонс, выбравшись из своего укрытия, увидел Гарри и Элину, готовых выскочить за дверь. - Прошу вас, друзья, загоните оставшихся пикси обратно в клетку, — приказал он, проворно проносясь мимо них и захлопывая дверь прямо у них перед носом. - И после этого ты ему веришь! — гневно воскликнула Элина. Гарри, отбиваясь от злополучных созданий, попытался возразить: - Ты же читала его книги. Вспомни все те удивительные подвиги, которые он совершил. - Это он только пишет, что совершил. Если он такой герой собственных книг, тогда я... — она взмахнула палочкой, произнося заклинание, - Иммобилюс! В тот же миг все пикси застыли в воздухе, словно время для них остановилось. – …Тогда я великая волшебница! – гордо сказала Элина, посмотрев на витающих в воздухе пикси и, развернувшись, направилась к выходу из класса. Гарри, в очередной раз пораженный ее умениями, как завороженный, поплелся вслед за Элиной.    Весь предыдущий учебный год Элина также посвятила тренировкам по квиддичу под руководством Оливера. После ухода прежнего ловца команда Гриффиндора искала ему замену, и Элина с ее отточенными навыками и природной ловкостью идеально вписалась в состав. Теперь настал решающий момент — финал Кубка, в котором их факультету вновь предстояло сразиться со злейшим противником — Слизерином. Элина стояла, крепко сжимая в руках метлу, и чувствовала, как её охватывает волнение. Пальцы сжимались так сильно, что побелели костяшки. Оливер, заметив её напряжение, ободряюще коснулся её плеча. - Не переживай, Элина. Считай, что это просто тренировка, — сказал он, пытаясь придать ей уверенности. Элина кивнула, но тревога не покидала её. Занавес, отделяющий поле от зрительских трибун, распахнулся, открывая перед Элиной величественное зрелище. Изумрудное поле, обрамленное бурлящими от напряжения трибунами, было готово стать ареной великой битвы. Две команды, облаченные в яркие мантии, вихрем проносились по воздуху на метлах, словно птицы. Трибуны ревели, каждый факультет старался перекричать другой, подбадривая своих игроков. Элина отыскала взглядом среди разноцветной толпы своих друзей на трибуне Гриффиндора — Гарри, Рона, Гермиону и даже Джинни, которая восторженно выкрикивала её имя. Затем её взгляд упал на трибуну Слизерина и тут же встретился со взглядом Драко. Тот, не отличаясь ни умом, ни уважением, показал ей средний палец. Элина лишь слегка приподняла бровь, словно ожидала именно такого проявления «благородства», и отвернулась, направляясь на свою игровую позицию. Матч начался. Игроки, словно вихри, резали воздух метлами, передавая друг другу квоффлы, стремясь забросить их в кольца противника. Первый гол – Слизерин. Второй гол – Слизерин. Трибуна Слизерина ревела от восторга, празднуя каждый успех своей команды. Элина, хоть и следила за игрой, но чувствовала, как страх сковывает её движения. Но резкий свист, раздавшийся совсем рядом с её ухом, заставил её вздрогнуть. Это был снитч. Тот самый, что ей нужно было поймать. Не теряя ни секунды, Элина рванула вслед за золотистым мячом. Но её стремительный полёт был прерван резким ударом сбоку, выбившим её из колеи. Это была игрок другой команды, тоже ловец – девушка с факультета Слизерин, старше Элины на несколько лет. Она была сильна и вынослива, и ей ничего не стоило толкнуть Элину, чтобы остановить её. Но Элина собралась. Преодолев секундное замешательство, она вновь направилась вслед за снитчем, догнав соперницу. Они летели бок о бок, касаясь друг друга плечами, пытаясь сбросить противника с метлы. Элина собрала всю силу, что у неё была, чтобы держаться наравне с соперницей. Ни одна из них не собиралась уступать. Облетая преграды, они вновь сталкивались плечами. Но судьба, или, скорее, ловкость одного из гриффиндорских игроков, решила исход этой схватки. В самый неожиданный момент, мяч, брошенный гриффиндорцем своему сокоманднику, прилетел прямо по голове ловца Слизерина. Та, потеряв равновесие, слетела с метлы и упала на землю. На секунду Элина остановилась. В голове промелькнуло желание помочь сопернице, но азарт и стремление к победе взяли верх. Она стремительно набрала скорость, и, сделав несколько грациозных виражей, схватила снитч. Трибуны замерли в ожидании. Элина подняла руку вверх, в которой на солнце сверкал пойманный снитч, и, победно пролетев рядом с трибуной Слизерина, указала им на победу Гриффиндора. Болельщики вскочили со своих мест, радостно прыгая и выкрикивая ее имя. Элина, немного покружив в воздухе, спустилась на землю, где ее уже встречали товарищи по команде. Они обнимали ее, поздравляя с победой. Элина окинула взглядом трибуну Слизерина и увидела Малфоя. Он смотрел на нее с грозно-обиженным видом. Ухмыльнувшись, она показала ему средний палец, после чего он резко вскочил с места и покинул трибуну. Элина рассмеялась. И тут она заметила, что ловца из команды соперников уносят на руках без сознания. Было понятно, что удар был сильным и команда Слизерина осталась без ловца. Но кубок был у них, а значит, впереди была подготовка к новому сезону, в котором будет выступать уже другой ловец. Но Элину это не волновало, она в окружении своих счастливых сокомандников, направлялась в сторону замка.  Все еще под впечатлением от победы, Элина отделялась от ликующей толпы, направляясь в свою комнату. Но едва она свернула с центрального коридора, как кто-то резко схватил ее за руку. Еще мгновение — и она почувствовала сильный удар головой о стену. - Ай! — выдохнула Элина, хватаясь за ушибленное место. Ее глаза, полные непонимания, резко распахнулись, и она увидела перед собой Драко Малфоя. Он прижимал ее к стене, его холодные серые глаза сверкали. - Дерзко себя ведешь, Астрид! — прошипел он, и в его голосе сквозила скрытая ярость. - Твои жесты в мою сторону слишком самоуверенны.Особенно после того, как я узнал кое-что о твоих «особенностях». Играть на чужих эмоциях — это, конечно, искусство, но оно может обернуться против тебя. Элина, несмотря на боль и неожиданность происходящего, с вызовом встретила его взгляд. - Отпусти меня, Малфой! И если ты говоришь о каких-то «особенностях», то, возможно, тебе стоит сначала научиться держать язык за зубами. - Тебе мало сожжённой книжечки? Забыла, как плакала? — его слова попали прямо в цель, напоминая о старой обиде, которая, казалось, не давала ему покоя. Элина взяла себя в руки. - Плакала? Ты думаешь, я плакала из-за книги? — она слегка запрокинула голову, насмешливо глядя на него. - Малфой, твои попытки меня обидеть просто смешны. У тебя даже фантазии не хватит придумать что-то по-настоящему обидное, не говоря уже о том, чтобы понять, что я чувствую. Ее слова, произнесенные с холодным презрением, словно ударили его. Он еще крепче сжал ее запястье. - Думаешь, я забыл? Ты вечно позоришь меня! - Ты сам себя позоришь, Малфой. Своей трусостью, своим самомнением, своим отвратительным характером. А та книга… — её глаза сверкнули, — это была всего лишь книга. А вот твои жалкие попытки самоутвердиться за счёт других — это уже симптом. - Думаешь, ты такая умная, если можешь чувствовать чужие эмоции? — Драко понизил голос, его взгляд был изучающим ее с ног до головы. - Может, ты догадываешься, что я сейчас чувствую, а, Астрид? Наверное, тебе легко это дается, когда кто-то вроде меня пытается тебя унизить. Только вот ты не знаешь, что чувствуешь сама. - Я сказала, что ты жалкий, — Элина говорила спокойно, но каждое слово было обдуманным. - Ты думаешь, что можешь запугивать всех своей «дружбой», но на самом деле ты просто боишься. Боишься, остаться без внимания, боишься, что ты не такой особенный, как тебе кажется. Боишься, что без отца и его денег ты никто. А мои «ощущения», лишь помогают мне видеть правду, которая тебе так неприятна. Малфой побледнел. Её слова попали точно в цель, задев его за живое. Он явно почувствовал, как в нём закипает гнев, но Элина, заметив это, лишь приподняла бровь. - Можешь давить на мою руку сколько угодно, Малфой, — продолжала Элина, ее голос стал тише, но в нем появилась новая сталь и как, казалось, нотка заигрывания, но это был вызов. — Можешь пытаться играть со мной в свои игры. Но тебе меня не сломить. Думаешь, я тебя боюсь? Ошибаешься. Я боюсь только того, что такие, как ты, могут иметь какое-то влияние в этом мире. Она выпрямилась и посмотрела ему прямо в глаза. - Так что отпусти меня. Или я сделаю так, что твоя «храбрость» заставит тебя пожалеть о том, что ты родился на свет. Она не знала, как именно, но чувствовала, что ее слова, ее нежелание подчиняться — все это придавало ей уверенности. Как будто сейчас, какая-то неведомая сила рвалась наружу, чтобы передать ему эмоции гнева и страдания, в которых он утонет с ног до головы. Но она не понимала, как. А может, у нее уже это вышло…  Драко уставился на неё, в его глазах боролись гнев, замешательство и, возможно, что-то ещё, чего он сам не мог понять. Он увидел в её глазах не страх, а вызов, который не мог проигнорировать. Его хватка ослабла. Он не мог понять, что происходит.  - Ты ещё пожалеешь об этом, Астрид! — прошипел он, как по шаблону, но в его голосе уже не было прежней уверенности. - Возможно, — спокойно ответила Элина. - Но ты точно пожалеешь о сегодняшнем дне.  Голос, появившийся из неоткуда, заставший эту картину, отвлек их от разговора. - Элина? — совсем рядом раздался тонкий женский голос. Одновременно с Драко, Элина повернула голову в сторону источника звука. На пороге коридора стояла Джинни, её взгляд был полон недоумения. - Что происходит? — спросила она, глядя на Элину и Малфоя, прижавшего её к стене. - Все в порядке, Джинни, — спокойно ответила Элина, воспользовавшись моментом, чтобы решительно выскользнуть из его ослабевших объятий. - Еще одна Уизли… Когда вы уже закончитесь? — прошипел Драко, глядя на Джинни с нескрываемым отвращением. Элина хотела вступиться за подругу, но Джинни опередила ее. Ее глаза сверкнули, в них не было и тени страха. - О, Малфой, — раздался голос Джинни, в котором смешались ирония и откровенное пренебрежение. - Удивительно, что ты вообще нас заметил. Обычно ты так занят собой, что не видишь ничего, кроме собственного отражения. Элина посмотрела на девушку с открытым удивлением и восторгом. Она как будто отвечала ее же фразами.  Драко вздрогнул, его лицо исказилось от злости. - Что ты сказала, Уизли? - Я сказала, что ты слишком занят самолюбованием,— Джинни говорила спокойно, но каждое ее слово было как удар. - Ты… ты! — попытался пригрозить ей Драко, но Джинни лишь слегка улыбнулась. - Да, я. И, в отличие от некоторых, я не прячусь за спиной своего отца или за пустыми словами, — добавила она, бросив быстрый взгляд на Элину и подмигнув ей.  Элина не смогла сдержать улыбку. Она была в восторге от смелости Джинни. Этот разговор, похоже, выбил Драко из колеи. Он понял, что на этот раз не получит той реакции, на которую рассчитывал. Он посмотрел на Элину, а та лишь с улыбкой пожала плечами, и подойдя к Джинни, она легко коснулась ее плеча и, не оборачиваясь, девушек направились в гриффиндорское крыло, оставив Малфоя одного в опустевшем коридоре. Он был вне себя от ярости и, возможно, впервые в жизни испытал унизительное чувство, что его дерзость столкнулась с чем-то более сильным. Было ощущение, что его гнев как будто направился к нему двойным ударом, вызвав панику и стресс. Он был загнан в ловушку собственным разумом. Будто желая вызвать в Элине эмоцию страха, он вызвал ее в себе. Все смешалось в кучу. Он схватился за голову и быстрым шагом направился к мужскому туалету.  Когда Драко скрылся за поворотом, Джинни обернулась к Элине, и в её глазах читалось облегчение и в то же время триумф. - Я просто не могла оставить это без ответа, — призналась она. -Ты была великолепна! — искренне воскликнула Элина, её восхищение не знало границ. - Я не ожидала от тебя такой… такой колкости! Джинни рассмеялась. - Его надменное лицо просто не давало мне покоя. Рон тоже весь прошлый год жаловался на него. И на то, как он поступал с тобой. Мой отец тоже недолюбливает семью Малфоев. Уж слишком они высокомерные. Ты, кстати, держалась молодцом, Элина. Я видела, как он пытался тебя задеть. - Он пытался, — кивнула Элина, вспоминая его слова о её «даре». - Но у него ничего не вышло. Не могу поверить, что он так себя ведёт, — сказала Элина, всё ещё переваривая слова Драко. - Он думает, что может запугивать всех, зная о каких-то моих «особенностях». Я даже не представляю, что он мог услышать. - Да, я слышала, в прошлом году школа гремела о тебе. Рон рассказывал. Честно, я давно хотела познакомиться с тобой. А Драко… Не обращай на него внимания, — ответила Джинни. - Он всегда пытается найти слабое место и просто не может смириться с тем, что всё идёт не по его плану. - Да, но... — Элина остановилась. В разговоре с Джинни она почувствовала что-то новое. Не просто дружеское расположение, а некую близость, понимание. - Знаешь, Джинни, это так странно… ты такая же, как я. Ты не боишься говорить то, что думаешь, и не позволяешь другим себя унижать. Я почувствовала это, когда ты ему ответила. Джинни улыбнулась. - Наверное, мы обе не любим, когда кто-то пытается навязать нам свою волю. У меня шесть братьев. Жизнь научила меня справляться с таким.  - Именно, — кивнула Элина.  Она посмотрела на Джинни, и в её глазах мелькнуло предчувствие крепкой дружбы. Эта встреча, хоть и началась с неприятного инцидента, но она принесла ей нечто ценное — новое, искреннее понимание.  - Элина, ты иди, а я отойду в туалет – сказала Джинни. И девушки разошлись.  Зайдя в свою комнату, Элина плюхнулась на кровать, вымотанная игрой в квиддич и Малфоем. «Видел бы он свое лицо» - улыбаясь, думала Элина.  Дни в Хогвартсе текли своим чередом. Элина, полностью погрузившись в школьную жизнь, продолжала оттачивать своё мастерство в квиддиче. Тренировки под руководством Оливера стали для неё вторым домом, а команда уже считала её настоящим профессионалом. Её ловкость и обучаемость вызывали зависть даже у игроков с других факультетов. Однообразные уроки, контрольные, освоение новых заклинаний — всё это складывалось в привычную канву школьной жизни. После инцидента с Локонсом, уважение к нему окончательно испарилось. На его уроках Элина погружалась в себя, старалась уловить новые оттенки эмоций, исследуя свой дар. Она чувствовала, как мир вокруг неё становится глубже, а её способность управлять собой — сильнее. Дружба с Джинни крепла с каждым днем. Девочки проводили все больше времени вместе, их беседы текли легко и непринужденно. Даже Гермиона начала немного ревновать, заметив, что у Элины появилась новая лучшая подруга. Но Джинни, казалось, понимала все с полуслова, без лишних объяснений. Элине хотелось делиться с ней самыми сокровенными подробностями своей жизни — от воспоминаний о родителях до первых шагов в освоении своего удивительного дара. Ей хотелось довериться Джинни, ведь казалось, что именно она, как никто другой, понимает ее. Гарри, Рон и Гермиона знали о даре Элины, но не вдавались в подробности. Джинни же, напротив, искренне интересовалась всем, что касалось ее жизни. Элине было приятно видеть, как подругу увлекают ее рассказы. Джинни, в свою очередь, охотно делилась своими историями, и это создавало прочную основу для их дружбы. Однажды, в один из прохладных осенних дней, девочки сидели в комнате Элины, освещенной мягким светом настольной лампы. - Элина, это просто невероятно! — воскликнула Джинни, и её глаза засияли от восторга. - Ты говоришь, что эта магия идёт из глубины веков? Неужели твои предки знали все заклинания наизусть? - Нет, они записывали их в Книгу, — ответила Элина, чувствуя, как в груди нарастает волнение. - Книгу? Интересно! А у тебя есть эта книга? — глаза Джинни заблестели от любопытства. - Пока нет, но я знаю, что она существует, — ответила Элина. - И ты знаешь, где она находится? — настаивала Джинни. Элина хотела рассказать подруге о видении, в котором ей привиделось, что Книга Рода хранится у неё дома, но что-то её остановило. Лёгкое, едва уловимое внутреннее ощущение резко контрастировало с её полным доверием к Джинни. Элина задумалась. Случай на первом курсе, когда информация о Книге могла попасть не в те руки, заставил её быть осторожной. Поэтому она ответила: - Пока не знаю, Джинни. Мне снились сны, но ничего не было понятно. Думаю, мне нужно ещё немного времени, чтобы окрепнуть, ведь это довольно сильная магия. Может быть, поэтому я пока не могу узнать, где она, — мне ещё рано… Элина подняла глаза на Джинни. В тот же миг она увидела странное выражение на лице подруги. Промелькнула эмоция, совершенно ей не свойственная, словно чуждый оттенок на холсте. Элина, воспользовавшись своим даром, попыталась копнуть глубже, но, к своему удивлению, почувствовала лишь радость и восхищение. Это было очень странно. Словно какой-то барьер не давал ей почувствовать больше, словно она могла нырнуть с головой, но стояла в воде по пояс. С таким Элина столкнулась впервые. В голове промелькнула мысль: «может быть, дело в крепкой дружбе?». А может быть, Элина сама воздвигла эти преграды, подсознательно внушив подруге эмоции, которые хотела бы, чтобы испытывали по отношению к ней? Может быть, вся эта дружба с Джинни — лишь плод её воображения. Дружба ею лично созданная.  - Поняла, — прозвучал голос Джинни, но в нем слышалась какая-то сухость, словно она ждала чего-то более захватывающего, чем расплывчатые объяснения. Ее взгляд скользнул к прикроватной тумбочке, где лежал блокнот, закрепленный на видном месте небольшим замочком. - Личный дневник? — с легкой улыбкой поинтересовалась Джинни. - Можно и так сказать, — ответила Элина. - Записываю ощущения, связанные с моим даром. Эмоции, чувства. Для практики. - Ммм… — в голосе Джинни прозвучал интерес, - А можно почитать? Элина слегка смутилась, но постаралась сгладить неловкость смехом и ответила: - Не обижайся, Джинни, но я никому его не даю читать. - Жаль, ну ладно, — Джинни быстро отступила, - Прости, мне пора идти. И через пару секунд девушки уже не было в гриффиндорской спальне. «Что это было?» — промелькнуло в голове у Элины. «Неужели она и правда обиделась? Какая-то она сегодня странная…» С этой мыслью Элина взяла свой заветный блокнот. Открыв его ключом, который всегда лежал у нее в тумбочке, она решила записать свои ощущения после общения с Джинни. Было очевидно, что ей нужна практика на друзьях. Гарри, Рон и Гермиона — вот кто мог бы помочь ей понять, не внушила ли она им, как и Джинни, только те эмоции, которые хотела видеть. Возможно, чтобы понять, способны ли они испытывать к ней что-то кроме доброты, уважения и доверия, нужно было вызвать у них негативные эмоции.