Часть 3. Когда мёртвые говорят. Рене

— О чем ты?.. — тихо спросила она. В душе вновь зародился ужас. Откуда этот человек может знать о тех страницах? — Я тот, кого ты вызвала. — тихо ответил ей парень. Он смотрел на неё довольно долго, но ни разу не моргнул. Рене стало неуютно под этим пристально взглядом. Вчера в том переулке были именно такие ощущения. — Ты Демон?… — голос слегка сорвался на последнем слове. Было не так важно, если бы пострадала она сама, ведь ответственность за призыв лежит только на ней. Но могли пострадать другие Лисы. И этого нельзя допустить. — Нет. нет не демон. Я человек. Я душа, что застряла на границе миров или в так называемом Астрале. Произнеся ритуальные слова, ты вернулась меня в мир живых, но я все еще мертв и являюсь духом. — только сейчас Рене заметила в его голосе французский акцент. Это вызывает трепет с примесью остаточное шока и ужаса. Он был… прекрасен. Кудри цвета вороньего крыла ярко выделялись на фоне бледной, словно снег, кожи. А серые, дымчатые глаза мягко и печально смотрели в самую душу. — И… ты не можешь уйти обратно? — тихо спросила она. В ответ он покачал головой. — Не могу. Нужен ритуал, который проводит меня в тот мир. И проводить его должен тот, кто вызвал меня. Так сказали старейшины. — Он говорил тихо, почти шёпотом, будто мурлыча. Сердце уже не колотилось так быстро, и Рене наконец смогла выдохнуть. — А ты хочешь уйти? — он отвел взгляд. — Да. Я… я не знаю, сколько времени прошло с моей смерти, но я хочу уйти дальше. Какой сейчас год и число? — он скосил на неё взгляд и чуть нахмурился, будто что-то вспоминая. — Сегодня… 20 марта 2007. — Рене взглянула на календарь, висевший на стене, чтобы удостовериться. Все верно. — Я умер практически погода назад. — прошептал француз, уставившись на календарь — Я думал, что прошло больше времени. — Там, где ты был… нет ощущения времени? — она медленно села рядом, поглядывая в сторону двери. Нельзя, чтобы их кто-то увидел. — Там… нет практически никаких ощущений. Ты… будто плывешь в бесконечном тумане. Без эмоций, без чувств, без желаний. Лишь Ты, воспоминания и мысли. Изредка можно увидеть другие души. — взгляд серых глаз блуждал по комнате, будто пытаясь найти что-то. Наконец взгляд остановился на Джерси, что оставила на кровати Дэн. — Лисы? Ты Лис? Рене Уокер? — он резко обернулся на неё. — Да. А как звать тебя? — она склонила голову набок. Он смутно ей кого-то напоминал, кого она видела на фотографиях или на видео, но не помнила его имени. — Жан. Жан Моро. Я Ворон. — он говорил это твёрдо, как неопровержимую истину, пускай и на грани шепота. Даже после смерти он считал себя вороном. Он им был, он им умер, он им и остался. Осознание ударило резко и неожиданно. Жан Моро. Погибший еще осенью защитник команды Эдгара Алана. Отсутствие ведущего игрока в составе вызвало беспокойство у фанатов команды и множество вопросов. В октябре после их матча с Воронами администрации пришлось объявить о смерти игрока, вызвав волну ужаса. «Несчастный случай. Семья погибшего пожелала сохранить смерть и похороны игрока в тайне, и мы это уважаем». Так звучали слова тренера Тецудзи на пресс-конференции. Среди болельщиков объявили траур, и еще примерно месяца два в соц сетях мелькали посты о смерти выдающегося защитника, кумира многих и многих любителей Экси. Рико выглядел скорбящим и совершенно разбитым, когда у него брали интервью. «Жан был не просто невероятным защитником и членом Свиты. Он был моим ближайщим другом. Это произошло так неожиданно и шокирующе, что я все еще не могу прийти в себя. До сих пор я держался, но сейчас, когда об этом говорят все вокруг… Это стало тяжелее». Вот только Лисы не верили ни единому их слову. В тот день, когда стало известно о Смерти Жана, Кевин сорвался в истерику, как заведенный повторяя:«Он его убил… Он его убил. Это он Виноват… Это ОН виноват…» Следующие недели 3-4 превратились в ад. Кевин гонял их на тренировках как проклятый, а в свободное время напивался до состояния овоща, начиная что-то бормотать про Жана Моро о том, что он сожалеет. Даже Эндрю потерял свое абсолютное влияние на Кевина, что знатно выводило его из себя. Нил, и без того напряжённый, пускай уже не так сильно, как в начале года, стал более осторожным, но, к счастью, не закрылся полностью. Теперь на тренировках часто можно было услышать спор и стычки Джостена с Кевином на фоне его пьянства и совершенно бешеного режима (остальные не решались вступать в конфликт под взглядом Эндрю, который обещал долгие мучения за попытку вмешаться). Прекратить буйство Кевина удалось лишь Ваймаку. Просто в один момент тот утащил Дэя поговорить в кабинет, а после был перехвачен Эндрю. Вернувшись, тот стал более спокойным. Тренировки приобрели более размеренную систему, давая все еще тяжёлую, но все же подъемную нагрузку. Морияма на этот период залег на дно, поддерживая слова об удушающей скорби, что залило Кевина и подстегивало тренироваться больше. По словам Эндрю, как бы жестоко это ни звучало, смерть Жана могла стать именно тем, что заставит Дэя вытащить голову из задницы и перестать стелиться перед японцами. Отчасти это правда. На осеннем банкете тот держался более уверенно, чем ожидалось, и даже не стал напиваться до беспамятства, сделав лишь пару глотков для храбрости. Вороны, напротив которых из посадили, были тише, чем ожидалось, все еще поддерживая легенду о траур по бывшему сокоманднику, но Рико все еще был мудаком, так что он все же постарался вывести всех из себя. Особо старался он вывести Нила и Кевина. Рене не видела, что послужило последней каплей, но прекрасно слышала всю речь, которую Джостен вывалил на Морияму. Он упомянул про смерть Моро, прошёлся по комплексам Короля и поднял тему его отца. Кевин вмир побледнел, будто его сейчас стошнит, но все же остался рядом, стойко переживая свой страх. Рико, казалось, мог лопнуть в тот же момент. Наедине Эндрю признался, что был готов к истерике звезды, но этого не произошло, что давало шанс на то, что Кевин все же перестанет быть трусом. Рене пришлось сглотнуть рвущееся наружу удивление. — Это… крайне удивительное совпадение. Давай я переоденусь, и ты расскажешь про ритуал подробнее? — она заставила себя сохранить спокойное выражение лица. Вопрос о его смерти или о чем то другом был бы сейчас не уместен. Жан облегченно выдохнул, поняв, что она не станет расспрашивать, и ушел из комнаты как порядочный человек. Ушел, пройдя сквозь закрытую дверь. Рене поежилась. Это было жутко. Быстро натянув полосатый свитер и простые синие джинсы, она тихо вышла из комнаты. Девочки оставили записку на столе, что пошли с Нилом и остальными в кафе, и извинились, что не разбудили. Ей это только на руку. Жан нашёлся на кухне, сидящий на подоконнике и устремивший взгляд серых глаз вдаль. На столе уже стоял омлет, оставленный для нее Дэн. Не став тревожить Моро, Рене взяла из холодильника апельсиновый сок. Завтрак прошёл быстро и в тишине. — Так… как провести ритуал? — прервала молчание Рене, постучав пальцами по столу. Жан дернулся от неожиданности и резко обернулся. Видимо, он еще не привык к тому, что с ним разговаривают. — Точно… ритуал. — он сел напротив, сложив руки в замок. — Для начала надо будет подготовить пространство. Вокруг алтаря разложить четыре стихии. Могильная земля символизирует стихию Земли, важно, чтобы она была свежей, выротой не более чем 5 часов назад, зажженная свеча — Огонь, Чаша с Водой — Воду и птичье перо — воздух. Я бы хотел… чтобы это было перо Ворона. Свет допускается только от свеч и луны. Дальше привязка. Нужна… Личная вещь, часы, зеркало или старое фото мёртвого. Положить предмет нужно будет положить в центр алтаря. Для безопасности нужно запечатать вокруг себя круг из соли. Дальше нужно разорвать связь Мёртвого с этим миром. Для сжигания связи нужно написать волю духа. Это могут быть незаконченная дела, непрощенные обиды… Или отмщение обидчику. Убийце. Для очищения основного присутствия нужно окропить вещь мертвеца солёной водой и сказать своеобразное заклинание. Говорить надо чётко и уверенно, даже если будут слушаться голоса и крики в комнате. Ворота между мирами открыты, и, если духи почувствуют вашу слабость, они заберут тебя с собой. Для завершения ритуала нужно закрыть портал, иначе злые духи вырвутся к живым. Для этого переверни вещь покойника, накрой его тёмной тканью и задуй свечи. После этого сиди 5 минут в темноте, чтобы удостовериться в том, что связь разорвана. Ритуал должен начаться строго в 3 часа ночи, при полной луне. — во время рассказа Жан смотрел прямо перед собой, уплыл взглядом во воспоминания. Он ни разу не моргнул, и это было немного… угнетающе. За время этой речи Рене смогла более детально рассмотреть внешний вид собеседника. Он был одет в простую черную футболку, такого же цвета джинсы. Тут и там на руках были мелкие шрамы, которые было легко выдать за полученные на тренировках. Конечно. Король не бил туда, где публика могла бы увидеть. Пальцы были длинные слегка искривленные, будто их часто ломали. На костяшки шрамы от драк. Но был один очень выделяющийся шрам. Тёмные, почти бордовые следы рук на шее, и на этом же месте тёмная линия. Ровная, непрерывная, будто ее чертили по линейке. Она разделила шею пополам, создавая ощущение неполноценности тела человека, что сидел перед ней. Удушение. Судя по всему, так он и умер. Поняв, что слишком долго пялится на шрам, она перевела взгляд на его лицо, надеясь, что он не заметил. Но Жан все еще смотрел в никуда, теперь уже молча. Он не сменил позу, и даже его взгляд остался там, не сдвинулись ни на миллиметр. — Со стихиями проблем не будет… Вот только где мне взять твою личную вещь или старую фотографию. — Моро дернулся от ее голоса, только сейчас, видимо, вспомнив, что он не один. — Точно… это будет уже сложнее. Может, покопаться в старых журналах или обратиться к журналистам? Там могли остаться мои фотографии — он Нахмурился, явно перебирая в голове воспоминания о фотосессиях. — Могло ли у Кевина остаться что-то твоё? — Тихо спросила она, поджав губы. Жан дернулся от упоминания его имени. Лицо перекосило в непонятной гримасе боли, тоски, ненависти и, может быть, надежды. — Не знаю. Я не видел, чтобы он что-то брал с собой, когда… — он не закончил фразу, нервно сглотнув. Очевидно, он говорил о той ночи, когда Кевин сбежал. Поняв, что тема не самая приятная, Рене мягко отвела их к другой проблеме. — До полнолуния почти месяц. Мы еще придумаем, как добыть твою вещь. Давай определимся, что может быть твоей привычкой к нашему миру. Незаконченная дела, непрощенные обиды? — она говорила мягко, не желая напрягать еще больше. — Я… я все еще не простил Кевина. Думаю, что одно из… тех дел, которые меня держат. — Моро явно не договаривал, но Уокер не стала давить. — Я тебя поняла… у меня скоро пара. Ты пойдёшь со мной или останешься здесь? — Жан постучал по столу пальцем. — Не думаю, что могу уходить далеко от тебя, да и… я хотел о многом расспросить тебя. Ты не против? — он посмотрел на неё так, что отказать было просто невозможно. — Конечно. Если ты захочешь спросить что-то во время лекций, я просто напишу ответ в блокноте. ☆☆☆ День прошёл странно. Жан спрашивал ее о том, как сейчас играют Вороны, рейтинг команд, отношения Воронов с прессой, как сейчас действует Рико. Было трудно не оборачиваться на него, а Элисон, которую она встретила на обеде, подумала, что у неё что-то случилось, и посоветовала отдохнуть. Рене пообещала, что обязательно отдохнёт после учебного и перед тренировкой. Выйдя из учебного корпуса, она завернула в парк и пошла в самую пустынную часть, чтобы поговорить с Жаном. — У меня скоро тренировка. Мы готовимся к матчам, у нас очень интенсивные нагрузки. Сегодня с утра я не пошла, так как вчера сказала девочкам о плохом самочувствии. Ты хочешь поприветствовать? — тихо спросила она, сев под дерево. Жан задумчиво посмотрел в небо, пристроился рядом. — Рене, скажи… он счастлив? — Голос Моро дрогнул в конце, и он поджал губы. — Не знаю. Я не спрашивала. Он довольно нервный в последнее время из-за подготовки к полуфиналу, но… мы не жалуемся. Его главная цель сейчас — победить Троянцев и пройти в финал, чтобы встретиться с Воронами. Нил серьёзно настроен победить Рико, и Кевин почти верит в этот шанс. — Ключевое слово почти. — фыркнул Жан. Рене молча согласилась. — Как он отреагировал на известие о моей… — он махнул на себя рукой, намекая на смерть. Голос звучал хрипло и надломленно. Уокер замялась. Но все же выдохнула, ответила. — Плохо. Досталось всей команде. Он впал в запой и гонял нас, как проклятых. Вы… были близки? — было неловко спрашивать это у мёртвого, но любопытство было сильнее. — Да. — коротко ответил он и отвернулся. На тренировку они отправились в полном молчании. ○●○●○ Жан держался стойко до того момента, пока не увидел Кевина. Он застыл, оставшись позади Рене, и стоял на том месте примерно до середины тренировки, а после начал следовать за Рене, направляя ее на исправление. Ей было довольно трудно не оборачиваться и не вздрагивать, но усилием воли она подавляла эти порывы. Не хотелось бы, чтобы это кто-то видел. ○●○●○ За неделю присутствия Жана она научилась не оборачиваться и не вздрагивать при его голосе. У них сложить даже дружеские отношения, и теперь Моро слушал ее с улыбкой и активно рассказывал о том, что знает в технике вратарь, искренне желая помочь в победе. Он сидел рядом с ней, когда команда собиралась вместе, и даже не фыркал над ними по просьбе Рене. Но спокойствие нарушил спарринг с Эндрю. — Рене. Идёшь? — спросил тот вечером понедельника, зайдя в комнату девушек. Она кивнула, и уже через 15 минут была на их обычном месте спарринга. Жан даже не понял, что она ушла, увлечений каким-то фильмом, что включил Мэтт. Как оказалось, они могли отдалиться друг от друга на расстояние 50 метров, дальше Моро притягивает к ней, словно магнитом. Теперь, когда мертвецу надоедали лекции, он мог прогуляться в коридорах общежития или уйти с тренировки, если присутствие Кевина делалось невыносимым. Она была не против. Когда Эндрю уже был готов, она дала отмашку на начало. Но стоило ему нанести первый удар, как из-за ее спины вылетел Ворон, вцепившись в лицо острыми когтями и дико каркая. Рене тут же кинулась срывать нарушителя с него, и, на удивление, птица легко поддалась. Ворон сел у неё на плече, напряжённо наблюдая за Эндрю. — Ты как? — Уокер не решалась согнуть птицу, опасаясь, что она вновь накинуться на партнёра. — Порядок. Это просто царапины. Вот только откуда он? Когда я заходил, тут точно не было птицы. — Миньярд нахмурился, стирая кровь, побежавшую с царапин. — Может, он из вентиляции? — она указала на открытую вентиляцию, с которой давным-давно слетела сетка. — Может быть. Тогда встретимся завтра? — он взял свою сумку, намереваясь уйти для обработки ран. — Конечно. Ты сам отработаешь? — Эндрю молча кинул и вышел, оставив ее одну. Она некоторое время смотрела на закрытую дверь, но, когда почувствовала, что Ворон слетел с плеча, резко обернулась и застыла. Вместо Ворона, что секунду назад сидел на столе, появился Жан, будто вынырнув из вихря перьев. Он выглядел хмурым и обеспокоенным. — Ты в порядке? Почему он напал на тебя? — в голосе скользила злость на Эндрю и готовность напасть вновь. — Я в порядке, это был… просто спарринг. Мы часто тренируемся. — она неловко улыбнулась. Ее слова заметно сбавили обороты злости у Жана, но он все еще был хмур. — Почему именно с тобой? Бойд явно знает много боксерских приёмов. — она знала, что Жан знает о них довольно много, но его беспокойство было трогательным. — Я учу его более грязным приемам. А Мэтт знает приёмы по большей части чистые. Не переживай, мы не колотим друг друга до месива. — Рене мягко улыбнулась. — Я не переживаю. — пробормотал он, слегка покраснев, и отвел взгляд. ○●○●○ Подготовка прошла быстро и будто мимо неё. Миг, и они играют против Троянцев. Еще один миг, и они узнают, что троянцы выставили всего 10 человек на поле. Еще пару секунд, и они прошли в финал. Миг, и вот они готовятся выходить на игру против Воронов. Вот Кевин говорит странную фразу перед тем, как выйти на паркет. — Король пожертвовал слишком многими пешками. Пора показать, что будет, если не считаться с ферзем. И, ступив на паркет, он стукнул торцом клюшки об пол и перекинул ее в левую руку.