Часть 24

Глава 24 Людей было, на первый взгляд, не больше двадцати. В большинстве своём очень смуглые, одетые по уличной моде, они в первую очередь ассоциировались у Жюли с выходцами из 13-го района. Самого криминального, в который даже полиция боится заезжать. — Arrah! — крикнул один, когда они только вошли в помещение, и её догадка подтвердилась. Местные банды использовали это слово, чтобы предупредить своих, едва завидев полицию. Несколько девушек — совсем молодых и постарше — боязливо ютились в дальнем углу. — Я Леон Кеннеди, агент DSO и не причиню вам вреда. Прошу сохранять спокойствие. Подкрепление уже в пути. Мы выведем вас отсюда. Подняв руки ладонями вверх, Леон говорил громко, чётко и спокойно. Словно эти слова звучали из его уст отнюдь не первый раз. Несколько секунд тишины, и самый отважный из парней нетвёрдым шагом вышел вперёд. — Wesh, t'es qui? „Арабы. Будет сложно”, — поняла Жюли, встретившись с Леоном взглядом. Выйдя вперёд, она перевела всё, что он сказал, на французский. — Что вообще происходит? Сначала свет. Потом охранники пропали. Мы слышали выстрелы. Какого хера здесь ещё и баба? Череда вопросов лилась нескончаемым потоком. Даже понимая, что говорит по-французски только Жюли, мужчина всё равно продолжал смотреть на Леона. За годы, прожитые в Америке, она успела отвыкнуть от таких культурных особенностей некоторых местных. Подавив в себе желание помахать рукой перед его лицом, она глубоко выдохнула, вспоминая давно забытые навыки: — Послушай сюда, mon gâté, — Жюли говорила твёрдо, скрестив руки на груди. — Он ни слова не понимает по-нашему. Единственное, что стоит между пулей и твоим членом, — это то, как я переведу следующую фразу. Так что советую быть вежливым, если хочешь выбраться отсюда живым и с полным набором органов. С такими, как он, нельзя быть мягкой, но Жюли всё равно завела руки за спину, скрывая от остальных лёгкий тремор. Будь она одна — в жизни бы не осмелилась сказать что-то подобное. Леон не понял ни слова из того, что она говорила, но такой тон слышал от неё впервые. Он даже не знал, что она так умеет. — Спокойно, gadji. Не с того начали, — парень примирительно поднял руки вверх, демонстрируя пустые ладони. — Сама понимаешь, ситуация напряжённая. В его тоне всё ещё читалась лёгкая пренебрежительность, но они, по крайней мере, установили зрительный контакт. — Понимаю. Поэтому, если хочешь, чтобы твоя задница ещё хоть раз увидела свет, предлагаю сотрудничать. — Сердце колотилось как бешеное, а ладони мигом вспотели, — Нам нужен генератор. Он должен быть где-то здесь. Услышав слово „генератор”, Леон повернул голову. — Без понятия о чём ты, красотка, — на его лице расплылась лукавая улыбка, — Хотя... Если подумать... Думаю, мою память может освежить небольшая пушка. Такая как у него. Судя по тому, что остальные не встревали, у них успела сформироваться своеобразная иерархия. Главарь не был похож на того, кто умел управляться с пистолетом. Худощавое телосложение и совсем ещё юные черты лица. В северных районах взрослеют раньше. Окинув пленников беглым взглядом, Жюли отметила, что только две женщины выглядели явно старше. Парням же было около двадцати, если не меньше. — Чего он хочет? — спросил Леон, не сводя глаз с собеседника. Посмотрев на огромных размеров пистолет, Жюли перевела требования. — Скажи, что нет проблем. Леон прокрутил оружие на пальце, прежде чем вынуть магазин, демонстрируя, что он заряжен. „Он сошёл с ума!” Жюли подавила в себе желание остановить его, но не успела даже дёрнуться, как Леон выдвинулся в сторону парня, держа оружие на открытой ладони. — Какая послушная американская собачка, — снисходительно потянул парень, выставляя руки вперёд. Секунда. Ровно столько заняло у Леона, чтобы повалить его наземь. Упираясь коленом в спину парня, он вытащил из кармана наручники. В этот раз настоящие. Кто-то из девушек вскрикнул, а остальные парни попятились назад. Все ещё удерживая его в обездвиженном состоянии, Леон обратился к Жюли. — Переведи им, что это не уличные разборки. У меня нет ни времени, ни желания успокаивать каждого. Они вынуждены сотрудничать, если хотят выбраться отсюда живыми. Жюли казалось, что перевод даже не требовался. Когда главарь был обездвижен, остальные вмиг потеряли свою прыть. На последних словах, несколько парней дёрганно закивало. Один из них заикающимся голосом произнёс. — Я н-не знаю точно... но смотрители и-и-иногда заходили т-туда. Высокий парень стоящий ближе всех к девушкам, указал на один из металлических столбов, установленных вдоль стен. Оттащив всё ещё сопротивляющегося парня к железным перилам, Леон плотно зафиксировал его положение. Освободив собственные руки, он поднялся, подходя к указанному месту. На хромированной поверхности была вполне работающая электронная пластина. Втоплённый в стену полукруг, по всей видимости, был своеобразным проходом. Пока Леон разбирался с его открытием, Жюли вместе с Катариной подошли к одной из женщин. Она по всей видимости узнала девушку и принялась чуть ли не по-матерински её целовать. Цвет кожи и замотанный на голове платок исключали любую кровную связь. — Я думала мы больше не увидимся, — та запричитала, осматривая Катарину, — Скажите, сколько ещё ждать помощи? Последние слова были обращены в сторону Жюли. — Недолго, — соврала она, не имея ни малейшего представления о сроках, — Вы здесь давно? — Не знаю. Как видишь, солнышко, часов у нас нет. Примерно несколько недель. Точнее не скажу. От женщины веяло тем редким качеством, которое располагает к себе с первых слов. Жюли легко могла представить её воспитательницей детского сада, или учительницей. — Я Жюли, — запоздало представилась она, протягивая руку. — Мадина. Пухлые пальцы несильно сжали всё ещё не до конца уверенную ладонь. — Как вы сюда попали? Разговаривая с Мадиной, Жюли глазами следила, как Леон переходил от столба к столбу, поочерёдно нажимая что-то на прикреплённых к ним панелях. — Мне нужны были деньги. Вижу ты местная. Сама знаешь, как на севере обстоят дела. Мужа убили несколько месяцев назад, а я осталась с пятью детьми, — заметив озадаченный взгляд, женщина поспешила прояснить, — они сейчас с сестрой. Думают, я пропала, наверное... — Мне жаль, — видя, что Мадина резко погрустнела, Жюли хотела было сменить тему, но сама не заметила как спросила, — Что вам предложили? Тряхнув головой, будто сбрасывая с себя воспоминания, женщина ответила: — Как и всем. Работу. Я должна была убирать комнаты после реновации. Знаешь, строительная пыль, мусор от рабочих. Обещали в три раза больше чем по обычной ставке. Говорили, это из-за того, что система такая. Две недели на острове — одна выходная. Практически весь разговор Катарина жалась к Мадине, пока та автоматически поглаживала её плечи. Это выглядело очень естественно и Жюли показалось, что когда они выберутся, у Мадины появится на одного ребёнка больше. Леон подошёл неожиданно, заставляя Жюли подпрыгнуть на месте. — Извини, не хотел мешать, — он говорил торопливо, — Удалось открыть дверь. Улыбнувшись Мадине, Жюли сжала протянутую Катариной руку. — Потерпите ещё немного. Следуя за Леоном, она то и дело ловила на себе подозрительные взгляды парней. Как будто она зашла не в тот район. „С'est Marseille bébé” — грустно подумала Жюли. За открывшейся дверью был кабинет управления. Бесчисленное количество датчиков, переключателей и экранов. Часть из них была, по всей видимости, камерами наблюдения. Большинство уже погасло, но экраны, питавшиеся от генератора, всё ещё работали. — А вот и он, — Леон указал на массивную конструкцию справа, — осталось отключить только то, что нужно. — Мы не хотим обесточить всё полностью? — Если получится, только глушитель. Доступ хотя бы к части камер нам ещё пригодится. Пока Леон разбирался с приборной панелью, Жюли смотрела на мерцающие экраны. Невольно вспомнилась комната с подсолнухами и скрипучий смех Рихта над головой. Воспоминание отозвалось пробежавшим по хребту холодком. Она не заметила, как на минуту зависла, погружаясь всё глубже в собственные страхи. — Шерри! — голос Леона вывел её из транса, — Да, все целы. Мы в отсеке с пленниками. Экраны всё ещё мигали чёрно-белым светом. Значит всё получилось. Пока они обсуждали дальнейший план, Жюли вглядывалась в мониторы. На одном из них показалось едва уловимое движение. Бесформенное нечто занимало собой большую часть экрана. Казалось, качество картинки было настолько плохим, что она не могла разобрать, что это за вид. Придвинувшись ближе, Жюли сощурила глаза, стараясь найти в этом черты животного. Она пискнула, когда создание повернулось другой стороной, обнажая отросток, на окончании которого отчётливо виднелось человеческое лицо. — Шерри, — проговорил Леон, глядя на экран, — Кажется, я знаю, где он.