ГЛАВА 2 Дорога домой

Глава 2 Дорога домой

9я Авеню, Верхний Ист-Сайд,

18 июля, среда, 01:10, Нью-Йорк

Сара растянулась на своем любимом диване в гостиной, обложив себя со всех сторон подушками и громко смеялась над только что рассказанной шуткой Кела. После возвращения домой с утомительного, но по истине прекрасного ужина, она забралась в ванную и пролежала в ней по меньшей мере час, пока Келедон не начал стучать в дверь, обеспокоенный долгим отсутствием невесты. Но Саре было необходимо побыть одной и подумать над тем, что именно в словах ее матери посеяло крошечное семя сомнения насчет ее скорого будущего. Наконец, она вернулась в гостиную, которая сейчас была освещена лишь горящими настольными лампами, создававшими тонкий уют затянувшегося вечера. Обычно она ходила по дому в простой рубашке, которая не стесняла ее движения, но сегодня в ее квартире был Кел, и Сара подумала, что простой домашний костюм станет лучшим нарядом для вечерних посиделок. И Кел уже переоделся в домашнее. На нем больше не было чопорного костюма и накрахмаленной рубашки. Он сидел в удобном кресле в простых белых домашних штанах, больше походивших на пижамные и простой незамысловатой футболке с логотипом его любимой группы. Он казался совершенно домашним и таким родным в этом неярком и теплом свете ламп, что Сара, стоя в дверях и прислонив голову к косяку, с улыбкой наблюдала, как он разливал по бокалам темно-красное вино, и втайне воровал сыр с тарелки, что стояла на столике. - А я смотрю, что кто-то напал на твой холодильник и напичкал его продуктами – с улыбкой он подошел к Саре и протянул ей бокал вина – Еда в твоем доме – это странное явление. - Да, бывает иногда – она улыбнулась в ответ ещё больше. - Не то, чтобы я был против, но я иногда даже боюсь заглядывать в твой холодильник. А вдруг я вновь увижу медленно погибающие в нем овощи и фрукты? – он вновь развалился в кресле. Келедон часто ночевал в квартире Сары, настолько, что у него даже появилась собственная полочка в комоде, где хранились его домашние вещи, а также пара джинс, футболки и прочие элементы повседневной одежды. По началу это немного смущало Сару, но со временем она привыкла и к стоящей в ее ванной комнате его зубной щетке, и к его любимой кружке, что поселилась на кухне, и что даже иногда в корзине для грязного белья она могла найти его носки. Они были вместе уже десять месяцев. И это были самые долгие отношения в жизни девушки. Сара вдруг неожиданно вспомнила как познакомилась с Келом. Это было на премьере нового фильма ее матери в Лос-Анджелесе. После эксклюзивного просмотра картины, гости были приглашены на закрытую вечеринку, куда пришла и Сара. Кел тоже был в числе приглашенных. Он представлял капиталы своей семьи, инвестированные в новый фильм Джереми, и не мог отказаться от предложения чуть больше познакомиться и с режиссером, и с актерами. В самый разгар веселья, именно Джереми представил Саре Келедона. Молодые люди сразу понравились друг другу. Можно сказать, между ними пробежала искра, которую они не могли не почувствовать, и весь остаток вечера молодые люди провели вместе. Они говорили, смеялись, шутили словно были знакомы много лет. А после Келедон предложил подвести Сару в отель, и девушка согласилась. На утро Кел прислал ей в номер сотню белых роз и приглашение провести вечер вместе. И это было не просто свидание, одно из тех, на которые время от времени ходила Сара. Не было никаких шикарных ресторанов, или поездок по Лос-Анджелесу на дорогой машине. Они просто провели весь день на побережье, катаясь на аттракционах словно маленькие дети. С тех пор они стали парой. Келедон относился к той малочисленной группе людей, которые, не смотря на свое баснословное богатство, не потерли свой внутренний свет. Он никогда не кичился благосостоянием своей семьи, сам зарабатывал себе на жизнь и не был транжирой. Каждую среду он приходил играть в баскетбол в благотворительный клуб, предпочитая его частным спортивным залам, по субботам проводил тренировки в группе младшей бейсбольной лиги. В его кошельке всегда лежали скидочные карты. Кел был выпускником Гарвардского университета, юристом по специальности. В свои двадцать восемь лет он уже имел огромный рабочий кабинет в сотню квадратных метров и партнерство в ведущей адвокатской компаний Нью-Йорка. За ним было закреплено четкое звание одного из самых завидных женихов Манхеттена. И все шло так, как ему хотелось, пока он не встретил Сару. Он был готов проводить с ней каждую минуту своего свободного времени. Не искавший и не желавший никаких серьезных отношений, он без памяти влюбился. Девушка не уставала его удивлять. Каждый раз, когда Кел думал, что вот эта глава книги под названием «Сара Уильмся» им уже прочитана, она выкидывала такой перл, что он понимал, что, оказывается, совсем не знает эту миниатюрную красавицу с яркими зелеными глазами. А когда Сара, вдруг, сорвалась и уехала в Атланту праздновать Рождество со своей университетской подругой, оставив его в неведении почти на все праздничные каникулы, он понял, что именно ее он хочет видеть рядом с собой всю оставшуюся жизнь. И дело было не только в любви, но и в том понимании, что с самого начала сложилось у них, в тех эмоциях, что дарила ему Сара. Кел решил сделать ей предложение прямо в аэропорту, когда встречал ее самолет, что привез его любимую из Джорджии, словно боясь, что она вдруг вновь куда-то улетит от него. Он стоял там, в сутолоке встречающих, она подошла к нему и поцеловала. Кел поднял ее на руки и прошептал ей на ухо «Я люблю тебя». И она ответила на его признание. Не словами, нет, ведь слова мало что значат. Она ответила легкой и полной нежности улыбкой, внезапно загоревшимися огоньками в глазах, чуть участившимся сердцебиением. Кел понимал, что Сара тоже любит его, и в порыве чувств, он, держа ее в своих объятиях, закричал на весь аэропорт: «Эта девушка любит меня! Любит! И она станет моей женой!». Кто-то счел этот поступок чрезвычайно романтичным, кто-то начал аплодировать столь пылкому признанию, но дело было сделано. В тот же вечер он сделал Саре предложение с кольцом и всем, что полагается. Семья Келедона приняла Сару вполне дружелюбно. Конечно, она не была той самой невестой из высшего общества, но образованная, самостоятельная и сдержанная девушка оказалась неплохим вариантом для наследника Говардов. Да и давнее знакомство его семьи с семьей Сары сделали свое дело. Что до родных самой Сары, то в глазах Линды и Джереми Кел выглядел идеальной партией для их дочери. Молодой, красивый, успешный, с незапачканной репутацией. О таком зяте можно было только мечтать. Роберт и Ирен Уильмс тоже приняли выбор Сары. И даже Тоби, который вначале ревновал сестру к ее избраннику, сменил гнев на милость и подружился с Келом, и не последнюю роль в этом сыграла их совместная поездка на финал баскетбольной лиги. - Ты не устала? – поинтересовался мужчина, глядя, что Сара вдруг ушла в свои мысли - Нет, совсем нет – но предательский зевок решил поставить точку в этом непозволительно долгом вечере. - Наверное, пора спать – с этими словами Кел поднялся с кресла и потянулся – Этот день слишком длинный, пора его завершать. - Ну, раз ты так хочешь, я принесу вещи – Сара лениво начала подниматься с дивана. Только сейчас она начала чувствовать ту усталость, о которой говорил Кел. - И совсем не обязательно нести мне вещи. Твоя кровать вполне широкая, чтобы я поместился на ней, калачиком – он приблизился к Саре и обнял ее за талию. - Кел – девушка начала отстраняться от него, видя задорные огоньки в его глазах – Эта кровать только моя. А твоя – этот мягкий и комфортный диван. - Сара, я не хочу на тебя давить, и никогда не давил, но мы поженимся через две недели. Не кажется ли тебе, что наши исключительно платонические отношения выглядят очень странно? - Кел, я не вижу смысла продолжать этот разговор – Сара скинула с себя его объятия и пошла в свою комнату – А если ты не перестанешь, то будешь спать на полу, или у себя дома. - Сара, я вовсе не говорю тебе о сексе – при этом слове девушка немного вздрогнула. Хорошо, что она уже была почти в своей комнате и этот выпад остался незамеченным Келом – я лишь хотел уснуть рядом с тобой, обнимать тебя, и больше ничего, во всяком случае, пока. Уже через пару минут она вернулась в гостиную с комплектом пастельного белья, подушкой и одеялом для Кела – Итак, твой выбор? - Конечно этот чудный диван – с грустью произнес мужчина, принимая из рук Сары белье – Диван – мое неизменное место обитания в этой квартире. - Тебе помочь заправить белье? -поинтересовалась Сара с некоторым облегчением, что разговор о совместном сне прекратился. - Благодарю, но я сам. – Кел уже стелил простынь на диван – Если ты решишь, что после нашей свадьбы я тоже должен буду спать отдельно от тебя, то я куплю для себя кровать – он бросил подушку и лег, с головой укрывшись одеялом. - Я надеюсь, никакой обиды? Кел вынырнул из-под одеяла и протянул свою руку Саре. Она послушалась - Я не обижаюсь, и ценю твои принципы. Это как раз те качества, за которые я тебя люблю – твоя упрямость и непрошибаемость. И я с нетерпением жду нашей свадьбы. Не только потому, что мечтаю назвать тебя миссис Келедон Говард, но и потому, что мечтаю провести с тобой нашу первую брачную ночь. И в тот миг, когда я сожму тебя в своих объятиях, я окончательно стану самым счастливым мужчиной на земле – с этими словами он нежно поцеловал ее руку, и вновь с головой накрылся одеялом. Сара ничего не ответила, в ту же минуту скрылась за дверями своей спальни. Конечно она знала все о сексе, но к своим двадцати четырем годам все еще считала себя не готовой к такому проявлению чувств. Не то, чтобы она совсем не хотела узнать, что это такое, почувствовать, просто в ее жизни еще не встретился человек, который смог бы разжечь в ней такую искру. Поэтому все ее романы очень быстро заканчивались. Симпатия, даже чувство легкой влюбленности, но ни разу ни один молодой человек не смог заставить ее по- настоящему захотеть столь интимной близости. Хотя и в этом она лукавила. Лишь единожды она по-настоящему желала мужчину. Желала на столько, что шептала ночами его имя в надежде, что он появится. Но он не приходил. Сара ждала его появления и одновременно боялась. И этот комок чувств порождал в ней настолько откровенные желания, что на утро она была готова ненавидеть себя за эти минутные слабости. А потом она стала его забывать. Кто он, откуда, как она познакомилась с ним. Словно память об этом мужчине стирали из нее ластиком. И, в конце концов, она его забыла. С тех пор минуло семь лет, огромный круговорот событий и впечатлений, но именно в эту ночь, спрятавшись от Кела за дверями своей комнаты, Сара вдруг начала смутно осознавать, что она забыла что-то в своей жизни, и забыла по-настоящему важное для себя.

***

9я Авеню, Верхний Ист-Сайд,

18 июля, среда, 02:12, Нью-Йорк

Сна совсем не было. Еще несколько минут назад ее глаза закрывались сами собой, но теперь, когда Сара осталась одна в тишине своей комнаты, она боялась уснуть. За окном стояла глубокая ночь, свет в чужих окнах уже не горел. Сара прошлась по комнате, на несколько минут остановилась возле окна, шторы которого были раскрыты. Эта ночь была теплая даже не смотря на дождь, который шел почти весь день. Мысли роем копошились в ее голове, главным образом взвешивая, стоит ли ей ложиться спать. «Сон». При этом слове память Сары невольно относила ее к кошмару, что преследовал каждую ночь. В памяти отчетливо всплыли глаза, смотрящие из темноты, руки мрака, что окутывали ее тело. Ощущения, от которых девушка пыталась избавиться весь вечер, вновь вернулись, разливаясь по телу страхом и робким возбуждением. Кто-то прячется во тьме ее снов. Кто-то властный, желающий получить не только ее разум, но и тело, что следовало из последнего сновидения. Но этот кто-то желает всегда оставаться во мраке, невидимым для Сары. Кто же это? Почему она никогда не может увидеть того, кто приходит к ней в ее сновидениях. Его дыхание, такое обжигающее. И его глаза. Холодные, наблюдающие, всегда преследующие ее. Сара села на край кровати и закрыла лицо руками. Чье-то едва уловимое присутствие встряхнуло девушку. Словно кто-то наблюдает за ней прямо сейчас, в эту саму минуту. Сара осмотрелась вокруг. Комната была пуста. Но ощущение того, что она находится под пристальным взглядом не покидало ее тело. От этого становилась жутко. Однажды Сара уже испытывала такое ощущение. От страха она даже заказала осмотр своей квартиры на предмет спрятанных в стенах и мебели камер видеонаблюдения, но проверке так ничего и не дала. И вот то самое чувство вернулось вновь. Она закрыла лицо руками, словно прячась от своего тайного надсмотрщика. - Кто же ты? – прошептала она тишине дома – Зачем ты так меня мучаешь? – но тишина не умеет отвечать. Сара просидела так несколько минут, и вдруг почувствовала, что ее скованное тело начало расслабляться, а на место страха пришло до боли знакомое чувство внезапно нагрянувшего вдохновения. Она резко вскочила с кровати и подошла к стоявшему в углу комнаты мольберту. Взяв в руки простой карандаш, она начала наносить на белые листы бумаги линию за линией, пока они не начали превращаться в подобие портрета.

***

9я Авеню, Верхний Ист-Сайд,

18 июля, среда, 07:25, Нью-Йорк

Солнце, наконец, вернулось в Нью-Йорк. Его нежные лучи, сменившие тяжелые тучи, что нависали над городом последние несколько дней, теперь играли в лужах на дорогах и прятались в листве деревьев, отчего нежно-зеленые листочки горели золотым огнем. Город уже проснулся, и его бешеный ритм вылился на широкие улицы. Повсюду спешили люди, ездили автомобили. Утро ворвалось в жизнь каждого. Сквозь незашторенные окна, солнечный луч проник в спальню Сары, падая на ее спящее тело. Он приятно согревал ее лицо, покоившееся на подушке, словно шепча ей, что пора вставать. Зазвонил будильник. Сара открыла глаза. Она лежала в своей кровати под теплым одеялом. Ее тело было расслаблено, а голова ясной, не смотря на недавнее пробуждение. Она потянулась и перевернулась на бок. Вставать ей совершенно не хотелось. Эта приятная нега не отпускала девушку. Будильник прозвонил еще раз, как напоминание, что новый день несет в себе новые заботы, от которых невозможно скрыться под одеялом. Сара встала с кровати и направилась прямо в ванную комнату. Она давно не ощущала себя такой выспавшейся и бодрой, словно тяжесть и страх последних дней и ночей сдались перед ней. Теплый душ окончательно разогнал остатки сна. Сара стояла под шумным напором воды, невольно улыбаясь новому дню. В голове она прокручивала мысли о планах на день: про то, что необходимо представить редактору отчет о проделанной работе, встретиться с мамой за обедом, а потом, отработав до вечера, уйти в свой, уже давно согласованный отпуск. Она накинула халат на еще влажное тело и начала расчесывать свои волосы. Простое занятие, но именно в тот момент, как расческа коснулась ее головы, Сара вдруг осознала, что совершенно не помнит, как она оказалась в своей пастели этим утром. Весь остаток ночи она рисовала с каким-то непередаваемым чувством вдохновением. Ее движения карандашом по холсту сплетались в единый рисунок. И не просто рисунок – портрет. А потом она ничего не помнит. Как она решилась лечь спать, как дошла до кровати, сколько времени было на часах. Словно провал в памяти. Сара попыталась припомнить хоть что-то, но мозг отказывался воспроизводить события всей ночи. В памяти не было почти ничего, кроме резко вспыхнувшего ощущения, что она летала во сне. Словно переместилась от мольберта на кровать и уснула сном младенца. От этой ужасной мысли по коже поползли мурашки. Прелесть утра разбилась от внезапно вернувшегося чувства страха. Сара в ту же секунду выскочила из ванной и подошла к мольберту. С прямоугольника белой бумаги на нее смотрело лицо. Сара чуть не вскрикнула, глядя на свою ночную работу: немного угловатые черты лица, выдающиеся мягкие скулы, ровный нос, глубокие глаза со зрачками разног размера, загнутые вверх густые брови, совсем не похожие на человеческие, словно очерчивающие веки в треугольник, нижняя губа чуть толще верхней, длинные светлые волосы «малет», доходящие до самой груди, с объемом на макушке, обрамляли по бокам его лицо, длинная шея, спрятанная под воротником-жабо. Сердце Сары сжалось. Лицо на портрете было ей очень знакомо, но она никак не могла вспомнить, где она его видела. Она смотрела на него. В эти глаза с разными зрачками, ярко выделенные черно-графитовым карандашом, не живые, но даже на бумаге такие выразительные. Рисунок притягивал ее, не давал ни на минуту отвлечься ни на что другое, магнитом тянул ее к себе, и, казалось, что в этом мире больше нет ничего, кроме этого лица, что смотрело на нее с полотна. Дверь ее комнаты неслышно отворилась и на пороге показался совсем еще заспанный Келедон. - Доброе утро – его тихий голос вернул Сару в ее комнату так, что девушка даже вздрогнула. Но ей хватило сил быстро взять себя в руки, и пока Кел пересекал комнату по направлению к ней, Сара накрыла лицо на мольберте полотенцем. - Доброе утро – ответила она – Как спалось? - Не скажу, что отлично, но для нового дня я вполне готов. Диван и вправду очень мягкий – Кел улыбнулся. - Что желаешь на завтрак? – Сара вдруг вспомнила, что время не стоит на месте и пора бы начать сборы на работу. - Я не отказался бы от кофе и пары сэндвичей, если можно – Кел уже залез в шкаф, доставая из него полотенце. - Отлично, я составлю тебе компанию. Какие планы? —спросила Сара - В офис, дело Макферсона не дает мне покоя. Послезавтра процесс и я надеюсь, что в этот раз присяжные удалятся для принятия решения. - Ты сможешь меня подвести до редакции? - Да, без вопросов. - Я просто не хочу брать машину. У меня запланирован обед с мамой в Хилтоне, а там в это время с парковками беда. Не хочу пропустить обед, пытаясь пристроить машину. - Все нормально, я подвезу – и с этими словами Кел скрылся в ванной комнате.

***

9я Авеню, Верхний Ист-Сайд,

18 июля, среда, 07:55, Нью-Йорк

Неожиданный телефонный звонок разнесся по всей квартире. В это время Сара уже во всю бегала по кухне, готовя совместный завтрак для себя и Кела. Девушка подошла к телефону, немного взволнованная тем, кому и зачем она могла понадобиться в такой ранний час, и подняла трубку. На другом конце телефона послышался голос Ирен Уильямс, мачехи Сары. - Сара? – ее голос был тревожным - Ирен? Утро доброе – поприветствовала ее Сара – Что за ранний звонок? Ирен начала тихо всхлипывать в трубку, а потом проронила – Тоби пропал. Сару словно окатили ведром холодной воды. По спине пробежался холодок, ладони вспотели. Она чуть не выронила телефонную трубку из рук. - Что значит пропал, Ирен? Когда? Что случилось? Но Ирен, казалось, уже не могла говорить. Сара слышала, как ее мачеха залилась слезами. - Ирен! Ирен! – Сара почти кричала в трубку – Что с Тоби? Что значит пропал? – но, казалось, что ее никто не слышал. - Сара? – голос на другом конце телефона изменился. Теперь в разговор вступил Роберт Уильямс, отец Сары. - Папа? Папа, что случилось? Что значит, Тоби пропал, я ничего не понимаю. Когда это произошло? - Уже пошли вторые сутки – его голос дрожал, как и у его жены, но он сдерживался как мог, Сара чувствовала это – Вчера ночью нам позвонили из больницы и сообщили, что Тоби нет в его палате. Они обыскали всю больницу, но его нигде не было. Они посмотрели камеры и увидели, что он вышел на улицу со стороны служебного входа. И никто не может его найти. - Что значит из больницы? Пап, почему Тоби оказался в больнице? – Сара уже переходила на крик. - Сара, детка, прости, мы не сказали, чтобы не портить твой вечер. Тоби стало плохо в школе, он начал задыхаться и ему вызвали врача. Его положили на пару дней, чтобы просто понаблюдать, взять анализы, и после он пропал. - Вы вызвали полицию? – Сара понимала, как глупо сейчас выглядят ее слова, но ничего лучше она не могла придумать - Да, мы в полицейском участке. - А вы говорили с его друзьями, искали его? - Да, Сара, да, мы обзвонили всех, кого знали и даже больше. Оббежали весь город, все площадки, все места, где Тоби мог бы быть. Его нигде нет. Полиция уже начала поиски. Ты прости, что Ирен позвонила тебе, просто – голо Роберта вдруг стал тише – просто полицейские попросили позвонить тебе, вдруг бы Тоби оказался у тебя. - Пап, ты сам себя слышишь? Кто посадит ребенка на самолет до Нью-Йорка? - Да, Сара, мы и сами понимаем, что это странно, но все же, если вдруг Тоби появится, пожалуйста, сообщи нам. - Пап, зачем ты такое мне говоришь? – в голосе Сары нарастало напряжение. - Прости, я сам не знаю, что плету, Сара, прости. Мы не должны были тебе звонить и впутывать и тебя в это. - Папа! – Сара крикнула в трубку, словно пытаясь встряхнуть мужчину. – Я скоро буду. - Что? – последние слова дочери словно вернули мистера Уильямся к реальности - Я беру билет на ближайший самолет в Мен. К вечеру буду у вас. - Сара, это неправильно, у тебя свои дела… — Это мой брат! – Сара даже не стала дослушивать до конца отца. - Мисс Уильямс? – голос отца сменился чьим-то другим, не знакомым - Да - Вы – Сара Уильямс? - Да, это я, вы кто? Я хотела бы договорить со своим отцом - Мисс, простите, я детектив Кларк – мужчина вежливо представился. – Я веду дело по исчезновению вашего брата. - А, доброе утро. Это вы внушили моим родителям, что девятилетний мальчик может сесть на самолет и прилететь в Нью-Йорк? - Мисс Уильямс, мы должны рассмотреть все возможные варианты - Этот вариант – самый абсурдный из всех – Сара злилась – Что вы хотите? Вы ведь не просто так прервали мой разговор с отцом? - Мисс Уильямс, насколько вы близки с братом? - Настолько, что уже пакую вещи и бронирую билет на самолет – выпалила девушка — Значит, мы сможем с вами пообщаться лично? - Да, и уже этим вечером. У вас есть еще ко мне вопросы, детектив Кларк или я могу начать свои сборы? - Только один – голос детектива был спокоен - Вам известен круг знакомых вашего брата? - Не сильно, мы не живем вместе. Я лишь гостья в их доме – ответила Сара, параллельно ища в мобильном телефоне ближайший билет на самолет в Мэн. - А как давно вы видели вашего брата в последний раз? – детектив не унимался - Мистер Кларк, я повторюсь, что уже этим вечером мы сможем с вами поговорить лично. - Я понимаю, просто ответьте на вопрос - Что? Какой вопрос?, а как давно я видела Тоби? Месяц назад. Он гостил у меня в Нью-Йорке. - Мисс Уильмся, в палате Тоби мы нашли его блокнот с рисунками, если ваши родителя отправят вам их фото, вы сможете кого-либо узнать? Может, там есть какие – то знакомые или еще кто-то? И у вас будет время подумать, вспомнить - Да, давайте – кинула Сара, - а сейчас, передайте трубку моим родителям - Конечно Несколько секунд тишины в телефонной трубке показались Саре вечностью. Но тут послышался голос Ирен. Она уже пришла в себя, и хоть ее голос еще дрожал, она могла говорить - Сара, ты приедешь? - Да, Ирен, да, я уже ищу билеты. Я скоро буду, я вас не оставлю. Что за дебилы служат в вашей полиции? - Сара, мы ждем тебя, очень ждем, дорогая - Ирен, всего несколько часов и я буду с вами. Пожалуйста, береги себя и папу. С этими словами Сара положила трубку и бегом помчалась в свою комнату собирать вещи.

***

9я Авеню, Верхний Ист-Сайд,

18 июля, среда, 09:18, Нью-Йорк

Кел неспешно вышел из душа, обвернутый в полотенце на своей талии, демонстрируя накачанное рельефное тело. Его волосы еще были сырыми. Он лениво потянулся, как вдруг увидела, что Сара с невероятной скоростью бегает по своей спальне, кидая в дорожную сумку свои вещи. - Я думал, что отвезу тебя на работу, а не на новое место жительство – шутливо произнес Кел. - Я лечу в Мэн – выпалила Сара, кидая в сумку пару футболок и шорты – Сегодня, сейчас - В Мен? – удивление застыло в голосе Кела – Сара, в чем дело? - Мне нужно к родным – Сара уже бежала в ванную комнату, чтобы взять оттуда свою зубную щетку. - Сара, что за побег? – в его голове никак не могла улечься мысль, что еще несколько минут назад они планировали совместный завтрак, а сейчас его невеста пакует вещи – Сара, мне нужно начать переживать? - Тоби пропал. Мне нужно ехать к отцу и Ирен – с этими словами Сара вышла из ванной, и, словно не замечая удивление на лице Кела, продолжила собирать вещи. - Что значит пропал? Сара? Ее мобильный телефон, лежавший на прикроватном столике, резко завибрировал, и Сара тут же подбежала к нему. Во входящих сообщениях числилось несколько вложенных фото, сделанных из альбома Тоби, тех, о которых говорил детектив Кларк, но сейчас ей меньше всего хотелось смотреть эти фотографии. Она нашла свободный билет на самолет до Портленда, который вылетал из аэропорта Лу Гуардия в половине двенадцатого, и теперь у нее оставалось совсем немного времени на сборы. - Сара, мы можем поговорить? – Кел не унимался, вся происходящая перед его глазами картина напоминала ему побег, вот только признание Сары, что ее младший брат пропал, никак не могло уложится в его голову - Кел, у меня не так много времени. Мой самолет через два с половиной часа, а мне еще нужно успеть добраться до Северного Куинса. - Ну, во-первых, я все равно добьюсь от тебя ответа, а во-вторых, что значит твое «Тоби пропал»? – Кел схватил Сару за руку, не сильно, не причиняя ей боли, но явно давая понять, что ему нужны объяснения и прямо сейчас. - Мне позвонили родители, сказали, что Тоби сбежал из больницы прошлой ночью, и уже второй день его никто не может найти. Родители обратились в полицию. Местный детектив предположил, что он мог каким-то образом оказаться у меня в Нью-Йорке. Папа и Ирен очень переживают. Я должна быть с ними, должна помочь найти Тоби – Сара выпалила это почти на одном дыхании. - И ты хочешь бегать по улицам Бруэра и выкрикивать имя Тоби пока он не найдется? – голос Кела стал холодным и деловым - Если это поможет, то да - Я лечу с тобой – с этими словами он отпустил ее руку и ушел в ванную, чтобы одеться. - Кел, я не думаю, что это хорошая идея – Сара и сама начала одеваться. - Даже не обсуждается – отозвался его голос из ванной комнаты - Кел, я серьезно. Я не предупреждала родных, что ты приедешь со мной - Ты сейчас думаешь о гостевом этикете? – после минутной паузы отозвался Кел, вновь появившись в комнате. Он уже успел облачиться в самые простые синие джины и темную футболку-поло. - Кел, дело не в гостеприимстве. Просто я не хочу втягивать тебя в это – Сара посмотрела на Кела. Она не могла ему объяснить всего. - Сара, речь идет о маленьком мальчике, которого не могут найти уже вторые сутки. Я еду с тобой еще и как профессиональный юрист. - Кел, а как же твой процесс? – Сара пыталась найти причины, чтобы Келедон не летел с ней. - Я передам дело коллегам, уверен, они мне не откажут. Я все сделал, подвел под черту, теперь дело только за присяжными – он начал искать свой мобильный телефон, чтобы позвонить и попросить замены у своих коллег. - Кел, пожалуйста – Сара сдалась. Она взяла его за руку и усадила на кровать, присаживаясь рядом – Это не первый побег Тоби из дома. - Не первый? – глаза Кела стали шире. - Да, на моей памяти четвертый или пятый. И все они только за последний год. - Сара, но ты мне ни разу не говорила об этом - Потому, что мне было стыдно – она опустила глаза. – Я сама долго не знала об этом. Потом Ирен как-то в разговоре упомянула. С ним работает психолог, который утверждает, что у Тоби склонность к побегам. И причиной они считают тебя. - Меня? - Да, что-то типа ревности. Когда ты появился, Тоби стал считать, что он мне не нужен, и начал практиковать такие побеги. Обычно его не было несколько часов, а потом он возвращался домой. Но сейчас… Я чувствую, что он действительно попал в беду – на глазах у Сары показались слезинки - Я – причина побегов Тоби? Из-за его ревности? – чушь какая-то. Мы же с ним прекрасно ладим. - Да, я тоже так думала. После того, как вы подружились, мы вздохнули спокойно. Но счастье, как мы видим, оказалось не долгим. Поэтому я прошу тебя остаться в Нью-Йорке и не лететь со мной в Мэн. – Сара приблизилась к Келу и поцеловала его в щеку. — Вот это откровение – проговорил Кел – Я не думал, что могу стать невольной причиной бед в твоей семье. Теперь мне понятно, почему мистер Уильямс ко мне так относится. - Не правда! – воскликнула Сара – папа очень тебя любит. И ты тут совсем не причем. Все дело в эгоизме Тоби. Мы, я и Ирен, слишком его залюбили. Мне, как старшей сестре нужно было соблюдать определённые правила в его воспитании, но я не справилась. Я слишком его баловала. - Сара – рука Кела скользнула по ее голове, поглаживая темно-каштановые волосы. - Ты отпустишь меня в Мэн? – Сара словно отпрашивалась у него, и хотя Кел знал, что она все равно полетит, дал свое согласие. Телефон Сары снова завибрировал, оповещая о доставке еще одной партии фотографий, сделанных из альбома Тоби. Рисунок на последнем фото казался очень знакомым. И не просто знакомым, он был точной копией портрета, что стоял с накинутым на него полотенцем в комнате Сары.

***

Северный Квинс, Нью-Йорк

18 июля, среда, 10:38

Келедон вел машину по дороге в аэропорт Лу Гуардия, который располагался в Северном Куинсе на берегу залива Флашинг. Поток машин был плотный. Кел то и дело маневрировал с одной полосы в другу, пытаясь не встать в пробку. Сара сидела на пассажирском сидении рядом. - Все, я забронировала машину – сказала девушка, откладывая мобильный телефон в сторону. - Ты уверена, что сможешь водить машину в таком состоянии? – Кел кинул взгляд на руки Сары, которые не переставали дрожать с той самой минуты, как она услышала о побеге Тоби. - Да, мне будет легче быть на колесах. Да и привычнее – отозвалась Сара, разглядывая в окно терминалы приближающегося аэропорта. – и брать машину у родных не хочется. Они слишком ревностно относятся к своему транспорту. - Ну, хорошо – голос Кела был спокойным Они въехали на подземный паркинг аэропорта, чтобы оставить там машину. Кел решил, что обязан лично проконтролировать то, как Сара взойдёт на посадку. Он не желал оставлять ее ни на минуту. Возле стоек регистрации аэропорта Ла Гурдия было много народу. Люди забирали свои посадочные талоны, сдавали багаж, обменивались прощальными объятиями. В любой другой день Сару бы тронуло это зрелище, но сейчас все ее мысли были о Тоби и о том, где он может находится. Всю дорогу до аэропорта она представляла куда бы, по ее мнению, мог сбежать ее маленький брат, но в голову лезли лишь банальные места, который уже наверняка проверила и полиция, и родители. Голос диспетчера объявил о начале посадки на рейс 166, следовавшим из Нью-Йорка в Портленд, штат Мен. Часть народу тут же засуетилась, начиная движение к выходу из терминала. - Нам сюда – Кел повел ее к стойке регистрации первого класса – не забудь документы - Ты поменял мой билет? – Сара последовала за мужчиной сквозь толпу людей. – Когда ты успел? - Я всегда все делаю быстро – с легкой улыбкой ответил Кел. – Сара Уильямс, Портленд, только ручная кладь – сообщил он приветливой женщине, передавая паспорт девушки. Женщина начала вносить данные Сары в базу компьютера. Это заняла у нее несколько минут. Наконец в руки Сары был передан картонный посадочный талон и возвращен паспорт. - Посадка уже началась. Вам нужно поторопиться. Выход 4В – произнесла женщина – Счастливого пути, мисс Уильямс. Сара ничего не ответила. Она уже закидывала на плечо сумку с небольшим количеством вещей и повернулась по направлению к выходу. Кел шел с ней рядом. В его голове никак не могли уложиться мысли, что его невеста вновь покидает его. И это за две недели до их свадьбы. Но он не мог не отпустить Сару. Он прекрасно понимал, что ей необходимо сейчас быть вместе с семьей, это нужно было и им, и ей. А он, он просто будет ее ждать, но в случае чего, он мгновенно примчится за ней в Мэн. Молодые люди подошли к выходу 4В. Дальше начинался рукав самолета, и Кел уже не мог пройти. Они остановились. - Сара, если что-то будет не так, звони мне. Слышишь? – Он положил свои руки на ее плечи – держи меня в курсе всего, что там будет происходить. - Да, конечно - И, если что-то пойдет не так, я приеду, ты поняла меня? – он смотрел прямо в ее зеленые глаза – Если будет нужно, я привезу с собой армию, флот, все вооруженные силы страны, понимаешь? - Кел… - Я серьезно. Будь всегда на связи. Не вздумай пропадать – он давал ей наставления будто маленькой девочке, которая решила впервые в жизни одна поехать в летний лагерь. – Я люблю тебя – он нежно поцеловал Сару в губы. - Мне пора – только лишь и смогла выдавить из себя Сара. И, подтянув сумку, она зашагала по рукаву самолета. - Сара! – донесся до нее голос Кела. Девушка обернулась – Когда ты найдешь Тоби, передай ему, что я купил билеты на финал чемпионата мира по футболу, и мы с ним полетим вместе. - Я передам – с этими словами Сара одарила его нежной улыбкой, на которую только была способна при данных обстоятельствах. Ее самолет вырулил на взлетную полосу. Послышался приглушенный звук двигателей. Он начал набирать скорость и через пару минут оторвался от земли, стремясь в облака. Кел проводил глазами машину, что улетала в далекий штат Мен, унося с собой и его невесту.

***

Бруер, штат Мен, Новая Англия

18 июля, среда, 16:00

Сара ехала на машине вдоль лесной полосы по направлению в город своего детства. Несколько часов назад ее самолет приземлился в Международном аэропорту Портленда. Она покинула самолет одной из первых. Ей натерпелось поскорее оказаться в Бруере. Но путь только начинался. Сначала она прошла паспортный контроль, а затем обратилась в прокат автомобилей, который располагался прямо в здании аэропорта. Видя, сколько прилетевших решили также как она воспользоваться услугами прокатных автомобилей, Сара мысленно поблагодарила себя, что сделала бронь заранее, еще в Нью-Йорке. И вот, через полчаса все формальности были улажены, и Сара вышла на парковку, где ее ждала машина. По дороге она сделала несколько телефонных звонков Келу, на работу, и конечно матери, отменив их запланированную встречу. Линда была в бешенстве от поступка дочери, но иной реакции матери на эту внезапную поездку девушка и не ожидала. Сердце миссис Уолес немного растопилось лишь когда она узнала, что девятилетний мальчишка пропал больше суток назад. Конечно, ее не устраивал тот факт, что Сара сорвалась в Мэн, думая, что нахождение девушки в отчем доме мало поможет поискам беглеца, но в глубине души она гордилась своей дочерью. В издательстве с понимаем отнеслись к отсутствию Сары на работе, тем более что с завтрашнего дня она и так должна была уйти в отпуск на целый месяц для подготовки к свадьбе и последующей поездки в путешествие. Сара даже позвонила Алекс Рид, ее свадебному организатору, сообщив, что теперь основными приготовлениями будет заниматься Линда, но попросила, чтобы та сдерживала порывы матери, четко следуя плану, составленному самой Сарой. В Мэне лето заняло свои права. Светило яркое солнце, повсюду виднелась пышная зелень. Здесь ее было в сотни раз больше, чем в Центральном парке Нью-Йорка. Высокие деревья уходили своими стволами в самое небо, раскидывая кроны, что сплетались друг с другом, словно образуя туннель, по которому сейчас ехала Сара в полной тишине. Впереди она завидела старый мост, с которого начинался город ее детства. Перед ним стояла привычная для всех небольших американских городков табличка, которая гласила «Бруэр, штат Мэн. Год основания 1880 население 9482 человек. Добро пожаловать в Новую Англию.» Сара остановила свою машину прямо возле моста и вышла из нее. По ее телу пробежалась волна чего-то теплого и приятного. Она не было здесь уже семь долгих лет. В семнадцать Сара переехала в дом своей материв в Лондоне, разорвав все связи с этим городом. Она не приезжала сюда ни на Рождество, ни на какие-либо еще праздники. Даже не день рождения отца или Тоби. Чтобы встретиться с семьей, Сара всегда выбирала нейтральные площадки, ища любой предлог, чтобы не возвращаться в Бруэр. Слишком болезненны были ее воспоминания о том, почему она решила переехать и жить с матерью. Раньше эти воспоминания лишь немного омрачали ей настроение, но сейчас, стоя на этом мосту и вглядываясь в воду реки Пенобскот, на нее смотрело отражение юной шестнадцатилетней девчонки, мечтательницы, в фантазиях которой рождались целые миры. Но такая натура была не по душе ее отцу и Ирен. Каждый раз они призывали ее к серьезности, и к тому, что пора становится взрослой, и что бурным девичьим фантазиям нет места в обычной жизни. Раньше она не могла вспомнить всего, что с ней происходило до своего переезда в Лондон. Воспоминания были сырыми, обрывочными и приносящими боль. Но сейчас, здесь, когда она пересекла границу этого города, туман в ее сознании словно начал рассеиваться. В голове всплывали более детальные эпизоды ее жизни в доме отца. Саре было тринадцать лет, когда бракоразводный процесс ее родителей закончился. А еще через год в их с отцом доме появилась Ирен. Она не приняла мачеху. Даже после того, как родился ее младший брат Тоби, отношения Сары и Ирен не стали лучше. Женщина отчаянно пыталась пробить толстую броню своей падчерицы, подружиться с ней, но Сара не подпускала ее к себе. Быть может, Ирен выбрала не ту тактику, пытаясь стать для Сары новой мамой, а не другом. В конце концов, их отношения испортились окончательно, особенно когда Тоби подрос, и родители начали выбираться в свет выходными вечерами. А малыша они оставляли на Сару. И это не было их эгоизмом. Таким образом они хотели, чтобы Сара привыкла к Тоби, полюбила его, чувствуя свою ответственность за ребенка. И чем это закончилось? Сара, взбешенная поведением своих родных, оставивших ее в один из вечеров с Тоби, отдала его… гоблинам. Что-то мелькнуло в голове девушки. Воспоминание, давно забытое, но сейчас приобретающее все более ясные очертания. Открытое окно, дождь, кроватка Тоби пуста. За ним пришел не кто-нибудь, а сам Король Гоблинов. Он услышал зов Сары, ее просьбу забрать нелюбимого и надоедливого брата. Сара закрыла лицо руками. Нет, это сон. Гоблинов не существует. Это опять ее фантазия разыгралась, как тогда, когда ей было шестнадцать. Видимо, виной всему этот город, в котором девушка провела все свое детство. — Это не я! Это не могу быть я! – шептала себе Сара. Она не могла больше стоять и смотреть на тихие воды городской реки. Ей нужно ехать дальше, или потоки ее детских сновидений снова начнут сводить ее с ума, как это было уже однажды. Сара вернулась в машину и вдавила педаль газа в пол. Она ехала вперед, в дом своих родных, в надежде, что ее любимый младший брат скоро вернется, не осознавая, что на самом деле она возвращается к той самой точке, с которой поменялась вся ее жизнь.

***

Бруер, штат Мен, Новая Англия

18 июля, среда, 17:12

Городок Бруэр раскинулся по двум берегам небольшой реки Пенобскот, и находился в юго-восточной части штата Мэн. Небольшой город с большими парками и викторианскими домами на каждой улице, он олицетворял в себе дух Новой Англии. Неспешные улицы, невысокие здания, городская площадь. Типичная глубинка, из рутины которой хочется поскорее выбраться в большой мир. Но что-то в этом городе, в его неторопливом ритме, заставляло людей возвращаться сюда снова и снова. Сара ехала на своем автомобиле по одной из центральный улиц городка. Хорошо, что в это время машин на улице не так много, иначе ее рассеянность за рулем могла сыграть с ней очень коварную шутку. И хоть Сара была опытным водителей, двигаться по уже почти забытым улицам городка ей следовало бы с большим вниманием. Но она ничего не могла с собой поделать, каждый раз оборачивая голову на знакомый магазин или детскую площадку, где она гуляла в детстве. Она свернула на Хингланд стрит, и городская площадь вместе с величественной Ратушей остались позади. Теперь ее путь лежал через городской парк. Проезжая мимо него, Сара вновь остановила автомобиль и вышла. Ноги сами вели ее в те места, где она девчонкой бегала по зеленым опушкам и пряталась за стволами широких деревьев. Сейчас в парке было многолюдно. Дети играли на детских площадках, качались на качелях, повсюду витал смех и восторг. Чуть дальше, там, где брала свое начало небольшая речушка, разливаясь на несколько частей, мелькали парочки влюбленных, искавших уединения в этот жаркий день поближе к воде. Сара проходила мимо незнакомых ей людей, словно тень, мелькавшая в деревьях. Все дальше и дальше, пока она не увидела знакомые сердцу мосты. Невысокие переправы с одного бережка на другой, выложенные из булыжников, приносили колорит сказочного средневековья в это место. Сара остановилась, снова, словно провалившись в свои воспоминания. Вот тут, на этой самой лавочке она, десятилетняя, рыдала с разбитым коленом, когда упала с велосипеда, а рядом бегал ее отец, пытаясь остановить кровь небольшим носовым платком. А чуть дальше, в паре метров от нее, на этой самой дорожке, она гуляла с Тоби, и он делал свои первые, еще совсем неуверенные шаги, а позже тут же она катала его на самокате. На тех лавочках, что спрятались неподалеку в тени кустарников, она и ее школьные подружки подолгу сидели после уроков и делились мечтами о будущем, которое тогда казалось таким далеким. Тот мост, самый большой из всех. Когда-то по направлению от него Сара бежала в немыслимом платье, взятом в школьном театре, и репетировала отрывки из какого-то романа, название которого она не могла уже вспомнить. Но в голове еще жили отголоски фраз: «… сквозь немыслимые преграды и бессчётные невзгоды, я пробралась в замок по ту сторону Града Гоблинов, чтобы вернуть дитя, которое вы похитили…» Сара тут же встрянула головой, словно отгоняя от себя эти мысли, но они вновь и вновь вставали перед ней: серые стены, вздымающиеся вверх, бесплодная почва под ногами, словно выжженная, немыслимое оранжевое небо над головой… - Сара? Сара Уильямс? – раздался голос, который вырвал девушку из мира ее фантазий. Сара обернулась. К ней шла молодая женщина, держа на руках совсем еще крошечного ребенка. Саре она показалась знакомой, но вот вспомнить имя или что-то большее, девушка никак не могла. – Нет, ну правда ты, Сара?! – незнакомка подошла к Саре – Ты не узнаешь меня? - Признаться, нет – вежливо ответила Сара. – Никак не могу вспомнить - Я – Мэри Грейди, мы учились в одном классе, разве ты не помнишь? - О, Мери, точно – Сара начала вспоминать свою давнюю одноклассницу, что жила через два дома от ее собственного – конечно я тебя помню, просто, ты… изменилась – Сара невольно покосилась на крошечного ребенка на руках у Мэри - Да, изменилась, мы же не виделись лет семь, наверное, с тех пор как ты переехала в Лондон – Мери смотрела на Сару своими крошечными серыми глазками, оценивая внешний вид своей давней подруги – Ты вернулась в город? - Да, приехала на пару дней, погостить – соврала Сара. Ей совсем не хотелось рассказывать случайной знакомой из прошлого о событиях в своей семье – Ты стала мамой? – поспешила Сара перевести разговор с себя на малыша - Да, четыре месяца назад. Это Феникс – с гордостью произнесла Мэри - Очень красивый малыш – произнесла девушка лишь из вежливости. Вид маленьких детей не вызывал у нее восхищения. - Да, и такой молодец. Знаешь, он так быстро растет и развивается, что я думаю, что он – настоящий вундеркинд. А как ты поживаешь? Муж, дети? - Детей нет, муж будет через пару недель – улыбнулась Сара - О, так ты выходишь замуж? – Мери тут же сместила свой взгляд на руки Сары, пытаясь разглядеть помолвочное кольцо. - Мэри, ты прости, но мне нужно ехать. Родители меня уже заждались на ужин – с этими словами Сара зашагала к выходу из парка, оставляя старую знакомую. - Если ты пробудешь в городе чуть дольше, то обязательно позвони мне – крикнула ей в след Мэри – мы обязательно должны встретиться и поболтать. - «Ага, конечно!» - подумала про себя Сара, не оглядываясь, и сделав вид, что не расслышала последней фразы Мэри. Слишком уж она задержалась по дороге домой, словно на самом деле приехала в этот город погостить у родных. Но нет, она приехала, чтобы найти Тоби, и сейчас именно он должен быть в ее мыслях, а не встречи со старыми школьными друзьями или прогулки по местам беспечного детства.