Глава 7

Утреннее солнце Юэй слепило сквозь панорамные окна школьного автобуса, который на полной скорости мчался по скоростному шоссе в сторону огромного стадиона Такаоба. В салоне стоял невообразимый, сбивающий с толку гул: класс 1-А был взвинчен и взволнован до предела. Мидория в сотый раз судорожно перелистывал свои безразмерные конспекты, бормоча под нос так быстро, что его едва можно было разобрать. Иида со своего переднего сидения то и дело вскакивал, раздавая громогласные, резкие указания о порядке выхода из транспорта и соблюдении дисциплины. А девчонки шумно обсуждали, насколько строгими будут судьи из ХЕПКО. Мими сидела у самого окна, лениво подперев голову ладонью и глядя на пролетающие мимо индустриальные пейзажи Мусутафу. Рядом с ней, намертво оккупировав соседнее кресло, устроился Денки Каминари. Парень так активно жестикулировал, что его желтая челка то и дело взлетала вверх, едва не задевая потолок салона. — Слушай, Мими-чан, я реально полночи не спал! — увлеченно тараторил Каминари, поворачиваясь к ней всем корпусом и едва не подпрыгивая на кожаном сидении. — У меня аж искры из пальцев летели от нервов! Киришима говорит, что на первом этапе обычно бывает жесткое , где все другие школы объединяются против Юэй. Ну, типа «свали гиганта», понимаешь? Мы же для них как красная тряпка после Спортивного фестиваля и всей этой шумихи со злодеями! Ты вообще как, готова? Твоё «Искажение» — это же просто пушка для защиты и дезориентации! Если мы будем держаться вместе, мы их всех в бараний рог скрутим! Только чур, если я перегружусь и стану дебилом, ты меня за куртку тащи подальше от эпицентра, ладно? — Конечно, Каминари-кун, своих не бросаем, — Мими мягко улыбнулась, наклонив голову набок и прищурив глаза. — Я буду твоим личным щитом. А насчет экзамена... Ну, я немного нервничаю, если честно. Вдруг там будут слишком сложные ловушки или специфические задания? Я ведь всего лишь новенькая, у меня нет вашей сыгранности. — Да брось! У тебя реакция и координация как у профессионала, я же видел тебя на тренировках! — Денки задорно рассмеялся, абсолютно не замечая, как за их спинами, на следующем ряду кресел, послышалось тяжелое, угрожающее сопение. Бакуго сидел у самого прохода, намертво скрестив руки на груди и уставившись вперед с таким видом, будто планировал испепелить взглядом водительское кресло. Рядом с ним Киришима тихонько точил свои затвердевшие каменные пальцы друг о друга, пытаясь урезонить и успокоить взрывного друга: — Бакубро, хорош сверлить взглядом спинки кресел, автобус прожжешь. На экзамене покажешь класс, не распаляйся раньше времени. Но Кацуки лишь процедил сквозь зубы какое-то невнятное, злобное ругательство. На самом деле, его бешено раздражала эта крыса. Она выглядела слишком спокойной для человека, который якобы боится экзамена. Его звериная интуиция и утренняя паранойя снова подали голос:  «Нервничает она, как же. Вчера на полигоне двигалась без единого лишнего взмаха, четко, расчетливо. Что-то тут не так…» А Мими в этот момент действительно испытывала внутреннее напряжение. Но совершенно по другой причине. Внешне она оставалась милой, слегка легкомысленной шестнадцатилетней студенткой, но внутри её шпионский двадцатилетний мозг работал на пределе возможностей. Каминари думал, что она сдаёт этот экзамен впервые. Весь класс думал так же. Айзава думал так же. Но реальность была куда сложнее и циничнее. Мими уже успешно сдавала этот чертов экзамен четыре года назад, когда ей было шестнадцать лет — законный возраст для получения официальных документов. Перед глазами на долю секунды вспыхнул короткий, холодный флешбэк из её реального прошлого: четыре года назад, закрытый, стерильный полигон Бюро Общественной Безопасности. Никаких трибун, никаких восторженных фанатов, прессы и ярких, броских геройских костюмов. Вокруг стояли только серые бетонные стены, датчики движения и тридцать суровых экзаменаторов из ХЕПКО в строгих черных костюмах с планшетами в руках. Мими, будучи шестнадцатилетним, вымуштрованным оперативником, тяжело дышала, стоя посреди груды покореженного, вывернутого наизнанку металла — останков тяжелого тренировочного робота. Пространство вокруг нее до сих пор неестественно вибрировало, сжатое, искривленное и преломленное её причудой «Искажение». Один из главных судей равнодушно поставил высшую галочку в протоколе и произнес: «Объект Фува Мими. Двадцать баллов из двадцати за боевой этап. Использование пространственных деформаций признано высокоэффективным. Временная лицензия утверждена. Код доступа в системе — Альфа-09». Она уже тогда, четыре года назад, была легальным, сертифицированным и смертоносным бойцом госструктур. Пройти этот обычный гражданский тест для неё сейчас, в её двадцать лет, было делом нескольких минут. И её главным, глубинным страхом было то, что чиновники из ХЕПКО, которые сегодня будут принимать экзамен на стадионе Такаоба, тотально облажаются с базами данных или человеческим фактором. Бюро, конечно, жестко заверило её перед сном, что вся её былая история полностью засекречена, стерта из общих реестров, а судейскому корпусу отдан строжайший, не подлежащий обсуждению приказ «не узнавать» Агента Мираж и сделать вид, будто они видят эту девочку впервые. Но министерские бюрократы славились своей неповоротливостью и глупыми ошибками. Если хоть один старый проверяющий в ложе судей вскинет брови, всмотрится в экран монитора и крикнет на весь стадион:  «О, так это же та самая Мираж, которая четыре года назад разнесла наш закрытый полигон!» — всей миссии по поиску крота в Юэй и выравниванию психики Бакуго придет мгновенный и сокрушительный конец. Мими почувствовала, как в кармане форменной куртки трижды коротко и резко завибрировал телефон. Особый сигнал. Пора выходить на связь для финальной сверки кодов безопасности. — Ой, Каминари-кун, извини, мне тут подружка из прошлой школы звонит, я быстро отвечу? А то она жутко переживает за меня, места себе не находит, — Мими виновато округлила глаза, смешно надула губы и завертела лениво головой. — Да без проблем! Успокой её там, скажи, что ты с будущими топ-героями едешь, нам никакой экзамен не страшен! — Денки понимающе и весело закивал, сразу отвернувшись к окну и начиная тихонько напевать какую-то попсовую мелодию под нос, отстукивая ритм пальцами по стеклу. Мими аккуратно достала телефон, быстрым, отточенным движением нацепила один беспроводной наушник и нажала на кнопку приема вызова. На том конце провода раздался сухой, едва слышный щелчок — линия прошла через шифровальный шлюз и была полностью защищена от перехвата. Но поскольку прямо за её спиной сидел гиперактивный Бакуго с его феноменальным, чутким слухом хищника, использовать обычные шпионские или военные фразы было категорически нельзя. Пришло время активировать «секретный словарь» Бюро — специально разработанный зашифрованный язык, который со стороны для любого случайного слушателя звучал как абсолютно банальная, глупая девичья болтовня о покупках, шмотках и косметике. — Алло, привет, Саюри-чан! — звонким, слегка капризным и легкомысленным голосом защебетала Мими, лениво наматывая прядь темных волос на указательный палец. На самом деле эта фраза по кодовой таблице означала: «Агент Мираж на связи. Нахожусь в командном транспорте Юэй, объект Бакуго находится в зоне прямой слышимости, действую осторожно». — Привет, — отозвался холодный, монотонный голос куратора из динамика, который на ходу сверял данные с мониторов. — Как продвигается твоя подготовка к вечерней вечеринке? Ты всё-таки купила то синее платье, о котором мы так долго говорили на прошлой неделе? (Перевод: «Проверка связи. Судейский корпус стадиона Такаоба полностью проинструктирован и взят под контроль. Есть ли изменения в плане умышленного провала на втором этапе?») — Ой, ты не поверишь, это такая досада! — Мими забавно наморщила носик, симулируя высшую степень девичьего разочарования, и захлопала ресницами для видимости перед Каминари. — Я так сильно хотела то синее платье, ну, помнишь, фирменное, с дизайнерскими широкими рукавами? Но оно оказалось ужасно неудобным в примерочной! Я примерила его, начала крутиться, а оно прямо по швом трещит, когда делаешь резкие движения, ткань вообще не тянется. В общем, я решила, что оно мне совершенно не подходит для танцев, слишком много мороки и дискомфорта с этой маркой. Так что я его обязательно верну обратно на склад, пусть сами его носят и мучаются. (Перевод: «План в силе, изменений нет. Объект Бакуго из-за своего деструктивного характера гарантированно провалит второй этап спасения. Я умышленно срежусь на этапе эвакуации, сымитировав тактическую ошибку с Искажением пространства. Судьи точно предупреждены? Сбоя с всплытием данных моей старой лицензии Альфа-09 не произойдет?») Сзади Бакуго резко, как натянутая струна, повернул голову на звук её голоса. Его алые глаза опасно сузились, впиваясь взглядом в ее затылок через щель между сидениями. Словосочетание «резкие движения» и недовольный, тягучий тон девчонки заставили его внутренние радары напрячься. «Че она там вякает? Издевается? Специально так громко говорит, чтобы привлечь внимание? Какие еще швы трещат у нее?» — его кулаки непроизвольно сжались до белых костяшек, а на кончиках пальцев проскочила крошечная искра. Но, внимательно прислушавшись к остальному абсолютному бреду про шмотки, примерки, магазины и возвраты, он лишь раздраженно, брезгливо цыкнул и снова отвернулся к окну. Обычный, пустой девчачий треп. Ничего шпионского или подозрительного. Глупая баба думает о тряпках перед важнейшим экзаменом в жизни. В наушнике Мими тем временем раздался ровный, удовлетворенный голос куратора: — Очень жаль, фасон был действительно многообещающим. Но администратор магазина официально подтвердил: твой старый дисконтный чек и история покупок полностью аннулированы из базы данных. В системе этой сети ты теперь числишься как совершенно новый, первый раз зашедший клиент, у них нет абсолютно никаких твоих прошлых метрик. Можешь выбирать и мерить любую одежду с самого нуля, персонал на кассе тебя ничем не побеспокоит. Главное — не забудь сделать возврат купленного во втором зале, точно по нашему графику. (Перевод: «Информация принята, аналитики подтверждают безопасность. Руководство ХЕПКО прислало отчет: твоя старая лицензия Альфа-09 полностью засекречена, изъята из общих архивов и удалена из локальных терминалов стадиона. Для всех судей и систем на стадионе ты — первокурсница Фува Мими, сдающая экзамен впервые в жизни. Действуй строго по инструкции: первый боевой этап сдаешь на максимум, на втором этапе эвакуации совершаешь управляемый провал для последующего сближения с Бакуго на курсах»). — Да-да, конечно! Спасибо большое, Саюри-чан, ты меня просто невероятно успокоила, а то я уже извелась вся! — Мими облегченно и совершенно искренне улыбнулась, чувствуя, как огромный, давящий камень наконец-то свалился с её плеч. Судьи не выдадут её истинный возраст и статус. Операция в безопасности. — Ладно, мы тут уже подъезжаем к комплексу, тут такая парковка огромная, машин просто тьма! Перезвоню тебе сразу после всего этого кошмара, чмоки! Мими плавным движением отключила вызов, спрятала телефон в глубокий карман форменных штанов и вытащила наушник. — Ну что, успокоила свою подружайку? — спросил мгновенно повернувшийся к ней Каминари, дружески и легко толкнув её локтем в плечо. — Ага, — Мими весело подмигнула ему, снова мгновенно возвращаясь в свой привычный, расслабленный образ шальной девчонки с повадками Годжо. — Сказала, что если я не сдам и не привезу ей фотку с лицензией, она мне все уши оборвет и заставит отрабатывать. Кстати, Каминари-кун, а спорим на банку газировки, что Бакуго-кун завалит экзамен просто потому, что попытается взорвать судейский гонг или наорет на проверяющих в первые пять минут? — СЛЫШЬ, ТЫ, Я ВСЁ СЛЫШУ! — не выдержал и буквально взревел с заднего сидения Бакуго, резко перегибаясь через разделительную спинку кресла. Его яростное лицо оказалось в каких-то десяти сантиметрах от её уха, глаза горели диким, первобытным огнем, а из ладоней валил густой, едкий дым с отчетливым запахом нитроглицерина. — Я вас всех там в порошок сотру! И тебя, и этих ублюдков-судей, и весь этот чертов стадион к чертям разнесу! Закрой свою пасть, пончиковая крыса, и готовься сосать пыль за моей спиной, когда я буду забирать первое место! Мими медленно, совершенно не торопясь, повернула к нему голову. Её темные брови насмешливо взлетели вверх, а на губах расцвела та самая фирменная, невыносимо дерзкая и шальная ухмылка, от которой у Кацуки внутри всё мгновенно закипало и взрывалось от ярости. Она не выказала ни грамма страха перед его грозными взрывами. — Ну, посмотрим-посмотрим, взрывной мальчик, — певуче, с явным вызовом протянула она, глядя ему прямо в глаза. — Главное — на этапе спасения не забудь, что людей нужно вытаскивать, а не аннигилировать. А то судьи твой шарм явно не оценят. — ДА Я ТЕБЯ ПРЯМО ЗДЕСЬ УБЬЮ-У-У-У! — окончательно слетел с катушек Кацуки, пытаясь перелезть через сидение, пока перепуганный Киришима изо всех сил мертвой хваткой удерживал его за куртку, упираясь ногами в пол. Пока автобус гудел от смеха класса, Бакуго, тяжело дыша, медленно откинулся назад на свое кресло. Его взгляд всё еще был прикован к затылку Мими. Ярость в его глазах постепенно сменилась ледяным, колючим подозрением. На лбу прорезалась глубокая складка. «Стоп... Какого хера?» — пронеслось в его голове. Его аналитический мозг, обостренный постоянными битвами, мгновенно зацепился за её последнюю фразу.  «Этап спасения». Она сказала это так уверенно, словно это был неоспоримый, заранее известный факт. Бакуго нахмурился, судорожно вспоминая вчерашний вечер и утренний сбор. Айзава-сенсей перед посадкой в автобус не сказал им абсолютно ни черта конкретного. Его стандартное сухое: «Экзамен будет сложным, будьте готовы ко всему» — это всё, что они получили от классного руководителя. Даже задрот Деку не знал структуры тестов в этом году, потому что ХЕПКО каждый раз меняли регламент и держали этапы в строжайшем секрете до самой минуты старта. Тогда откуда у этой новенькой, пришедшей из какой-то глуши по спецнаправлению, такая четкая информация? Она не просто предположила — она прямо разделила экзамен на боевую часть и «этап спасения». Откуда она знает структуру судейства? Откуда такая чертова уверенность, что там вообще будут кого-то вытаскивать из-за завалов? Бакуго прищурился, чувствуя, как внутри разгорается глухой, опасный азарт. Эта девка явно темнила с самого первого дня, как переступила порог их общежития. Тайные звонки «подружкам», странные фразочки, безупречные боевые рефлексы при якобы полном отсутствии опыта... «Ладно, Фува Мими...» — подумал Кацуки, зловеще оскалившись и сжав кулаки. — «Играй в свою дурочку дальше. На стадионе я буду следить за каждым твоим шагом. Если ты шпионишь или скрываешь что-то крупное — я лично вытрясу из тебя всю правду прямо посреди полигона». Автобус резко, со скрипом затормозил, окончательно прерывая его мысли и качнув всех пассажиров вперед. За окнами выросла гигантская, футуристическая арена стадиона Такаоба, окруженная толпами студентов из других академий. Мими спокойно поднялась со своего места вместе со всеми, ленивым движением поправляя элементы своего черного геройского костюма. Шпионский шифр был успешно отработан, Бюро надежно прикрывало её тылы в судейской ложе, а впереди её ждал самый сложный, парадоксальный и противоестественный экзамен в её жизни. Экзамен, где её главной шпионской победой должен был стать её собственный, ювелирно просчитанный пространственный провал. Огромная арена стадиона Такаоба гудела, как растревоженный улей. Студенты со всех концов страны сбивались в кучи, напоминая разноцветные боевые отряды. Класс 1-А в своих геройских костюмах стоял посреди этого хаоса, привлекая к себе слишком много ненужного внимания. Мими стояла чуть поодаль, лениво потягиваясь и поправляя элементы своего темного костюма. Её двадцатилетний шпионский мозг работал в режиме пассивного сканирования: она оценивала углы обзора, фиксировала расположение камер ХЕПКО и краем глаза поглядывала на Бакуго. Тот стоял, буквально излучая волны тяжелой, удушливой агрессии. Его алые глаза бешено метались по сторонам, но стоило Мими шевельнуться, как он тут же переводил взгляд на неё. С тех самых пор, как в автобусе она ляпнула про этап спасения, Кацуки не спускал с неё глаз. Его паранойя вышла на пиковый уровень.  «Эта тварь точно что-то знает», — пульсировало у него в висках, пока он яростно крутил в руках выданные светящиеся шары. — «Айзава молчал. Деку молчал. Откуда у неё инфа? Она либо гребаный экстрасенс, либо... засланная крыса, у которой есть свои выходы на ХЕПКО». В этот момент над стадионом раздался сонный, шаркающий голос из динамиков. На огромных экранах появилось лицо Меру Тобиты, представителя ХЕПКО. — Итак... Экзамен на получение временной геройской лицензии, — уныло пробормотал Тобита, подпирая щеку рукой. — Вообще-то, на этом экзамене обычно собирается около полутора тысяч человек. И в этот раз мы собираемся отсеять... ну, очень многих. Время сейчас такое, суровое. После ухода Всемогущего нам нужно качество, а не количество. Так что на первом этапе пройдут только первые сто человек. По стадиону пронесся шквал потрясенных возгласов. — Сто человек из полутора тысяч?! — выкрикнул Каминари, хватаясь за голову. — Это же меньше десяти процентов! Да они издеваются! Бакуго лишь презрительно фыркнул, оскалив зубы. Его этот лимит вообще не волновал. Будь там хоть одно место, оно всё равно принадлежало бы ему. Его волновало другое. Он резко перевел взгляд на Мими — та даже бровью не повела. На её лице блуждала всё та же легкая, бесящая ухмылка. Она не паниковала. Она знала.  «Она знала и про лимиты, и про формат...» — Кацуки сжал кулаки так, что перчатки жалобно хрустнули. — Правила просты, — продолжал монотонный голос Тобиты. — У каждого из вас есть три мишени. Вы должны закрепить их на своем теле на любом открытом месте. Главное — чтобы в них можно было попасть. Также у вас есть три светящихся шара. Тот, чьи все три мишени загорятся от удара шаром, считается выбывшим. Тот, кто лично поразит последние мишени двух человек, проходит дальше. Ну, вроде всё. Как только стадион раскроется, мы начнем. С грохотом и скрежетом стены огромного зала начали разъезжаться в стороны. Перед студентами открылся гигантский, невероятный по масштабам полигон, разделенный на разные зоны: горный массив, промзона, городские развалины, завалы и лесистая местность. Класс 1-А инстинктивно сплотился. Мидория, тяжело дыша, тут же вышел вперед, его лицо было максимально серьезным. — Ребята, держимся вместе! — громко скомандовал Деку, оглядывая одноклассников. — Как только начнется экзамен, все остальные школы гарантированно нападут на нас! Юэй — главная цель для всех из-за Спортивного фестиваля. Это «Традиция разгрома Юэй»! Если мы разделимся, нас перебьют поодиночке! Мы должны защищать мишени друг друга! Кацуки почувствовал, как внутри него закипает чистая, концентрированная ярость. Этот чертов Деку снова строил из себя лидера, снова пытался диктовать ему, что делать, заталкивая его в рамки какого-то трусливого «командного плана». Держаться вместе? Прятаться за чужими спинами? Что за бред! — Да пошел ты на хер, Деку! — рявкнул Бакуго, разворачиваясь спиной к классу. Его голос так и брызгал ядом. — Думаешь, я буду играть в твои детсадовские игры? Это экзамен, придурок! Здесь каждый сам за себя! Если вы хотите сбиваться в стадо, потому что вы слабые — валяйте. А мне ваши няньки не нужны! — Бакуго, подожди! — попытался остановить его Иида, рубя воздухом рукой. — Это нерационально! Мидория прав, нам выгоднее... — Завали пасть, четырехглазый! — отрезал Кацуки, уже шагая в сторону промзоны. — Эй, дерьмоволосый! Пикачу! Живо за мной! Киришима вздохнул, но тут же активировал свою причуду «Укрепление», приводя кулаки в готовность. — Эх, Бакубро, ну ты как обычно в своем репертуаре... Но бросить тебя одного я не могу, это не по-мужски! Я с тобой! — О-ой, ладно-ладно, я тоже пойду, — засуетился Каминари, семеня за ними. — С Бакуго хотя бы не соскучишься, да и отбиваться от толпы с его взрывами проще будет! Бакуго сделал еще несколько шагов, но вдруг резко остановился. В его голове со свистом провернулись шестеренки. Он вспомнил её слова в автобусе.  «Главное — на этапе спасения не забудь, что людей нужно вытаскивать...» Она шпионка. Или информатор. Или у неё есть прямой доступ к картам и планам ХЕПКО. Оставлять её за спиной, в общей куче, где она может спокойно провернуть свои скрытые делишки или тупо слиться, было нельзя. Если он хочет поймать её на лжи, её нужно держать на расстоянии вытянутой руки. На виду. Под личным, жестким контролем. Кацуки резко обернулся через плечо. Его взгляд, острый как лезвие, вонзился прямо в Мими. — Эй, Фува! — гаркнул он, грубо ткнув в её сторону затянутым в перчатку пальцем. — Ты тоже топаешь со мной. Живо. Мими, которая уже приготовилась тихонько затеряться среди толпы и уйти в сторону завалов для реализации своего плана по управляемому провалу, удивленно моргнула. Её фирменная улыбка на секунду соскользнула с лица.  «Что?!» — пронеслось в её голове. — «Какого черта, Бакуго? По канону ты брал только двоих! Какого хера ты тащишь меня за собой?!» — Э-э... Бакуго-кун? — Мими быстро вернула на место маску замешательства, невинно захлопав ресницами. — Но ведь Мидория-кун прав, безопаснее держаться большой группой. К тому же, я новенькая, я могу вам только помешать своими... неотработанными приемами... — Заткнись и шагай, пока я из тебя искры не выбил! — Бакуго оскалился, и вокруг его ладоней заплясали опасные микро-взрывы. — Мне плевать на твои отмазки. Ты идешь со мной, и это не обсуждается. Попробуешь отстать или свалить в сторону — я лично взорву твои мишени к чертям собачьим раньше, чем это сделают другие школы. Двинулись! Киришима удивленно переглянулся с Каминари. — Ого, Бакубро, ты решил взять с собой Фуву-чан? Это... на удивление заботливо с твоей стороны! Настоящий мужской поступок — защитить новенькую! — ЗАВАЛИСЬ, ДЕРЬМОВОЛОСЫЙ! Я никого не защищаю! — бешено заорал Бакуго, моментально вспыхнув от злости. — Она просто будет пушечным мясом, если потребуется! Шагайте быстрее, тормоза! Мими вздохнула про себя, натянула обратно маску безмятежности и пошла следом за троицей, мысленно проклиная излишнюю проницательность Кацуки.  «Черт бы тебя побрал с твоей звериной интуицией, Бакуго... Ты ломаешь мне весь график. Придется импровизировать на ходу». Над полигоном раздался оглушительный, воющий звук сирены. — Итак... Первый этап экзамена... НАЧАЛСЯ! — лениво объявил Тобита из динамиков. В ту же секунду со всех сторон полигона раздались боевые кличи. Земля задрожала от активации сотен причуд. Класс 1-А, оставшийся позади, тут же принял на себя мощнейший удар объединенной волны студентов из академии Кэцубуцу. А Бакуго, Киришима, Каминари и Мими на полной скорости влетели в лабиринт промзоны — среди ржавых труб, цистерн и массивных бетонных конструкций. Кацуки бежал впереди, его сердце бешено колотилось от предвкушения хорошей драки, но каждая его мысль, каждый сантиметр его обостренных чувств были сосредоточены на бегущей рядом девушке. «Ну давай, Фува...» — думал Бакуго, косо поглядывая на то, как она легко и грациозно перепрыгивает через арматуру. — «Покажи мне свое истинное лицо. Сейчас на нас попрут статисты из других школ. И если ты попытаешься утаить свою реальную силу или как-то подыграть судьям... я поймаю тебя за руку. Из-под земли достану, но узнаю, кто ты такая!» Промзона превратилась в филиал ада на земле. Студенты из академии Сэйай и еще парочки мелких школ, заметив эмблемы Юэй, устроили на команду Кацуки настоящую засаду. Сверху, с металлических переходов, летели тяжелые крепежные болты, сбоку давила чья-то причуда, изменяющая плотность воздуха, а из-за ржавых цистерн то и дело выскакивали противники, волнами швыряя светящиеся шары. — Сдохните, массовка ходячая! — взревел Бакуго, взмывая в воздух на направленных микровзрывах и буквально выжигая пространство вокруг себя. Рядом Киришима сдерживал натиск троих парней, приняв на себя град ударов в своей максимальной каменной форме. Каминари, суетливо оглядываясь, выжидал идеальный момент, чтобы выдать точечный разряд и не задеть своих. Мими действовала безупречно. Как и приказало Бюро для первого боевого этапа, она не собиралась откровенно подставляться раньше времени. Её причуда «Искажение» работала как идеальный швейцарский нож. Когда в Киришиму летел массивный кусок сорванной стальной трубы, Мими просто выбрасывала руку вперед — пространство перед Эйджиро неестественно преломлялось, сжималось, и металл на полной скорости менял траекторию, уходя резко в сторону и врезаясь в землю. Она двигалась плавно, с той самой бесящей Бакуго легкой грацией, и точно отправляла шары обратно в противников, искажая траекторию их полета. Бакуго, кружась в воздухе на реактивной тяге своих ладоней, непрерывно сканировал полигон. Его алые глаза то и дело выхватывали силуэт Фувы. «Работает без осечек, сучка», — злобно думал Кацуки, уворачиваясь от очередного снаряда и взрывая лицо какому-то парню из Кэцубуцу. — «Ни одного лишнего движения. Пространство гнет так, словно всю жизнь этим зарабатывает. Ни хера это не уровень первокурсницы! Она даже не запыхалась!» Его бесило, что его теория подтверждалась, но поймать её на прямом саботаже пока не получалось. Она защищала тылы, помогала Каминари, ломала атаки врагов. Идеальный командный игрок. Слишком идеальный. Но у Мими в голове в этот момент шел совершенно другой расчет. «Так, боевой этап подходит к концу, мы раскидали уже больше половины засады», — хладнокровно размышляла она, уклоняясь от летящего шара. — «Каминари и Киришима почти набрали свои очки. Бакуго вообще рвет всех в щепки. Если я сейчас пройду первый этап вместе с ними, то на втором этапе, на эвакуации, мне будет гораздо сложнее красиво и естественно провалиться. Бакуго слишком бдителен, он не даст мне совершить ошибку там, где на кону будут "жизни" пострадавших. Нужно давать осечку прямо сейчас. Сымитировать истощение причуды или потерю концентрации». Момент подвернулся идеальный. Один из высокоранговых студентов чужой школы, использующий причуду прыжка, резко подсек бетонную опору мостика, на котором стояла Мими. Конструкция с оглушительным скрежетом подломилась. Мими взмыла в воздух вместе с обломками, оказавшись на высоте примерно четвертого этажа. Под ней была жесткая, усыпанная острым строительным мусором и арматурой земля. Любая нормальная девчонка на её месте уже использовала бы «Искажение», чтобы создать пространственную подушку и плавно опуститься, или хотя бы закричала от страха. Мими внутренне расслабилась. Для её двадцатилетнего тренированного тела, прошедшего жесточайшие лагеря подготовки Бюро, такое падение было сущим пустяком. Шестнадцатилетняя Фува Мими должна была запаниковать, но Агент Мираж знала: достаточно отключить причуду, позволить себе упасть, правильно сгруппироваться в полете, перекатиться через плечо — и она отделается лишь парой эффектных царапин и ушибов. Зато её мишени станут легкой добычей для нападающих, и она технично вылетит с экзамена, оставшись в пуле «неудачников» для последующих доп-курсов вместе с Кацуки. Она сознательно затушила мерцание воздуха вокруг своих рук. Причуда отключилась. Мими начала свободное падение вниз, закрыв глаза для пущей убедительности и прижав локти к телу, готовая к жесткому приземлению. «Три... два... один... группировка...» — отсчитывал шпионский мозг. Но Бакуго думал совершенно иначе. В его глазах весь этот эпизод выглядел как катастрофа. Он видел, как подкосился мост. Видел, как Фува взлетела вверх. И ждал, что она сейчас вывернет пространство, как делала это секунду назад. Но воздух вокруг неё остался чистым. Сияние пропало. А на её лице — он готов был поклясться — промелькнуло какое-то странное, пугающее смирение. Она просто летела вниз головой на кучу ржавой арматуры. Внутри Кацуки что-то дико, оглушительно оборвалось. Перед глазами на долю секунды вспыхнули кошмарные кадры из его собственного плена в Лиге Злодеев — беспомощность, свист ветра, темнота и осознание, что ты ничего не можешь сделать. Этот страх за чужую уязвимость, который он так тщательно прятал за своей агрессией, рванул наружу с мощью ядерного взрыва. «Какого хера?! Она же разобьется! Сдохнет прямо здесь!» — эта мысль ослепила его, выжигая всю его паранойю, все подозрения и шпионские теории. Ему стало абсолютно плевать, кто она такая. В этот момент она была его одноклассницей. Девчонкой из Юэй. И она падала. — ФУВА-А-А! — взревел Бакуго так, что сорвал голос. Звук его крика заставил Мими внутри вздрогнуть.  «Что?!» Она не успела открыть глаза, как воздух вокруг нее взорвался. Кацуки выдал такой мощный, направленный залп из обеих ладоней назад, что его практически сорвало с траектории. Скорость была сумасшедшей, на грани перегрузки суставов. Он пролетел разделяющее их расстояние за долю секунды, наплевав на летящие в него со всех сторон вражеские шары. Один из шаров чужаков звонко ударил его прямо в мишень на плече, та загорелась красным, но Бакуго даже не повернул головы. Ему было плевать. За метр до земли, когда острые штыри уже готовы были впиться в форму Мими, Кацуки мертвой хваткой перехватил её поперек талии. Инерция падения была огромной. Чтобы не размазать их обоих о бетон, Бакуго в полете извернулся, подставив под удар собственное тело, и выдал резкий, тормозящий взрыв свободной рукой в землю. Нас оглушило грохотом. Земля под ними треснула, подняв тучу пыли и мелкой крошки. Они жестко покатились по гравию. Бакуго до последнего удерживал её, принимая все удары спиной и плечами на себя. Когда они наконец остановились в полуразрушенной нише стены, Кацуки тяжело, со свистом дышал, растянувшись на земле. Мими оказалась прямо на нем, прижатая его сильной, дрожащей от перенапряжения рукой к его груди. В промзоне на секунду повисла тишина, нарушаемая только далекими взрывами. Мими ошарашенно открыла глаза. Её безупречный шпионский план полетел к чертям, потому что прямо сейчас она слышала бешеный, неровный стук сердца Бакуго под своей щекой. Он тяжело хрипел, его лицо было испачкано в саже и пыли, а из правого плеча, которым он протаранил какой-то ящик при приземлении, сочилась кровь. «Он... он поймал меня? Зачем?!» — Мими впервые за всю свою взрослую жизнь растерялась. Она ведь четко просчитала высоту, траекторию, плотность своего тела. Она бы выжила. Но этот сумасшедший мальчишка рискнул своими мишенями и своим телом, просто чтобы не дать ей упасть. Бакуго резко, грубо схватил её за плечи и буквально отпихнул от себя, заставляя сесть на колени рядом. Его лицо было багровым от ярости, а в глазах стояли дикие, злые искры. Он тяжело поднялся, качаясь, и навис над ней, тяжело дыша. — ТЫ ЧТО, СОВСЕМ ДЕБИЛКА, ФУВА?! — заорал он ей прямо в лицо, его голос дрожал от едва сдерживаемого бешенства и пережитого шока. — Какого хера ты отключила причуду?! Ты сдохнуть захотела?! Куда делась твоя хваленая реакция, а?! Ты летела прямо на арматуру, дура гребаная! Мими сидела на земле, ее темные волосы растрепались, а на щеке действительно была небольшая царапина от пыли. Она смотрела на него снизу вверх, и её привычная, маскировочная ухмылка впервые полностью исчезла. На её лице отразилось искреннее, глубокое удивление. Она видела его насквозь. Видела, что за этим криком скрывается не злость на её ошибку, а самый настоящий, первобытный страх. Страх снова кого-то потерять. После похищения Лигой Злодеев его психологическая травма заставляла его реагировать на любую опасность для окружающих как на личный вызов. Он подставился под удар, потому что его израненное эго и скрытое благородство просто не позволили бы ему поступить иначе. «Вот оно что...» — подумала Мими, чувствуя, как внутри неё шпионская холодность уступает место странному, теплому уважению к этому невыносимому парню. — «Куратор был прав. Твоя травма глубока, Кацуки. Но ты... ты настоящий герой. До мозга костей». — Я... у меня просто соскользнула концентрация, Бакуго-кун... — тихо, непривычно мягко произнесла Мими, опуская глаза и потирая локоть, идеально отыгрывая испуганную первокурсницу. — Прости. Из-за меня тебя задели шаром. — ДА МНЕ НАСРАТЬ НА ЭТОТ ШАР! — рявкнул Бакуго, резко отворачиваясь и вытирая тыльной стороной ладони пот и кровь со лба. Его сердце всё еще колотилось где-то в горле. Его бесило, что он так сильно испугался за эту девку. Бесило, что его паранойя на секунду отключилась ради её спасения. — Значит так, новенькая... Если ты еще раз устроишь такую херню на моих встречах — я сам тебя придушу. Поднимайся живо! Киришима! Пикачу! Хватит там телиться, добейте эту массовку! Киришима, который только что подбежал к ним, тяжело дыша, с облегчением выдохнул: — Чувак, Бакуго, это было невероятно опасно! Но ты успел! Фува-чан, ты цела? — Да, благодаря Бакуго-куну, — Мими поднялась с земли, незаметно проверяя свои мишени. Ни одна не была задета. План умышленного провала на первом этапе полностью провалился из-за излишнего героизма объекта слежки. Бакуго шёл впереди, его спина была напряжена как струна, а ладони всё еще мелко подрагивали. Он злился на себя, злился на неё, злился на весь этот чертов экзамен. Но глубоко внутри него, за слоями ярости, укрепилось одно железобетонное решение: он не спустит с этой Фувы глаз. Потому что она либо слишком загадочная, либо слишком уязвимая — и в обоих случаях он должен быть рядом, чтобы контролировать ситуацию.