Глава 11

Воскресенье официально стало днем передышки. До знакомства с Большой Тройкой в понедельник оставались сутки, и Мими решила использовать это время с максимальной пользой для своей шпионской шкуры. Организм, измученный детским визгом, контролем причуд и вечным недосыпом, требовал смены обстановки, а душа — простого человеческого тепла. Встречу назначили на крыше одного из высотных зданий в торговом квартале Мусутафу. Это было их тайное место — подальше от любопытных глаз Комиссии и Юэй. Мими пришла первой. Едва подставив лицо прохладному утреннему ветру, она услышала знакомый, до боли родной шелест мощных крыльев за спиной. Не успела она даже обернуться, как со спины её обхватили огромные, пушистые алые крылья, укутывая от ветра, словно теплым коконом, а следом сильные руки Ястреба сгребли её в охапку. — Ну привет, гроза детских садов! Наконец-то! — Кейго уткнулся подбородком ей в макушку, сжимая в крепких, по-семейному теплых объятиях. Настоящий Ястреб, без геройской маски и пафоса Про-героя — просто её Кейго, человек, с которым они вместе выросли в холодных стенах Бюро и стали друг для друга единственной настоящей семьей. Мими на секунду замерла, а затем со смехом развернулась в его руках и крепко обняла его за шею, утыкаясь носом в меховой воротник его куртки. Вся её шпионская броня, которую она круглосуточно носила в Юэй, мгновенно осыпалась. С ним можно было не притворяться. — Кейго, пернатый, ты не представляешь, как я рада тебя видеть! — выдохнула Мими, зажмурившись от удовольствия. — Я думала, у меня мозг взорвется на этих курсах. — Ну-ну, тише, шпионка, я принес спасение, — Кейго с широченной, искренней улыбкой отстранился и потрепал её по наспех завязанному хвосту, протягивая большой бумажный пакет. — Твои любимые куриные шашлычки и правильный кофе с кучей сахара. Они уселись прямо на край бетонного выступа, свесив ноги над пропастью Мусутафу. Одно из алых перьев Кейго отделилось и зависло в воздухе, лениво покачиваясь — привычка контролировать периметр была у них в крови, но сейчас они оба были максимально расслаблены. И они начали болтать. Обо всем на свете, перескакивая с серьезных тем на полный бред, как делают только по-настоящему близкие люди. Мими, уплетая шашлычок, с выражением и в красках расписывала, как Бакуго орал на пятилеток, как Тодороки с каменным лицом строил ледяные горки, и как она сама пыталась вспомнить, как вообще разговаривать с существами, которые не умеют собирать штурмовую винтовку на скорость. — А, кстати! — Мими чуть не поперхнулась кофе и резко выпрямилась, активно зажестикулировав палочкой от шашлычка. — Я же тебе самое главное не рассказала. Короче, помнишь, когда мы с тобой созванивались прямо из общаги Юэй? Пару дней назад вроде? — Ну да, помню, я еще на патруле был, — Кейго с любопытством приподнял бровь, наклонив голову набок. — Так вот, этот чертов подрывник меня спалил! — выдохнула Мими, драматично всплеснув руками. — Как ворвался в мою комнату, ублюдок. Услышал, как я с кем-то ласково разговариваю, называю «птичкой» и всё в таком духе. Короче, его шпионская извилина выдала гениальную мысль: он решил, что у меня тайный роман с Про-героем Номером 2! Напридумывал себе бог весть чего, прижал меня к стенке и пообещал сдать Айзаве, если я не скажу правду. Ястреб на секунду замер с открытым ртом, переваривая информацию, а потом крышу буквально разорвало от его дикого, безудержного хохота. Он согнулся пополам, колотя ладонью по бетону, а его алые крылья так яростно захлопали, что вокруг них поднялся настоящий мини-ураган. — Роман?! Со мной?! Ой, не могу-у-у! — Кейго вытирал слезы, выступившие от смеха. — Кацуки Бакуго заподозрил тебя в интрижке с топ-героем? Это просто шедевр! И как ты выкрутилась, агент Фува? — Пришлось импровизировать на ходу, — фыркнула Мими, хотя на губах тоже играла улыбка. — Я сделала лицо кирпичом и выдала, что ты... мой дядя. Настоящий, блин, родной дядя! Сказала, что мы скрываем это, чтобы меня не обвинили в блатном поступлении в Юэй. И теперь, чтобы этот шантажист не пошел к учителям, я целую неделю отрабатываю статус его официального слуги. Варю кофе, таскаю рюкзаки и терплю его вопли. Кейго, который только-только начал успокаиваться, после слова «дядя» прыснул кофе прямо на свои перчатки и заржал с новой силой, запрокинув голову. — Дядя?! Мне двадцать два года, мелкая, какой я тебе дядя?! — сквозь смех простонал он, хватаясь за живот. — Ой, я не вывезу это... Дядя Кейго! Звучит как приговор для моей личной жизни! — Скажи спасибо, что не дедушка, пернатый, — съязвила Мими, легонько пихнув его локтем в бок. Кейго отсмеялся, шумно выдохнул и поправил свои наушники, усаживаясь поудобнее. В его золотистых глазах загорелся хитрый, чисто аналитический огонек. Он задумчиво потер подбородок. — Слушай, а ведь если подумать... — протянул Ястреб, ухмыляясь. — Если теперь я твой официальный «дядя», то по идее нам можно вообще больше не скрываться в Юэй? Ну, в плане наших встреч и общения. HPSC без проблем подстроит любые документы, базы данных и свидетельства о рождении за пару часов. Сделаем нам идеальное липовое родство. Буду легально прилетать к тебе в академию, подкидывать карманные деньги, журить за плохие оценки перед Айзавой... М-да, Сотриголова сойдет с ума, если я начну ходить на твои родительские собрания. Мими представила лицо вечно уставшего Айзавы-сенсея, которому Ястреб с широкой улыбкой жмет руку и заявляет, что пришел проведать любимую племянницу, и её саму передернуло от беззвучного смеха. — Боже, Кейго, это будет ментальное уничтожение для всего педагогического состава Юэй, — улыбнулась она, допивая кофе. — Но мысль рабочая. По крайней мере, Бакуго закроет свой рот, а Комиссии будет проще прикрывать мои отлучки из общежития. — Вот именно, так что пусть документы готовят, — Кейго мягко хлопнул её по плечу, поднимаясь на ноги прямо на перилах и расправляя крылья, которые в лучах заходящего солнца казались по-настоящему золотыми. — Ладно, племяшка, мне пора к Лиге Злодеев, пока «строгие родители» из Комиссии меня в розыск не объявили. Выспись сегодня как следует. Он снова притянул её к себе, крепко поцеловал в макушку и, подмигнув, камнем ринулся вниз с крыши, тут же ловя воздушный поток и взмывая в небо. Мими проводила его взглядом, чувствуя, как внутри наконец-то воцарился покой. Силы были восстановлены.

***

После встречи с Кейго Мими возвращалась в общежитие Юэй в исключительно хорошем расположении духа. Солнце уже почти зашло, и шпионка мысленно настраивалась на тихий вечер в своей комнате, проверку шпионских гаджетов и крепкий сон перед тяжелым понедельником. Но у женской половины класса 1-А на этот вечер были абсолютно другие, куда более масштабные планы. Стоило Мими только переступить порог общей гостиной, как из-за угла бесшумно выросла Мина. Глаза розовокожей девчонки горели опасным, фанатским огнем. Не успела Мими даже глазом моргнуть, как её под белы рученьки сцапали Хагакурэ и Урарака. — Попалась! — победно завопила Мина, увлекая Мими за собой к лифту. — Даже не думай сбегать в свою комнату, Фува-тян! Сегодня у нас по плану официальный, обязательный девичник! Отражения не принимаются! — Эй-эй, полегче на поворотах, девчонки, — со смехом отозвалась Мими, даже не пытаясь сопротивляться. Послушно переставляя ноги, она с юмором наблюдала за этой спецоперацией. Двадцатилетний агент Бюро внутри неё забавлялся: её, профессионала по уходу от погонь, только что «взяли в плен» три первокурсницы. — И по какому поводу сбор? Мы грабим банк или свергаем директора Незу? — Хуже! Мы устраиваем ночь сплетен и секретиков! — подмигнула Тору, активно размахивая невидимыми руками. Спустя пять минут Мими уже сидела в просторной, шикарно обставленной комнате Яойорозу. Атмосфера здесь была максимально уютной: на полу раскидали кучу мягких подушек, горела гирлянда с теплым светом, а на огромном подносе красовался заваренный Момо элитный английский чай и целая гора сладостей, от одного вида которых Мими в душе ликовала — в конце концов, она заслужила этот сахар после субботнего ада с детьми. Девчонки устроились в круг. Мими, закинув ноги на одну из больших подушек и подперев подбородок рукой, моментально влилась в коллектив. Ей, выросшей в суровой спартанской обстановке среди сухих отчетов и тренировок, этот чисто девчачий вайб был в новинку, но чертовски нравился. Это было весело, шумно и как-то... по-настоящему. Сначала обсуждали уроки, ворчали на жесткие нормативы Айзавы-сенсея, потом Джиро жаловалась на слишком громкого Каминари, а Мина в красках расспрашивала Мими, как прошли доп-курсы. Мими, не стесняясь в выражениях, бурно участвовала в диалоге, сдавая Бакуго со всеми потрохами. — Девочки, это не курсы, это был филиал преисподней, — с готовностью делилась Мими, активно жестикулируя печеньем. — Кацуки орал на пятилеток так, что у меня пиджак дымом пропитался. Серьезно, я думала, Ганг Орк его там прямо на стадионе и закопает. Нам пришлось строить им целый ледяной Диснейленд, чтобы они просто перестали плеваться в нас причудами! Девчонки дружно хохотали, а Урарака сочувственно качала головой. Но, как и полагается на любом правильном девичнике, ближе к полуночи разговоры плавно, но верно свернули на самую опасную, животрепещущую тему. — Ну всё, с учебой покончено! — Мина заговорщически потерла ладони, а её глаза хитро сузились. — Давайте о важном. Кто кому нравится? Девчонки, колитесь, у нас тут вечер абсолютной честности! Никаких тайн! Комнату тут же наводнили смущенные писки. Очаг поражения первыми приняли Урарака и Яойорозу. Очако моментально вспыхнула до кончиков ушей, замахала руками и начала левитировать от смущения, пытаясь доказать, что Деку — «просто очень хороший друг и невероятно целеустремленный герой!». — Да ладно тебе, Очако-тян, все же видят, как вы друг на друга смотрите! — весело подначивала её Мими, задорно подмигивая. Шпионские радары Фувы уже давно зафиксировали все эти подростковые переглядки в классе, и сейчас она с удовольствием участвовала в общем наступлении. — Мидория при твоем появлении вообще забывает, как дышать, так что не отмазывайся! — Фува-тян, ну прекрати! — пищала пунцовая Урарака, пряча лицо в подушку. Затем очередь дошла до Момо, которая вежливо и очень интеллигентно пыталась перевести стрелки с Тодороки на кого-нибудь другого, но Мина и Хагакурэ были безжалостны, требуя подробностей. Цую спокойно, со своим фирменным «ква», рассуждала о парнях из класса, а Джиро, отчаянно краснея, крутила в пальцах свои разъемы-наушники, отнекиваясь от вопросов про Каминари. Мими была в самом центре этого хаоса. Она бурно комментировала каждую историю, давала «экспертные» советы, подкидывала дрова в огонь сплетен, подкалывала девчонок и смеялась громче всех, чувствуя себя абсолютным режиссером этого маленького театра. Она так виртуозно вела диалоги и перенаправляла внимание с одной жертвы на другую, что девчонки даже не заметили её тактического маневра. Пока что у самой Мими никто ничего не спросил. Но шпионка Бюро прекрасно понимала, что Мина Ашидо — соперник опасный, и её очередь в этом допросе с пристрастием неумолимо приближается. — Так, стопэ! — Мина резко выставила ладони вперед, прерывая очередной взрыв хохота в комнате, и её взгляд, полный дьявольского триумфа, намертво сфокусировался на Мими. — Мы тут все уже вывернули души наизнанку, а ты, Фува-тян, сидишь тут слишком расслабленная! А ну колись! В комнате мгновенно воцарилась тишина. Все девчонки, даже наполовину парящая под потолком смущенная Урарака, синхронно повернули головы к Мими. — Точно! — подхватила невидимая Хагакурэ, подсаживаясь ближе. — Ты у нас новенькая, а уже проводишь с самым взрывным парнем курса подозрительно много времени! Что у тебя там с Бакуго?! Мими, которая как раз собиралась отправить в рот очередное клубничное печенье, замерла. На её лице не дрогнул ни один мускул — многолетняя шпионская подготовка Бюро позволяла сохранять абсолютный покерфейс даже при ядерном взрыве. Она медленно опустила печенье на тарелку, выдержала театральную паузу, а затем лениво приподняла бровь и выдала порцию своего фирменного, слегка издевательского скепсиса: — Чего-о-о? С Бакуго? Девчонки, вы серьезно? Да он же ходячий пороховой склад! Злой, вечно орет, у него изо рта искры летят чаще, чем слова. Вы вообще видели его лицо, когда он не пытается кого-то мысленно аннигилировать? Вот и я не видела. — Ну уж нет, не отмазывайся! — Мина хитро прищурилась и победно ткнула в неё пальцем. — Мы же видели, как он заставил тебя кофе ему носить! А вчера после доп-курсов Каминари божился, что Бакуго приехал злой как черт, но стоило кому-то в гостиной заикнуться про тебя, он аж зашипел и ушел к себе. Вы явно что-то скрываете! Между вами точно есть какая искра! — Да-да! — закивала Момо, мягко улыбаясь. — Кацуки-сан обычно никого к себе не подпускает, а с тобой он хоть и ругается, но... как-то иначе? Вы постоянно вместе в последнее время. — Ой, Фува-тян, ну признайся, он тебе хоть капельку нравится? — Очако преданно заглянула ей в глаза. Мими сидела, подперев подбородок рукой, и слушала этот девчачий прессинг. Внешне она продолжала изображать легкое, ироничное недоумение, но внутри её шпионского мозга за доли секунды провернулись тяжелые шестеренки тактического анализа. «Так, стоп», — подумала Мими, глядя на горящие энтузиазмом лица одноклассниц. — «Они ведь не отстанут. А если я сейчас начну жестко отрицать, это вызовет еще больше подозрений. Но... что, если обернуть это говно в свою пользу? Если я немного... хм, скорректирую факты? Если эти малолетние шипперы поверят, что между мной и Бакуго что-то есть, они разнесут эту сплетню по всей общаге. Весь класс будет думать, что мы заняты какими-то своими подростковыми шурами-мурами. И это станет ИДЕАЛЬНЫМ прикрытием! Никому и в голову не придет искать во мне агента Бюро Общественной Безопасности, если меня будут считать просто девчонкой, по уши влюбленной в главного школьного хулигана. Это же гениальный тактический маневр для миссии!» Решение было принято мгновенно. Двадцатилетний ликвидатор внутри неё мысленно потер руки, готовя грандиозную шпионскую дезинформацию. Мими резко опустила глаза в пол. Её расслабленная ухмылка пропала, уступая место на удивление достоверному, слегка смущенному вздоху. Она заправила прядь волос за ухо и тихо, почти шепотом, протянула: — Ну... ладно. Ладно, вы меня раскусили. Только умоляю — тише! Если этот взрывной придурок узнает, он меня живьем закопает прямо за общежитием. Комната Яойорозу буквально взорвалась от синхронного, восторженного девчачьего визга. Мина от счастья едва не пролила кислоту на ковер, а Хагакурэ запрыгала на кровати. — А-А-А-А! Я ТАК И ЗНАЛА! — завопила Ашидо, зажимая себе рот ладонями. — Рассказывай! Всё рассказывай, до мельчайших подробностей! Мими сделала вид, что отчаянно краснеет (хотя внутри неё шпион тихо угарал с этой комедии), и, на ходу сочиняя романтическую чушь, заговорщически прошептала: — Понимаете... Он только с виду такой агрессивный. На самом деле, когда мы остаемся наедине... ну, например, на тех же тренировках... он бывает... ну, другим. Заботится по-своему, хоть и грубо. Короче, девочки, у меня от него сердце иногда делает «бум». Только ради всего святого — ни слова парням! Особенно Бакуго! — Твой секрет умрет с нами! — торжественно поклялась Мина, хотя её глаза уже горели планом «Как свести этих двоих до конца семестра». Мими вернулась в свою комнату только под утро, еле сдерживая победный смех. Дезинформация прошла идеально. Теперь девчонки костьми лягут, но будут пытаться столкнуть их с Кацуки лбами при каждом удобном случае, создавая для неё безупречное алиби «влюбленной дурочки». Шпионский план сработал на ура, и теперь можно было со спокойной совестью поспать пару часов. Мими наконец-то закрыла за собой дверь собственной комнаты, облегченно выдохнув. Сбросив форму Юэй, она натянула свободную домашнюю футболку, быстро умылась и с удовольствием повалилась на кровать. Шпионские гаджеты были проверены, дезинформация среди девчонок запущена идеально — казалось, можно было наконец-то закрыть глаза и поспать те несчастные пару часов, что оставались до подъема. Экран телефона на тумбочке коротко мигнул, нарушив тишину настойчивым вибросигналом. Мими лениво потянулась к мобильному, ожидая увидеть очередное системное сообщение от Бюро, но на дисплее высветилось совсем другое имя. Бакуго: «Слышь, слуга. Тащи мармеладки в мою комнату. Живо. Я знаю, что у тебя их целый чемодан». Мими уставилась на экран, и её брови поползли вверх. Эта блондинистая катастрофа мало того что не спала в три часа ночи, так еще и умудрилась как-то разузнать про её главную, тщательно скрываемую слабость. Мими действительно была жуткой сладкоежкой. В её комнате, в самом дальнем углу шкафа, хранился неприкосновенный запас — целый тайник с разнообразными кислыми и сладкими мармеладными червячками, мишками и лентами, которые она контрабандой проносила мимо жесткого контроля Бюро. Для неё это было лучшее средство от стресса. «Убью гада», — обреченно подумала она, но статус «слуги» обязывал играть роль до конца. Она нехотя поднялась, выудила из заначки пару пачек самых кислых яблочных мармеладок и, стараясь не шуметь, дошла по темному коридору до комнаты Кацуки. Без стука толкнув дверь, Мими вошла внутрь. Бакуго сидел за рабочим столом, залитым тусклым светом настольной лампы. Перед ним лежали раскрытые тетради и учебники по английскому — парень явно штурмовал домашку, которую пропустил из-за доп-курсов. Из-за усталости и злости его волосы казались еще более взъерошенными, чем обычно. Мими даже не стала подходить близко. Смерив его уставшим взглядом, она с размаху швырнула обе пачки прямо в него. Мармеладки глухо прилетели Бакуго точно в лицо, проехавшись по носу, и со шуршанием упали на раскрытый учебник. Кацуки на секунду замер, оцепенев от такой наглости. Затем он резко, с грохотом отодвинул стул и вскочил на ноги. Его алые глаза буквально полыхнули бешенством в полумраке комнаты, а из ладоней с характерным треском сорвались первые злые искры. — ТЫ СОВСЕМ СТРАХ ПОТЕРЯЛА, ОВЦА?! — яростно прошипел он, делая к ней широкий шаг и нависая всей своей массивной фигурой. — Хули ты кидаешься?! Я тебя просил принести, а не швырять мне в харю! Вообще берега попутала, слуга хренова?! — А ты не ори на меня посреди ночи, подрывник несчастный! — моментально огрызнулась Мими, делая шаг навстречу и утыкаясь пальцем прямо в его жесткую грудь. Вся её расслабленность слетела, уступая место накопленной за два дня злости и недосыпу. — Скажи спасибо, что я вообще встала и принесла их тебе! Твой статус господина на эту неделю не дает тебе права будить меня в три часа ночи ради твоих дебильных заскоков! Жри свои мармеладки молча! — Да я тебя сейчас в порошок сотру! — взревел Бакуго, хватая её за запястье, которым она в него тыкала. Он дернул её на себя, пытаясь заставить замолчать, но Мими даже не подумала отступить. Они оказались вплотную друг к другу — тяжело дышащие, злые, упрямые, готовые разорвать друг друга на части от переполнявшего их напряжения. Алые глаза Кацуки бешено сканировали её лицо, опустились к губам, которые продолжали что-то яростно доказывать, и в его голове будто окончательно закоротило проводку. Бакуго резко заткнул её самым эффективным способом — просто впился в её губы жестким, властным и невероятно требовательным поцелуем. Мими от неожиданности шумно выдохнула, но уже через секунду её шпионские рефлексы сдались под натиском чистой, первобытной страсти. Она ответила на поцелуй с той же яростью и напором, перехватывая инициативу. Кацуки глухо зарычал, отпуская её запястье и вместо этого мертвой хваткой вцепляясь пальцами в её талию, прижимая девушку к себе так сильно, словно хотел вплавить в собственное тело. Этот поцелуй не был нежным — он был похож на поединок, где никто не хотел уступать. Мими запустила пальцы в его жесткие, удивительно теплые блондинистые волосы, притягивая ближе, пока Бакуго с ума сходил от привкуса кислых яблок на её губах. Воздуха катастрофически не хватало, сердце в груди колотилось как сумасшедшее, выбивая весь шпионский контроль и каноничную злость из их голов. Не разрывая этого горячего, глубокого поцелуя, Бакуго начал вслепую двигаться назад, увлекая Мими за собой вглубь темной комнаты, прочь от рабочего стола и света лампы. Сбивая ногами какие-то тетради, они дошли до кровати. Кацуки повалил её на матрас, нависая сверху, а его горячие ладони скользнули под край её домашней футболки, обжигая кожу. Мими в ответ нетерпеливо вцепилась в ткань его майки, сдергивая её через голову, чувствуя, как внутри всё плавится от бешеного, зашкаливающего ритма сердец и близости… Мими резко открыла глаза и села на кровати, тяжело и прерывисто дыша. В комнате стояла абсолютная, звенящая тишина. Вокруг были знакомые стены её собственной спальни в общежитии Юэй, за окном лениво шумела ночная листва, а на тумбочке мирно светился экран телефона. Мими замерла, прижав ладонь к бешено колотящемуся сердцу. Кожа на талии всё еще словно горела от чужих прикосновений, а во рту отчетливо стоял фантомный вкус кислых яблочных мармеладок. Она судорожно схватила мобильный и разблокировала экран. 01:10. — Чего… — хрипло выдохнула Мими, запуская пальцы в растрепанные волосы и откидывая голову назад. — Это что сейчас за херня была?.. Шпионка Бюро Общественной Безопасности сидела в полном, глубочайшем шоке. Ей давно — да практически никогда за всю взрослую жизнь — не снились эротические сны. Весь её подростковый период прошел в жестких рамках тренировок, где изнурительные нагрузки выбивали любые лишние мысли. Максимум, когда такое случалось, это было в самом раннем пубертате, и тогда главным героем её подсознания становился Кейго. Что, в общем-то, было логично: он был единственным парнем почти её возраста в её изолированном мире. Тогда гормоны играли у обоих, и они, бывало, пару раз… ну, чисто по-дружески… Мими резко зажмурилась, мотнув головой так, что волосы взметнулись по плечам. — Так, стоп! Отставить! — вслух приказала она самой себе, отчаянно пытаясь прогнать из мыслей и ухмыляющегося Ястреба, и уж тем более — тяжело дышащего, безумного Бакуго из недавнего сновидения. — Срочно стереть из памяти. Это всё Ашидо со своими дурацкими девичниками и историями про любовь. Мозг просто перегрелся от избытка розовых соплей. Она с силой потерла лицо ладонями, сгоняя остатки сна. Нашли тоже мне, романтическую фигуру — Кацуки «умри-всё-живое» Бакуго. Если он узнает, что он ей в таком контексте снится, он её точно взорвет, а потом еще раз взорвет для профилактики. А если Кейго узнает — будет ржать до конца своих дней и подкалывать при каждой встрече. — Спи, Фува, тебе завтра Большую Тройку анализировать, — пробормотала Мими, решительно падая обратно на подушку. Она с головой завернулась в одеяло, изо всех сил стараясь ни о чем не думать, заблокировала мысли и заставила свой измученный шпионский организм погрузиться в нормальный, глубокий сон без всяких мармеладок и блондинов.