Часть 10

Лето Гермиона провела так же с родителями и перед Хогвартсом прибыла в Нору. Почти всё абсолютно по тому же сценарию для неё. Единственное, что было ново, это непонятно откуда взявшееся ожидание письма от слизеринца. Нотт ничего ей не прислал. Совсем. Девушка, перебирая почту от друзей, ждала хоть двух строчек от Теодора. Думала сама написать, но не стала. Посчитала это глупостью. Они же не друзья. Просто напарники по путешествию во времени. Радовалась она за Гарри, что некоторое время даже смог погостить у Сириуса. Он им рассказал о Эдварде Беккере. Парень с Хаффлпаффа, ставший отличным бойцом Ордена, умудрился обучиться какой-то старой магии и стал пугать пожирателей. На одном из рейдов чуть не прирезал Беллатрису. Той просто повезло выпутаться. Беккер с собой привёл и друзей в Орден. Студенты Хаффлпаффа, оказывается, умеют сражаться не хуже гриффиндорцев. Однако именно после смерти сестры Эми и её мужа Эмета, Беккер потерял тормоза. Он стал копировать пожирателей. Маска, мантия, только бело-красная. Тот же стиль общения с элементами психически неуравновешенного человека. Смеялся, кривлялся и нападал так, словно бессмертный. Однако таким был только на поле боя. В кругу ордена был спокойным и даже безэмоциональным. Словно две разные личности. Гермиона была уверена, что это могло быть из-за их присутствия в телах этих людей. Ведь раньше они ничего не слышали про них. Эдвард пал за неделю до смерти Поттеров. Нарвался на Долохова с ещё несколькими псами. Появление его в отделе Таин обескуражило Сириуса. Ведь Бекер мёртв абсолютно точно. Однако странный призрак был словно настоящим человеком с теми же повадками покойного. У Эдварда осталась жена Клер с дочкой в Америке. Или Мексике. Сириус точно не знал. Знал только то, что Бекер насильно отправил беременную жену подальше от Англии, обещая приехать, как только всё закончится, но, естественно, этого не вышло. Лили успела написать ей о смерти мужа. Она знала, где жила Клариса. И вот вновь первое сентября, и они возвращаются в Хогвартс. На перроне, прощаясь с родителями и семьей Рона, она заметила, как Теодор заходил в вагон поезда. Позже, сидя в купе, была уверена, что Нотт даже близко не приблизится к ним, как и она не собиралась повторять свой визит к слизеринскому вагону. Собравшись с остальными студентами в Большом зале, ждали приглашение первокурсников. Все были в сборе, и новеньких пригласили. Процессию детей завершал парень, что явно был не одиннадцатилетним ребёнком. Гермиона узнала его. Реджи. Парень заметил её и подмигнул, широко улыбаясь. Рон хмуро заметил: — Что это он подмигивает тебе? — Не знаю. И может, он не мне подмигивал. — А вам не кажется смешным, что такой здоровяк среди первошей? — хохотнул Симус, и многие его поддержали. — А вы не думали, что он перевёлся из другой школы? — заметила Гермиона тоном профессора. — Согласна. Он наверняка из Франции или ещё откуда, но точно не Дурмстранг. — проговорила Джинни. — Нет такого сурового взгляда. Может, он вообще студент по обмену и временно к нам приехал? Дети остановились, и перед распределением директор громко сказал: — В этом году к нам перевёлся студент из американской школы Ильвермони. Поприветствуем, Реджинальд Ярдли. — Парень обернулся к залу и с улыбкой слегка кивнул головой. — Слишком дружелюбный. — выдал Рон. — Хаффлпафф сто процентов. — Теперь он будет обучаться в нашей школе. Пройдите к стулу для распределения. — сказал Дамблдор. Реджи едва присел, просто склонившись, и МакГонагалл надела на него распределяющую шляпу. Артефакт долго молчал, но затем выдал: — Слизерин! Парень с улыбкой направился вдоль рядов и сел рядом с Тео. — Серьёзно?! — удивился Рон. — Слизерин? — Видимо, он не такой дружелюбный. — посмеялась Джинни. — С Ноттом они явно знакомы. — заметил Гарри, наблюдая за новеньким. — Видимо, да. — проговорила Гермиона. Сказать, что эти двое хорошие друзья, она просто не могла. Через день на первом занятии по трансфигурации Гермиона, как обычно, села вместе с ещё одной девочкой на первую парту. Сзади неё на вторую свои вещи приземлил Реджи. Рон хмуро возмутился: — Это наше место. — Да?! — притворно удивился Ярдли. Он посмотрел на спинку стула и даже заглянул под парту, а затем сказал: — Я ничьих имён тут не увидел, а значит, оно свободно, и топай дальше. — Редж. — позвал Тео и мотнул головой в сторону, молча прося идти дальше. — Да нихрена. Ярдли демонстративно сел, смотря на своего друга. Теодор закатил глаза и сел рядом. Гарри и Рон сели сзади них. — У тебя глаза разные! — громко воскликнула соседка Гермионы. — Это гетерохромия, детка. — Чего? — непонимающе с отвращением спросила Паркинсон с соседнего ряда. — Это состояние, при котором у человека глаза разного цвета либо в радужной оболочке одного глаза два или более оттенков. Хотя куда тебе. Ты наверняка только в косметике хорошо разбираешься. Не забивай свою голову полезной и слишком умной для тебя информацией. — усмехнулся Редж, повернувшись к ней. На остроту новенького посмеялись несколько студентов, и в основном гриффиндорцы. — Насколько мне известно, Ярдли нет в списках чистокровных. Так значит, ты у нас полукровка? — с издёвкой спросила Панси. — На грязнокровку не потянешь, так как в Слизерин таких не берут. — К твоему сведению, Ярдли — это псевдоним. На досуге поройся в немецких чистокровных списках и поищи фамилию Лейн. И ещё... Для леди выражаться в чей-то адрес таким грязным словом... — Редж покачал головой. — Ой как некрасиво. Даже отвратительно. Ты же девочка, а рот как помойная яма. Ай-я-яй... Хотя... Стерва она и в Африке стерва. Теодор сдержанно тихонько хохотнул. — Драко... — от возмущения Панси не знала, что сказать, и обратилась за помощью к блондину. Она только посмотрела на него, как Реджинальд тоже к нему обратился: — Не лезь, сивенький. Малфой недовольно посмотрел на Панси, затем на новенького и просто промолчал. Лезть он точно не собирался. — Молчи громче, Паркинсон. — с усмешкой сказал Теодор. — За умную сойдёшь. — А кто это у нас рот начал открывать? Тихоня Нотт. Решил принять сторону грязи? Уверена, что и дружок твой из этих. Я достаточно покопалась в архивах. Здесь училась Ярдли. Студентка Рейвенкло. Грязнокровка. Твоя мамаша. Ведь так? — Нарываешься, стерва. — рыкнул Реджинальд. — Значит, я права. Ты сам себя выдал. — А ты не задумывалась, почему у меня фамилия матери? — Может, потому что ты просто не нужен отцу? — с усмешкой предположила Паркинсон. — Или потому что у него здесь слишком громкое имя. — усмехнулся Реджи. В кабинет зашла припозднившаяся Минерва и начала урок, оборвав разговор студентов. После занятий Гермиона вместе с друзьями засела в библиотеке. Гарри решил поискать что-то на новенького студента. Гермиона хотела свести их поиски к крестражам, но ей тоже было интересно узнать про Реджи больше. В книге из запретной секции они кое-что нашли про древние рода. По какой причине стеллаж в самом дальнем углу с книгами о родословных был так спрятан, студенты не понимали. Найдя нужный том, они уселись за стол, и Гермиона, открыв на нужной странице, зачитала: — «Лейн или Лейен — немецкий графский род. Дом Лейен-Гогенгерцольсек — древний немецкий дворянский род княжеского и исторически суверенного ранга магловского и магического общества. Как бывший правящий и медиевизированный род, он принадлежит к Hochadel (высшему дворянству). Изначально семья носила фамилию де Петра. С XIV века она стала называться фон дер Лейен. В 1657 году был создан рейхсфрайгерр (имперский барон) фон дер Ляйен. В дополнение к своим разрозненным территориям семья приобрела лордства Бурресхайм и Блискастель до 1660 года. Около 1760 года построила там резиденцию. В 1711 году он стал имперским графом (рейхсграфом) фон дер Лейен унд цу Хоэнгерольдсек. После присоединения к Рейнскому союзу в 1806 году он получил титул князя (князя-принца) фон дер Лейена. После распада Рейнского союза в октябре 1813 стал произошел раздел земель. В 1819 году владения княжества были переданы Бадену, хотя номинально титул по-прежнему принадлежит дому фон дер Лейен. Один из наследников фон дер Лейен, имеющий магические способности, перебрался в Англию в 1819 году, в связи с ссорой родственников из-за передачи земель в великое герцогство Баден. Он сменил имя, но с намеком на род Лейен, взяв его с названия своего пристанища «обитатель двора-Леа». От топонимы Ярдли, который встречается в нескольких местах по всей Англии. Изначально жили в Ярдли Хэйстингс — деревне в Нортгемптоншире, расположенной к юго-востоку от города. Магия в роду стала перебойной из-за ярого нежелания общения с магическим обществом Британии. Часто рождались сквибы. На данный момент о роде Лейен ничего неизвестно». — На данный момент... — протянул Гарри. — Это который год? — Книга от 1923. — ответила Гермиона, посмотрев на корочке дату издания. — Значит, Ярдли у нас немецкий граф. — задумчиво проговорил Рон, затем со смешком: — Паркинсон он однозначно уделал. — Кажется, ты прав. — улыбнулась Гермиона. Вечером, лёжа в постели, девушка думала о своих напарниках. Они явно конфликтовали с остальными слизеринцами. Но почему? Почему не пытаются их объединить? Они же знают, чем всё закончится. Гермиона сосредоточилась на воспоминании с урока. Малфой явно знал, кто отец Ярдли, и промолчал, не встревая в конфликт. Сейчас она знала, почему Драко замкнут и молчалив. Однако это никак не говорит о том, кто этот маг с громким именем, что был родителем Реджи. Грейнджер резко села на постели. Неожиданная мысль просто прострелила разум воспоминанием: «Та же тётя Белс... Беллатриса Лестрейндж... Ножа у горла боится... Поверь мне. Сразу стала покладистая». — Лестрейндж. — прошептала Гермиона со страхом и удивлением. — Может, я ошибаюсь?