Глава вторая

На улице шёл дождь. Мелкий, холодный и какой-то особенно противный – именно такой бывает поздней осенью, когда город к восьми вечера уже полностью тонет в темноте. Фонари размывались жёлтыми пятнами в мокром асфальте, машины с шумом проезжали по лужам, а редкие прохожие спешили спрятаться под зонтами. Я засунула руки в карманы куртки и медленно пошла вдоль улицы. Каждый раз после сеанса у психолога происходило одно и то же, сначала я вообще не понимала, зачем уже третий год продолжаю туда ходить. В начале это действительно было необходимо. Тогда я была разбита настолько, что едва могла нормально спать. После первых абьюзивных отношений мне казалось, будто со мной что-то не так. Будто проблема именно во мне, раз я позволяю людям обращаться с собой подобным образом. А потом, спустя время, я снова вляпалась в почти такие же отношения. Только ещё хуже И вот тогда без помощи я бы, наверное, действительно не вывезла. Но сейчас… Сейчас всё стало иначе. По крайней мере, мне хотелось в это верить. Я больше не плакала по ночам. Не вздрагивала от уведомлений. Не проверяла телефон каждые пять минут в страхе, что меня снова игнорируют специально, чтобы наказать. Я больше не была той жалкой девчонкой, которой можно управлять. Или просто очень старалась казаться такой даже самой себе. Погрузившись в мысли, я не заметила, как начала идти прямо по лужам, даже не пытаясь обходить их. Вода быстро просочилась в кроссовки, неприятный холод пробрался к коже. Только тогда я остановилась, раздражённо взглянув вниз, — Прекрасно, – пробормотала себе под нос. Тяжело выдохнув, словно вместе с воздухом пытаясь отпустить и разговор с Александром, и собственные мысли, я поправила капюшон и направилась домой. Хотя слово «дом» в последнее время звучало слишком громко для обычной съёмной квартиры, где меня никто не ждал. Как-то так сложилось, что я почти никогда не оставалась одна. До четырнадцати лет жила в Питере с бабушкой, потом постоянно кто-то был рядом – друзья, знакомые, парни. Иногда казалось, что я просто не умею существовать в тишине, без чужого присутствия в квартире. А сейчас это был мой первый подобный опыт. Если вообще можно назвать опытом попытку резко начать новую жизнь. Впервые я сама сняла квартиру. Сама разбиралась со всеми бытовыми мелочами, которые раньше всегда решал кто-то другой: как прикрутить полку, почему не работает сливной бачок, куда передавать показания счётчиков воды и что вообще делать, если внезапно выбивает пробки. С каждой такой мелочью появлялось ощущение, будто я всё-таки могу справляться сама. Мне невероятно повезло с хозяйкой квартиры. Киру я до сих пор считала каким-то чудом, которое случайно свалилось на меня именно в тот момент, когда было нужнее всего. Я нашла объявление о квартире на «Авито» ночью, когда ехала в поезде из Питера в Москву. Той самой ночью Телефон тогда дрожал в руках, то ли от холода, то ли от нервов. За окном мелькали редкие фонари, вагон тихо покачивался, а я сидела, уставившись в экран и совершенно не понимая, что вообще собираюсь делать дальше. Переезд был самым импульсивным решением в моей жизни. Я ехала в абсолютно чужой город, где у меня не было никого. Ни друзей. Ни родственников. Никого, кто мог бы встретить меня или хотя бы сказать: «Не переживай, всё будет нормально» Помню, как увидела объявление с этой квартирой и почти без надежды написала хозяйке, актуальна ли ещё сдача. На часах тогда было около двух ночи. Я просто рассчитывала, что мне ответят хотя бы утром. Но сообщение пришло почти сразу: «Да, квартира свободна» Почему-то именно тогда я впервые за ту ночь расплакалась. Наверное, нервы просто окончательно сдали. Я сумбурно объяснила Кире ситуацию: что рассталась с парнем, что срочно уезжаю из Питера и мне буквально негде жить в Москве. Сейчас, вспоминая это, мне даже немного стыдно за тот поток эмоций, который я тогда вывалила на совершенно незнакомого человека. Но Кира не послала меня куда подальше. Наоборот. Она написала, что всё понимает, и уже в ту же ночь согласилась меня заселить. Лично приехала к квартире около четырёх утра – сонная, в огромной толстовке и с наскоро собранным пучком на голове. Отдала ключи, показала, как работает домофон, где лежат документы на квартиру и как иногда барахлит кран на кухне. А потом между делом рассказала, что эту квартиру ей подарили родители, но сама она сейчас живёт со своим молодым человеком, поэтому жильё пустует и она решила его сдавать. Тогда, стоя посреди чужой квартиры с рюкзаком в руках, я впервые за долгое время почувствовала не страх. А облегчение

***

С тех пор Кира стала для меня чем-то большим, чем просто хозяйка квартиры. На первых этапах моей новой жизни в Москве она помогала чем могла. Иногда приезжала по вечерам с бутылкой вина и какими-нибудь глупыми историями про свой день или очередную незначительную ссору с парнем. Мы сидели на полу среди коробок, ели доставку и болтали до ночи обо всём подряд. Наверное, именно тогда у меня впервые появился настоящий друг. Не человек, который рядом только пока ему удобно. Не тот, кто пытается тебя переделать. А кто-то, рядом с кем можно просто быть собой. Сейчас, стоя на пороге уже своей квартиры, я невольно снова вспомнила всё это. «Своей» – потому что спустя два года я всё-таки выкупила её у Киры. Не полностью, конечно. Часть суммы ещё оставалась висеть долгом, но и я, и сама Кира уже давно считали квартиру моей. Иногда мне до сих пор казалось странным осознавать, что у меня вообще есть место, куда можно возвращаться. Место, которое никто не сможет внезапно отнять. Разувшись, я повесила мокрую куртку на крючок и устало провела рукой по волосам. В квартире было тихо, только за окном всё ещё шумел дождь. Сбросив грязную одежду в корзину для белья, я направилась в душ. Горячая вода медленно смывала усталость после долгого дня, запах улицы и остатки неприятного осадка после терапии. Я стояла под струями чуть дольше обычного, пока кожа не начала краснеть от температуры. После душа стало немного легче. Переодевшись в домашнюю футболку и свободные штаны, я прошла в гостиную и устроилась на диване с ноутбуком на коленях. Работа сама себя не сделает. У меня никогда не было какой-то одной конкретной профессии или стабильной работы. Я хваталась почти за всё, что умела. Где-то помогала на съёмках как фотограф или оператор, писала статьи для интернет-площадок, иногда делала сайты на заказ. Пару раз даже помогала с дизайном интерьера и к моему удивлению, за это платили очень неплохие деньги. Наверное, когда с детства по сути принадлежишь только самой себе, быстро учишься выкручиваться. Приходится. Я открыла заметки с рабочими задачами на следующую неделю, машинально печатая пункты плана, но мысли всё равно упрямо возвращались к словам Александра: «Найти себе более действенное хобби» Я тихо усмехнулась, глядя в экран ноутбука. Будто спортзал действительно способен починить всё то, что годами ломали другие люди.