Ярче солнца

Эбби мягко улыбнулся Лане в ответ на её поцелуй, но не стал целовать её в ответ. Ему это показалось... неправильным. С какой стати ему сейчас тянуться к её губам? Она поцеловала его исключительно из благодарности, за то, что он вызвался вытащить её из этого домашнего ада. А он... он не имел права пользоваться её уязвимостью и эмоциями. — Я пойду схожу за пакетами, а ты пока доешь суп. — произнёс Эбби, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Он быстро зашагал в сторону кухни, чувствуя, как его и без того горящее лицо с каждой секундой наливается ещё более красным румянцем. Лана проводила его тёплым, полным нежности взглядом. Когда его фигура скрылась за дверным проёмом, она тихо выдохнула. "Он такой милый..." — подумала она, и даже не стала оспаривать эту мысль, всем сердцем принимая её как абсолютную истину. Тем временем Эбби, дойдя до кухни и переступив её порог, тут же спрятался за углом, вне поля зрения Ланы. Его ноги подкосились, и он медленно сполз по стене на пол. Дрожащей рукой он коснулся своей щеки, где всё ещё сохранялось тепло и невероятная мягкость её губ. "Так вот как выглядит счастье..." — подумал он, и на его лице расцвела искренняя, немного растерянная улыбка. От этой светлой мысли румянец начал медленно отступать. — "И... я могу быть счастливым каждый день, если Лана будет моей девушкой." — мечтательно пронеслось в его голове, заставляя улыбнуться ещё шире. "А самое главное."— размышлял он, заставляя себя подняться на ноги и открывая комод, куда недавно забросил пакеты. — "Лана будет счастлива со мной. А если вдруг ей станет грустно, я сделаю всё возможное. Я переверну все горы, разрушу любые преграды, лишь бы на её лице всегда была эта улыбка." С этой твёрдой решимостью он достал пакеты, не желая задерживаться в этом проклятом месте ни секундой больше. Прошло пару минут, и они уже стояли у порога, готовые шагнуть в неизвестность. Сначала выглянул Эбби, внимательно осматривая улицу. Убедившись, что поблизости никого нет, он шагнул вперёд, и Лана тут же последовала за ним. Дверь они нарочно оставили распахнутой настежь. Всё потому, что Эбби заранее подготовил жуткую картину того, что Лану жестоко убили. Возможно, вы спросите меня: "Как он это сделал?" Всё было до банальности просто и при этом гениально. Эбби слегка порезал свою ладонь, оставляя кровавый след от дивана прямо к выходу. Попутно Лана, по его инструкции, рвала клочки своей одежды и ломала некоторые вещи в гостиной, создавая иллюзию отчаянной борьбы. — Эбби, а это точно поможет? — спросила Лана, с сомнением глядя на разгром. Эбби повернулся к ней и с спокойной, уверенной улыбкой ответил: — Будь уверена, Лана. Это приведёт нас только к счастью. Его непоколебимый тон заставил Лану поверить ему безоговорочно. Но один вопрос всё ещё терзал её больше всего: — А... нас не будут искать? — тихо спросила она. Улыбка Эбби стала лишь шире. Он просто покачал головой, не говоря ни слова. "Мир был так справедлив ко мне, что меня даже не стали искать... Не так ли?" — с ироничной усмешкой подумал он, прекрасно осознавая, что этот мир должен ему ещё очень и очень много за все прошлые страдания. И вот таким вот макаром они создали идеальную иллюзию похищения и убийства. И сейчас двое, по сути, сирот, шли плечом к плечу навстречу своей собственной, новой жизни, которая обещала быть... А, нет. Не шли. Лане стало плохо уже через пару минут ходьбы. Всё-таки болезнь, стресс и её израненные руки дали о себе знать. Она пошатнулась, и Эбби, мгновенно среагировав, крепко подхватил её под руку, бережно ведя к ближайшей скамейке. — Я вызову такси. — твёрдо сказал он, аккуратно усаживая её на прохладное дерево и доставая свой телефон. Лана же в эту секунду смотрела на профиль Эбби, который с сосредоточенным видом набирал номер. Он столько сделал для неё за этот один день. "Эбби так много делает для меня..." — подумала она, и тут же её сердце сжалось от тяжёлого чувства вины. Вины за то, что она стала для него обузой, за то, что её не было рядом с ним в те дни, когда он страдал от несправедливости. — "Мир был к тебе несправедлив всю твою жизнь... Так почему ты пытаешься спасти меня, когда тебе самому нужно строить свою жизнь и зализывать раны?" — думала она, не понимая его мотивов. Да что там говорить, она сейчас и свои собственные мысли с трудом могла разложить по полочкам. Эбби убрал телефон и сел рядом, молча согревая её плечо своим присутствием. И наступила тишина. Тишина, в которой две израненные души отчаянно пытались найти истину друг в друге. Истину, которая лежала прямо на поверхности, кричала о себе в каждом их взгляде и прикосновении... но которую они, в силу своей неуверенности и страха, так и не смогли пока что разглядеть. Прошло некоторое время, и вот они уже стояли у порога дома Эбби. Эбби достал ключи, с тихим щелчком повернул замок и распахнул дверь, пропуская Лану первой. — Пока что поживёшь у меня. — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал повседневно, хотя в глубине души он отчаянно надеялся, что это "пока что" очень скоро превратится в "навсегда". Лана кивнула ему и с лёгкой улыбкой шагнула внутрь. Но стоило ей осмотреться, как улыбка дрогнула. Она смотрела на стены и полы, которые ещё вчера с таким усердием мыла до блеска, а сейчас они были покрыты слоем пыли. — Почему... почему тут так много пыли? — спросила она растерянно, совершенно не понимая этого. Эбби тяжело вздохнул: — Это долгая история. — начал он, но, заметив в её глазах капельки слёз обиды и недоверия к происходящему, тут же запаниковал. — Которую я, конечно же, тебе расскажу! Чтобы хоть как-то поднять ей настроение и отвлечь, он нырнул в пакет и достал шоколадное мороженое. — Будешь? — предложил он, но тут же мысленно выругался. Сквозь плёнку он почувствовал, да и на вид было понятно, что оно изрядно подтаяло. Эбби уже хотел выбросить испорченный десерт, но Лана мягко перехватила его руку. Она открыла упаковку и, пусть и слегка замаравшись, начала есть его с такой искренней, детской улыбкой, что у Эбби перехватило дыхание. — Конечно, буду. Спасибо тебе, Эбби. — сказала она, и её счастливый вид заставил его усмехнуться про себя, удивляясь тому, насколько реальные люди отличаются от образов из книг. "И всё же... Лана прекрасна." — подумал он. Заметив, что её рубашка испачкалась в растаявшем шоколаде, Эбби тут же предложил ей переодеться. Он достал свой старый, ни разу не ношенный свитер. Он был довольно маленьким и еле как налез на неё, но из-за этого выглядел ещё милее, открывая её хрупкий пупок. Переододевшись, Лана уютно устроилась на диване. Эбби сел рядом и, вооружившись влажной салфеткой, принялся аккуратно оттирать пятна мороженого с её снятой рубашки. И под этот тихий шорох он начал свой долгий рассказ. Он говорил об ожерелье, о бабушке, о том, как победил Алису и Оливера, и о том, как мир снова обрушил на него свою несправедливость... и как Лана вернула его из этой безд... — А как я это сделала? — с живым интересом спросила Лана, наблюдая за тем, как он старательно оттирает пятно. Эбби замер. Он перевернул рубашку, рассматривая её со всех сторон, а затем повернул голову и посмотрел прямо ей в глаза. Из-за справедливости он не мог врать, а значит, должен был сказать правду про то, что ему становится невыносимо хорошо только от одного её взгляда, и этот взгляд отгонял любую несправедливость. — Потому что ты... — он запнулся, чувствуя, как жар приливает к щекам. — Ты красивая. Это была лишь часть правды, но он решил озвучить именно её. — Ты настолько красива, что вся несправедливость мира просто не может выдержать такого света. — сказал он застенчиво почёсывая затылок. Лана тихо рассмеялась и игриво стукнула его по плечу: — Ой, да хватит тебе. Не такая уж я и красивая. "Эбби считает меня красивой." — радостно играло в её голове, пока он открывал рот, чтобы вылить на неё целый поток комплиментов. Но Эбби не дал ей отшутиться. Он поймал её руку, мягко опуская её обратно на колени. — Это правда, Лана. — твёрдо произнёс он, и в его голосе не было ни капли сомнения. Он начал говорить, выплёскивая всё, что накопилось: — Твои волосы, они как утренний туман, в котором хочется потеряться. Твои чёрные глаза глубже любой бездны, но в них нет тьмы, только свет. И даже твои руки... — он нежно провёл пальцами по её ладони. — Даже с этими шрамами они самые красивые. Ты совершенна, Лана. Выпалив всё это на одном дыхании, Эбби резко захлопнул рот. "Это же не было похоже на признание, да?.." — в панике подумал он, чувствуя, как сердце отбивает быструю дробь. Лана, от таких искренних слов, сидела ошеломлённая, не в силах сдвинуться. "Это было признание?..." — пронеслось в её голове. Тишина между ними стала такой сладкой, что её можно было кушать. Эбби, не выдержав этого сладкого молчания, резко вскочил на ноги. — М-мне нужно приготовить ужин! — выпалил он, не глядя ей в глаза, и пулей вылетел из гостиной, скрываясь на кухне. Лана осталась одна в полумраке комнаты. Лана прижала ладони к пылающим щекам, чувствуя, как внутри неё нарастает какое-то пугающее, но прекрасное чувство. Она поняла, что должна сделать что-то очень смелое... Но что именно?.. Продолжение следует...