Часть 1

      Сырая, промозглая ночь Хэллоуина лишь усиливала раздражение. Повсюду были тыквы, дети в нелепых костюмах, звонкий смех и атмосфера дешевого праздника, которая казалась ему особенно отвратительной.       - Красивый у вас костюм, мистер! - радостно воскликнул какой-то мальчик.       Но стоило ребенку заглянуть под капюшон, как улыбка мгновенно исчезла, уступив место чистому, животному ужасу.       Губы Волан-де-Морта искривились в холодной усмешке. Одно движение палочки - и мальчишка никогда не вернулся бы домой. Однако отвлекаться было недопустимо. Сегодня у него имелась куда более важная цель.       Темный Лорд бесшумно скользнул в темный переулок, направляясь к небольшому дому.       Заклинание Доверия больше не защищало это место, хотя сами Поттеры пока еще об этом не знали.       Их беспечность поражала, шторы даже не были задернуты!       Подойдя ближе, он увидел через окно Джеймса Поттера - черноволосого мужчину в очках, который играл с сыном, выпуская из палочки разноцветные струи дыма.       Спустя мгновение появилась Лили. Рыжеволосая женщина мягко улыбнулась, взяла малыша на руки, и эта картина семейного уюта вызвала в нем лишь презрение.       Он тихо вошел на задний двор. Его пока никто не заметил. Белая, похожая на кость палочка поднялась, и дверь послушно открылась с легким щелчком.       Шагнув внутрь, он сразу увидел Джеймса. Все оказалось до смешного просто. Этот глупец даже не успел схватить свою палочку.       - Лили, хватай Гарри и беги, это он! Беги! Скорее! Я задержу его…       Задержать его? С пустыми руками, глупец... Это было почти жалко.       - Авада Кедавра!       Зеленая вспышка осветила тесный коридор, стены, лестничные перила и детскую коляску.       Джеймс Поттер рухнул на пол, словно марионетка с оборванными нитями. Наверху закричала Лили.       - Только не Гарри, пожалуйста, не надо!       - Отойди прочь, глупая девчонка…       - Пожалуйста, только не Гарри… Убейте лучше меня…       - В последний раз предупреждаю…       - Только не Гарри! Пожалуйста! Только не Гарри!       Она не отступила. Даже сейчас пыталась закрыть ребенка собой. Он мог бы просто отбросить ее в сторону. Но предпочел уничтожить всю семью разом.       Зеленый свет вспыхнул снова и Лили Поттер упала рядом с мужем.       Наступила тишина.       И среди этой тишины ребенок оставался жив.       Гарри стоял в кроватке, держась за прутья, и с любопытством смотрел на незнакомца. Возможно, он думал, что это игра. Что отец снова покажет красивые огоньки. Что мать сейчас улыбнется.       Жалкое неведение.       Волан-де-Морт тщательно прицелился. Палочка была направлена прямо в лицо младенцу. Он хотел увидеть этот момент собственными глазами - хотел лично наблюдать уничтожение неизвестной угрозы.       Ребенок заплакал, похоже, он наконец понял, что перед ним не отец.       Плач его раздражал. Еще в приюте Том Реддл не выносил детского нытья.       - Авада Кедавра! И в тот же миг все пошло не так, заклятие отразилось.       Боль была абсолютной, сокрушительной, невообразимой. Его тело разрушалось, магия выходила из-под контроля, сама сущность рвалась на части. Остались лишь ужас, агония и крушение всего, чем он себя считал.       Лорд Волан-де-Морт пал.       Он стал ничем - жалким обрывком искалеченной души, цепляющимся за существование. Нужно было скрыться. Исчезнуть. Бежать.       Только не здесь. Не среди руин собственного поражения.       Не в доме, где среди тел погибших родителей в колыбельке остался лежать годовалый ребенок с невозможным, слишком осознанным и задумчивым выражением лица.

***

      Альбус Дамблдор сидел в своем кабинете с необычайно мрачным видом.       Лишь недавно он вернулся после того, как лично доставил маленького Гарри Поттера, нового героя магической Британии, к его единственным оставшимся родственникам.        По всей стране волшебники праздновали падение тирана, восхваляя Мальчика-Который-Выжил как спасителя, избавившего их от ужаса Темного Лорда, однако сам Дамблдор не испытывал ни капли радости.       С самого момента, когда Хагрид принес младенца, стало ясно, что произошло нечто странное. Ребенок вел себя совершенно не так, как положено годовалому малышу.       Он не плакал, не смеялся, не спал, не тянулся к окружающим. Вместо этого Гарри неподвижно лежал в корзинке, хмурясь так, словно уже понимал весь ужас произошедшего.       В его ярко-зеленых глазах отражались усталость, осознание и даже тень паники - чувства, которые не могли принадлежать младенцу.       От этого зрелища становилось по-настоящему жутко.       На его лбу алел свежий шрам в форме молнии - очевидное напоминание о том, что смертельное проклятие Тома не прошло бесследно.       Дамблдор мог лишь надеяться, что этот шрам - единственное последствие той роковой ночи.       Тишину кабинета внезапно разорвал громкий треск распахнувшейся двери. Внутрь буквально ворвался Северус Снейп - бледный, обезумевший от боли и горя.       - Вы обещали, что спасете ее! - почти задыхаясь, выкрикнул он. - Она умерла… навсегда…       - Ее сын выжил, - ответил Дамблдор, стараясь сохранить внешнее спокойствие, несмотря на собственную растерянность. - У него ее глаза. Ты ведь помнишь глаза Лили Эванс?       - Прекратите! - прохрипел Северус, будто каждое слово причиняло ему физическую боль. - Навсегда… Лучше бы я сам умер…       Он пошатнулся и рухнул на пол, не в силах больше стоять.       - И какая от этого была бы польза? - тихо, но твердо спросил Дамблдор. - Если ты действительно любил ее, помоги мне защитить ее сына. Сегодня я увидел в Гарри нечто, что всерьез меня встревожило.       Снейп поднял на него полный боли взгляд.       - Что вы хотите сказать?       - Сначала поклянись, Северус. Не мне - Гарри. Поклянись, что всегда будешь на его стороне, что не позволишь жертве Лили оказаться напрасной.       Северус некоторое время сидел неподвижно, словно пытаясь осознать услышанное. Затем он медленно поднял палочку.       - Я, Северус Тобиас Снейп, клянусь своей магией и рассудком всегда защищать, оберегать и действовать в интересах Гарри Джеймса Поттера. Да будет так.       Магия вспыхнула золотистыми искрами, обвивая его запястье тонким браслетом, который ярко сверкнул и исчез, закрепляя нерушимую клятву.       Дамблдор тяжело вздохнул.       - Теперь, когда я уверен в твоей преданности, я расскажу тебе, что именно увидел. Когда я посмотрел в глаза маленькому Гарри, я увидел не младенца. Я увидел бойца. Жестокого, безжалостного, безумного. Неизвестно, что именно произошло той ночью, и каким образом Гарри удалось выжить, но я убежден - это не обошлось без последствий. У меня есть основания подозревать, что часть души Волан-де-Морта могла закрепиться в ребенке через этот шрам… и, возможно, способна влиять на него. И тут вы должны вступить в игру, профессор Снейп.       Снейп поперхнулся чаем.       - Я… что? Простите… ПРОФЕССОР?!       - Не стоит так бурно реагировать, - невозмутимо продолжил Дамблдор. - Я хочу, чтобы ты занял должность профессора зельеварения в Хогвартсе.       Снейп уже открыл рот для возражений, но директор жестом остановил его.        И наблюдал за Гарри. Следил, чтобы, если влияние Темного Лорда действительно существует, оно не поглотило его разум. Мне нужен человек, достаточно талантливый, преданный и… мотивированный. Итак ты согласен?       Северус крепко зажмурился, будто принимая приговор собственной судьбе.       - Да.       Дамблдор впервые за вечер позволил себе слабую улыбку.       - Вот и замечательно. Лимонную дольку?