Стены Дурмстанга.

***

Елена поднялась по замёрзшим ступеням и толкнула тяжёлую дубовую дверь. Внутри было тихо. Слишком тихо для школы, где обычно гремели шаги и звенели голоса. Её шаги гулко отдавались от каменных сводов. Она прошла мимо пустых классов, мимо зала, где когда-то обедала с коллегами. В лечебном крыле горел тусклый свет. Она толкнула дверь и вошла. Виктор лежал на койке — такой же бледный, как и в день её отъезда. Кольцо на его руке тускло поблёскивало. Она сразу почувствовала его состояние — не боль, а глухую, давящую пустоту. Словно его сознание блуждало где-то очень далеко, а здесь оставалась только оболочка. Елена села на стул рядом, взяла его за руку. — Я знаю, как снять кольцо, — тихо сказала она. — Но для этого мне нужна вещь того, кого ты любишь больше всего. Виктор не отвечал. «Кто это? — думала она. — Девушка? Друг? Родители?» Она не знала. Она не знала, как это узнать. Может, у него в комнате есть что-то, что подскажет. — Я найду, — сказала она вслух. — Не волнуйся. Виктор не ответил. Елена вздохнула и вышла из лечебного крыла. Она направилась в сторону кабинета заместителя директора. Профессора Сигрид Бьёрк она знала давно. Высокая, с короткими седыми волосами и острыми чертами лица. Её серые глаза смотрели в упор, как у человека, который привык командовать. Одета в строгий тёмно-синий мундир с серебряными нашивками. Но за этой строгостью скрывалась живая душа. Бьёрк славилась тем, что помнила имена всех студентов, заступалась за младшекурсников перед старшими преподавателями и могла пожурить по-матерински, но никогда не унижала. Её кабинет находился в восточной башне. Елена постучала. — Войдите, — раздался ровный, без лишних эмоций голос. Профессор Бьёрк сидела за столом, просматривая какие-то документы. Увидев Елену, она отложила их. — Волкова? — она подняла бровь, но в её голосе удивление смешалось с искренней радостью. — Я думала, вы в Хогвартсе. Когда вернулись? — Сегодня, — ответила Елена. — На несколько дней. — Рада вас видеть, — Бьёрк указала на стул. — Присаживайтесь. Что привело? Елена села. — Мне нужен доступ в комнату Виктора Крама. Бьёрк нахмурилась. — Зачем? — Вы же знаете о всей ситуации, — ответила Елена. — Это может помочь. Бьёрк помолчала, потом кивнула. — Понимаю. Но просто так я не могу вас пустить. Напишите прошение об осмотре комнаты ученика. Я подпишу, и тогда сможете идти. — Спасибо, — сказала Елена. Бьёрк достала чистый лист пергамента, протянула ей и указала на столик у окна. — Пишите. Я подожду. Елена взяла перо и написала: «Заместителю директора Дурмстранга профессору Сигрид Бьёрк от преподавателя тёмных искусств Елены Волковой. Прошу разрешить мне осмотр личной комнаты ученика седьмого курса Виктора Крама в связи с расследованием обстоятельств, касающихся его здоровья. Обязуюсь не нарушать порядок и не выносить вещи без особого разрешения. Елена Волкова. (дата)» Она подписала, поставила сегодняшнее число и протянула лист Бьёрк. Та пробежала глазами, кивнула и поставила свою подпись. — Всё в порядке, — сказала она. — Вот ключ. Можете идти. — Спасибо, профессор. Елена вышла из кабинета Бьёрк и направилась в сторону комнаты Виктора. Коридоры были пусты, и её шаги гулко отдавались от каменных сводов. На полпути она услышала торопливые шаги. Из-за угла выскочил студент — светловолосый парень, запыхавшийся, с круглыми глазами. — Профессор Волкова? — он замер на месте, явно не ожидая её здесь увидеть. — Вы, — Елена прищурилась. — Имя? — Магнус, — ответил он. — Магнус Ларсен. — Магнус, — повторила она. — Что вы делаете в коридоре в столь поздний час? — Я... я уже шёл в свою комнату, — пробормотал он, отводя взгляд. Елена сразу почувствовала его эмоции — страх, смешанный с облегчением. — Вы врёте, — спокойно сказала она. — Но я закрою глаза на ваши ночные походы... при одном условии. Магнус насторожился. — Вы поделитесь со мной кое-какой информацией, — сказала Елена. — Но не здесь. Пойдёмте со мной. Магнус нерешительно кивнул. Она привела его в свои апартаменты — небольшую гостиную с камином и письменным столом. Елена закрыла дверь, достала палочку и наложила заклинание тишины. — Теперь нас никто не услышит, — сказала она, убирая палочку. — Присаживайтесь. Магнус сел на край стула, явно чувствуя себя неловко. Он не решался поднять глаза, но в его позе чувствовалось уважение — смешанное с робостью. Елена была его преподавателем, и он привык слушаться её беспрекословно. — Вы дружите с Виктором Крамом? — спросила Елена. — Да, профессор, — кивнул он, наконец поднимая взгляд. — Тогда помогите мне. Скажите, — она понизила голос, — кого Виктор любит? Магнус удивлённо поднял бровь, но не посмел спросить, зачем это ей. — Любит? — переспросил он, скорее утверждая, чем спрашивая. — Да, — подтвердила Елена. — Девушку, парня... не важно. Мне нужно знать, кто ему дорог. Магнус замялся, но страх перед профессором оказался сильнее нерешительности. — Но зачем? — всё же рискнул спросить он. — Это может спасти ему жизнь, — твёрдо сказала Елена. Магнус побледнел. Его глаза округлились, дыхание перехватило. — Спасти жизнь? — переспросил он. — Так... так всё-таки что-то случилось? — Я не могу рассказывать подробно, — ответила Елена. — Но Виктор в опасности. И от ваших слов может зависеть, выберется ли он. Магнус помолчал, потом выдохнул. — Есть одна... Они не афишировали. Но я видел их вместе несколько раз. Она — тихая, из пятых курсов. Эмилия Вальтер. — Расскажите мне об этой Эмилии Вальтер, — попросила Елена. Магнус задумался. — Она... очень скромная. Никогда не лезет вперёд. Учится хорошо, но без фанатизма. Друзей у неё почти нет. Только... только Виктор. — Что ещё? — спросила Елена. — Её родители — торговцы. Не чистокровные, но и не магглорождённые. Средний класс, — он пожал плечами. — Я мало что знаю. Они скрывали свои отношения. Наверное, боялись, что кто-то осудит. — Почему? — Разное положение, — тихо сказал Магнус. — Виктор — звезда. Наследник. А она — никто. Елена кивнула. — Где я могу её найти? — Она живёт в восточной башне. Третий этаж. Комната сто двенадцать, — ответил Магнус. — Спасибо, — сказала Елена. — Вы свободны. Магнус поднялся, но Елена остановила его жестом. — И ещё, Магнус. Этот разговор должен остаться между нами. Никому ни слова. — Я понимаю, профессор, — тихо ответил он. — Я провожу вас до комнаты, — сказала Елена. — Чтобы вас никто не перехватил. Они вышли из апартаментов. Елена шла впереди, Магнус — следом, стараясь ступать бесшумно. Коридоры были пусты. Только портреты провожали их любопытными взглядами. У двери в его комнату Магнус остановился. — Спокойной ночи, профессор, — сказал он. — Спокойной ночи, — ответила Елена. — И, Магнус... Она посмотрела на него мягче, чем обычно. — Не бойтесь вы меня так. Я не монстр. Магнус удивлённо поднял бровь. — Откуда вы... Елена не ответила. Она просто кивнула, давая понять, что разговор окончен. Магнус кивнул в ответ и скользнул в комнату. Елена осталась стоять в коридоре, размышляя, что делать дальше. «Пойти к ней сейчас? Или сначала в комнату Виктора?» Если она пойдёт к Эмилии сейчас, то может разбудить её или привлечь внимание. Если пойдёт в комнату Виктора — затянет решение. Она взвесила варианты. «Лучше пригласить её самой. Спокойно, без лишних глаз». Елена решила: она отправит Эмилии письмо с просьбой прийти в её кабинет ровно в одиннадцать вечера. А сама пока пойдёт в комнату Виктора — у неё есть ещё два часа. Она вернулась в свои апартаменты, села за стол и написала: «Мисс Эмилии Вальтер. Прошу вас подняться в мой кабинет сегодня ровно в одиннадцать часов вечера. Дело касается Виктора Крама. Если вас остановят в коридоре, предъявите это письмо. Елена Волкова, преподаватель тёмных искусств. P.S. Просьба сохранить визит в тайне». Она поставила свою подпись и приложила личную печать — небольшую восковую каплю с инициалами «Е.В.». Елена подошла к окну, свистнула, и вскоре из темноты прилетела ворона. Она привязала письмо к лапке птицы. — Лети в восточную башню, третий этаж, комната сто двенадцать. Отдай только адресату, — сказала она. Ворона каркнула и растворилась в ночи. — Два часа, — сказала Елена себе. — Этого достаточно, чтобы осмотреть его комнату. Она взяла ключ, который дала ей Бьёрк, и направилась к комнате Виктора. Елена вышла из своих апартаментов и направилась в западное крыло. Коридоры были пусты, только портреты провожали её любопытными взглядами. Комната Виктора находилась на пятом этаже. Елена поднялась по широкой каменной лестнице, прошла мимо спящих статуй и остановилась у массивной дубовой дверцы с табличкой «В. Крам». Она вставила ключ в замочную скважину, повернула. Замок щёлкнул, и дверь со скрипом отворилась. Внутри было темно. Елена зажгла палочку, и мягкий свет озарил комнату. Просторная, но скромная. Кровать аккуратно застелена. На стенах — плакаты с квиддичем, пара фотографий друзей. На письменном столе — стопка учебников и несколько пергаментов. Елена подошла к столу. — Ну что ж, — прошептала она. — Посмотрим, найдётся ли здесь что-то, что мне поможет. Она начала осторожно перебирать вещи. Елена начала с письменного стола. Она аккуратно перебирала пергаменты — в основном учебные заметки, наброски тактик для квиддича, список книг для чтения. Ничего личного. В ящике стола лежали старые чернильницы, запасные перья, маленький перочинный ножик и несколько засохших печатей. «Не то», — подумала Елена. Она перешла к прикроватной тумбочке. Там она нашла несколько книг в мягких обложках, потрёпанную колоду карт и... небольшой конверт. Без подписи, но бумага казалась знакомой. Елена открыла его. Внутри лежал сложенный вчетверо пергамент, и она сразу узнала свой почерк. Она развернула письмо. «Дорогой Виктор! Поздравляю тебя с зачислением в Дурмстранг! Я так рада, что ты будешь учиться в той же школе, где и я. Сам знаешь, эти стены стали для меня вторым домом. В этом году я заканчиваю обучение и, если всё пойдёт по плану, останусь здесь преподавать. Так что если что-то будет непонятно — не стесняйся, обращайся. Я всегда помогу. С нетерпением жду встречи. Твоя Елена». Елена молчала, держа письмо в руках, и воспоминания нахлынули. Как она, молодая преподавательница, только начала вести занятия. Как Виктор, ещё совсем мальчишка, робко заходил к ней в кабинет после уроков. «Профессор Волкова, можно спросить?» — и она объясняла ему сложные темы, показывала заклинания, тренировала с ним до позднего вечера. Он был старательным, благодарным. И она видела, как он старается для неё. Именно тогда между ними возникла та самая прочная связь — не только родственная, но и доверительная. Елена аккуратно сложила пергамент и спрятала конверт в карман. — Ты хранил это всё это время, — тихо сказала она. Она продолжила поиски. Она открыла шкаф, быстро просмотрела одежду. Всё обычное: куртки, брюки. На верхней полке лежала деревянная шкатулка. Елена достала её, открыла. Внутри — несколько значков, старая фотография... и маленький свёрток. Она развернула ткань. Внутри лежал браслет — тонкий, серебряный, с крошечной подвеской в виде молнии. «Это явно не его стиль», — подумала Елена. Она перевернула браслет. На внутренней стороне была выгравирована надпись: «Всегда рядом. Э.В.» Э.В. Эмилия Вальтер. — Нашла, — тихо сказала Елена. Она спрятала браслет в карман. В шкатулке больше ничего не было. Елена закрыла её, поставила на место и оглядела комнату. — Думаю, этого достаточно, — сказала она себе. Она проверила, не оставила ли следов, и вышла из комнаты, заперев дверь. Елена направилась в кабинет профессора Бьёрк.

***

— Войдите, — раздалось из-за двери. Бьёрк сидела за столом, просматривая какие-то бумаги. Увидев Елену, она отложила их. — Закончили? — спросила она. — Да, — ответила Елена. — Я взяла из комнаты Виктора две вещи. Письмо и браслет. Бьёрк удивлённо подняла бровь. — Зачем? — Это может помочь ему, — ответила Елена. — Я верну их, как только сможу. Бьёрк помолчала, потом кивнула. — Хорошо. Я доверяю вам, Волкова. Надеюсь, вы знаете, что делаете. — Постараюсь оправдать доверие, — ответила Елена. Она вышла из кабинета и направилась в свои апартаменты. До встречи с Эмилией оставался почти час. Елена села в кресло, положила перед собой на стол найденные вещи: письмо и браслет. Она взяла браслет в руки, повертела. — Эмилия Вальтер, — прошептала она. — Что ты за человек? Она отложила браслет и взяла конверт со своим письмом. Время шло. Елена встала, подошла к окну. В этот момент раздался тихий, но отчётливый стук в дверь. Она взглянула на часы. Без пяти одиннадцать. «Точна», — подумала Елена. — Войдите, — сказала она, оборачиваясь. Дверь медленно открылась. На пороге стояла девушка — невысокая, с тёмными волосами, собранными в низкий хвост, и большими серыми глазами. На ней был красный сюртук — форма Дурмстранга. Она теребила край рукава, явно нервничая. — Профессор Волкова? — тихо спросила она. — Вы меня вызывали? — Эмилия Вальтер? — уточнила Елена. — Да, — кивнула девушка. — Проходите, садитесь, — Елена указала на стул. Эмилия вошла и осторожно села на край стула, не поднимая глаз. Елена села напротив. — Эмилия, — начала она мягко, — вы знаете, зачем я вас позвала? — Нет, профессор, — тихо ответила девушка. — Я хочу спросить вас о Викторе, — сказала Елена. — Какие отношения связывают вас с ним? Эмилия побледнела, её пальцы нервно сжались. — Я... мы... — она запнулась. — Я не собираюсь вас осуждать, — добавила Елена. — Мне нужна правда. Это важно. Эмилия подняла глаза, и в них читались страх и надежда. — Мы дружим, — тихо сказала она. — Очень дорожим друг другом. Елена удивилась. — Разве вы не встречаетесь? — спросила она. — Нет, — покачала головой Эмилия. — Это ошибочное мнение друзей Виктора. Они видели нас вместе пару раз и решили, что мы пара. — И всё же он вам дорог? — Больше жизни, — тихо ответила девушка. — Почему? — спросила Елена. — Почему он вам так дорог? Эмилия помолчала, собираясь с мыслями. — Он... он единственный, кто меня понимает, — сказала она. — Я всегда была тихой, незаметной. Друзей почти не было. А Виктор... он заметил меня. Стал разговаривать, слушать. Не как знаменитость — как обычный человек. Её голос дрогнул. — Он помог мне поверить в себя. И никогда не требовал ничего взамен. Она вытерла глаза. — Вот почему. Елена протянула руку и осторожно взяла девушку за ладонь. В тот же миг её захлестнула волна чужих чувств — одиночество, страх, нежность, отчаяние. Всё, что Эмилия копила внутри себя годами, хлынуло в Елену, сжало сердце, затуманило разум. «Что это? — подумала Елена. — Моя эмпатия? Но я же не хотела...» Эмилии вдруг стало легче. — Профессор? — удивлённо спросила девушка. — Мне... мне вдруг стало спокойно. Елена убрала руку, стараясь не выдать своего состояния. — Иногда время, проведённое наедине с тем, кто готов выслушать, может залечивать раны и успокаивать разум, — мягко сказала она. Эмилия кивнула, и в её глазах светилась благодарность. — Спасибо, профессор. — Спасибо вам, — сказала Елена. — Я узнала всё, что мне было нужно. Давайте я провожу вас до комнаты. Она поднялась, незаметно положила в карман браслет и письмо, которые лежали на столе. Эмилия, не заметив этого, тоже встала. — Спасибо, профессор, — тихо сказала она. — Не за что, — ответила Елена. — Идёмте. Они вышли из кабинета. Коридоры были пусты, и шаги гулко отдавались от каменных сводов. — А вам не страшно ходить здесь одной по ночам? — спросила Эмилия, поравнявшись с Еленой. — Нет, — ответила Елена. — Я здесь выросла. И потом... мне здесь бояться нечего. Эмилия не поняла, но спорить не стала. Они поднялись в восточную башню, прошли мимо спящих портретов и остановились у комнаты сто двенадцать. — Вот мы и пришли, — сказала Елена. — Спасибо, профессор, — ещё раз поблагодарила Эмилия. — Спокойной ночи, — ответила Елена. Эмилия кивнула и скользнула в комнату. Елена осталась стоять в коридоре. — Осталось последнее, — прошептала она.