Дневник волшебника

      Вчера ночью мы раскрыли тайну матрёшки и теперь знаем, какое испытание нас ждёт. Рейчел не придала этому никакого значения, потому что не поверила словам Феди. Ну, по крайней мере это мы так думаем. К слову, я за весь день ни разу не видел Федю, а вот Рейчел мне попадается чуть ли не на каждом шагу. На удивление одна, без своей свиты в лице Светы и придурковатых близнецов.       День за днём пролетали так быстро, что до второго состязания оставалась неделя. Всё это время чемпионы будто избегали друг друга — обходили стороной, не пересекались даже взглядами, ни произносили ни слова ни друг другу, ни друзьям. — Вы что сделали с нашей подругой, уроды?! — один из близнецов ударил обеими руками по столешнице между Распутиным и Фьюзом. — После вашей последней встречи её словно подменили, — поддержал второй.       Их взгляд прожигал волшебников, которые были встревожены не меньше их самих. Близнецы были готовы уничтожить их. Из страха, из ревности. — Мы бы знали, если бы хоть раз с того момента с ней виделись, — с вызовом бросил Фёдор, поднимаясь из-за стола и складывая руки на груди, — Вы же её лучшие друзья. Вот и должны лучше знать где её носит и что с ней происходит. — Мы её телохранителями не нанимались, — подал голос шатен, не поднимая голову, а продолжая вилкой ковырять свою порцию, — Спросите лучше Светлану. Девчонки ведь такие сплетницы, всем друг с другом делятся.       Но тут он прогадал. Ведь даже Лана не знала, что происходит с Рейчел и где та постоянно пропадает. — И раз уж мы всё выяснили, то позвольте нам продолжить трапезу, — недовольно фыркнул Алекс и притянул на место друга.       Уизли ничего не осталось как пойти искать русскую волшебницу, ведь вступать в драку с «гостями» школы им не особо-то и хотелось. Никто из близнецов не знал, чем это могло закончиться. — Если бы не ты, — возмутился блондин. — Если бы не я, то началась бы драка. Началась бы драка, то набежали бы все. А если бы набежали все, то Рейчел бы об этом узнала. И как ты думаешь, на чью сторону встанет твоя прелестная? На сторону дорогих и любимых, хоть и дебилов, друзей, или же на сторону парней, которых она толком не знает, с которыми знакома от силы несколько недель, которые плюсом ко всему её соперники в турнире? — Ну… — Ну, рассуждай логически, пока у тебя весь мозг в член не ушёл, — Фьюз ударил друга по лбу своей вилкой и отпустил её, отчего прибор воткнулся зубцами в деревянную лавку прямо между ног блондина, — Если хочешь быть ближе к своему врагу — стань его другом. — Ты сам-то придерживаешься своих советов, гений? Не ты ли мне всё лето про девчонку эту все уши прожужжал?! Или этот момент твоего пубертата прошёл, как и то удивительное лето?       Они оба были правы и нет. Но ни один из них не собирался принимать правоту другого. — Ах да, как же я сразу не догадался, — Распутин всплеснул руками, подскакивая с места, — Она тебе всё ещё нравится, и ты надеешься на взаимность. Ты просто не хочешь признать, что я могу быть лучше тебя и подходить ей лучше тебя. — Если ты совсем придурок, то можешь так считать. Мне всё равно на эту заносчивую девчонку, я даже бороться не буду, — Алекс говорил уверенно, но внутри всё горело и больно кололо сердце, ведь на самом деле он так не считал       Фьюз и Распутин питали такие яркие и нежные чувства к Флидтс, что было сравнимо со сладкой тягучей карамелью. Они были влюблены в девушку, которая была с ними одинаково холодной и отстранённой, которая манила своей красотой, манила таким непонятным, противоречивым поведением. Каждому хотелось быть к ней ближе. Ближе, чем близнецы, ближе, чем позволяет реальность. — Никогда бы не подумал, что наша дружба закончится из-за девушки, — шатен закатил глаза, подпирая голову рукой и наблюдая за другом.       Студенты, которые их окружали и слышали их перепалку начали перешёптываться и коситься на друзей, которые сейчас были похожи уже на соперников. Кто-то вскользь упомянул имя Рейчел и то, какая же она везучая, что за неё борются два красавца из других школ.       Я не могу понять, что происходит с моим другом. Какая муха его укусила, что он так резко увидел во мне соперника? Соперника не в турнире, а за сердце этой ведьмы, которую мы давно не видели в коридорах школы. Я очень надеюсь, что она не станет причиной конца нашей дружбы.       В какой-то степени я его понимаю. Не хочется, чтобы всякие отбросы крутились около неё, говорили с ней, просто смотрели на неё или вдыхали аромат её длинных тёмных волос. Да, я уловил этот чудный запах, когда мы были в ванной старост. Такие сладкие нотки, как её манящие пухлые губы. Не видеть её — пытка для нас, но мы не подаём виду и теперь даже не разговариваем друг с другом, ведь каждый из нас считает себя достойной парой для неё. Я прекрасно помню, что сказал обратное, но на самом же деле я так не считал. Как же мне больно… — Фёдор! — Алекс выбежал в коридор в след за другом, но тот стремительно быстро удалялся от большого зала, — Подожди!       Блондин даже не обернулся. Его шаги были быстрыми и тяжёлыми, а руки были сжаты в кулаки.       Когда я ушёл из большого зала то не знал, куда иду и почему так быстро. Наверное, я просто не хотел вступать в драку с лучшим другом. Ни одна девушка не стоит того, чтобы я бросил своего друга ради неё, даже если эта девушка Рейчел, даже если друг тоже в неё влюблён. Мне было тяжело от осознания всего этого. Но что теперь делать? Как мне узнать, что она испытывает ко мне и к нему?       Пока я ходил по коридорам, то долго задавался только этим вопросом. Кого она любит? Я накручивал себя, злился на себя и на Сашу, злился на неё. Если бы она не была такой… Такой… Такой прекрасной, то нам бы не пришлось гадать и бороться, не пришлось бы спорить. Но если решать всё по справедливости, то я лучше уступлю другу, ведь это он встретил её первым. Да, знаю, мне будет невыносимо тяжело и больно это сделать, но если так сложится, что ко мне она безразлична, а к Алексу что-то чувствует, то я не буду мешать. Ведь если они будут счастливы, то и я тоже должен быть счастлив…       Я ходил так долго и так много, что даже не заметил, как зашёл в незнакомую мне часть замка. Но в этой ситуации я нашёл плюс. На подоконнике увидел небольшую книжечку в фиолетовом твёрдом переплёте. Всё говорило, просто кричало о том, что это чей-то личный дневник. Читать личное чужих людей неприлично, но как бы я понял, кто хозяин вещи?       Первый же разворот встретил меня дивным ароматом, который ударил в нос. Такой знакомый запах. Следующее что мне бросилось — первая страница и надпись: «Принадлежит РЭФ». Такие аккуратные буквы и красивые завитки. Сложно было не догадаться, кто же хозяйка.       У меня в руках находился личный дневник Рейчел. В моих руках её тайны, её сомнения и страхи, её мысли. Был великий соблазн заглянуть дальше и узнать, что же она думает и чувствует. Кого любит? Я так хотел, так желал этого, но совесть не позволяла. Я не должен был, но хотел. — Ты заблудился? — голос Уизли окликнул юношу, который что-то прятал в задний карман своих штанов. — Да. Решил прогуляться и пропустил или перепутал поворот. — Так пропустил или перепутал? — второй парень облокотился на стену, окидывая взглядом знакомого. — Всё сразу. А вы поиздеваться пришли или мимо проходили? — волшебник скрестил руки на груди, чтобы не показаться подозрительным. — Вообще-то это наше место, где мы обычно сидим с Р… — Это наше место, — старший толкнул близнеца, обрывая его на полуслове, ведь тот чуть не сболтнул лишнего, — И ты тут лишний. Выход показать? — Да как-то сам найду, не утруждайтесь, — парень улыбнулся и прошёл между братьев, как бы случайно задевая одного из них плечом.       В моих руках такое. А в голове каша из сомнений. Прочитать всё самому или же вместе с другом?       

***

— Я знаю, что ты здесь, — блондин опирался спиной на стену и что-то крутил в руках, не отрывая от этого взгляд.       Тёмный вечер, холодный ветер с каждым своим дуновением подбрасывает вверх падающие снежинки. Свет фонарей блеском отражался на выпавшем снеге, кружащихся снежинках и свисающих сосульках. От каждого шага снег предательски громко хрустел под ногами. Именно это и выдало Фьюза. — Мы будем играть в прятки или всё же поговорим нормально, а не так как это было утром в большом зале? — Фёдор уже остыл за весь день и принял для себя решение, что что бы между ними не происходило, он обязан поделиться этим с другом. — Зачем меня искал? — из тени здания вышел шатен в своей бардовой шубе, на мех которой уже упали снежинки, — Если снова начнёшь мне говорить о том, что я променяю дружбу на девушку, то я тебе вмажу, но лишь для того, чтобы эти мысли вышли из твоей прекрасной светлой головы.       Вечером в своей комнате я нашёл записку. Подчерк с детства мне знакомый. Я не надеялся увидеть там слова с извинениями или какой-то большой текст с признаниями, но таких коротких писем я от него никогда не получал. Там было написано «Не мог тебя найти. Нужно встретиться» и всё. Но зачем?       Я без сомнений решил, что пойду. Но куда? Хотя тут мне помогли. Ведь пока я это писал, в комнату зашёл мой сокурсник и сказал, что Федя искал меня. И сказал, что эта «Белоснежка» ждёт меня в северном дворе. Там, где ближе всего к хижине лесничего Хогвартса, там, где ближе всего их избы. — Гарет назвал тебя Белоснежкой, это мило. Но я не для этого здесь. Что такого ты узнал или нашёл, что я тебе так понадобился? — Не думал, что этот бугай знает такие слова. Я польщён, но всё же, — усмехнулся Фёдор, смахивая рукой нападавший снег с волос и ворота своего алого кафтана, — Не сказал бы, что я тебя искал, просто так было бы быстрее и безопаснее для нас обоих. — Федя, ближе к делу, — Фьюз неторопливо подошёл к волшебнику, оглядываясь, чтобы не попасть в какую-нибудь ловушку.       Распутин поднял в руке на уровне лица фиолетовую книжечку и улыбнулся, кивая на эту вещицу. — Твои предположения, что это может быть? — улыбка не сходила с лица парня и становилась немного безумной.       Фьюз остановился в полуметре от блондина и потянулся за книгой, но волшебник резко поднял руку вверх. — Я не услышал ответа, Алекс. — Ну, учитывая, что это книга, то скорее всего это учебник или же дневник, — шатен указал одной рукой на предмет в руке друга, а второй снял очки и посмотрел через них на свет, оценивая сколько воды собралось на стёклах, — А ещё твоя реакция говорит о том, что это как-то связано с Рейчел. — Это её личный дневник. В наших руках её тайны и мысли. Сейчас мы раз и навсегда узнаем, кто из нас ей больше подходит.       Стоило мне сразу догадаться об этом. Да, личное читать нельзя, это неправильно, нечестно. Но какая-то часть меня очень хотела знать ответ. Возможно, это было моё сердце, которое каждый раз пропускало удар, когда это прекрасная ведьма была рядом. А другая часть твердила о том, что этого делать не стоит. Это мне твердили разум и совесть. Или тоже сердце, которое не хотело испытать боль от правды и расколоться на множество кусочков.       Я не стал останавливать Федю. Успокаивал себя тем, что мои слова бы на него не повлияли. Он бы всё равно это сделал. Из вредности или на зло мне. — Это не то, это тоже, — блондин открыл дневник и уже перелистывал страницы, едва читая и вникая в написанное, — А. Вот. Сегодня в Хогвартс приехали ученики из других школ. Как нам сказали для каких-то глупых соревнований. Участвовать мне в них совсем не хочется. Та-та-та. Ага, во! Студенты из Дурмстранга все как один похожи на истуканов, не понимаю, что в них нашли девчонки. Все как один, кроме того парня в очках. Он мне показался знакомым. Очень похож на парня, с которым меня пытались познакомить предки на чемпионате. — Она не считает меня истуканом, хоть на этом спасибо, — шатен достал из кармана шубы платок и стал протирать стёкла очков, — И предугадывая твой тупой вопрос, отвечаю. Я единственный из своей школы, кто приехал в очках. — Ой-ёй-ёй, — передразнил его Фёдор и продолжил, перелистывая страницу, — Этот идиот всё время ходил в окружении девчонок и явно гордился этим окружением поверхностных девиц… — Дай сюда, — шатен надел очки и вырвал дневник из рук друга, дабы убедиться в правдивости его слов. — Полегче. Если порвём, то как объяснять будем? — Не переживай, — скривился шатен, переворачивая страницы, выискивая своё имя или имя друга.       Я ожидал чего угодно. Был готов абсолютно ко всему. Мне хотелось знать правду, какой бы сладкой или горькой она не была. Мой разум меня останавливал, но сердце и любопытство брали верх. Даже если она выбирает Алекса, то я не буду мешать. — После представления мы с близнецами пошли к дому Хагрида, туда, где стояли избы на птичьих ногах. Меня это не впечатлило так как парней, потому что об этом я читала в книге из домашней библиотеки. Я уже даже и не помню, как познакомилась с профессорами русской школы и чем были заняты мои мысли, но того парня я хорошо запомнила. Высокий, симпатичный. Его глаза, как два агата, такие чистые и светлые. Он подарил мне замечательный венок, который безумно вкусно пахнет. — Слышал? Его глаза, как два агата, а не идиот, — съязвил блондин и встал рядом, чтобы лично увидеть эти сладкие слова.       Распутин провёл пальцами по строкам, в которых его описывала Рейчел, он буквально пробовал на вкус эту лесть, смаковал эти слова. Фёдор расплывался в улыбке, но Фьюза эта ситуация очень напрягала и выбивала землю из-под его ног. На лице шатена еле считывалось смятение. — Давай дальше, — блондин положил руку на плечо друга, желая услышать изложенные на бумаге мысли волшебницы.       Фёдор именно желал слышать это, а не прочитать самостоятельно. Он хотел услышать эту дрожь в голосе, увидеть это разочарование в голубых глазах, когда друг прочтёт заветные строки, в которых окажется, что Флидтс предпочитает присутствие русского волшебника рядом с собой. — Дальше так дальше, — Алекс начал снова пролистывать дневник, взглядом выискивая знакомые имена.       Таким образом он успел бегло прочесть и узнать какими были мысли девушки, когда её выбрали для участия в турнире, как ей тяжело дались тренировки с Ланой, как она испугалась на первом испытании в лабиринте. — Вся жизнь пронеслась перед глазами, когда крепкая холодная рука или правильнее сказать лапа, вцепилась мёртвой хваткой в мою ногу и потащила в глубь лабиринта. Сердце уходило в пятки, дышать было тяжело и невыносимо сложно, будто это падение выбило из лёгких весь запас кислорода. На секунду мне показалось, что парни бросят меня в этом проклятом лабиринте на произвол судьбы. На съедение этой твари., — голос парня дрогнул, но он не прекращал читать, — Я прекрасно понимала и знала, что это соревнования, что мы друг для друга соперники и каждый будет добиваться победы любой ценой. Но их поступок заставил меня забыть обо всех обидах не только на Алекса, но и на близнецов.       Прекрасно помню тот момент, тот страх и ужас в её глазах, когда она была так близка к выходу. Я бы не простил себе, если бы оставил её там. Чувства перебороли жажду победы в этом состязании. Не мог иначе. Я не ожидал от неё слов благодарности. Считал это своим долгом.       Мне кажется, что каждый из нас запомнил этот день, сколько бы времени не прошло с того момента. Ведь именно тогда я разглядел в этой сильной и независимой волшебнице ту самую напуганную и уязвимую девочку, о которой мне рассказывал Алекс. Да даже если бы не мои чувства к ней, я бы всё равно её спас. Чем больше соперников, тем интереснее соревноваться. — Что ими движило в этот момент мне не известно и не понятно, но одно я знаю точно, с этого момента они обо стали мне дороги что ли. Во всяком случае я обязана им жизнью… — Хватит, — блондин захлопнул дневник в руках юноши. Все слова, что он услышал и прочитал скользили будто лезвие по коже, — Пусть её личное останется личным. — Это была твоя идея прочитать дневник Рей, — недоумённо Алекс взял вещицу в одну руку, — Боишься правды? — Нет! Боюсь, что ты заревнуешь, — съязвил Распутин, убирая руки в карманы своего кафтана и отворачиваясь от друга, — Идея была идиотская, готов признать это. — Верните моего друга. Фёдор бы никогда так не сказал, — шатен пытался подбодрить друга, но тщетно, — Допустим. Что мы с дневником будем делать? Как вернём? Учитывая то, сколько тут написано, она регулярно его ведёт и пропажу заметит скоро. — В столовой завтра подкинем. Если увидим её конечно, — неуверенно предложил русский, закрывая глаза и тяжело выдохнув, поднял лицо к небу, чувствуя, как холодные снежинки падают на горячую кожу и мгновенно таят, оставляя капли после себя.       Если увидят. А они должны. — А что будем делать, ну… С нашими чувствами? — Алекс чувствовал, как обложка дневника в его руках намокала, от таящего на нём снега. — Ждать. Мы не должны давить на неё. Пусть сама решит, кто ей нравится. А до этого момента вести себя как обычно и просто ждать.       Просто ждать.