Часть 2 - Встреча

      Гнетущая атмосфера убежища, тесного даже для одного существа, всё сильнее давила на измождённого слизнекота. Как будто по традиции, Монах в ужасе перед неизвестным выглянул из прохода: место, в котором он оказался, было переполнено существами всех мастей — от банальных мусорщиков до невиданных тварей, представляющих собой бесформенные глыбы мяса с невероятно длинными конечностями, похожими на изуродованных лапшемух. Последнее и оставило болезненное воспоминание: повезло, что ящер решил сцепиться с этой тварью.       Убедившись, что вокруг безопасно, слизнекот выбрался из трубы и, прижавшись к полу, чтобы не издавать лишних звуков, пополз вперёд — к проходу в соседнее помещение. Несколько прыжков давались тяжело: повреждённая лапа ныла при каждом движении, но Монах добрался до выхода. Проверив, что там никого нет, он нырнул внутрь. Пройдя таким же образом ещё одну комнату, он выбрался на поверхность. Впереди уже слышались знакомые звуки: стоит миновать последний проход — и покажется аванпост мусорщиков. Хорошо, что при себе осталась спрятанная жемчужина. Для этих существ она — вещь ценная и способная обеспечить Монаху безопасный проход.       Чем ближе Монах подходил к своей цели, тем яснее понимал: здесь что-то не так. Звуки, доносившиеся со стороны аванпоста, не были похожи на привычный гомон мусорщиков. Они больше напоминали отзвуки схватки. Но с кем? В голову начали закрадываться самые страшные мысли: а что, если, расправившись с бедолагами, тварь переключится на него? Но вдруг… Громкий хлопок. Звук, которого ни одно из знакомых Монаху существ издать не могло. Кто это — друг или враг? Любопытство начало побеждать страх, и слизнекот решился заглянуть в следующую комнату.       Увиденное повергло его в неописуемый ужас. Спёртый воздух не давал дышать. Безжизненные тела валялись тут и там, а в центре… стоял кто? Багряный слизнекот? Или нечто, лишь отдалённо напоминающее его? Не мог же этот незнакомец в одиночку перебить племя, охранявшее этот пост! Просто не мог!       Страх вернулся с новой силой. Пытаясь бесшумно отступить, Монах наступил на повреждённую лапу. Из горла вырвался тихий писк. Этого хватило, чтобы незнакомец повернулся в его сторону. — Это конец? — прошептал Монах себе под нос. — Вот так я и умру?       Маленький слизнекот, захлёбываясь слезами, почти ничего не видел. В глазах всё поплыло. Очертания фигуры незнакомца становились всё ближе. — ПРОШУ, ОСТАВЬ МЕНЯ! — крик вырвался из горла. — НЕ УБИВАЙ! ТЕБЕ ЭТО НИЧЕГО НЕ ДАСТ!       В момент, когда Монах, как ему казалось, уже готов был проститься с жизнью, он почувствовал не боль, а мягкое прикосновение. Оно было настолько нежным, что даже повреждённая лапа не отозвалась болью. Сами объятия оказались настолько неожиданным исходом, что ледяной ступор сменился оцепенением от удивления — а может, и полного непонимания. Слишком уж странной выдалась эта ситуация. — Успокойся, — нежный женский голос прервал повисшую тишину. — Я не собираюсь причинять тебе зла. Может, у тебя есть имя?              Кто она — спасительница или лишь притворяется ею? Почему настроена враждебно к мусорщикам? Что за резкий запах пороха исходил от неё? Эти и десятки других вопросов роились в голове. Не в силах вымолвить ни слова, он лишь смотрел на неё, постепенно осознавая: каким бы ни оказался ответ, он встретил того, кто сможет помочь ему. А возможно — даже стать другом.       С тех пор как семья разделилась — сорок один цикл назад, — Монаху не с кем было поговорить, не на кого положиться. Среднего брата он так и не нашёл, но надежду на встречу не потерял. Он ведь обещал никогда не бросать его. А значит, брат тоже ищет.       И тут… Монах потерял сознание. Нервная система, и без того измождённая болевым шоком, постоянным стрессом и страхом, просто не выдержала. — О нет, что с тобой?! — последние слова, услышанные им перед тем, как сознание погрузилось в темноту.