Глава 3

День за днём летели, месяца шли друг за другом. Весна принесла с собой цветение сакуры и новые перемены. Ана немного осмелела, теперь она сама иногда ждала его после тренировок, если знала, что он задерживается. Они шли домой, болтая обо всём на свете. О фильмах, о смешных учителях, о том, как сложно быть подростком. Ана восхищалась им больше и больше с каждым днём, ей нравилось, что он сильный, умный, веселый, красивый и рядом с ней. Ей нравилось, что он был ее другом, что выбрал именно ее. Однажды, когда они шли по тихой улочке, Ана решилась спросить то, что давно вертелось на языке: — Дайки… почему ты со мной дружишь? Я же младше, и… ну, все говорят, что я странная. Мы уже столько общаемся, а все до сих пор шепчутся и шутят, что мы ходим вместе. Аомине остановился. Посмотрел на неё сверху вниз, но не свысока — просто прямо.  — Потому что ты нормальная. Не трещишь без умолку, как некоторые. Не пытаешься притворяться. Ты все такая же хорошая девчонка и смеёшься искренне. А эти идиоты… — он махнул рукой в сторону школы, — просто завидуют. Ты растешь красиво. Ещё пару лет, и они все будут заглядываться.  Ана опустила глаза. Пухлые губы тронула робкая улыбка. Она почувствовала, как ее сердце начало биться в сто раз сильнее от таких слов. Конечно, Аомине ей нравился, как и всем девочкам в их школе.  Он был первым, кому она подарила свое хрупкое, детское сердце.  — Ты всегда так говоришь… чтобы меня подбодрить. Мог бы придумать что-то новое, — она улыбнулась. — Нет. Я говорю правду. Ты же знаешь, что я не люблю, когда врут, — он легонько толкнул её плечом. — Не парься. У тебя есть я. Пока я здесь — никто тебя не тронет. Они пошли дальше. Ветер принёс запах цветущей вишни. Ана шла рядом с ним, чувствуя себя в безопасности. Настоящей, тёплой безопасности, какой у неё никогда раньше не было. Дружба росла медленно, день за днём. Без громких слов, без обещаний. Просто два человека, которые нашли друг в друге то, чего не хватало: он — кого можно защищать, она — того, кто не боится её высоты и не видит в ней уродину. Ана уже не представляла, как раньше ходила домой одна, казалось, что они живут в одном районе, поэтому их совместный путь вынужден, но нет, он всегда провожал ее, а потом шел в два раза дольше до своего дома. Аомине, хоть и ворчал иногда, что «опять надо ждать эту каланчу», на самом деле всегда приходил вовремя и всегда ей улыбался. *** Началась пора экзаменов, у Аомине был выпускной год из средней школы. Сказать, что Ана была расстроена – ничего не сказать. Она понимала, что теперь они будут проводить время не так, как раньше, что видеться они теперь не смогут так часто. Она хотела, чтобы дни стали медленнее идти и они могли побыть вместе еще хоть немного. Но время шло очень быстро. Иногда, перед сном, у Аны был монолог с самой собой, она шепотом говорила себе:  — Нужно сказать, что он мне нравится. Ну, как друг, естественно… или нет… чёрт, — выругалась она. — Он уйдет в другую школу и мы не сможем общаться, я ведь буду скучать? Конечно… нужно признаться ему обязательно.  Последние дни перед окончанием девятого класса Аомине были заполнены суетой: экзамены, сборы документов, разговоры о будущем. Ана чувствовала, как между ними медленно растягивается невидимая нить. Она каждый день набиралась смелости, чтобы сказать ему о своих чувствах, но каждый день этой смелости было недостаточно. Они всё ещё встречались иногда после школы, но теперь эти встречи были короткими, сжатыми, он перестал провожать ее до дома и ей приходилось идти одной. В одиночестве путь до ее квартиры был невероятно длинным, ей казалось, что она проходит весь город, чтобы попасть домой, ведь когда они шли вместе с Дайки время пролетело за секунду. Аомине чаще задерживался на тренировках в новой команде старшей школы, а Ана оставалась в стенах своей средней. Без их встреч в коридоре, обедов и разговоров школа стала самым скучным местом на планете. Их последняя совместная прогулка случилась в конце мая. Сакура уже почти отцвела, розовые лепестки кружились в воздухе, словно снег. Они шли знакомой дорогой, но оба понимали — это их последняя прогулка. Ана чувствовала, как ей хочется расплакаться, совсем не хотелось отпускать его. Если бы ей дали выбор: еще один год в школе с насмешками, издевками, но с Аомине, либо спокойный год, куча друзей, но без него. Она бы не думала ни секунды над выбором.  — Значит, ты в «Тейко»… — тихо сказала Ана, глядя под ноги. Её длинные светлые волосы были собраны в высокий хвост, и ветер иногда подхватывал пряди. — Да, далековато отсюда. Почти час на электричке и двадцать минут пешком, но там нормальная баскетбольная команда, они третий год подряд выигрывают зимний кубок среди старших школ, — Аомине засунул руки в карманы и посмотрел в небо. — Придётся пахать, но я настроен, это классная возможность расти дальше. — Ты обязательно справишься. Ты всегда справляешься. Он коротко улыбнулся, но улыбка вышла немного рассеянной. Они дошли до её подъезда, снова так быстро пролетело время? Аомине остановился, переминаясь с ноги на ногу. — Ну… держись там, Ана. Если что — пиши. — Ты тоже, — Ана начала перебирать волосы и заметно нервничала. Она считала, что это самый лучший момент, чтобы сказать, что он ей нравится. — Знаешь, Дайки, я давно хотела тебе сказать… — это было сложнее, чем она себе представляла. — Что ты хотела сказать? — Аомине чуть наклонил голову в бок и смотрел на нее.  — Ну… знаешь… ты…  — Что я? Ана не знала куда себя деть, она не могла, очень сильно стеснялась, ведь ей впервые кто-то понравился, она впервые влюбилась и ее сердце делало миллион ударов в минуту, ладошки вспотели, дар речи пропал.  — Я желаю тебе удачи, все обязательно получится! — она не смогла.  Он посмотрел на нее немного недоверчиво, так переживать, чтобы просто пожелать удачи?  — Это действительно то, что ты хотела сказать? — решил он убедиться.  — Да, я хотела сказать именно это, — обманщица.  Аомине сделал шаг вперед и обнял ее – неловко, по-дружески. Ана напрягалась, они в первый раз обнимались и это было очень здорово. Она почувствовала запах его школьной формы и лёгкий аромат мыла. Они обнимались достаточно долго, но никто не хотел это заканчивать. Когда он все же отстранился, ей вдруг стало холодно, хотя день был тёплым. Это было прощание, хоть никто из них не сказал этого вслух. *** Первые месяцы после его ухода они ещё переписывались довольно часто. Телефоны тогда были простыми, сообщения приходили медленно, но каждое из них Ана читала по несколько раз и прижимала телефон к груди. Дайки: Сегодня первая тренировка. Эти ребята реально сильные. Один чувак по имени Мурасакибара Ацуши вообще двухметровый монстр. Как у тебя? Ана: Поздравляю! У меня нормально. Сегодня на уроке литературы читали про одиночество. Стало грустно почему-то. Дайки: Не грусти. Скоро выберемся куда-нибудь. Но это «скоро» растягивалось. Тренировки Аомине становились всё интенсивнее и занимали почти все его время, иногда даже приходилось немного жертвовать учебой. Он писал реже — иногда раз в неделю, иногда в две. Ответы становились короче: «норм», «устал», «завтра игра». Ана понимала: у него новая жизнь. Новая школа, новые друзья, новая команда. «Просто ему не хватает на меня времени, как только оно появится, он сразу мне напишет» думала она. Но Ана оставалась здесь, в старых стенах, где всё напоминало о прошлом. Без него издёвки вернулись с удвоенной силой, она снова стала мишенью для всех. — Смотрите, шпала опять одна! Где твой телохранитель, а? Больше некому тебя защищать, дура, — шипела Мио на большой перемене, окружённая подружками. — Может, он её бросил? Типа, надоела уже эта жердь. Как он вообще мог с ней общаться, она же пустоголовая. Смех. Шёпот. Косые взгляды. Теперь некому было встать рядом и прогнать обидчиков. Ана молчала, сжимая кулаки в карманах. Она вспоминала, как Аомине когда-то сказал: «Пока я здесь — никто тебя не тронет». Но его здесь больше не было. Каждый день после школы она шла домой одна. Сумка казалась тяжелее. Светлые волосы, которые раньше он называл красивыми, теперь казались ей слишком заметными. Однажды осенью терпение лопнуло. Это случилось после уроков. Группа девочек из параллельного класса зажала её в углу коридора возле раздевалки. Мио стояла впереди, скрестив руки. — Что, Ана? Всё ещё думаешь, что ты лучше всех? С этими своими волосами, как у куклы Барби. Только рост как у мужика. Ты жалкая, в прошлом году Аомине тебя защищал, до сих пор не понимаю почему. Что он нашел в тебе? Ты уродливая простушка, — остальные захихикали. — Теперь он не придет к тебе на помощь. Ана стояла, опустив глаза. Сердце колотилось. В голове вдруг всплыл голос Аомине: «Не парься. У тебя есть я» и в этот момент что-то внутри неё сдвинулось. Не страх. Не слёзы. А холодная, чистая ярость, она настолько устала от их оскорблений и насмешек, что уже не осталось сил терпеть. Она медленно подняла голову. Зелёные глаза смотрели прямо на Мио. — Знаешь что? — голос Аны прозвучал неожиданно твёрдо, хотя внутри всё дрожало. — Мне надоело. Надоело молчать. Вы издеваетесь надо мной уже третий год. Из-за роста. Из-за волос. Из-за всего. А сами? Короткие, злые, завистливые. Вы думаете, что если будете меня топтать, то сами станете выше? Не станете. Вы безмозглые, вам нечем больше заняться? — Мио открыла рот, но Ана не дала ей вставить слово. — Я не буду больше это терпеть. Хотите ржать — ржите. Но если хоть одна из вас ещё раз ко мне подойдёт — я не буду молчать. Расскажу всем. И учителям, и директору. И вашим родителям. Всё. Тишина повисла тяжёлая. Девочки переглянулись. Мио покраснела. — Да ты… — Я серьёзно. Отвалите. Ана прошла сквозь них, высоко подняв голову. Ноги дрожали, но она шла. В спину неслись растерянные шепотки, но никто не посмел догнать. В тот вечер она впервые за долгое время плакала. Не от обиды — от облегчения. Она сделала это. Сама. Без Аомине. Без защитника. Ей стало легче, словно с ее плеч упал огромный груз, который она носила столько времени. *** Учебный год пролетел быстро, после инцидента с девочками к ней правда перестали лезть, она больше не была центром издевок. На летних каникулах Ана много читала, иногда ходила на прогулки одна, иногда помогала маме. Переписка с Аомине почти сошла на нет. Он писал всё реже, а когда писал — сообщения были сухими. Дайки: Извини, завал на тренировках. Как дела? Ана: Нормально. Поступаю в старшую. В «Сэйрин». Дайки: Круто. Удачи. И всё. Без вопросов. Без «расскажи подробнее». Холодок в словах ощущался даже через экран. Она также была влюблена в него, также думала перед сном и в течение дня, постоянно крутила в голове их встречи, разговоры, школьные дни. Сердце разрывалось от того, что этого больше нет и не будет. Она много плакала из-за него, а точнее, из-за того, что его не было рядом и он никак не пытался это исправить. Тот веселый парень, который шутил, разговаривал с ней – исчез. Сердце начало понемногу разбиваться.  *** К началу первого года старшей школы Ана изменилась, постепенно, словно цветок, который наконец-то получил достаточно света. Рост теперь смотрелся гармонично. Длинные светлые волосы стали её гордостью — густые, блестящие, они падали ниже лопаток мягкими волнами. Пухлые губы приобрели естественный розовый оттенок, а зелёные глаза смотрели увереннее. Фигура вытянулась, стала более женственной. Она поступила в «Сэйрин» — школу, которая находилась в другом районе. Новое место, новые лица. И здесь её уже не называли уродиной. Параллельно с учебой она начала заниматься моделингом. Всё началось случайно — подруга мамы работала в небольшом агентстве и предложила попробовать. «У тебя идеальные данные, Ана. Рост, пропорции, лицо. Ты будешь востребована». Первые съёмки были нервными. Яркий свет софитов, камеры, строгие взгляды стилистов. Но она справилась. Фотографии получились потрясающими: девушка с длинными светлыми волосами, зелёными глазами и удивительно выразительными губами. Агентство быстро предложило первые небольшие контракты — для каталогов одежды, локальных брендов. В школе мальчишки начали заглядываться. Сначала тихо, украдкой. Кто-то провожал взглядом в коридоре. Кто-то пытался заговорить на перемене. — Ана, ты в модельном агентстве работаешь? Серьёзно? Выглядишь офигенно, — сказал однажды парень из параллельного класса, краснея. Она улыбалась вежливо, но не подпускала близко. Доверие давалось тяжело. Особенно после того, как было разбито ее сердце. Однажды вечером, уже в октябре, она получила сообщение от Аомине. Дайки: Привет. Как там новая школа? Ана долго смотрела на экран. Пальцы зависли над клавиатурой. Сердце билось с невероятной скоростью. Она и не помнила, когда последний раз он писал первый, когда интересовался ей. Она улыбнулась непроизвольно, хотела написать много — про съёмки, про то, как впервые почувствовала себя красивой, про то, как мальчики теперь смотрят иначе. Но вместо этого, она ответила коротко и сухо. Не хотелось показывать ему своих чувств и радость от сообщения. Ведь ему было все равно. Ана: Нормально. Учусь. Ты как? Дайки: Тренировки жрут всё время. Команда сильная. Скоро важная игра. Разговор угас через три сообщения. Ана отложила телефон и подошла к окну. За стеклом моросил дождь — такой же, как в тот день, когда они познакомились. Она провела пальцами по своему отражению. Красивая девушка смотрела на неё в ответ. Но внутри всё ещё жила пустота. Аомине менялся. Становился холоднее, жёстче. Баскетбол поглощал его целиком. А она училась жить без его защиты. Училась быть сильной самостоятельно. Училась жить без него, хотя это было очень сложно. Их пути расходились– медленно, но неизбежно. Дружба, которая когда-то казалась неразрывной, теперь превращалась в редкие сухие строчки в телефоне. Порой она думала: «Неужели он смог так легко меня забыть? Почему тогда у меня не получается сделать также?». Ана легла в постель, обняла того самого белого медвежонка, которого он когда-то выиграл для неё, и закрыла глаза, из них покатились слезы. Волосы разметались по подушке золотым покрывалом. Было очень больно и очень одиноко.