Записка от незнакомца(часть 2)

Часть 2; "Записка от немнакомца" Чарли повесил пальто и подошел к двери. Он открыл дверь, все еще выглядя уставшим и расстерянным. На пороге стоял не администратор. Это был мужчина средних лет в строгом сером костюме, чье лицо казалось высеченным из камня. У него были холодные, пронзительные глаза, которые, казалось, не просто смотрели на Чарли, а записывали каждое движение. — Да, добрый вечер, — произнес он, не дожидаясь, пока Чарли полностью откроете дверь. Он не улыбался, но и не выглядел угрожающе — просто пугающе официально.— Я помощник управляющего. Простите за поздний визит, но при проверке ваших документов возникла... небольшая нестыковка в датах вашего пребывания в стране. Он чуть склонил голову набок, изучая лицо Чарли, застывшее в немом вопросе. — Вы ведь из семьи Браунов, верно? — он произнес фамилию так, словно пробовал на вкус что-то горькое. — У нас возникли вопросы к вашему родству. Не могли бы вы... — он сделал паузу, — пройти со мной в холл для уточнения деталей? Это займет всего пару минут. Голос "помощника управляещего" был мягким, но в нем чувствовался приказ, который нельзя игнорировать. Чарли молчал пару секунд,переводя слова в голове — Ладно.. документы надо брать? — наконец выходнул Чарли Мужчина едва заметно кивнул, и в его взгляде промелькнуло что-то похожее на удовлетворение — так смотрят на человека, который принял правила игры. Конечно, возьмите, — отрезал он, уже разворачиваясь, чтобы идти по коридору. — Все, что есть при себе: паспорт, разрешение... И лучше не задерживайтесь. Мы ведь не хотим, чтобы из-за простой формальности вам пришлось менять номер на... более закрытый. Его слова прозвучали как завуалированная угроза. Чарли быстро взял сумку, прижал её к себе и вышел в коридор. Шаги мужчины были уверенными, он шел впереди, словно ведя Чарли на допрос, а не в холл. Когда они спустились вниз, в лобби было непривычно пусто. Администратор, которого Чарли видел раньше, сидел за стойкой, но теперь он не перекладывал банки — он сосредоточенно что-то писал в толстой книге, не поднимая глаз. Мужчина в сером жестом указал на тяжелое кожаное кресло в углу, подальше от окон. — Присаживайтесь, — произнес он, садясь напротив и кладя на стол чистый лист бумаги. — Давайте начнем с самого начала. Чарли сел. Он выглядел не напуганным, так как скрывать ему нечего, он был расстерянным, потому что думал, что сейчас спокойно примет душ и ляжет спать. Мужчина открыл блокнот и занес ручку над бумагой, но не спешил писать. Он внимательно наблюдал за реакцией Чарли, словно ждал, когда маска спокойствия сорвется и обнажит страх. Растерянность Чарли, впрочем, только заставила его нахмуриться. — Значит, просто приехали отдохнуть? — он усмехнулся, но глаза остались холодными. — Ну, в наше время отдых — штука редкая и подозрительная. Вы говорите, что жили здесь семь лет назад. А где именно? В каком районе? С кем? Он сделал паузу, давая возможность ответить, и вдруг резко перешел к делу: — И еще один момент, гражданин Браун. В ваших документах указано, что вы вернулись в связи с... семейными обстоятельствами. Но мы не видим в вашем деле упоминаний о родственниках, которые могли бы вас встретить или подтвердить ваш приезд. Это выглядит так, будто вы появились из ниоткуда. Кто ваш брат? Вы упомянули его в разговоре с персоналом у входа. Его имя? Он подался вперед, ожидая ответа, и Чарли почувствовал, как напряжение в холле буквально искрит. — Брат Джеймс Браун. Меня родители ненавидеть, поэтому и не встретить никто.. Мы жили на улице Красная Пресня, если я не ошибаюсь.. Дом 12. Мужчина замер. Его ручка застыла над бумагой, а взгляд стал еще более колючим. Он медленно переварил услышанное: «Красная Пресня», «дом 12», «Джеймс Браун». Это имя явно заставило его мозг работать быстрее. — Джеймс Браун... — тихо, почти про себя повторил он, будто пробуя имя на вкус. — Красная Пресня, дом 12. Ну, адрес вы помните смутно, гражданин. Это район непростой, там сейчас... — он запнулся, подбирая слово, — много людей с непростыми судьбами. Он на мгновение отвел взгляд, и Чарли почувствовал, как атмосфера в холле стала еще более гнетущей. Он явно не был просто «помощником управляющего». Его манера держаться выдавала человека, привыкшего работать с информацией, а не с ключами от номеров. — Слушайте, — он вдруг резко захлопнул блокнот, и звук получился сухим, как щелчок затвора, — скажем так... информация о вашем брате Джеймсе крайне... специфична. Я не могу сейчас сказать, есть ли он в списках. Но я передам запрос. — Спасибо.. Я могу идти? Мужчина на мгновение задержал на Чарли взгляд, словно оценивая, насколько он опасен или, наоборот, насколько бесполезен. Его лицо снова превратилось в непроницаемую маску. — Да, идите, — бросил он, уже возвращаясь к своему блокноту. — Но не вздумайте завтра утром снова разыскивать его по улицам. Если я узнаю, что вы устраиваете лишний шум, ваше пребывание в гостинице... закончится очень быстро. И не только здесь. Он даже не поднял головы. Чарли быстро поднялся с кресла и направился к лестнице, чувствуя, как по спине пробежал холодок. Каждое его слово теперь было взвешено и занесено в какую-то книгу. Вернувшись в номер, Чарли запер дверь на все задвижки. Тишина снова навалилась на плечи, но теперь она казалась не уютной, а давящей. Чарли понимал: Джеймс где-то здесь, в этом лабиринте из бетона и страха, но найти его, не привлекая внимания «помощников управляющего», будет почти невозможно. Снаружи послышался гудок проезжающего автомобиля, и в окно ударил холодный свет фонаря. Ночь в Москве только начиналась. Чарли хотелось расплакаться. Его тревожило, что люди подозревают его шпионом за любое неверное слово, сказанное с акцентом. Он был, наверное, слишком эмоциональным для Москвы, в такое суровое время. Чарли опустился на кровать, закрывая лицо руками. Он не понимал, как ему найти Джеймса и при этом не выглядить, как шпион. Тяжелые ладони на лице не помогали — сквозь пальцы всё равно просачивался холод комнаты и липкое чувство тревоги. Чарли лежал, глядя в потолок, и прокручивал в голове разговор и свои же мысли. «Слишком эмоциональный». Да, он это понимал. «Спокойно, Чарли. Соберись», — пронеслось в голове. Если он начнет метаться, то действительно станет мишенью. Нужно действовать методично. Если Джеймс остался здесь, он должен был как-то закрепиться, получить работу или жилье. Тишину номера внезапно прервал резкий, сухой звук снизу — где-то в холле кто-то громко спорил с администратором. Это не было похоже на обычную ссору гостей. В голосе слышалась сталь и нетерпение. Чарли прислушался, затаив дыхание. Голоса внизу становились всё громче. Спор явно зашел в тупик, переходя на повышенные тона. — Да вы понимаете, что это значит?! — раздался грубый, жесткий бас, от которого, казалось, задрожали стёкла в рамах. — Если этот человек не прошел проверку, он не должен был даже переступать порог! — Мы делаем всё по инструкции, товарищ майор! — отвечал администратор, и в его голосе теперь слышалась почти неприкрытая дрожь. — Проверка идет, просто... возникла заминка с документами одного гостя! "Товарищ майор"? Похоже, ночной визит помощника управляющего был не случайным делом, а частью какой-то более крупной проверки. В коридоре послышался грохот — будто кто-то с силой хлопнул ладонью по стойке регистрации. Стало ясно: спокойной ночи не будет. Либо ему придется сидеть тихо и надеяться, что про него забудут, либо этот «майор» решит лично проверить, почему в «Москве» поселился человек с таким странным прошлым. Вскоре Чарли кое-как уснул. На следующий день, утром он сходил в душ и вышел на балкон, чтобы закурить. Утро выдалось серым и пасмурным. Москва куталась в густую дымку, сквозь которую едва пробивались скудные лучи солнца. Чарли вышел на балкон, сжимая в пальцах сигарету, и вдохнул холодный, пропитанный гарью воздух. Голова всё ещё гудела от бессонницы, а в груди копошилось неприятное предчувствие. Внизу, на улице, жизнь уже вовсю кипела, но это была какая-то суетливая, нервная жизнь. Люди в серых шинелях и кепках быстро шли по тротуарам, почти не глядя друг на друга. Вдруг взгляд Чарли зацепился за чёрную «Эмку», припаркованную у входа в гостиницу. Из неё вышел тот самый мужчина в сером костюме — вчерашний помощник управляющего. Он выглядел бодрым, даже слишком, и что-то быстро записывал в блокнот, оглядываясь по сторонам. В этот момент дверь на балкон за спиной Чарли слегка приоткрылась, и он услышали приглушённый голос горничной, которая, видимо, зашла в номер: — Гражданин Браун? Чарли обернулся, держа сигарету в зубах — Добрый утро! — вежливо улыбнувшись, сказал он, не показывая усталости после бессоной ночи. Горничная, невысокая женщина в накрахмаленном чепце, вздрогнула от неожиданности. Она прижала руки к фартуку и неловко застыла в дверях, глядя на Чарли своими усталыми, серыми глазами. — Ой, простите, извините, гражданин! — она затараторила, поспешно кланяясь. — Я думала, вы ещё спите... Я только прибраться хотела, полотенца свежие принести. Она быстро прошла в комнату, стараясь не смотреть Чарли прямо в глаза, и начала суетливо поправлять шторы и приводить в порядок постель. Её движения были механическими, почти нервными. Заметив сигарету Чарли, она на секунду замерла, а потом тихо, почти шепотом, добавила: — Вы это... на балконе потише будьте, ладно? Там у нас сейчас люди серьёзные живут, на проверке. Вчера весь вечер шуму было, опять начальство недовольно... Она замолчала, проверяя, всё ли на месте, и, прежде чем уйти, бросила короткий, странный взгляд на Чарли, словно пытаясь понять, не представляет ли он опасности. Чарли кивнул. — Простите за вопрос, почему вы так нервничать? Я выглядеть как опасный человек? — он выглядел расстерянным, не привыкнув ловить на себе такие взгляды, и слегка наклонил голову набок. Горничная едва не выронила поднос с полотенцами. Она быстро оглянулась на дверь, словно проверяя, не подслушивает ли кто-то их разговор, и подошла чуть ближе, понизив голос до едва различимого шепота. — Ох, господи, нет-нет, что вы! — она нервно поправила чепец, ее пальцы мелко дрожали. — Вы не опасный, вы... вы просто иностранец. Непонятный. А сейчас времена такие... понимаете? Любое лишнее слово, любой взгляд не тот — и всё, под раздачу. Мы тут все как на иголках. Она бросила быстрый взгляд на дверь, словно опасаясь, что за ней наблюдают через замочную скважину. — Просто... — она запнулась, подбирая слова, — тут сейчас гости такие бывают. Не из тех, кто за отдыхом приехал. Они... проверяют. Так что лучше не спрашивать лишнего, гражданин Браун. Просто живите тихо, и всё будет хорошо. Поняли? Она поспешно подхватила вещи и, не дожидаясь ответа, почти выбежала из номера, оставив Чарли наедине с запахом табака и давящей тишиной. Чарли проводил взглядом ее, докуривая сигарету и глядя на серые крыши Москвы. Докурив, Чарли затушил окурок о пепельницу и решили, что засиживаться в номере тоже не вариант — это выглядит подозрительно. Нужно было хотя бы выйти в город, проветрить голову и, возможно, поискать зацепки. Но как? Где искать человека, который, возможно, уже стер все следы своего существования? Когда Чарли спустился в холл, атмосфера внизу была еще более натянутой, чем вчера. У стойки регистрации стоял тот самый мужчина в сером костюме и о чем-то негромко переговаривался с администратором. Заметив появление Чарли, он на секунду замер, а затем его взгляд скользнул по парню, оценивающе и холодно. — Доброе утро, гражданин Браун, — произнес он, не меняя интонации. — Вы решили сменить обстановку? Советую не задерживаться надолго на открытых пространствах. Сегодня погода... неблагоприятная. — Добрый утро! Просто проветрить голову и поесть. Я недолго. Мужчина в сером лишь сухо кивнул, не выражая ни сочувствия, ни одобрения. Его взгляд на мгновение задержался на лице Чарли, словно он пытался угадать, насколько честны слова про «поесть». — Как знаете, — бросил он, уже отворачиваясь к администратору. — Завтрак в буфете с восьми. Но имейте в виду, сегодня много людей приедет на конференции. Будет шумно и... многолюдно. Чарли прошел мимо стойки в сторону буфета. В холле пахло крепким кофе и старой мебелью. В обеденном зале было почти пусто, лишь пара человек в помятых костюмах сосредоточенно ковырялись в тарелках, не поднимая глаз. За соседним столиком сидел пожилой мужчина в потертом пиджаке, который, кажется, не ел, а просто сверлил взглядом газету «Правда». Чарли взял поднос и подошел к раздаче. Запах подгоревшего хлеба и дешевого чая ударил в нос. Пока он ждал свою порцию, его внимание привлекла маленькая записка, приколотая к доске объявлений рядом с меню. Чарли подошел к доске объявлений, ожидая увидеть там что-то вроде «Смена караула» или «Объявление о проверке», но его взгляд зацепился за клочок бумаги, приколотый в самом углу, чуть помятый и сорванный. На нем от руки, неровным, почти спешным почерком, было написано всего несколько слов: «Ищи меня там, где старые тени ложатся на Красную Пресню. Джейми.»