Часть 2

Кирилл не ответил. Он был слишком занят, пытаясь удержать болид, который теперь, без контроля «Нейро-ассиста», ощущался как необъезженный зверь. Руль вибрировал в руках, отзываясь на каждую неровность магнитного поля трассы. Телеметрия на дисплее шлема мигала красным: «Критическая нагрузка на левый АГД. Риск каскадного отказа». — Ветров, ты меня слышишь? — голос Лиама прорезался сквозь помехи. — Верни управление. Немедленно. Или я дистанционно заблокирую двигатели, и ты финишируешь в гравийной ловушке, как в картинге! Кирилл скрипнул зубами. Он знал, что у инженера есть такая функция — «красная кнопка» для неуправляемых пилотов. Но он также знал и другое: если Лиам нажмёт её сейчас, на скорости 850 км/ч, болид просто рухнет с пятиметровой высоты на бетон. — Я в порядке, — процедил он, входя в затяжной поворот «Небесная дуга». — Я пилотирую. — Ты не пилотируешь. Ты выживаешь, — отрезал Лиам. В его голосе больше не было ярости, только леденящий профессионализм. — Твоя траектория нестабильна. Ты теряешь прижимную силу на выходе. Ева Морган уходит в отрыв. Ты только что подарил ей победу. Кирилл бросил взгляд на дисплей. Золотой болид Евы уже был в полукилометре впереди, превращаясь в точку на горизонте. Она не просто ехала быстро — она ехала идеально, как и положено машине с неограниченным бюджетом и лучшим инженером, который не спорит с пилотом. — Я не буду твоей марионеткой, — сказал Кирилл, скорее самому себе, чем в эфир. — А я не буду твоим гробовщиком, — парировал Лиам. — Включи ассист. Это приказ. Приказ. Вот оно что. Он здесь не партнёр, он — ресурс. Кирилла взяли в команду не за его талант или стиль «игры с гравитацией», а потому что им нужен был кто-то достаточно безумный, чтобы нажимать на кнопки, которые сам Лиам нажать боялся. Финишный флаг Кирилл встретил пятым. Не просто проигравшим — опозоренным. Механики в боксах «Aether Dynamics» смотрели на него с нескрываемым презрением. Джейк, главный механик (здесь он был суровым британцем по имени Оливер), грохнул гаечным ключом об пол. — Ты угробил машину! Левый двигатель мёртв! Мы снимаемся с квалификации! Кирилл отстегнул ремни и выбрался из кокпита. Ноги дрожали от адреналина и перегрузок. К нему уже шёл Лиам Чен, его худое лицо было непроницаемой маской. — В мой кабинет. Сейчас, — сказал инженер и, не дожидаясь ответа, развернулся на каблуках. Кабинет Лиама был стерильно-белым кубом без окон. Единственным украшением был огромный экран, на котором крутилась 3D-модель их болида. — Ты понимаешь, что ты наделал? — Лиам не кричал. Его тихий голос был страшнее крика. Он подошёл к экрану и ткнул пальцем в модель левого двигателя. — Мы потеряли спонсорский бонус за техническое совершенство. Мы потеряли место на подиуме ещё до старта основной гонки. Ты... ты... человек-фактор. Непредсказуемая переменная. — Я спас нас от падения! — взорвался Кирилл. — Твой алгоритм чуть не впечатал меня в стену! Я чувствую машину! Я знаю, когда нужно рискнуть! Лиам посмотрел на него с жалостью, как на лабораторную крысу, которая вдруг заговорила. — Риск? В антигравитационных гонках нет места риску. Есть физика, математика и алгоритмы. Твой «стиль» — это просто красивое название для потери контроля. Внезапно дверь кабинета распахнулась. На пороге стояла она. Ева Морган была всё ещё в гоночном комбинезоне, но уже без шлема. Её светлые волосы были собраны в идеальный хвост, а в глазах цвета зимнего неба плясали льдинки. — Мистер Чен, — её голос был сладким, как яд. — Владелец команды просил передать, что ваше время истекает. Одна гонка, чтобы реабилитироваться. Она перевела взгляд на Кирилла. — А ты... Ты интересный экземпляр, Ветров. Слишком дикий для этого цирка? Или просто боишься довериться технологиям? Она развернулась и ушла, оставив после себя шлейф дорогих духов и ощущение надвигающейся бури. Лиам посмотрел ей вслед, затем снова на Кирилла. — У тебя есть одна гонка, чтобы доказать свою правоту. Основная гонка сезона начинается через 12 часов. Он нажал кнопку на столе. — Оливер! Тащи новый левый АГД из резерва! И чтобы через час машина была готова! Кирилл остался один в стерильной тишине кабинета. «Одна гонка». Он посмотрел на свои руки, всё ещё дрожащие после схватки с машиной. «Либо я стану чемпионом... либо я разобьюсь». Он вышел из боксов и направился к смотровой площадке над трассой. Город внизу сиял огнями неона и голограмм. Где-то там, в золотом болиде, сидела Ева Морган и смеялась над ним. Кирилл сжал кулаки так, что костяшки побелели.