Глава 8: Мёртвая зона

Шум в кабинете биологии стих одновременно со звонком на урок, но это была не обычная предклассная суета. По рядам парт шёл непрекращающийся, лихорадочный шёпот. Ученики сбивались в кучки, испуганно поглядывая на три пустые парты в самом центре класса. Оливер сегодня не пришёл — слухи вовсю трубили, что он лежит в центральной больнице с жёстким вывихом плеча и ожогами. Эдвард и Зип всё-таки явились, но на них грустно было смотреть. Амбал сидел, втянув голову в плечи, с огромной лангеткой на переносице и наглухо забинтованными кистями рук. Зип, обычно громкая и дерзкая, сейчас сидела тише воды ниже травы, пряча обожжённую до красна щёку за длинными прядями волос. На её бёдрах не было привычного скейта — доска сгорела в том самом коридоре. Когда массивная дверь класса открылась, половина учеников синхронно вздрогнула, а Эдвард и вовсе дёрнулся так, будто под ним взорвалась петарда. В класс вошёл Эбби. Он выглядел как выживший в авиакатастрофе. Без кед, в одних плотных носках (директор лично распорядилась выдать ему временные тапочки из хозблока, но он отказался и ходил так), джинсы снизу обгорели до колен, обнажая жёлто-багровую обжёванную кожу. Из-под расстёгнутого ворота куртки дико торчали чёрные нитки, которыми он сам себя зашил прямо по живому мясу. Лицо — сплошная чёрно-синяя маска из гематом и сажи. Но его походка оставалась ровной, а взгляд из-под чёрного капюшона — тяжёлым и ледяным. Ни тени страха. Никакой сутулости. Страх меняет полярность Эбби медленно шёл по проходу между рядами. Ученики, сидевшие по бокам, буквально вжимались в парты, убирая локти и рюкзаки, лишь бы не дай бог не задеть его куртку. Вокруг него образовалась настоящая «мёртвая зона» — вакуум, в который никто не рисковал ступать. Он прошёл мимо парты Эдварда. Тот судорожно отвернулся к окну, сделав вид, что его безумно интересует пустой школьный двор. Эбби остановился прямо напротив Зип. Девушка замерла, её пальцы, судорожно сжимавшие ручку, задрожали. Она подняла на него глаза, в которых не осталось ни капли прежнего превосходства — только чистый, шкурный страх перед непонятным чудовищем, которое не горит в огне. Эбби молча протянул руку, взял с её парты чистую нетронутую тетрадь и такую же ручку. Свои-то у него сгорели в квартире. — Я возьму, — глухо сказал Эбби. Это был не вопрос. Это был факт. — Д-да... конечно, бери, — едва слышно выдавила из себя Зип, сглотнув застрявший в горле ком. Парень развернулся и спокойно пошёл на своё привычное место — на самую последнюю парту у окна. Сел, аккуратно положил перед собой чужую тетрадь и уставился на доску. Через минуту в класс зашла Мисс Блуми. На её лице до сих пор красовался аккуратный пластырь в том месте, где Эбби приложил её лицом о доску. Она открыла журнал, окинула класс быстрым взглядом и на секунду задержалась на Эбби. Её рука с мелом заметно дрогнула, но она тут же взяла себя в руки, кашлянула и начала урок: — Итак, класс... Сегодня у нас тема «Нервная система и рефлексы». Записываем. Цена новой жизни Весь урок в классе стояла такая тишина, что было слышно, как муха бьётся об стекло. Никто не оборачивался назад. Никто не смел запустить в Эбби бумажный самолётик или ухмыльнуться в его сторону. Сам Эбби лениво выводил термины в тетради. Его тело продолжало тихо сыпаться: обгоревшие ноги неприятно стягивало, раненое плечо пульсировало от лёгкого воспаления, голова кружилась из-за недосыпа и слабости. Но внутри было полное, абсолютное умиротворение. Да, он потерял квартиру. Да, он превратил своё тело в поломанный конструктор. Но взамен он получил то, чего у него не было никогда в этой проклятой школе — неприкосновенность. Он больше не был дичью. Теперь он был самым опасным хищником в этих бетонных джунглях. Когда прозвенел звонок, класс опустел за считанные секунды — ученики буквально вылетали из кабинета, спасаясь бегством от пугающего ботаника. Эдвард и Зип выскочили первыми, даже не взглянув назад. Эбби не спеша поднялся, взял тетрадь и пошёл к выходу. Мисс Блуми стояла у своего стола, провожая его настороженным взглядом. Когда он поравнялся с ней, он остановился. — Спасибо за тетрадь, Мисс Блуми. Тема была интересной, — ровно произнёс Эбби. — Особенно про рефлексы. Жаль, что у некоторых они работают только после того, как им сломают нос. Учительница ничего не ответила, лишь крепче сжала пальцами край стола. Эбби ухмыльнулся разбитыми губами, натянул капюшон пониже и вышел в коридор. Теперь школа жила по его часам.