Часть 13

Ночным грабителем оказался тот самый абиссал, который был их провожатым до ведьмы и который, едва запахло жареным, сбежал, поджав — видимо, буквально, — хвост. Сейчас Оз замер в шипастых лианах, морщась и стараясь не шевелиться. — Да с хер ли ты такой шустрый! — абиссал дёрнул губой. — Я ж тебе сказал — не рыпайся. — Альма, он что-нибудь успел сделать? — Дилан хмуро взглянул на эльфийку. Кто знает, как их связь работает в этом смысле. Может ли болеть то, чего у тебя нет? Проверять, честно говоря, не хотелось бы. — Что-нибудь?! Он мне угрожал! — взвизгнула волшебница. Огонь в её руках вспыхнул сильнее. — Он бы меня убил! — Да не убил бы я тебя, че ты разоралась то! — воскликнул Оз. Лиана отрастила шип, который почти уткнулся абиссалу в щеку. — Ай-ай-ай, ты че, колется же! — Ты что здесь забыл? — чуть успокоившись, спросил Дилан. — Ты же сбежал тогда, что ты сейчас-то здесь делаешь? — Что ты с ним возишься? — прошипела Альма, сжав ладонь в кулак. Огонь дрогнул и стал плотнее. — Убей его! Он приставил мне нож к горлу, зачем ты с ним сейчас говоришь? Это абиссал. Они все такие! — Альма, мы не... — Да ты если б такая ушастая и глазастая не была, я б сделал все потихой и ушёл бы спокойненько! — огрызнулся Оз. Шип лозы царапнул по его щеке. — Ай, да харе, мужик, да колется же твоя херовина, харе! Абиссал поджал губы и вытянулся настолько, насколько это было возможно, чтобы не уколоться. Дилан убрал шипы и вздохнул. — Не будем мы его убивать, Альма, — опередил он эльфийку, едва та открыла рот. — А вот ты, — он взглянул на рогатого, — лучше придумай причину, по которой мы должны отпустить тебя. И на этот раз постарайся получше, чем в прошлый. Пока не объяснишься — не пущу. Не хочу, чтобы ты мне нож в живот воткнул. — Не собирался я никого чикать, я ж сказал уже, — огрызнулся абиссал. — Мне тока ваше шмотье надо было. Я ж свое тама в пещере оставил, а я ж с голой жопой далéче-то не дойду. Я ж, того, это, в пещеру-то сунулся, там мне под хвост напихали. Я-то, это, шуриком убрался оттедова, а шмотье-то свое тама оставил. Вот и хотел я ваше шмотье взять. Не стал бы я вас чикать! — Стой-стой-стой, — помотал головой Дилан, прервав словесный понос рогатого. — Какой пещеры? Ты же от ведьмы убрался быстрее нас, уже почти неделя прошла, ты что все это время в лесу делал? — Да ниче не делал я, башка ты облезлая! Я в город пришёл, пошёл выпить маленько — ну, устал же ж, хочется ж. Глядь — садится ко мне толстопуз такой, я ещё думал, я его когтем ткну в пузо, так он и лопнет. Говорит, типа, хотишь деньгой разжиться? Так я ж не дурак — я ж всегда рад. Говорю ему, мол, да, хочу, а че делать-то надо? Он мне: вот, тама в лесу пещерка есть, колечко тама важнецкое егойное, ты, грит, сходи, достань мне. Ну, а я и говорю — достану, че ж не достану. Так он мне не сказал же ж, что в пещере той — во! — некрос засел. Я тудой нос сунул, так меня егойные шкелеты да тухляки чуть было не почикали на эти, части, чтоб ещё нового слепить. Ну, так я драпуна дал, пока под хвост мне этакой огроменный болт не вкрутили, да тока побросал тама все свое добро. А я ж как буду-то? С голой жопой, да на мороз? Вот я пошёл оттудова, думал до города дойти, да и проткнуть пузо-то этому толстопузу, а глядь — стоят палатки ваши. Вот и хотел вашу конягу взять, да пожрать чегой, а баба твоя эдакая ушастая и голосистая все мне попортила! — Я не баба, я девушка, — зашипела Альма, но немного поутихла и убивать рогатого уже не спешила. Значит, некромант? Даже так? Интересно... — Что тебе ещё пообещали за кольцо? — спросила эльфийка. — Что было в пещере? — Да я чухаю что ль? — возмутился абиссал. — Бочек тама много стояло, не знаю уж чего в них было. Ну, книженция какая-то тама была у него, но я тоже не видел, чего она такое, я ж и читать-то не умею. Посох ещё егойный видал, но мне ж оно не надо. Повисла тяжёлая пауза. Оз лупал глазами и казался абсолютно безобидным, но буквально каких-то десять минут назад он грозился убить Альму. При этом сама Альма не была уверена в том, что он действительно этого бы не сделал. От таких как Оз всего можно было ожидать. — Посадить бы тебя голой жопой на муравейник, — пробурчал Дилан. — В воспитательных целях. Помереть — не помрешь, а мозгов может будет хватать, чтобы больше не пытаться ограбить спящих. — Э, ты че! Не надо меня в муравейник. И я че, фуфел какой, чтоб не спящих обрабатывать? Ток спящих и надо. Тут же ж если выбирать — спящих или не спящих, то спящих надо. Я бы если девка твоя не завопила и не поперлась наружу, так и забрал бы тихонечко все. Дилан тяжело вздохнул и взглянул на волщебницу. — Альма. Что бы ты с ним сделала? При условии, что мы не будем его убивать, отрывать ему хвост, выкручивать уши или что-то вроде того. Девушка наклонилась и подняла с земли кинжал. Посмотрела на него, потом на Оза, потом снова на кинжал и шагнула к абиссалу. Дилан напрягся. — Раз убивать тебя нельзя, то покажешь, где эта пещера, — произнесла волшебница. — И поможешь нам её зачистить. — Зачем? — Дилан выгнул бровь. — Мы к дяде твоему едем. На кой черт нам в пещеру некроманта лезть? — Ну... во-первых, там может быть что-то полезное, разве нет? Книга, посох. К тому же разве ты не должен хотеть избавить лес от такой твари? — девушка повела плечом. — А так... Пускай это вонючее животное хотя бы в чем-то будет полезно. — Э, не хочу я туда опять лезть! – возмутился Оз. — Я оттудова только ноги унёс, а ты, мол, обратно лезть. Не хочу я. — Значит я перережу тебе горло, — зашипела Альма. Абиссал поджал губы. Они вообще все такие были. Все они поголовно были вонючими ворами и разбойниками, как ни посмотри. Так хоть какая-то польза от него будет. Альма поймала на себе взгляд Дилана, чувствовала, как он на неё смотрит, но виду не подала. Ему уж точно не стоит знать, почему она так хочет эту книгу. Некромантия — сильная магия, и если к ней найти подход... это ведь безумно интересно! Не то, чтобы она собиралась выкапывать трупы из могил или что-то вроде того, но научный интерес... Дилан не одобрит. Но его ведь никто и не спрашивал, разве нет? — Да будто меня кто спрашивает, — прозвучал недовольно Оз. — Провожу я вас. И в пещеру эту пойду. Только уберите херовины ваши эти, всю жопу мне уже искололи. Скрипнув зубами, Дилан отозвал лозы. Они иссохлись, уползли обратно в землю, оставив после себя разрытую траву. Абиссал пошатнулся и одернул рубашку. Дилан достал из рюкзака верёвку и хмуро кивнул рогатому на землю. — Садись. Ты же не думал, что мы тебе постелим спальник и в попу поцелуем? — Не, ну если хотите, — рожа Оза расплылась в сальной улыбке. — Если хотите, то можно. А могу я. А могу и не в попу. А кого первого целовать? А потом чего? — А потом если ты сейчас не замолчишь, то я тебе и рот завяжу, — пробурчал юноша. Прежде чем Оз успел ввернуть очередную шуточку, друид принялся связывать абиссала. Ну... во всяком случае, верёвка все таки пригодилась. Упаковав абиссала также плотно, как вяжут колбасу, Дилан отряхнул руки. Ну, выбраться за ночь не должен. Непонятно только, на кой черт Альме приспичило тащиться в пещеру, но да боги, хрен с ней. Пытаться её понять себе дороже — того и гляди сам сойдешь с ума и начнёшь поджигать дома. — Сиди так, — Дилан отряхнул руки. — Утром уже решим, что с тобой делать. — А-а-а, мужик, под рогом чешется, — Оз потерся головой о ствол дерева. — Почеши, а? Жуть как чешется. А то вы ж меня упаковали как хер знает кого. Подсоби, будь человеком. Я ж помру до утра-то терпеть. Дилан насупился, отломил небольшую веточку и сунул абиссалу под рог. — Сам чешись. *** Эльфам всегда нужно меньше сна. Обычно это не было проблемой, но в походе просыпаться раньше остальных — значит скучать до тех пор, пока Дилан не очухается. А ждать можно было долго. Выбравшись из палатки, эльфийка поежилась. Холодно. Это тоже было проблемой, потому что по утрам дома всегда было тепло. А тут... камина нет, тёплых одеял тоже, постель совсем не мягкая, а очень твердая земли под спальником. Одним словом, приятного мало. Сонно растирая лицо, Альма доплелась до озерца и умылась. Вода была жутко холодной, даже ледяной, и это, конечно, взбодрило. Только приятного стало вмиг ещё меньше. Набрав веток, Альма вернулась в лагерь и обнаружила, что Дилан тоже проснулся. Выглядел друид ещё более сонным, чем она и теперь ещё больше напоминал какую-то сову. Эльфийка слабо улыбнулась своим мыслям. — Доброе утро, — зевнул в кулак друид. За ночь Оз никуда не делся. Более того — он даже не пытался сбежать, так и уснув, завалившись набок и громко всхрапывая. Вот уж у кого нет никаких проблем со сном. Этот увалился даже в веревках и с палкой за рогом, и хоть бы хны ему. Дилан коротко скользнул взглядом по веткам, сложенным Альмой и, растерев лицо руками, присел, начав собирать костёр. — Спасибо, что помогаешь, — произнёс Дилан. — Ну, с ветками, я имею ввиду. Разожжешь? Отряхнув руки, Дилан поднялся на ноги. Альма кивнула, взмахнула рукой. Ветки разгорелись. — Ты останешься одна, если я схожу поохотиться? — С этим-то? — эльфийка кивнула на дрыхнущего Оза. — Пф. Пока оно в верёвках, то не страшно. Но если оно развяжется, я его подо... — Во-первых, это он, а не оно. Во-вторых, нет, Альма, мы никого не будем поджигать. Он может и подонок, но смерти не заслужил. — Он меня вчера чуть не убил! — ощерилась волшебница. Дилан снова напомнил себе, с кем приходится иметь дело. — Не убил бы он тебя, Альма. Оз действительно тот ещё бандюган, но он бы не стал тебя трогать. У него, ну... не знаю, что-то вроде чести есть. — Чести, —хмыкнула эльфийка. — Много ли чести нужно чтобы пытаться нас ограбить, а? А много ли чести нужно чтобы свалить, хотя пообещал довести до ведьмы? — А много ли чести нужно чтобы сдать людей этой ведьме? — напомнил Дилан. — Хорошо осуждать Оза, когда у тебя к самой рыльце в пуху. — Он воняет, — прошипела Альма. — Воняет! И выглядит так, словно неделю не мылся. — Он серой пахнет, а не воняет, — вздохнул Дилан. — Все абиссалы немного пахнут серой. Альма надула губки и скрестила руки на груди с таким видом, будто Дилан ей заявил, что воняет на самом деле не от Оза, а от неё. — Так ты останешься с ним? Он все равно пока храпака даёт на всю округу. Я могу поохотиться и добыть нам свежего мяса или сварить кашу. Выбирай. — ...кашу, — наконец выдавила из себя волшебница. — Я с ним одна не останусь. Я боюсь. Дилан дёрнул губой и хмуро кивнул. Явно же не только в капризах дело. Это она после гоблинов тех так боится? Это они её так сильно напугали своими угрозами? Оз ведь действительно не похож на того человека, который будет кого-то насиловать. Он взглянул на Альму. Смотрит колюче и... и испуганно. Нет, это точно не капризы. Будто бы... Будто бы она что-то говорила тогда, когда Дилан умудрился напиться. — Хорошо, я понимаю, — согласился друид, смягчившись. — Тогда я сейчас наберу воды и буду готовить, а ты пока побудь тут и погрейся. По утрам достаточно холодно. Альма кивнула, уселась у костра, протянув к нему руки. Когда Дилан вернулся с водой, она так и сидела. А Оз, ну... Он так и нахрапывал. Просто поразительный талант спать в любых условиях, особенно если учесть тот факт, что он вроде как в плену и вроде как в опасности. Но нет. Спит. Причём очень даже хорошо спит, да ещё и связанный по рукам и ногам. Не давит ему, интересно, палка за рогом?.. Через полчаса по всей округе расплылся ароматный запах еды. Дилан кинул в кипящую кашу ягод, хорошенько все перемешал и собирался уже раскладывать все по мискам, когда абиссал наконец зашевелился. Он скрючился как гусеница, перекатился на другой бок, и почти прополз по столу дерева, чтобы сесть ровно. Зевнул, щелкнул позвонками где-то в шее. — А че вы не сказали, что жрать готовите? Вы, это, развязывайте меня. Я тоже жрать хочу. Ну вы конечно жуки — жрать готовят, а не дают. Дилан вздохнул одновременно с тем, как поморщилась Альма. Вспомни солнышко — вот и лучик. — Посидишь, не опухнешь, — ответил юноша, раскладывая кашу по тарелкам. — Что останется — тебе отдадим. Ты пленник у нас вообще. Тебе как наглости хватает жрать просить? — Так я ж если жрать хочу, то я ж че, молчать в дырочку должон? — Тебе помалкивать нужно и спасибо сказать за то, что я не отыскал для твой задницы воспитательный муравейник, — буркнул друид. — А не жрать вымогать. — Так я если жрать хочу, че я поделаю-то! — искренне возмутился Оз. — Вот вы когда меня припахали ведьму эту вашу выковыривать, так пожрать давали. Во хорошие люди были! А я ж, знаешь — если не пожру, так стреляю херово, эво как. А ты и не смотри, что у меня глаз, — абиссал мигнул глазом на обоженной части лица, — такой подслеповатый кажется. У меня ж — во— второй есть! А я знаешь как обожгелся? Мне, значится, надо было сундук по пьяни вскрыть, мне кореша сказали, что он типа зачарованный, ну, или типа того, так я ж ловушку не заметил — и БАМ огнём пиздануло прям по харе, ты прикинь? Не, ну так я думал, что у меня моргало вытекёт, но он целый остался, но я вижу им херовасто. Но это точно было проще, чем когда я из-под сраки драконицы спёр... — Оз! — в один голос воскликнули Альма и Дилан.