Часть 16

Альма пришла в себя только через пару часов, когда Оз, на плечи которого легла задача по установке палаток и обустройству лагеря, закончил готовить место для стоянки. Абиссал натаскал деревяшек, соорудил костёр, повесил над ним котелок и даже сходил к озеру, чтобы набрать воды. Эльфийка все это время сидела, уткнувшись лицом в колени. Слезы уже кончились. Больше их не было, и даже если очень захотеть, плакать не получалось. Сильва бродила рядом, то и дело тыкалась носом в плечо волшебницы, а, удостоверившись, что с хозяйкой все таки все относительно в порядке, наконец отошла мирно щипать траву, обмахиваясь хвостом. Когда все было готово, Дилан подошёл к Альме. В руках он держал два комплекта одежды: один для себя, второй для эльфийки. — Нам бы помыться сходить, — заговорил он, глядя на девушку. — И тебе, и мне-то уж точно стоило бы, а то я лично воняю, будто это я стух и сдох две недели назад. И обоим нужно отмыться и от грязи, и от крови, и... ну, вода хорошо помогает в любом случае. Быть чистым после долгой дороги и тяжёлого боя должно быть приятно. Альма подняла голову и медленно встала на ноги. Она все ещё то и дело вздрагивала, хотя теперь уже скорее потому, что потратила много сил и мерзла. Ну, а морозило её потому, что она потратила много сил. Такой вот замкнутый круг. — Я помогу тебе оттереть засохшую кровь и буду тебе очень благодарен, если ты поможешь мне. Сможешь помочь? — Хорошо, — слабо кивнула волшебница. — Только мне холодно... Конечно же холодно. Она же в платье своём дураком решила ехать, а в нем конечно будет не так уж и жарко. Только разница-то сейчас какая? Имеет ли сейчас вообще смысл пытаться на неё ругаться? — Ты наревелась много, испугалась и крови потеряла, потому и трусит, — ответил Дилан. — Вода там в озере не как в ванне, так что придётся потерпеть. Но зато придём к костру — согреешься. Оз сегодня сходит на охоту — он вообще нам очень здорово сегодня помогает, — так что мы отмоемся, вернёмся, я ужином займусь. Чаю тебе сделаю с травами. Альма кивнула. Рука у неё почти не болела — это Дилан чувствовал, — но натерпеться ей сегодня пришлось немало. Ну, а сам он, чего уж тут греха таить, успел здорово за неё поволноваться. Лечить какое-нибудь там заражение крови в таких условиях... можно было бы и не успеть. Озеро было совсем недалеко от лагеря, но шли они до него по ощущениям ужасно долго. Впрочем, поторапливать эльфийку Дилану бы и в голову не пришло. Он сложил чистую одежду, бинты, мыло и полотенце на камень, и, морщась, стянул с себя рубашку. От ткани страшно смердело. Это, конечно, нужно будет попытаться отстирать, но честно говоря особых надежд на то, что запах удастся извести окончательно, друид не питал. Вонь разложения — в целом не самая приятная штука в мире, да и вывести её жуть как тяжело. Эту бы вонищу хотя б с волос нормально смыть — и то уже радостно будет... А то ж придётся полынью натираться до посинения. Альма снова захныкала, пытаясь снять изодранное платье. Злиться на неё уже как-то совсем уж не получалось и Дилан остановил её руку ещё до того, как она с силой потянула лямку. — Не рви. Я сейчас тебе помогу. Нельзя рвать одежду. Платье Альмы тоже нужно будет попытаться отстирать и заштопать там, где оно порвалось. Она взяла их с собой слишком много — это так. Только вот если выбрасывать одежду каждый раз как идёшь мыться или каждый раз, как она порвалась, то уже через дней пять придётся тебе ехать в чем мать родила. Оз-то это без сомнения оценит, конечно, а вот Дилану не очень-то и нравилась даже гипотетическая такая возможность. Друид помог ей снять одежду, стараясь не задеть пораненного плеча. Пару раз все таки руку он дёрнул, эльфийка поморщилась, поойкала, но на этом в принципе все. — Нужно будет наложить мазь, — вздохнул друид, осматривая рану волшебницы. Она слегка подсохла и встала коркой. Уже неплохо, но лучше бы залечить все это дело как можно быстрее. — Оно щипать будет, жечь, но быстро боль снимет. За ночь, конечно, не залечит все полностью, но я ещё немного магией помогу. Через пару дней все будет как новое. — А шрам останется? — Ну... останется, я думаю, — кивнул Дилан, стягивая с себя рубаху. — Это не прямо уж огромная и страшная рана, могло быть и хуже, но шрам конечно останется. — А можно как-то сделать, чтобы он не остался? — попросила эльфийка. — Это же... уродство. Я не хочу быть уродкой. Дилан взглянул на Альму и покачал головой. — Не будешь ты уродкой. Это так не работает. Один шрам не сделает тебя хуже, Альма. Это всего лишь шрам. У меня вон их много, у Оза, наверное, даже на жопе можно при желании отыскать. Мы, конечно, не такие красивые как ты, но эти шрамы же не делают нас уродами, с которыми якшаться не хочется. То-есть... В глазах Альмы-то они оба и без отметин на теле были бы уродами. Она ж птица не их полёта. Глупо с его стороны, должно быть, сравнивать их с ней. — Вы мужчины, — повела плечом девушка. — Шрамы не уродуют мужчин. А женщины... их уродуют. — Ну, я останусь в этом вопросе при своём мнении. Полезай лучше в воду. Белье я твоё и одежду завтра постираю и заштопаю. Сейчас нам отмыться надо и рану тебе прочистить. И мне тоже стоило бы... Друид поджал губы. Терпеть боль придётся аж два раза. Сначала пока он чистит плечо Альме, а потом и когда будет чистить свое. Магия, может, и помогла раны залечить, да вот только когда у одного вымываешь грязь, у второго-то она остаётся. Ну, а если вот рану шить? С магией-то все итак ясно, а если шить? Сойдутся ли волшебным образом края у того, кого не шьют? Или как оно вообще работать будет? Проверять, конечно, не хочется, но это ведь интересно. От поплывших размышлений отвлекла волна холода — это Альма зашла в воду. Поежившись, Дилан последовал ее примеру, и, намочив чистую тряпку, подошёл к волшебнице. — Щас неприятно будет. Потерпишь? Она кивнула и сжала зубы, когда Дилан опустил мокрую ткань на ее плечо. В принципе, на этом вся необходимость позаботиться о девушке была исчерпана, но вместо того, чтобы просто помыться самому, друид коснулся белых волос Альмы. — В такой холодной воде хрен промоешь себе свою копну. Могу представить, сколько они весят, пока мокрые. У тебя итак рука болит. Давай я, это... помогу. Нечего тебе лишний раз рану бередить, мне ж тоже достанется. Альма взглянула на него снизу-вверх. Дилану показалось, что с недоверием и... нежной благодарностью? Ну, может и так. Сейчас-то ей несладко — конечно она благодарна. Дело только в том, что как только она придёт в себя, снова начнутся капризы. Правда это не повод сейчас на неё злиться. Эльфийка села в воду и поджала губы. Холодно. Неудивительно — для девчонки, привыкшей к жарким купальням, тут прямо таки ледяные земли на краю мира. Не стоито заставлять её терпеть холод слишком долго. Дилан намочил густые белые кудри и принялся тщательно их мылить, перебирая между пальцами, растягивая пену по локонам, вымывая всю грязь и кровь. Вода с волос Альмы стекала грязная. К концу процедуры эльфийка уже ощутимо дрожала от холода. — Держи, — друид протянул волшебнице брусок мыла. — Дальше ты давай сама. Он вышел из воды, расправил полотенце, и, дождавшись, пока Альма вылезет на сушу, накинул ей на плечи сухую ткань. Вторым полотенцем он подвязал ей волосы. — Ты пока надевай брюки и согревайся. В платье ты бы замёрзла, так что сегодня придётся тебе ходить в штанах и рубашке. Только рубашку надевай осторожно — не повреди себе плечо. Альма кивнула и принялась натягивать вещи, Дилан вернулся в воду. С его волосами возни было меньше — они все таки короче, да и не такие густые. Правда промыть их дочиста — все равно та ещё морока. Вонь в них въелась знатно. Ну ничего. Ещё дня два попромывать их так радикально, смешать пару раз мыло с травами, и можно будет жить спокойно, не смердя на всю округу. В итоге справился он быстрее волшебницы и вышел на берег уже немного постукивая зубами. Альма постукивала зубами в том же ритме. Тщательно растеревшись полотенцем досуха, Дилан как мог быстро оделся и посмотрел на эльфийку. — Думаю, Оз там уже постарался и все сделал, — сообщил друид, потирая шею. — Давай возвращаться. Сейчас как поешь и перемотаешься — сразу срубит спать. Так что за ночь станет лучше. Хороший сон вообще на руку идёт. Оз и впрямь закончил все приготовления. Обе палатки были натянуты, тушки двух подстреленных птиц лежали на коряге. Над костром уже кипел котелок. Честно говоря, от абиссала вряд ли можно было ожидать посильной помощи. А он очень даже помог: и лагерь разбил, и в пещере здорово подсобил, и даже экстренно реанимировал Альму, пусть и весьма грубыми методами. Это, конечно, было очень здорово, но с какой стати? То-есть, он же в первую их встречу только и делал, что жрал, болтал, и пытался свинтить куда-нибудь? Он и свинтил, если уж на то пошло. А сейчас вот пусть и болтал, но оказался полезным и сносным (за исключением потока словесного поноса) спутником. Стоило ли ожидать, что в удобный для него момент он всадит в спину нож? Возможно. Только отказаться от такой практической пользы в его лице было бы все таки глупо. — О, вернулись, ништяк. Я, это, птицов настрелял, но уж пока ощипать не успел. И этот, — рогатый кивнул на котелок, — воду нагрел. Чтоб ты мазь свою выварил. — Спасибо, Оз, — кивнул друид. — Ты очень нам помогаешь. Абиссал издал громкое "пфффф" и беззаботно махнул рукой. — Да то фигня! Я ж, это... Я ж с вами теперь-то ходить буду, поняли, да? А так — ну так так же ж заведено: коль ходишь с кем-то, так делать чего-то надо. Посуду там вымыть, палатки поставить. Обычно-о ровно все делят на всех, а тут же ж вас покорябали, вот я и помогайку-то вам организовал. Давай-ка, это... мотать вас давай, во че сказать-то хотел. Дилан нахмурился. — Нет, я сам. Не хватало ещё, чтобы Оз увидел, что у них с Альмой одинаковые раны. Нет, ему знать не стоит. Точно не стоит. — Альма — девушка хрупкая, а ты итак сегодня начудил. И вообще, — насупился юноша, — с твоими рассказами и темами... да ну тебя нахрен, короче, Оз. — Дак я ж ваще нормально! — развёл руками рогатый. — Я ж не между ног у ней ковыряться буду, а только обмотаю ей все, да и тебе тоже. — Оз, — с нажимом произнёс Дилан, — я сам. Спасибо за предложение, но мы как-нибудь сами. Абиссал замолчал, гладенько ухмыльнулся, но ничего не сказал и взялся за птичьи тушки. Вот и правильно. Лучше его делом занять — так он почему-то болтает чуть меньше, чем обычно. Если без шуток, то как он сам не устаёт столько молоть языком? Да когда просто много за день говорил — горло свербит и молчать хочется, а этот и мелет и мелет, и мелет и мелет. На его месте, пожалуй, у Дилана бы от самого себя заболела голова. — Мы скоро подойдём, — зачем-то объяснил Дилан, подталкивая Альму к палатке. — Не буянь только. А то с тебя станется. — И вы там тоже не буяньте, — Оз хмыкнул, довольный своей шуткой. — А если будете, то меня третьим позовите. Друид пробурчал что-то невнятно-осуждающее и завёл Альму в свою палатку. — Посиди пока тут и отдохни, — попросил он. — Я минут через десять-двадцать к тебе вернусь, мазь нанесу и на сегодня больше мучиться не придётся. Эльфийка тяжело вздохнула и кивнула. — Я пока полежу. Я могу твоим одеялом накрыться? — Бери, конечно, — кивнул Дилан. — О, кстати. Оз захватил с собой книги, которые ты хотела увидеть. Ты... уверена, что это хорошая идея? Некромантия — это тебе не шутки, Альма. — Уверена, — ответила волшебница, и в её голосе начали звенеть привычные капризные нотки. Ну... Если Альма капризничает, то с ней все в порядке. Это Дилан уже понял. — Ну, смотри сама. Просто с зельем я тебе тоже... — Это другое, — резко оборвала его эльфийка. — И я не хочу об этом говорить. — Хорошо, — согласился Дилан. — Дело твоё. Отдыхай тогда, я скоро приду. Снаружи его уже ждал Оз с такой ехидной рожей, что хотелось сквозь землю провалиться, хотя абсолютно ничего такого и близко интимного не произошло, да и вообще произойти между ним и Альмой не могло. — Так значит, вы с ней типа пехаетесь, да? — поинтересовался абиссал. — Нет, — буркнул Дилан. — И вообще, какое тебе до этого дело? — Ну дак если ты её не пехаешь, то я ж могу! Ты видал, какая у неё жопа? Ух! Да я б за такую жопу... Если ж она непеханная, то я буду, щас только... — Нет! — воскликнул юноша и тут же добавил, неловко прочистив горло. — Тебя её мнение вообще что ли не интересует? Ты вряд ли ей понравишься. — О-о-о, да не, это ты ща мне фигню затираешь. Девки-то — они ж напористых любят. Ты пока отелишься, она сто раз себе нормального мужика найдёт. Оно знаешь как бывает? Ещё мой дед говорил: "сначала винишко, потом — хуишко". Ты ей сказал, что она ваще внатуре чёткая деваха, руку ей подал, и все, она ж уже хочет и думает, как бы на тебя усесться. — Спасибо, Оз, я как-нибудь обойдусь без твоих бесценных советов о том, как себя вести с женщинами, — угрюмо ответил Дилан. — И давай закроем тему. Меня это не очень интересует, вот честно. Я о другом думаю. — Пфффф! — Оз снова махнул рукой. — Да я тя умоля-я-яю, я ж вижу все, меня не надуришь. — Хреново видишь, — не выдержав, огрызнулся Дилан. — Отстань от меня с твоими сисько-жопными делами. Иди дупло поковыряй, я не знаю, че ты ко мне-то прицепился?! — Да все, все, че ты взбеленился-то? — хмыкнул абиссал. — Тоже мне ещё... — Оз, захлопнись, — снова огрызнулся друид. — Мясом займись. Мне надо мазь сварить, а не с тобой о херне трепаться. Рогатый качнулся на пятках, отвесил шутливый полупоклон и наконец отстал от Дилана, оставив его в покое и дав заняться приготовлением мази. А когда она была готова и друид оставил её остывать, Оз поднял неудобный вопрос, о котором думать вообще не хотелось. — А че, кстати. Вы-то в палатках, вам с твоей девкой пучком, а мне че, жопу морозить? — спросил абсолютно серьёзно абиссал, когда Дилан отставил котелок на землю. — Это не дело. Я вам нужон, а пока палатку мне не добудем — что же мне, на земле голой спать? Вы б хоть спальник дали. — Скажи спасибо, что ты не сидишь на муравейнике, — пробурчал друид себе под нос. Как бы ни было неприятно признавать это, но Оз, в общем-то, был прав. — Я поговорю с Альмой. Думаю, она согласится отдать тебе палатку и спальник. Только давай обойдёмся без твоих комментариев, ладно? Если ты, конечно, хочешь спать под тентом, а не морозить зад на твердой земле. Перемотав раны свои и Альмы, Дилан наконец сел у костра, устало потирая лицо. Рядом села и Альма, непривычно притихшая, но уже будто опрввившаяся от сегодняшнего шока. Пока оба они расковыривали птичью тушку, отделяя мясо от костей, Оз с громким "чпок" откупорил бутылку сивухи. — Ты ещё собрался это пить? — поморщила свой хорошенький носик Альма. — Это же невозможно пить. Оно воняет. — Так и я не розами пахну, подруга, — подмигнул Оз, крепко прилоэившись к бутылке. — Ты б тоже выпила. Да и на вкус нормальное оно. Обычное крепленое. Может и не ваши сюси-пуси с букетами, а пьется нормально. Да и срубит тебя что сон-трава. Дрыхнуть будешь внатуре хорошо. Поколебавшись, девушка последовала примеру плута И поморщилась, будто лимонного сока хлебнула. Потом закашлялась и хлебнула снова. — Фу! — воскликнула она, вздрогнув. — Ужасное пойло! — Но рабочее, — хмыкнул Оз. — Так что давай, не ломайся. Дилану перспектива ночевать в одной палатке с пьяной Альмой не очень-то и нравилась, но ты поди ей что-то запрети. В конце концов, не класть же её к Озу. — Не напивайся только, — обреченно попросил друид. — Плохая это идея — когда тебя ранили. — Я не буду напиваться, — фыркнула волшебница. — Чуточку всего. Альмино "чуточку" Дилан уже примерно понимал, поэтому морально готовился к тому, что эльфийка напьётся вдрабадан.