Глава 13

      Небольшая рабочая поездка во Францию позволила хоть немного развеяться девушке, если, конечно, не брать в расчёт нападение в Париже и странные письма. Всё остальное более чем устраивало её. Однако сейчас, сидя в своём кабинете и заполняя отчёт о том, как прошли переговоры во Франции, Гермиона уже не была так сильно рада. Бумаги стопками лежали перед ней, каждую нужно было проверить, подписать, заверить печатью и отправить в разные отделы. Голова шла кругом от цифр, дат и формулировок.       Радовало лишь то, что Дафна никогда не была против ей помочь, а тем более когда она увидела небольшой подарок от Гермионы, она просто не имела права отказать подруге в помощи с бумагами.       — Наконец-то это всё закончилось, — устало произнесла Дафна, откидываясь на спинку кресла и немного потягиваясь. Хрустнули позвонки, и она довольно прикрыла глаза. — Неужели мы можем немного расслабиться.       Гермиона же не выглядела такой довольной, как она. Амулет под рубашкой всё ещё напоминал о том, что ей угрожает опасность, и она не знала, в какой момент ожидать следующего нападения или ещё чего-нибудь похуже. Каждый шорох в коридоре заставлял её настораживаться, каждое неожиданное появление коллеги — вздрагивать. Она чувствовала себя загнанным зверем, который не знает, откуда придёт удар.       — Знаешь, — начала Гермиона, отрываясь от очередного документа и потирая переносицу, — я так надеялась, что хотя бы во Франции смогу немного отдохнуть и забыть о происходящем. Но видимо, мне вообще нельзя расслабляться.       Подписав последний документ, она сложила его в стопку к остальным и устало прикрыла глаза. Веки были тяжёлыми, словно к ним привязали свинцовые гири.       Заметив это, Гринграсс посмотрела на девушку с явной тревогой. Она нахмурилась, прикусила губу, но даже не знала, как правильно поддержать подругу. Слова всегда были лёгкими, когда ничего не болит. А когда видишь, как кто-то медленно разрушается у тебя на глазах,  язык прилипает к нёбу.       — Мне кажется, тебе просто необходим нормальный отпуск, — сказала Дафна после долгой паузы. Она посмотрела на Гермиону, и на её лице тут же расцвела ободряющая улыбка. — Серьёзно, Грейнджер. Когда ты последний раз нормально отдыхала где-нибудь? Не просто выходной дома или поездка по работе. А настоящий отпуск с морем, солнцем, коктейлями и отсутствием каких-либо обязательств?       Гермиона задумалась. Действительно, последний раз она была где-нибудь вдали от дома и просто отдыхала несколько лет назад с Гарри и Джинни, когда они буквально силой заставили её поехать с ними в Италию.       Та поездка была прекрасной: тёплое море, узкие улочки Венеции, запах пиццы и эспрессо, смех Гарри, который пытался говорить по-итальянски и путал все слова. Младшая Уизли всегда беспокоилась о Гермионе и старалась помогать как могла. Даже было несколько раз такое, что они с Гарри ссорились из-за того, что он забывал о своей подруге, погружаясь в работу аврора. Грейнджер была безумно благодарна Джинни за такую поддержку — она была той самой сестрой, которой у неё никогда не было.       — Я даже не знаю, — начала Гермиона, но Дафна тут же перебила её, не давая закончить мысль.       — Иди к Кингсли и попроси у него в ближайшее время отпуск. Хотя бы на неделю. — Гринграсс подалась вперёд, сверкая глазами. — Можешь поехать куда угодно. Хочешь, я с тобой поеду? Куда-нибудь в горы, подышать свежим воздухом. Или наоборот, туда, где тепло.       Дафна была так одушевлена своим предложением, что даже не заметила скептического выражения на лице подруги. Она размахивала руками, улыбалась, и Гермиона не могла не заметить, как искренне Дафна хочет помочь.       На мгновение в кабинете повисло молчание. Гермионе и правда не помешало бы развеяться, но она не хотела бросать работу в такое время. Работа помогала ей держаться. Это был её якорь, её привычный мир, где всё понятно и предсказуемо. А без работы оставалась только пустота  и мысли о том, кто же охотится на неё.       Дафна, не выдержав, подошла к столу и села на его край, взяв руки Гермионы в свои.       — Ну же, — сказала она мягко, глядя подруге прямо в глаза. — Тебе ведь и правда это надо. Ты не можешь так дальше жить. Ты сгоришь, Грейнджер. Я не хочу тебя потерять.       Гермиона почувствовала, как внутри что-то дрогнуло. Она вздохнула и ещё несколько секунд переваривала эту мысль у себя в голове. Выходной, море, никакой работы, никаких угроз. Только она и тишина.       Потом, наконец, она кивнула, соглашаясь.       Дафна буквально подскочила со стола от радости и, сама того не заметив, случайно задела локтем стопку бумаг. Листы разлетелись по полу, как белые птицы, и девушки поспешили их собирать.       Гермиона нагнулась, поднимая один за другим. Она собирала их быстро, машинально, думая о чём-то своём. И в этот момент амулет, который она носила под рубашкой, выскользнул из-за ворота и повис на цепочке, сверкнув фиолетовым камнем в тусклом свете кабинета.       Гринграсс не могла не обратить на это внимание. Её взгляд упал на подвеску и замер.       — Какая прелесть, — произнесла она, протягивая руку и слегка прикасаясь пальцем к камню. — Я раньше не видела у тебя ничего подобного. Очень красиво. И необычно. — Она перевела взгляд на подругу, приподняв бровь. — Откуда это у тебя?       Несколько секунд Гермиона просто не знала, что ответить. Стоит ли говорить правду или лучше соврать? Она безусловно доверяла подруге, но в то же время она не хотела, чтобы все подряд знали о том, какими свойствами обладает такой простой на первый взгляд амулет. Ведь это была её страховка, её единственная гарантия безопасности в этом безумном мире, где за каждым углом её могла поджидать смерть.       — Купила в одной из лавок Парижа, — всё же соврала она, пряча амулет обратно под рубашку. — Подумала, что мне пойдёт. И не ошиблась, правда?       Дафна слегка кивнула, и в её взгляде промелькнуло что-то непонятное. Она явно видела, что Гермиона что-то не договаривает. Но настаивать не стала. Гермиона естественно уловила этот взгляд, но ничего говорить не стала. Быстро убрав всё с пола, девушки поднялись и снова сели по своим местам.       Молчание продлилось недолго. Гермиона ещё несколько раз пересчитала каждый листок, проверила, все ли подписи на месте, не пропустила ли она какой-нибудь важный пункт. Наконец, собрав всё в одну аккуратную стопку, она поднялась из-за стола.       — Пойду отнесу это всё и, возможно, узнаю насчёт отпуска, — сказала она, поправляя воротник и одёргивая юбку.       — Да-да, конечно, — ответила Дафна. Её голос звучал ровно, но в нём чувствовалась какая-то задумчивость. — Иди.       Гермиона вышла из кабинета, и когда дверь закрылась за ней, она на мгновение задержала дыхание, прислушиваясь к себе. Что-то было не так. Дафна явно что-то заметила, но не сказала. А может, ей просто показалось, и она накручивает себя?       Она тряхнула головой, отгоняя лишние мысли, и направилась к лифту. Внутри было людно и ей пришлось потесниться, чтобы не задеть случайного коллегу. Лифт медленно поднимался наверх, и Гермиона смотрела на горящие цифры этажей, считая про себя.       Выйдя на нужном этаже, она оказалась перед массивной дубовой дверью кабинета министра магии. Гермиона сделала глубокий вдох, выдохнула, постучала и вошла внутрь.       — Добрый день, — бегло произнесла Гермиона, чувствуя, как внутри всё сжимается от волнения. — Я принесла всю информацию о том, как прошли переговоры во Франции, и…       — Спасибо, мисс Грейнджер, — Кингсли поднял на неё взгляд и кивнул. — Вы можете быть свободны.       Гермиона замерла. Она нервно прикусила губу, чувствуя, как внутри поднимается волна решимости.       — Что-то ещё, мисс Грейнджер? — спросил министр, заметив, что она не уходит.       — Я бы хотела взять отпуск, — выпалила она на одном дыхании. — Хотя бы на неделю. Я несколько лет работала без нормального отдыха, и сейчас… мне бы очень хотелось воспользоваться такой возможностью.       Кингсли поднял удивлённый взгляд на девушку, чуть приподняв бровь.       — Мисс Грейнджер, — произнёс он с лёгкой улыбкой, — вы могли просто сказать об этом в отделе кадров. Вам не нужно было лично ко мне приходить. Подойдите к ним и сообщите, до какого числа вас не будет. Я подпишу распоряжение.       Гермиона была в шоке. Никаких вопросов, ни претензий, ни нравоучений о том, что её некому заменить. Её просто взяли и отпустили. Конечно, она очень много работала и делала для Министерства больше, чем кто-либо из её коллег, но она всё равно была удивлена, что всё решилось так легко.       Быстро закивав, она искренне поблагодарила Кингсли и покинула его кабинет. Когда дверь за ней закрылась, она позволила себе улыбнуться.       Гермиона всё-таки решила взять отпуск на одну неделю, чтобы не слишком сильно привыкать к этой свободе. Работа всё равно стояла у неё на первом месте.       Направляясь обратно в свой кабинет, она казалась слишком счастливой, чтобы замечать что-либо вокруг. На губах играла лёгкая улыбка, в голове крутились планы: может быть, поехать к морю? Или остаться в Лондоне и просто высыпаться? Впервые за долгое время она чувствовала лёгкость, как будто с плеч свалился тяжёлый груз, который она носила годами.       Выходя из лифта на своём этаже, она случайно столкнулась с кем-то и этот толчок вернул её в реальность. Бумаги, которые она держала в руках, чуть не вылетели, и она едва удержала их, прижав к груди.       — Прошу прощения, — быстро сказала Гермиона, не поднимая головы и пытаясь поправить рассыпавшиеся листы. — Я не заметила…       — Грейнджер, когда ты научишься смотреть по сторонам?       Глаза Гермионы расширились от того, что она услышала знакомый голос. Она медленно, почти не веря своим ушам, подняла взгляд вверх.       Малфой.       Он стоял перед ней, как ни в чём не бывало. Платиновые волосы блестели в свете магических светильников, а серые глаза смотрели на неё с тем самым выражением, от которого у неё внутри всё переворачивалось.       — Что ты тут забыл? — затараторила Гермиона, оглядываясь по сторонам. Мимо проходили коллеги, кто-то с любопытством косился на них, но она старалась не обращать внимания. — Ты не можешь просто так ходить по Министерству!       Драко ничего не ответил сначала, только чуть заметно улыбнулся, как будто её возмущение было ему приятно. Затем он аккуратно, с почти театральной медлительностью, достал из внутреннего кармана пиджака ту самую палочку, которую они отобрали у нападавшего в Париже.       — Я хочу попробовать всё-таки узнать, кому она принадлежит, — сказал он, вертя палочку в пальцах. — Может, ваше великое Министерство мне поможет, а, Грейнджер? Или вы тут только чай пьёте?       Гермиона не знала, что ответить. Она несколько раз моргнула, тряхнула головой, пытаясь привести мысли в порядок. Его появление в Министерстве, его спокойная уверенность, эта палочка в его руках — всё это выбивало её из колеи.       Поняв, что молчание затянулось, и щёки начинают предательски гореть, она взяла себя в руки и прервала эту неловкость первой.       — Если что-то узнаешь, сообщи, — сказала она как можно более деловым тоном, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Можешь вечером к нам зайти. Я сейчас с Дафной живу.       — Я знаю, Грейнджер, — ответил он тихо.       Ну конечно он всё знает. Как такое может от него ускользнуть? Это ведь Малфой, он обязан знать всё. Он всегда был таким всёвидящим, всезнающим, вездесущим. И это одновременно бесило и… притягивало.       Развернувшись на каблуках, девушка пошла прочь, чувствуя на себе его взгляд.

***

      Вернувшись домой, Гермиона застала подругу на кухне. Гринграсс что-то готовила, и по комнате разносился аромат чеснока, розмарина и томатного соуса. На плите шипела сковорода, рядом в миске лежали нарезанные овощи, а из духовки доносился запах запечённого мяса. Дафна стояла спиной, что-то напевая себе под нос, и даже не обернулась, когда Гермиона вошла.       Решив не отвлекать её, Гермиона бесшумно поднялась в свою комнату, переоделась в домашнюю одежду и спустилась обратно вниз.       На этот раз Гринграсс уже стояла в пол-оборота и заметила подругу. Она улыбнулась, вытирая руки о полотенце.       — Ужин скоро будет готов, — сказала она, вновь разворачиваясь к плите. — Драко прислал сову и написал, что зайдёт к нам на ужин. По идее, он будет через несколько минут.       Гермиона была удивлена. Она подняла брови, приоткрыла рот, но ничего не сказала. Неужели ему действительно удалось что-то узнать о том, кому принадлежит эта палочка? Или он просто хотел увидеть её? Она тут же отогнала эту мысль, как опасную и слишком смелую.       Она ничего не сказала, лишь кивнула Дафне. Затем, чувствуя, что в доме становится душно, направилась к крыльцу и решила покурить, пока есть время. Накинув пальто, девушка вышла на улицу.       Она облокотилась на перила, закурила и позволила себе прикрыть глаза, наслаждаясь этим умиротворением. Родной запах никотина успокаивал, дым мягко стелился в воздухе, растворяясь в сумерках. Вокруг было тихо, только где-то вдалеке лаяла собака, и слышался приглушённый шум машин. Впервые за долгое время она чувствовала себя почти спокойной.       Внезапный звук аппарации вырвал её из собственных мыслей, от чего Гермиона резко вздрогнула и чуть не выронила сигарету.       Малфой появился рядом с ней, как из ниоткуда, и слегка поморщился от дыма, который ударил ему в нос. Он стоял в двух шагах, засунув руки в карманы пальто, и смотрел на неё с лёгкой укоризной.       — Опять травишь себя, Грейнджер, — сказал он. В его голосе не было злости, скорее лёгкое раздражение.       Гермиона не спешила ему ничего отвечать. Она сделала ещё одну затяжку, глядя ему прямо в глаза, и медленно, нарочито медленно выдохнула дым прямо ему в лицо.       Он резко закашлял, попытался отмахнуться от дыма и, недолго думая, слишком резко достал палочку. Гермиона даже не успела среагировать. Он взмахнул ею, и сигарета в её руке сгорела за мгновение, рассыпавшись на миллионы маленьких пепельных частиц, которые тут же развеялись по ветру, оставляя только лёгкий запах гари.       Теперь уже улыбался Драко.       — Это была последняя штука, Малфой, — прошипела Гермиона, чувствуя, как внутри закипает ярость. Казалось, она и правда готова была убить его за такую мелочь. — Я тебя прикончу когда-нибудь. Честное слово, прикончу. Я купила их в Париже, они были дорогие, и ты…       — Если твои лёгкие не откажут тебе раньше, — перебил он с лёгкой усмешкой. — Идём, Грейнджер.       Он тихо хмыкнул, развернулся и, не дожидаясь её ответа, зашёл внутрь дома, оставляя её стоять на крыльце с пустыми руками, со сбитым дыханием и с пульсирующей в висках злостью.       Гермиона глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. Прохладный воздух обжёг лёгкие, но не помог. Через несколько секунд она последовала за ним.       Внутри было тепло и уютно. Дафна накрывала на стол и, увидев их, улыбнулась.       — Садитесь, — сказала она, указывая на стулья. — Ужин готов.        Заметив Живоглота, который спал на диване, свернувшись калачиком и тихо посапывая во сне, Гермиона сначала насыпала ему еды в миску и только потом сама села за стол. Аппетита не было, но она знала, что нужно есть, чтобы сохранять силы.       Девушке было интересно, удалось ли Малфою хоть что-то узнать, и словно прочитав её мысли, он внезапно заговорил. Его голос был ровным, деловым, но в нём чувствовалась та самая малфоевская уверенность, которая одновременно раздражала и успокаивала.       — В Министерстве подтвердили всё то, о чём я говорил до этого, — начал он, отодвигая тарелку в сторону и складывая руки на столе. — Палочка не зарегистрирована. Неизвестно ни чья она, ни где её взяли. Пытались отследить по магическому следу — ничего.       В комнате повисла тишина. Новости были неутешительными. Они всё ещё стояли на одном и том же месте, топтались в тупике, который, казалось, не имел выхода. Гермиона сжала вилку в руке, чувствуя, как разочарование оседает на языке горьким привкусом.       — Однако, — вновь подал голос Драко, и его серые глаза сверкнули в свете лампы, — удалось узнать, что этой палочкой стали пользоваться совсем недавно. Очень мало заклинаний, почти нет магического осадка. Можно сделать вывод, что её приобрели специально ради тебя, Грейнджер. Это не старая вещь из чьей-то коллекции. Это оружие, купленное под конкретную цель.       Она хотела спросить, что это значит, но не успела.       Внезапный шум донесся со второго этажа. Глухой удар, словно что-то тяжёлое упало на пол, а затем звук рассыпающихся мелочей. Все трое повернули головы в сторону лестницы. Дафна спокойно поднялась из-за стола, промокнула губы салфеткой и направилась к лестнице.       — Я сейчас, — сказала она через плечо. — Похоже, что-то упало в моей комнате. Не отвлекайтесь, я быстро.       Она поднялась наверх, и через мгновение её шаги затихли за дверью.       Они остались вдвоём.       Гермиона старалась не обращать на это внимания, хотя её сердце колотилось гораздо быстрее, чем обычно, и каждый удар отдавался где-то в горле. В голове проносилось слишком много мыслей, от которых кончики ушей начинали предательски краснеть. Она уставилась в тарелку, делая вид, что изучает кусок мяса с особенной тщательностью.       Почему-то каждый раз, когда они оставались наедине, у неё возникали самые неприличные и странные мысли, которые она никогда бы не озвучила. Сейчас вообще было не время думать о чём-то, кроме расследования, но она не могла себя остановить. Мысли текли сами по себе, как вода сквозь пальцы.       А если бы мы никогда не были врагами? А что, если он на самом деле не такой плохой, каким хочет казаться? А если бы мы могли сблизиться… или даже…       Она внезапно услышала тихий смешок и подняла взгляд от тарелки на Малфоя, не понимая, что её так насмешило.       — Что? — почти возмущённо произнесла она, чувствуя, как щёки начинают гореть. — Что смешного?       Драко не спешил отвечать. Он сидел, откинувшись на спинку стула, и смотрел на неё пристальным, изучающим взглядом. Его серые глаза медленно скользили по её лицу, задерживаясь на горящих щеках, на нервно сжатых губах, на расширенных зрачках, которые она не могла скрыть.       — А я думал, ты меня ненавидишь, Грейнджер, — сказал он наконец, и на его губах появилась почти дьявольская улыбка, от которой у неё внутри всё переворачивалось. — А как оказалось, у тебя так много мыслей обо мне. И таких… интересных. Я приятно впечатлён, правда. Ты умеешь удивлять.       Глаза девушки расширились. Она почувствовала, как кровь отливает от лица, а затем снова приливает к щекам с удвоенной силой.       Он вновь залез к ней в голову.       Но как? Она даже ничего не почувствовала. Ни боли, ни дискомфорта, ни малейшего намёка на вторжение. Обычно она чувствовала легилименцию, но сейчас… ничего. Этого не может быть.       — Да как ты… — начала Гермиона, но слова застряли в горле. Она не могла выдавить из себя ни звука, только смотреть на него, чувствуя, как сердце колотится где-то в ушах.       — А вдруг… — протянул он, наклоняясь вперёд. — А если… — он сделал паузу, и его голос стал тише, почти шёпотом. — Ты не перестаёшь меня удивлять, Грейнджер. — Он слегка подался вперёд, и хотя их разделял стол, Гермиона могла поклясться, что почти чувствует его дыхание на своей коже. — А вот что, если бы я тебя поцеловал? Ты ведь думала об этом, да? Прямо сейчас.       Она хотела накричать на него за такую наглость, сказать что-то резкое, осадить, поставить на место. Набрала воздух в лёгкие, уже готовая выплеснуть всё возмущение, которое накопилось за эти дни…       Но в этот момент на лестнице послышались шаги. Дафна спускалась обратно.       Гермиона тут же опустила взгляд, уткнулась в тарелку и сделала вид, что изучает остатки ужина с невероятным интересом. Она надеялась, что её щёки уже перестали гореть, но сомневалась в этом.       — Просто сумка упала со стола, — сказала Дафна, входя в комнату и поправляя рукав свитера. — Все вещи по комнате разлетелись. Извините, что оставила вас одних. Вы не скучали?       — Нет, — слишком быстро ответила Гермиона. — Всё нормально.       Драко ничего не сказал, только уголок его губ дрогнул в едва заметной усмешке. Он откинулся на спинку стула и взял свой бокал, делая неторопливый глоток вина. Глаза его всё ещё были устремлены на Гермиону, но она делала вид, что не замечает.       Остаток вечера Гермиона почти молчала. Она кивала, когда Дафна что-то рассказывала, иногда отвечала односложно, когда обращались к ней, но её мысли были заняты абсолютно другим.       Она слышала его голос снова и снова. И самое страшное — она действительно думала об этом. Прямо сейчас. Не могла перестать думать.       Когда ужин закончился и Драко наконец ушёл, попрощавшись с ними обоими и коротко, но многозначительно задержав взгляд на Гермионе, она поднялась в свою комнату. Долго стояла у окна, глядя в ночную темноту, сжимая в руке фиолетовый амулет, который всё ещё грел кожу.       Она легла в кровать, но сон не шёл. Гермиона перевернулась на другой бок и прижала подушку к лицу.       Она просто боялась того, что чувствовала к Малфою.