Привычка

Во вторник Менди проснулась раньше будильника. Что уже было плохим знаком. Она лежала под одеялом, щурясь на серый свет за окном, и пыталась понять, почему вообще открыла глаза в такую рань. Потом вспомнила. Сегодня контрольная по алгебре. — Супер… Она перевернулась на спину и потянулась за телефоном. 07:02. И, конечно же, уведомление сверху. Честер: «если ты не встанешь сейчас, опять опоздаешь» Менди уставилась в экран. Потом резко села. — Да какого… Она даже не спрашивала, откуда он знает её режим. И это уже начинало пугать. Менди: «ты больной» Ответ пришёл почти сразу. Честер: «доброе утро тоже подойдет» Она фыркнула и всё-таки вылезла из кровати. В школе было сонно и шумно одновременно. Кто-то повторял формулы перед кабинетом. Фэнг драматично страдал возле окна. — Всё, — сказал он. — Если я завалю алгебру, я уйду в монастырь. — Тебя оттуда выгонят через день, — ответил Эдгар. — За что?! — За разговоры. Колетт уже смеялась. Менди подошла к шкафчикам и начала доставать тетрадь. — О, живая, — послышалось рядом. Честер стоял с кофе и выглядел слишком бодрым для восьми утра. — Ненавижу тебя, — сказала Менди. — Это вместо “привет”? — Это из-за контрольной. — А-а. Он сделал глоток кофе и вдруг протянул ей маленький шоколадный батончик. Менди моргнула. — Это ещё что? — Подкуп. — Зачем? — Чтобы ты не убила меня сегодня. Она пару секунд смотрела на него. Потом всё-таки забрала батончик. — Ты странный. — Но ты взяла. — Потому что хочу есть. — Конечно. Этот его тон снова заставил её закатить глаза. Но улыбка всё равно мелькнула. И Честер это заметил сразу. Конечно заметил. Контрольную пережили чудом. Фэнг после урока лежал лицом на парте. — Я видел смерть. — Это была алгебра, — сказала Джанет. — ОНА ХУЖЕ. Честер сидел рядом и спокойно что-то рисовал в тетради. Менди заглянула через плечо. — Это что? — Каракули. — Почему они выглядят лучше моих полноценных рисунков? — Талант. Он быстро закрыл тетрадь раньше, чем она успела рассмотреть нормально. Слишком быстро. Менди нахмурилась. — Ты чего? — Ничего. — Там что, компромат? — Возможно. — Дай посмотреть. — Нет. Она потянулась к тетради. Честер сразу поднял её выше. — Да ну тебя. — А ты маленькая. — Я сейчас тебя ударю. — Насилие — не выход. — Для тебя может стать. Фэнг поднял голову с парты. — Вы как старая семейная пара, честное слово. — Заткнись, — одновременно ответили они. На секунду повисла тишина. Потом Джанет заржала первой. — Нет, это уже реально страшно. Менди закрыла лицо руками. — Господи… А Честер рядом только довольно усмехнулся. Как будто специально наслаждался этим. После уроков они опять пошли вместе. Уже даже без обсуждений. Просто как-то само получилось. И именно это Менди напрягало сильнее всего. Слишком быстро всё стало привычным. Они зашли в маленький магазин возле школы — Честер за энергетиком, Менди за водой. Внутри было почти пусто. Только женщина на кассе и какой-то мужик в тёмной куртке возле холодильников. Менди стояла у полки, когда вдруг услышала за спиной голос Честера: — Пойдём. Она обернулась. И сразу поняла: что-то опять не так. Не из-за слов. Из-за тона. Спокойного. Слишком спокойного. — Что? — Потом. Он взял её за локоть и повёл к выходу. Не резко. Но уверенно. Менди нахмурилась. — Да что случилось-то? — Ничего. — Ты сейчас literally тащишь меня из магазина. Честер коротко посмотрел в сторону того мужика у холодильников. И только тогда Менди заметила: тот смотрит прямо на них. Точнее — на Честера. Очень внимательно. И Честеру это явно не нравилось. Они вышли на улицу. Дверь магазина закрылась за спиной. Менди сразу повернулась к нему. — Объясни нормально. Честер молчал пару секунд. Потом провёл рукой по лицу. Усталый жест. Раздражённый. — Просто не люблю некоторых людей. — Он твой знакомый? — Нет. Слишком быстро ответил. Менди прищурилась. — Врёшь. — Немного. — Честер. Он посмотрел на неё. И впервые за долгое время выглядел реально напряжённым. Не загадочным. Не “опасным”. Просто человеком, которому сейчас очень некомфортно. — Давай сегодня без вопросов, ладно? И почему-то именно после этой фразы Менди окончательно поняла: что бы он ни скрывал — это не какая-то глупая школьная драма.