Гнев Сарасвати

Комната Сарасвати превратилась в её тюрьму. Тяжелые дубовые двери были заперты снаружи по приказу Видии Басу. Мать, чья жизнь угасала, словно огонь под ливнем, решила использовать свой последний вздох, чтобы приручить младшую дочь. — Скот... я для них просто разменная монета! — Сарасвати с яростью швырнула серебряное зеркало в стену. Оно не разбилось, лишь жалобно загудело, отскочив на ковер. Она знала. С десяти лет она чувствовала этот липкий взгляд судьбы. Эрит Тхакур. Лучший друг Рама Дубея, «золотой мальчик» Дюжины, красавец, чье имя шепотом произносили все девушки Калькутты. Для Сарасвати он был воплощением всего, что она ненавидела: предопределенности. Она не была Радхой, на ней не лежал груз наследницы рода Басу, она должна была быть свободной! Но нет — её «подарили» Тхакуру, чтобы укрепить связи между семьями. Сарасвати годами избегала его на приемах, игнорировала его ироничные улыбки и слухи о его приключениях с храмовыми жрицами. «Пусть развлекается, — думала она с презрением, — пусть захлебнется своей свободой, пока я ищу свою». Но свадьба Девии Шармы всё изменила. Радж Дубей и Видия решили, что время игр закончилось. В день свадьбы её вывели из комнаты под конвоем служанок. Красное свадебное сари весило тонну, золотые украшения тянули голову вниз, словно кандалы. Её лицо было скрыто вуалью, но глаза под ней горели такой ненавистью ко всему миру, что даже опытные брахманы отводили взгляд. «Я не покорюсь, — пульсировало в её висках под ритм свадебных барабанов. — Ты получишь мое имя, Эрит Тхакур, ты получишь мое тело у огня, но ты никогда не получишь Сарасвати Басу».