Часть 8

Когда я наконец переступил порог школы и вышел на крыльцо, мне показалось, что я заново родился. Три с половиной часа наедине с законами сохранения, цепями переменного тока и квантовой физикой превратили мой мозг в плавленый сырок. В глазах до сих пор стояли ровные клеточки бланков ответов. Я жадно глотнул свежего воздуха и сразу завернул за угол, к невысокому парапету, где мы договаривались встретиться. Саня уже был там. Он сидел на бетонном бортике в тени каштана, вытянув ноги, и с максимально блаженным видом точил шоколадку "Алёнка" - судя по всему, ту самую, которую проносил на экзамен в качестве пайка, но так и не открыл в аудитории. - О, физик-ядерщик выполз! - прожевав, крикнул Саня и помахал мне зажатой в руке плиткой. - Ну что, живой? - Едва. - я устало опустился рядом с ним на парапет и потер виски. - Дай шоколада, а то у меня глюкоза в организме на нуле. Саня без вопросов отломил мне добрую треть плитки. - Держи. Ну как тебе двадцатая задача? С этим гребаным клином и бруском? Я там такую дичь в формулах написал. - Ой, не говори. - я с наслаждением закинул шоколад в рот. - Я три раза пересчитывал силу трения, у меня каждый раз разные ответы получались. В итоге плюнул и оставил среднее арифметическое. А в двадцать шестой у тебя что? Там, где фотоэффект? - Да вроде нормально, формулу Эйнштейна применил, работу выхода нашел... Слушай, ну в целом жить можно. Русский - 84, физику, думаю, баллов на 70+ точно накатал. В армию не заберут, ура! - Саня весело сощурился на солнце, а потом посмотрел на меня. - А ты чего такой кислый? Написал же нормально? - Да нормально вроде. - я вздохнул и непроизвольно перевел взгляд на массивные деревянные двери школы. - За себя я вообще не парюсь. Напишу как напишу. - А-а-а... - протянул Саня с понимающей ухмылкой. - Всё ясно. Режим "тревожный парень" активирован. Варя ещё не выходила? - Нет. - я покачал головой, не отрывая глаз от дверей, из которых изредка выбегали вопящие от радости выпускники. - Уже три с половиной часа прошло. Осталось всего тридцать минут до конца. - Ну и чего ты дергаешься? - Саня пихнул меня плечом. - Нашёл из-за кого переживать. Твоя Варя - это же ходячая энциклопедия. Она физику знает лучше, чем Михална, которая у нас её преподает. - Да знаю я, что она знает. - я беспокойно забарабанил пальцами по колену. - Просто она перфекционистка. Она сейчас сидит там, решает какую-нибудь сложную задачу из второй части, у неё что-нибудь не сходится, и она начинает паниковать. Вдруг плачет? Вдруг у неё ступор? А меня рядом нет. Саня внимательно посмотрел на меня, потом на остатки шоколадки, вздохнул и доел последний кусочек. - Да всё нормально. - серьезно сказал он. - Ты сейчас сам себя накрутишь, а потом она выйдет - и ты на неё эту панику вывалишь. Да, она расстраивается из-за мелочей, потому что хочет быть лучшей. Но на самом экзамене она собранная как швейцарские часы. Она сейчас наверняка сидит, тридцатый раз перепроверяет каждую циферку и запятую в бланке, чтобы получить свои законные сто баллов. Вот увидишь. Я посмотрел на Саню. В его словах была логика, и это меня немного успокоило. Я откинулся назад, упершись ладонями в бетон. - Наверное, ты прав. - тихо сказал я, улыбнувшись. - Просто... блин, Саш. Реально за неё переживаю больше, чем за себя. Хочется, чтобы у неё всё идеально было. - Любовь - зла, полюбишь и отличницу. - философски подытожил Саня, похлопав меня по плечу. Я негромко рассмеялся, и мы продолжили всматриваться в двери школы, ожидая, когда на крыльце покажется знакомая фигура в легком летнем сарафане. И вот, наконец, они открылись. У меня внутри всё мгновенно сжалось. На крыльцо вышла Варя. Но она не улыбалась. Её плечи дрожали, она закрывала лицо ладонями, и даже издалека было видно, что она плачет - по-настоящему, навзрыд. Я уже дернулся было вперед, но тут же замер на месте, чувствуя, как внутри закипает глухая, тяжелая злость. Рядом с ней шел Коля. Наш одноклассник, который с самого её прихода пускал по Варе слюни и караулил её у кабинетов, о чем знали абсолютно все. И сейчас этот придурок воспользовался моментом: он практически полностью прижимал её к себе, придерживая за плечи, и что-то заботливо шептал ей на ухо, поглаживая по спине. - Опа... - тихо протянул Саня, мгновенно перестав жевать. - Влад, глянь. Я ничего не ответил. Бумажка с формулами, которую я всё еще держал в руке, превратилась в жалкий комок. В два широких шага я преодолел расстояние до крыльца, Саня молча пошел следом, прикрывая тылы. - Варя! - громко позвал я. Она подняла голову. Глаза красные, лицо заплаканное, губы дрожат. Заметив меня, она сделала движение в мою сторону, но Коля почему-то не спешил убирать свою руку с её плеча. Я подошел вплотную, решительно, но аккуратно взял Варю за руку и притянул к себе, убирая её из-под колинского крыла. Моё плечо жестко задело Колю, заставив его сделать шаг назад. - Спасибо, Коль. Дальше я сам. - процедил я, глядя ему прямо в глаза. Голос прозвучал тише и холоднее, чем я планировал, но скрывать раздражение я не собирался. Коля насупился, засунул руки в карманы брюк и попытался изобразить искреннее благородство: - Да ладно, Влад, чего ты сразу... Она просто в аудитории бланки сдала и прямо там разрыдалась. Руки тряслись, она даже паспорт со стола поднять не могла. Я просто помог дойти, успокаивал... - Я услышал. Свободен. - повторил я, отрезая ему любой путь к продолжению разговора. Саня сделал полшага вперед, встав между мной и Колей, и заговорщически улыбнулся нашему однокласснику: - Да, Колян, миссия выполнена, медаль за спасение вышлем почтой. Пока. Коля недовольно глянул на Саню, потом на Варю, которая уже уткнулась мне в грудь, и, что-то буркнув под нос, поплелся к воротам. Я обнял Варю обеими руками. Её действительно трясло, пальцы, которыми она вцепилась в мою футболку, были ледяными. - Тише, маленькая моя, ну ты чего? - я гладил её по волосам, целуя в висок. - Что случилось? Из-за чего ты так? - Влад... - всхлипнула она, и её голос сорвался. - Я... я дура. Я не успела переписать тридцатую задачу. Всё решила на черновике, начала оформлять... а организатор говорит: "Осталось пять минут". И у меня всё из головы вылетело. Руки затряслись, я половину обоснования не дописала! Там... там максимум три балла из четырех будет. Или вообще один! - Так, стоп. - я отстранил её на расстояние вытянутых рук и заглянул в заплаканное лицо. - То есть всю остальную вторую часть ты написала? И первую тоже? - Ну да... - Варя шмыгнула носом, вытирая слезы тыльной стороной ладони. - Но тридцатая... - Варь, ты слышишь себя вообще? - Саня, который стоял рядом, с облегчением выдохнул. - Из-за одного балла во второй части так плакать? Ты серьезно? Да я в тридцатой задаче вообще формулу из головы выдумал, и то стою тут шоколад жру! - Саш, ну тебе де плевать, а мне нет... - жалобно протянула она. - Да похрен на тридцатую. - я аккуратно стер слезинку с её щеки и улыбнулся. - Ты сделала всё, что могла. Ты у меня самая умная, слышишь? Физика сдана. Всё, ад закончился. Больше никаких тестов, никаких бланков. Мы свободны. Варя посмотрела на меня, её дыхание постепенно выравнивалось. Она крепче сжала мою ладонь. - Ты поступишь в любой ВУЗ на бюджет с такими высокими баллами. Она наконец слабо улыбнулась, спрятав лицо у меня на плече. Я перевел взгляд на Саню - тот одобрительно кивнул и показал большой палец. Коля к этому моменту уже окончательно скрылся за воротами школы. Ну и скатертью дорога.

***

Мы с Саней и Варей сидели в пиццерии, празднуя окончание экзаменов. Я думал, что после триумфального завершения физики и разборки с Колей моя нервная система наконец-то может отдохнуть. Как же я ошибался. Моя отличница, кажется, решила устроить мне персональный экзамен на выносливость, к которому меня жизнь точно не готовила. Варя вдруг замолчала, перестала перебирать салфетки и повернулась ко мне. Она придвинулась так близко, что я почувствовал тепло её тела. Её губы оказались прямо у моего уха, едва касаясь мочки, а дыхание мгновенно опалило шею. - У тебя родители сегодня дома?.. - тихо, почти невесомым шёпотом спросила она. У меня в горле моментально пересохло. Мозг, который ещё пять минут назад пытался анализировать формулу фотоэффекта, окончательно и бесповоротно отключился. Я замер, не в силах даже сглотнуть. Но это было только начало. Под стеклянным, абсолютно прозрачным столом ладонь Вари медленно скользнула от колена выше по бедру. Мои джинсы натянулись, когда её пальцы уверенно добрались до пояса, зацепились за кожаный ремень брюк и плавно, но ощутимо потянули меня на себя, сокращая и без того крошечное расстояние между нами. Я шумно выдохнул через нос, борясь с диким желанием прямо сейчас схватить её в охапку и унести отсюда. - На... даче они. - выдавил я сиплым голосом, пытаясь сохранить хотя бы остатки самообладания. - До завтра. В этот момент со стороны Сани послышался глухой стук. Наш верный друг медленно, с максимально трагичным выражением лица положил недоеденный кусок пиццы обратно на тарелку. Его взгляд был прикован к пространству под столом. Саня медленно поднял глаза, посмотрел сначала на Варю, потом на меня, у которого лицо, уверен, уже горело пунцовым цветом. - Так. - ровным, безэмоциональным голосом произнес Саня, складывая руки на столе. - Ребята. Я, конечно, всё понимаю. Гормоны, свобода, лето. Но вы забыли, что этот стол, мать его, стеклянный? Варя, ты буквально держишь его за ремень. Вы издеваетесь надо мной? Варя даже глазом не моргнула. Она медленно отстранилась от моего уха, на секунду задержав пальцы на моем ремне, а затем плавно убрала руку и сложила ладони на коленях. На её лице сияла самая невинная, ангельская улыбка в мире. - Ты о чем? - захлопала она ресницами. - Мы просто обсуждаем планы на вечер. - Ага, планы. - фыркнул Саня, нервно придвигая к себе стакан и обнаруживая, что кола закончилась. - Планы у вас, я вижу, грандиозные. Я чувствую себя третьим лишним в ваших отношений. Я уже как третий партнёр. Я наконец смог перевести дыхание и усмехнулся, хотя сердце всё ещё бешено колотилось в грудной клетке. Я приобнял Варю за плечи, чувствуя, как она тихонько подрагивает от сдерживаемого смеха. - Ладно, Сань, не кипятись. - ответил я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно. - Мы просто... празднуем окончание школы. Специфически. - Специфически - это не то слово. - проворчал Саня, поднимаясь из-за стола и закидывая рюкзак на одно плечо. - Короче, физики-лирики. Я умываю руки. Пойду прогуляюсь, пожалуй. А то боюсь, что если останусь еще на пять минут, мне придется читать вам лекцию по анатомии, а не по физике. Он встал, забирая полупустой рюкзак. - Варь, удачи с ремнем. Влад, держись там. Созвонимся вечером, когда... ну, короче, когда освободитесь. Он развернулся и быстрой походкой направился к выходу из пиццерии. Дверь пиццерии закрылась за Саней, и мы остались вдвоем. Шум зала как будто отдалился, превратившись в глухой белый шум. Наша недоеденная пицца медленно остывала на столе, но мне было абсолютно не до неё. В голове творился полный хаос. С одной стороны - бешено колотящееся сердце и первобытный восторг. С другой - паника и здравый смысл, который отчаянно пытался подать голос. Мы встречаемся всего два с половиной месяца. Да, мы постоянно обнимаемся, целуемся так, что ноги подгибаются но... это? Варя всё ещё сидела рядом, её ладонь грела моё колено. Она смотрела на меня своими огромными глазами, в которых плясали хитрые чертенята. Но мне сейчас жизненно важно было понять: она действительно готова сделать этот шаг со мной, или это просто её очередная игра, проверка моей нервной системы на прочность? Я безумно не хотел оказаться тем самым парнем, который принял глупую шутку за зелёный свет и всё испортил. Я накрыл её ладонь своей, останавливая её пальцы. Глубоко вдохнул и повернулся к ней всем корпусом. - Варь. - тихо позвал я. Мой голос прозвучал на удивление серьезно, и чертенята в её глазах на мгновение замерли. - Что? - она удивленно приподняла брови. - Посмотри на меня, пожалуйста. Только серьезно. Она послушно повернула голову и заглянула мне прямо в глаза. Весь её весёлый и дерзкий настрой куда-то испарился, уступив место легкому замешательству. - Я должен спросить. - я сжал её пальцы чуть сильнее, чувствуя, как у самого ладони становятся влажными. - Твои намёки... про родителей, про ремень... Ты сейчас просто шутишь? Дразнишь меня, потому что Саня ушел, или ты... Я замолчал, чувствуя, как краска приливает к ушам. Боже, как же сложно подбирать слова, когда перед тобой сидит девочка, от которой ты теряешь голову. - Я просто... я не хочу давить, понимаешь? - продолжил я, стараясь говорить максимально мягко и честно. - И не хочу надумывать лишнего. Мы вместе всего два месяца. Если ты просто хотела меня подразнить - окей, шутка удалась, у меня пульс под двести. Но если это не шутка... Варя молча слушала меня. Её щеки медленно заливал нежный румянец, а взгляд стал удивительно мягким и каким-то... беззащитным. Вся её напускная смелость, с которой она только что крутила мой ремень под столом, куда-то пропала. Она опустила глаза на наши переплетенные пальцы, а потом снова посмотрела на меня. - Влад... - тихо произнесла она, и я услышал, что у неё тоже немного дрожит голос. - Ты же знаешь, что я не умею шутить... Так что, если ты хочешь... Я смотрел на неё - такую искреннюю, немного смущенную, но решительную - и чувствовал, как внутри меня взрывается целая вселенная. Все сомнения, страхи и глупые мысли просто испарились. - Варь... - я улыбнулся, чувствуя, как с плеч свалился огромный камень, и нежно провел тыльной стороной ладони по её горячей щеке. - Я хочу этого больше всего на свете. - Тогда почему мы всё еще сидим в этой пиццерии? - тихо, с облегчением улыбнулась она, и её глаза снова заблестели тем самым особенным, только мне предназначенным светом. Я быстро достал телефон, перевел деньги Сане за пиццу, как и обещал, и поднялся из-за стола, крепко держа Варю за руку.

***

Мы буквально влетели в мою квартиру. Дверь захлопнулась с глухим стуком, рюкзаки полетели куда-то на пол в прихожей, кроссовки мы скинули прямо на ходу, даже не развязывая шнурки. В комнате сквозь зашторенное окно пробивался мягкий, рассеянный свет июньского солнца. Мы повалились на мою кровать, запутавшись в покрывале, и я сразу же притянул Варю к себе, накрывая её губы своими. Мы и раньше целовались часами - у её подъезда, на задних рядах в кинотеатре, у меня в комнате, когда родители уходили. Но сейчас... сейчас всё ощущалось совершенно по-другому. Не было этого привычного, подсознательного тормоза: "скоро вернутся родители", "нужно бежать домой делать уроки", "завтра рано вставать". Физика сдана. Школа позади. Мы были абсолютно, безраздельно одни. Каждое прикосновение казалось в сто раз острее. Воздух между нами будто плавился. Я зарылся пальцами в её распущенные волосы, вдыхая любимый персиковый запах, а Варя тихо выдохнула мне в губы, прижимаясь всем телом так близко, что, казалось, наши сердца стучали в одном бешеном ритме. И тут, не разрывая поцелуя, её ладонь уверенно скользнула вниз, по моему животу, и безошибочно нащупала кожаный ремень брюк. Металлический щелчок пряжки в тишине комнаты прозвучал громко, как выстрел стартового пистолета. Я резко вдохнул и на секунду отстранился, перехватив её запястье. Мое дыхание было прерывистым, а перед глазами всё немного плыло от переполнявших чувств. Я посмотрел в её потемневшие, огромные глаза. — Варь... - хрипло прошептал я, и в этом шёпоте было всё: и безумное желание, и остатки моей вечной дурацкой привычки перестраховываться. Она не дала мне договорить. Варя мягко высвободила руку из моих пальцев, снова коснулась ремня и потянула его, заставляя меня придвинуться к ней еще ближе. На её губах блуждала та самая нежная, немного смущенная, но абсолютно уверенная улыбка. - Хватит сомневаться. - тихо, но твердо сказала она, заглядывая мне прямо в душу. - Я же сказала... Никаких шуток. Я здесь, с тобой. И я очень этого хочу. - Ты даже не представляешь, как сильно я этого хочу. - выдохнул я. Я перехватил её инициативу, аккуратно расстегивая ремень сам, а Варя обвила руками мою шею, увлекая меня в новый, еще более глубокий и сводящий с ума поцелуй. В этот момент весь мир за пределами этой комнаты просто перестал для нас существовать.

***

Воскресный вечер лениво катился к концу. Примерно в четыре часа в прихожей загремели ключи, и в квартиру шумно вошли родители, вернувшиеся с дачи. Я к их приезду подготовился как заправский агент спецслужб. Сразу после того, как несколько часов назад проводил Варю на до дома, я устроил дома генеральную уборку. Перестелил постель, вымыл посуду, проветрил комнату, чтобы выветрить сладкий персиковый запах её духов, и даже проверил ковер на предмет заколок или её длинных волос. В общем, улик не оставил. Квартира сияла девственной чистотой, а я со спокойной душой залипал в плойку, делая вид, что весь день только этим и занимался. - Сын, ну что ты сидишь?! Помоги сумки до кухни дотащить. - крикнул из коридора Владимир, тяжело отдуваясь. - Иду! - я поставил игру на паузу, вышел в прихожую и перехватил у отца тяжелый ящик с дачной клубникой и пакет с зеленью. Мама уже разувалась, устало улыбаясь. - Уф, ну и жара на трассе... Как дела, сынок? Как физику написал? Вчера даже расспросить тебя толком не успели, ты уставший был. - Да нормально, мам. - я максимально естественно пожал плечами, стаскивая сумки на кухню. - Написал всё, вторую часть полностью оформил. Теперь только результатов ждать. Саня тоже доволен, мы вчера пиццу ходили есть. - Ну и слава богу. - выдохнула мама, проходя мимо меня в ванную, чтобы помыть руки. - Главное, что этот кошмар с экзаменами позади. Володь, ты сумки-то не бросай в проходе, разбери сразу. Всё шло идеально. Я мысленно поставил себе твердую пятерку за конспирацию. Налил себе холодной воды, перекинулся парой слов с Владимиром про урожай кабачков и уже собирался вернуться в комнату к игре, как вдруг... Из моей комнаты раздался голос мамы. Она зашла туда, чтобы положить мне на полку чистые футболки после стирки. - Влад... - позвала она. В её голосе послышались странные, подозрительно весёлые интонации. У меня внутри почему-то всё похолодело. Я медленно зашел в свою комнату. Мама стояла возле моей прикроватной тумбочки и с интересом рассматривала предмет, который держала в руках. Это была массажная расческа. Ярко-розовая, с какими-то блестками на ручке. Абсолютно, стопроцентно, вызывающе женская. Я мысленно влепил себе смачный подзатыльник. Как? Как я мог убрать постель, пропылесосить пол, вымыть чашки и оставить огромную розовую расческу прямо на самом видном месте?! Отец, услышав мамин голос, тоже заглянул в комнату, вытирая руки полотенцем. - Владик... - мама повернулась ко мне, пряча улыбку, и покрутила расческу в руках. - А у нас в доме новые веяния моды? Чья это женская расческа у тебя на тумбочке лежит? Я сглотнул, чувствуя, как уши медленно начинают гореть. Нужно было срочно что-то придумывать, но врать маме, которая видит меня насквозь, было гиблой затеей. - А, это... - я неловко почесал затылок, стараясь, чтобы голос не дрожал. - Это Варина. Она... заходила вчера. Ну, после экзамена. Мы физику обсуждали. Владимир за спиной мамы тихонько засмеялся. - Физику, говоришь? - улыбнулась мама, аккуратно положив розовую расческу обратно на тумбочку. - И как, успешно обсудили? - Мам, ну прекрати. - взмолился я, чувствуя себя тринадцатилетним пацаном, которого поймали за курением за гаражами. - Мы просто... ну, чай пили. Она расстроилась из-за экзамена, я её успокаивал. И она расческу забыла. Бывает же. - Конечно, бывает. - мама подошла ко мне и мягко взъерошила волосы - Мы же ничего не говорим. Варя - чудесная девочка, мы рады, что она заходила. Просто в следующий раз, когда будешь так тщательно заметать следы и убирать квартиру, не забывай про мелкие детали.

***

Ужин проходил в обстановке, которую я бы назвал "пыточная с дачной клубникой". На столе дымился картофель, пахло домашней едой, но каждый звук вилки о тарелку отдавался у меня в висках, как удар молота. Я старательно изучал структуру пюре. Мой взгляд был прикован к тарелке так, будто там были решения всех проблем мира. Владимир, напротив, был подозрительно доволен. Он наворачивал картошку с аппетитом, время от времени поглядывая на меня с этой своей снисходительно-мужской ухмылкой. А мама... Мама была в своем репертуаре. Она не могла просто поужинать. Ей нужно было просканировать ситуацию, вывернуть её наизнанку и добавить свои "ценные" советы, от которых хотелось просто провалиться сквозь пол. - Владь, ты чего такой тихий сегодня? - начала она, невинно поправляя прядь волос. - Расческа-то красивая, розовая. Варя - девочка хорошая, скромная, всегда с нами здоровается... - Мам, мы это уже обсудили. - буркнул я, не поднимая глаз. - Просто забыла человек вещь, с кем не бывает. - Да я не про то. - мама отложила вилку и подалась вперед, переходя на доверительный тон, который я ненавидел больше всего на свете. - Я про то, что вы уже совсем взрослые стали. Вчера экзамены, сегодня... расчески на тумбочках. Отец внезапно поперхнулся чаем, закашлялся и начал что-то бубнить про "горячий напиток", но я чувствовал, что он просто сдерживает смех. - Я просто хочу, чтобы ты был ответственным. - продолжила мама, игнорируя попытки отца вмешаться. - Ты же понимаешь, что в любом случае надо предохраняться... Не хватало нам сейчас внуков, пока вы в университет не поступили, правда ведь? У меня внутри всё закипело. Не от стыда, а от какой-то дикой, глупой злости на этот неуместный разговор. Мне было семнадцать, я только что сдал экзамены, я был счастлив с Варей, и последнее, что мне нужно было - это лекция по контрацепции за ужином. Я резко отодвинул стул. Звук ножек по ламинату прозвучал как выстрел. Тарелка звякнула, едва не выплеснув остатки еды на стол. - Я поем у себя. - отрезал я, даже не глядя на них. - Владик, ну ты чего? - мама мгновенно сменила тон на испуганный. - Я же просто как мать переживаю... - Вот именно, мам. Как мать. А не как участковый. - я схватил тарелку и, не дожидаясь их реакции, быстрым шагом направился в свою комнату. - Ну чего ты его донимаешь? - услышал я голос отца уже из коридора, когда захлопывал дверь. - Парень только от стресса отошел, а ты ему лекцию про презервативы читаешь...