Часть 26

Вокзал был шумным. Люди куда-то спешили, звучали объявления, катились чемоданы по плитке. А Чарли сидела на холодной скамейке, крепко сжимая билет в руках. Рядом стояла её старая сумка. Практически вся её жизнь сейчас помещалась в этой сумке. Она смотрела в пол пустым взглядом. Вегги и Энтони пытались её остановить. Очень пытались. Вегги почти кричала, что это глупо. Энтони уговаривал хотя бы остаться ещё на пару дней. Но Чарли всё решила. Она не могла больше оставаться здесь. Не после всего. Не после того, как посмотрела Аластору в глаза и увидела в них боль. Она не хотела снова случайно встретить его на улице. Не хотела каждый раз вспоминать, что сама всё разрушила. «Я всё только порчу…» Эта мысль уже несколько дней крутилась в голове. Может, если она исчезнет… Всем действительно станет легче. Объявили посадку. Поезд медленно подъехал к платформе. Чарли медленно поднялась со скамейки. Руки дрожали. Но она всё равно пошла вперёд. Шаг. Ещё шаг. И ещё. Она уже почти подошла к двери вагона, когда вдруг услышала позади знакомый голос: — Чарли! Она резко замерла. Сердце болезненно сжалось. Нет. Только не это. Чарли медленно обернулась. И увидела его. Аластор бежал к ней через платформу, тяжело дыша после спешки. Его волосы растрепались, пальто было мокрым от дождя. Он явно искал её долго. — Аластор?.. Её голос дрогнул. — Что ты здесь делаешь?.. Он остановился перед ней, пытаясь отдышаться. А потом тихо сказал: — Чарли… Он посмотрел ей прямо в глаза. — Прошу… не уезжай. Она растерянно моргнула. — Что?.. Аластор сделал шаг ближе. — Потому что ты пропадёшь там. Одна. Чарли опустила взгляд. — Может… это и к лучшему. Она сжала ремень сумки сильнее. — Всем без меня будет только лучше… Голос начал дрожать. — Я причиняю всем только боль… — Нет! Аластор сказал это слишком резко, почти отчаянно. Чарли вздрогнула. И в следующую секунду он вдруг крепко обнял её. Так крепко, будто боялся, что она исчезнет прямо сейчас. — Не надо… Его голос звучал тише. Более сломанный. — Если ты пропадёшь… мне будет ещё больнее. Чарли замерла. Аластор прижал её к себе сильнее. — И твоим друзьям тоже. Он тяжело выдохнул. — Ты ведь сама говорила, что нужно думать о других. Он чуть отстранился, чтобы посмотреть ей в глаза. — Тогда подумай… как мы будем себя чувствовать, если ты просто исчезнешь? У Чарли задрожали губы. — Я же… Она зажмурилась. — Я обманула тебя… — Я знаю. Он сказал это спокойно. Без злости. — Но я тебя не отпущу. Его руки дрогнули. — Ни за что. И тогда Чарли окончательно сломалась. Она вцепилась в его пальто и заплакала. Не тихо. Не сдержанно. А так, будто всё накопленное за эти недели наконец вырвалось наружу. Аластор лишь крепче обнял её, осторожно гладя по волосам. Поезд вскоре уехал без неё. Но впервые за долгое время Чарли не чувствовала себя совсем одной.