Мерлин🤏🔞

Лиззи потянулась, чувствуя приятную ломоту в мышцах и тепло, исходящее от Мерлина — вернее, теперь уже просто Хэмиша. Солнечный луч пробивался сквозь щель в шторах, подсвечивая пылинки в воздухе. Благодаря каплям, она видела даже микроскопические ворсинки на одеяле. — Ты... — она запнулась на непривычном обращении, — то есть ты помнишь ночь? Или это всё был «пьяный туман»? Мерлин, который уже успел надеть свои очки, но всё ещё сидел без рубашки, мягко наклонился к ней. В его взгляде за стеклами линз не было привычной ледяной строгости — только спокойная, глубокая нежность. — Помню, — ответил он, коснувшись губами её лба. — Каждое мгновение. И пусть это останется нашим самым лучшим секретом... по крайней мере, пока Эггси не решит, что он достаточно храбр, чтобы подшутить над этим. Лиззи с облегчением выдохнула и перевернулась на спину, глядя в потолок. — А что с делом? Что там в штабе? Мерлин сразу переключился в режим аналитика, хотя его рука продолжала лениво перебирать её волосы. — Всё отлично. «Моцарелла» уже дает показания, хотя и очень неохотно. Оказалось, он работает на индийскую группировку под названием «Дантисты». Лиззи прыснула со смеху, едва не задохнувшись. — «Дантисты»? Серьезно? Это потому что они вырывают зубы своим врагам или просто помешаны на гигиене? — Почти, — хмыкнул Мерлин. — Официально они владеют крупнейшей сетью стоматологических клиник в Мумбаи и Дели. Идеальное прикрытие. Кто заподозрит врачей в белых халатах? Но на самом деле под креслами с бормашинами у них скрывается один из мощнейших хабов черного рынка. Наркотики, редкие драгоценные камни... и, как мы теперь выяснили, краденый антиквариат. — Значит, их зубы белые как моцарелла — это не просто виниры, а своего рода «пропуск» в банду? — догадалась Лиззи. — Именно. Рекламная кампания их прикрытия. Мы уже передали данные индийскому подразделению разведки. Мерлин замолчал на секунду, а потом добавил с едва заметной иронией: — Кстати, наш «Моцарелла» очень возмущался тем, что его вырубила девушка китайской вазой. Говорит, это «не по этикету». — Этикет — это когда тебя не травят дротиками на балу у королевы, — отрезала Лиззи, притягивая Мерлина к себе за шею. — Так что передай ему, что ваза была антикварная, так что я действовала строго в рамках своей легенды. Мерлин рассмеялся — редко, открыто — и на мгновение прижал её к себе. — Знаешь, — прошептал он, — кажется, «самоубийца на минималках» только что спасла британскую корону и сердце главного тактика Kingsman. Думаю, за это полагается не только бургер, но и внеочередной отпуск. Где-нибудь, где нет «Дантистов», а только мы. — И Голд? — с надеждой спросила Лиззи. — И Голд, — вздохнул Мерлин. — Куда же без этого пушистого хакера.Возвращение в штаб было триумфальным. Теперь никто не называл Лиззи «ошибкой» — за ней прочно закрепился позывной Агент 404, и в этом слышалось уважение: мол, враг пытается тебя найти, а тебя «не существует». Неделя пролетела в суматохе. Лиззи наслаждалась новым статусом, но на общем собрании почувствовала пустоту — кресла Эггси и Мерлина пустовали. Начальство лишь коротко бросило, что они улетели в Штаты по «срочному делу особой секретности». Когда через семь дней двери главного холла распахнулись, штаб замер. Впереди шел Эггси, сияющий как начищенный грош, рядом — Мерлин с привычно непроницаемым лицом, а между ними... Гарри Харт. Живой, с повязкой на глазу, но такой же безупречно элегантный, как и прежде. Пока внизу гремели поздравления и даже суровая Мерри пыталась не расплакаться, Лиззи была занята делом государственной важности. Голд, решив, что его хозяйка слишком много времени проводит в планшете, устроил гаджету «стоматологический осмотр» в стиле банды Дантистов. Итог: планшет в дребезги. Лиззи пробралась в кабинет Мерлина, зная, что у него на верхней полке стеллажа лежит запасной. Она залезла на крутящийся офисный стул (самое нестабильное инженерное сооружение в мире) и, стоя на цыпочках, тянулась к заветной коробочке. В этот момент дверь открылась. Сквозняк из коридора резко толкнул створку, и стул под ногами Лиззи предательски поехал в сторону. — Ой-ёй! — пискнула она, уже приготовившись к встрече с полом. Но вместо жесткого паркета она почувствовала сильные руки, которые подхватили её за талию с такой уверенностью, что у неё перехватило дыхание. Мерлин, не говоря ни слова, снял её со стула и, вместо того чтобы поставить на пол, усадил прямо на край своего дубового стола, удерживая руки на её бедрах. — Агент 404, — негромко произнес он, глядя на неё снизу вверх. — Я отсутствовал неделю, а вы уже пытаетесь совершить покушение на саму себя при помощи мебели? Лиззи, всё ещё сжимая в руках коробку с планшетом, посмотрела в его глаза. Он выглядел уставшим после перелета, но в глубине зрачков плясали те самые искры, которые она видела в Аскоте. — Голд решил, что цифровой детокс — это полезно, — пробормотала она, чувствуя, как краснеют уши. — А я... я просто хотела... вы ведь привезли его? Гарри? — Мы привезли его, — Мерлин чуть заметно улыбнулся и подошел еще ближе, так что их колени соприкоснулись. — Эггси сейчас на седьмом небе от счастья. А я... я всё это время думал только о том, что в моем кабинете слишком тихо. Он осторожно снял очки и положил их на стол рядом с ней, сокращая дистанцию. — Скажите, Лиззи, за эту неделю вы не забыли наш «самый лучший секрет»? Лиззи хитро прищурилась, положив ладони ему на плечи. — Ну, у меня память чуть лучше, чем у Голда, Хэмиш. Хотя... возможно, мне нужно краткое повторение материала. Для закрепления, так сказать, фундаментальных знаний. Мерлин хмыкнул, притягивая её ближе за талию. — Что ж, агент 404... — прошептал он, накрывая её губы своими. — Краткость — сестра таланта, но в этом вопросе я предпочитаю тщательный подход.Мерлин стоял между её коленей, и Лиззи чувствовала, как его ладони — горячие и властные — медленно поднимаются выше по её бедрам, сминая ткань форменной юбки. В кабинете пахло старой кожей книг, озоном от работающих серверов и тем самым едва уловимым ароматом Мерлина, от которого у неё кружилась голова.Он подался вперед, заставляя её отклониться назад, на полированную поверхность стола.Мерлин впился в её губы поцелуем — на этот раз не пьяным и путаным, а четким, глубоким и до боли собственническим. Это был поцелуй мужчины, который неделю сходил с ума в другой части света, прокручивая в голове каждую секунду их ночи в Аскоте. — Хэмиш... — выдохнула она, когда он оторвался от её губ, чтобы оставить дорожку обжигающих поцелуев на её шее, как раз там, где пульсировала вена. Его пальцы ловко, с той самой «хирургической» точностью, за которую его ценили в Kingsman, начали расстегивать пуговицы на её блузке. Одна за другой, они поддавались его напору, пока прохладный воздух кабинета не коснулся её кожи.Лиззи вцепилась пальцами в его крепкие плечи, чувствуя, как он подхватывает её под ягодицы и притягивает еще ближе, заставляя её обхватить его талию ногами. Юбка задралась неприлично высоко, но сейчас ей было всё равно. Она чувствовала его ответное желание — твердое и несомненное — сквозь тонкую ткань брюк. — А я думала, ты там только о Гарри думал, — поддела она его, едва сдерживая стон, когда его ладонь накрыла её грудь сквозь кружево белья. — Гарри — это долг, — Мерлин поднял голову, и его глаза, теперь лишенные стекол очков, смотрели на неё с такой темной, первобытной страстью, что у Лиззи перехватило дыхание. — А ты... ты — это моя единственная личная слабость. И я намерен изучить её досконально. Он приник к её губам снова, одновременно с этим подхватывая её и пересаживая на середину стола, сметая бумаги и ручки на пол. Ему было плевать на отчеты, плевать на субординацию и на то, что за дверью может в любой момент появиться воскресший Гарри Харт. В этот момент в кабинете существовала только Агент 404 — его маленькая, острая на язык ошибка, которая стала для него важнее всей системы. Лиззи потянула за ремень его брюк, нетерпеливо желая почувствовать его кожу, а Мерлин уже осыпал поцелуями её плечи, спускаясь всё ниже. Тихий шепот, рваное дыхание и звук расстегиваемой молнии заполнили комнату. Внезапно в коридоре послышались тяжелые шаги и характерный голос Гарри: — Мерлин? Ты у себя? Мы должны обсудить протокол восстановления... Мерлин на секунду замер, его лоб уперся в лоб Лиззи. Они оба затаили дыхание. — Иди к черту, Гарри, — одними губами прошептал Мерлин, не двигаясь с места и крепче сжимая бедра Лиззи. Ручка двери дернулась, но Мерлин, предусмотрительный как всегда, заблокировал замок удаленно еще в тот момент, когда усадил её на стол. — Занято! — рявкнул он в сторону двери так, что Гарри на той стороне, судя по тишине, даже присел. — Зайди через час! — Оу... — послышался голос Эггси. — Гарри, пойдем. Кажется, там... стратегическое совещание. Очень глубокое погружение в материал. Когда шаги за дверью стихли, Мерлин снова посмотрел на Лиззи. На его губах играла дерзкая, почти мальчишеская ухмылка. — На чем мы остановились, агент? — На «тщательном подходе», Хэмиш, — прошептала Лиззи, притягивая его к себе для нового, еще более жаркого раунда.Мерлин не стал дожидаться ответа. Его губы, всё ещё пахнущие крепким кофе, который он пил в самолёте, снова накрыли её рот, но теперь поцелуй стал более властным, почти на грани. Он одной рукой удерживал её за затылок, заставляя полностью отдаться этому моменту, а второй медленно оглаживал её бедро, поднимаясь под кружевную кромку белья. Лиззи вскрикнула ему в губы, когда его пальцы нашли её — горячую, влажную и до предела натянутую, как струна.Он рывком избавил её от последних преград, и Лиззи ощутила прохладный воздух столешницы кожей, но тут же забыла об этом, когда он приник поцелуем к её животу, спускаясь всё ниже. Его ладони крепко сжимали её талию, фиксируя на месте, пока он изучал её с той же тщательностью, с которой обычно планировал спецоперации. Только сейчас целью было её наслаждение. Лиззи запрокинула голову, впиваясь пальцами в полированное дерево стола. Каждое движение его языка, каждый вдох вызывал в ней волну, которая грозила снести все настройки её внутреннего компаса.Когда он снова поднялся к ней, его лицо было раскрасневшимся, а дыхание — рваным. Мерлин одним движением расправился со своей одеждой. Лиззи потянулась к нему, обхватывая его за шею, и когда он вошёл в неё — резко, до самого основания — она забыла, как дышать. Это было не так, как в отеле. В этом кабинете, среди графиков и мониторов, их близость казалась чем-то запретным и оттого в сто крат более острым. Мерлин двигался в ней мощно, задавая ритм, от которого по всему кабинету разлетались ручки и папки, но им было всё равно.На пике, когда кабинет перед глазами начал расплываться в ярких вспышках, Лиззи вцепилась в его плечи, сдерживая стон, который мог бы услышать даже Гарри в другом конце коридора. Мерлин содрогнулся, прижимая её к себе так сильно, что, казалось, они стали одним целым, и уткнулся лицом в её плечо, тяжело и часто дыша. Несколько минут они просто сидели так, в полной тишине, нарушаемой только гулом компьютеров. — Знаешь, — прошептала Лиззи, когда её дыхание более-менее выровнялось, а голова легла на его плечо, — кажется, это было самое эффективное «совещание» в истории Kingsman. Мерлин нехотя отстранился, глядя на неё с той самой лукавой усмешкой, которую он приберегал только для неё. Он осторожно поправил выбившийся локон её волос и поцеловал её в кончик носа. — Протокол соблюдён, агент 404. А теперь... — он оглядел хаос на полу и усмехнулся ещё шире, — нам всё-таки придётся собрать эти бумаги, пока Гарри не решил, что мы тут вызывали дьявола. И оденься. Моя выдержка не бесконечна, а нам ещё нужно спасать мир... или хотя бы ботинки Харта от Голда.Час спустя в кабинете Мерлина уже ничто не напоминало о недавнем шторме, кроме, разве что, слишком тщательно выровненной стопки бумаг на столе и подозрительно блестящих ботинок самого тактика. Мерлин сидел перед мониторами, изучая зашифрованные файлы, пришедшие из Кентукки. Дверь тихо открылась. Вошел Гарри. Он двигался еще немного осторожно, привыкая к пространству с одним глазом, но его выправка была всё такой же безупречной. Харт подошел к столу и остановился, хитро косясь на Мерлина своим правым глазом. Мерлин не поднимал головы, продолжая щелкать клавишами. — Если ты пришел спросить, почему у меня на лацкане след от помады, то я отвечу, что это новая маркировка для прицелов, — сухо бросил он. Гарри позволил себе тонкую, истинно джентльменскую улыбку, но промолчал. Он лишь слегка приподнял бровь, глядя на помятую папку, которая явно пережила падение со стола. — Рассказывай, что там у американцев, — наконец произнес Гарри, переходя к делу. — Эггси упоминал какой-то завод в штате Кентукки и... виски? Мерлин вывел на главный экран изображение огромного винокуренного завода с логотипом в виде буквы «S». — Ситуация паршивая, Гарри. Пока мы искали тебя, в тени выросла новая угроза. Некая мадам Поппи Адамс и её картель «Золотое кольцо». Они контролируют весь мировой наркотрафик, но это лишь верхушка. Нам нужно связаться с нашими американскими коллегами. — У нас есть коллеги в Америке? — удивился Гарри. — Statesman, — Мерлин вывел на экран фото агента в ковбойской шляпе и с лассо. — Они прикрываются производством виски «Old Forester». Грубоватые парни, пьют много бурбона и носят джинсы, но их ресурсы могут нам понадобиться. Особенно сейчас, когда «Дантисты» в Индии оказались лишь мелкой сошкой в сравнении с планами Поппи. В этот момент мимо открытой двери кабинета пронеслась Лиззи. Она буквально летела за Голдом, который зажал в зубах отчет Мерри и явно не собирался его отдавать. — Голд! Верни! Это же статистика по ядам, а не жевательная игрушка! — донесся её звонкий голос. Гарри проводил её взглядом и снова посмотрел на Мерлина. — «Агент 404», значит? Талантливая девочка. И, судя по всему, очень... мотивированная. Мерлин на секунду замер, глядя на экран, но затем медленно поправил очки. — Она — лучшее, что случилось с этим штабом за последнее время, Гарри. И в предстоящей поездке в Кентукки она нам понадобится. У «Стейтсменов» есть один хакер, который считает себя гением. Хочу посмотреть, как Лиззи сотрет его в порошок. — Значит, летим в Америку? — Гарри коснулся своей повязки. — Надеюсь, их виски так же хорош, как наш портвейн. — Бери шляпу, Гарри. Нас ждет «Золотое кольцо», — подытожил Мерлин, краем глаза заметив, как Лиззи в коридоре наконец поймала Голда и, обернувшись, послала Мерлину быструю, едва заметную воздушную улыбку.Лиззи стояла на взлетной полосе частного аэродрома в Кентукки, скрестив руки на груди и сверля взглядом самолет, который должен был вернуть её в Лондон. Голд, чувствуя недовольство хозяйки, сидел у её ног и тихо порыкивал на пилотов. Всего пару часов назад она виртуозно «выгуливала» главного начальника охраны Поппи по дорогим ресторанам, изображая скучающую дочь миллиардера. Она успела не только вшить жучок в его часы, но и узнать коды доступа к внешнему периметру джунглей. Она была в самом центре событий! И вдруг — короткий приказ от Мерлина по зашифрованному каналу: «Миссия завершена. Агент 404, немедленно возвращайтесь в штаб. Это приказ». — Не нужна? — возмущенно прошептала Лиззи, поправляя сумку со снаряжением. — Отвлекающий маневр закончен? Да я только вошла во вкус! Она не знала, что в этот самый момент, за тысячи миль отсюда, в густых джунглях Камбоджи, ситуация превратилась в настоящий ад. Мерлин, Гарри и Эггси стояли перед входом на базу «Поппи-ленд». Мерлин, глядя в экран своего планшета, видел, что они наткнулись на минное поле, которое не отображалось ни на одном снимке. Он знал тактику Поппи: она любила «зачищать хвосты», и если бы Лиззи осталась в городе, её бы первой пустили в расход, как только начался бы штурм базы. — Она уже в безопасности? — хрипло спросил Гарри, проверяя свой зонт. — Самолет взлетел две минуты назад, — ответил Мерлин. Его голос был сухим, но пальцы на планшете слегка дрожали. — Она будет в Лондоне через десять часов. — Правильно сделал, Мерлин, — кивнул Эггси. — Здесь будет... некрасиво. Ей не стоит этого видеть. Мерлин ничего не ответил. Он знал то, чего не знали остальные: он уже принял решение. Если они наступят на мину или штурм пойдет не по плану, кто-то должен будет остаться, чтобы обеспечить проход остальным. И он не хотел, чтобы последним, что увидит Лиззи, был взрыв на экране её монитора. Он отослал её не потому, что она была «не нужна». Он отослал её, потому что она была единственным человеком, ради которого он был готов пойти на всё — даже на то, чтобы она его возненавидела за «резкое отстранение». Лондон. Спустя 12 часов. Лиззи влетела в пустой штаб Kingsman, таща за собой сонного Голда. Она была полна решимости высказать Мерлину всё, что думает о его «приказах». Но в Блоке №7 было подозрительно тихо. На её рабочем столе лежал запечатанный конверт с надписью «Для Агента 404. Вскрыть только в случае потери связи с группой "Альфа"». У Лиззи похолодело внутри. Она медленно села в свое кресло, а Голд подошел и положил голову ей на колени, перестав ворчать. — Так вот почему... — прошептала она, дрожащими пальцами касаясь бумаги. — Ты просто решил меня спрятать, Хэмиш? В этот момент на главном экране штаба вспыхнул сигнал экстренной связи. Но это был не Мерлин. На экране появилось лицо Эггси — грязное, в саже и с глазами, полными слез. — Лиззи... ты здесь? — его голос дрожал. — Нам нужна твоя помощь. Мерлин... он...Тишина в штабе после гибели Мерлина была удушающей. Эггси, который всё ещё чувствовал на куртке пыль камбоджийских джунглей, не мог смотреть на Лиззи. Его пугало её ледяное спокойствие. Она не плакала, не кричала — она просто стояла, глядя в одну точку на полу, будто превратилась в одну из тех безупречных статуй, которые украшали кабинет Хэмиша. Когда объявили конкурс на позивной «Мерлин», Лиззи вызвалась первой. Она работала как машина: сутками сидела за мониторами, взламывала шифры за считанные секунды и выполняла задания с такой точностью, что даже Артур (новый) начал её побаиваться. И вот — финальное испытание. Традиция Kingsman, жестокая и неизменная. Гарри, Эггси, Мерри и Феликс столпились у монитора в комнате наблюдения. На экране была Лиззи. Она стояла в центре пустого тренировочного зала, а перед ней, радостно виляя хвостом, сидел Голд. В руках у Лиззи был пистолет. — Она не сделает этого, — прошептал Эггси, сжимая кулаки. — Я знаю её, она любит этого пса больше жизни. Гарри молчал, его единственный глаз был прикован к экрану. Он помнил свой выстрел. Он помнил, как это ломает человека. Лиззи медленно подняла руку. Ствол замер на уровне лба щенка. Голд преданно смотрел на хозяйку, слегка склонив голову набок. Секунда тишины — и резкий, сухой звук выстрела. Голд дернулся, завалился на бок и замер, высунув язык. — НЕТ! — Эггси сорвался с места. — Лиззи, ты с ума сошла?! Как ты могла?! Он вышиб дверь в тренировочный зал первым, за ним влетели остальные. Эггси уже готов был кричать, плакать или даже отобрать у неё оружие, но замер как вкопанный. Лиззи сидела на полу и... заливисто смеялась. Она чесала живот Голду, который, услышав топот, подпрыгнул и начал радостно облизывать её лицо. — Эггси, расслабься, — Лиззи подняла голову, в её глазах впервые за долгое время светилась озорная искра. — Мистер Мерлин рассказал мне об этом «экзамене» ещё в ту ночь в Аскоте. Сказал, что Kingsman обожают драму, но патроны всегда холостые, если агент не идиот. Она встала, поправляя пиджак, и убрала пистолет в кобуру. Голд сел рядом, ожидая команды. — Мы с ним репетировали это целую неделю, пока вы были в Америке, — Лиззи сложила пальцы в «пистолетик», прицелилась в собаку и шутливо шепнула: — Пиу! Голд мгновенно издал жалобный скулеж, эффектно дернулся и повалился на бок, задрав лапы, как заправский актер театра. Все присутствующие — Гарри, Эггси, Мерри — просто стояли с открытыми ртами. — А теперь — вкусняшку, — скомандовала Лиззи. Пёс тут же вскочил, виляя всем телом, и получил заслуженное печенье. Лиззи посмотрела на ошеломленных коллег. — Хэмиш научил меня главному: если систему нельзя взломать, её нужно переиграть. Я — новый Мерлин. И я не собираюсь играть по вашим старым, грустным правилам. Она прошла мимо них к выходу, но у самой двери обернулась к Гарри. — Кстати, Харт, Мерлин оставил в своем сейфе письмо. Оно адресовано вам. И там написано, что если вы снова решите «умереть», он лично вернется с того света и надает вам зонтиком по голове. Когда она вышла, в зале повисла тишина, которую нарушал только хруст печенья Голда. — Знаешь, Гарри, — Эггси наконец выдохнул, вытирая пот со лба. — Кажется, наш лысый тактик вырастил себе достойную замену. Я её уже боюсь. — Она не просто замена, Эггси, — Гарри едва заметно улыбнулся, глядя на пустую дверь. — Она — его наследие. И, боюсь, теперь нам всем придется учить команду «Пиу».