Глава 53. Зацыкливание

Глава 53. Зацыкливание Дверь палаты тихо закрылась. Казахстан уже почти вышел в коридор, как сзади раздался голос России. — Стой. Казахстан остановился и обернулся через плечо. Россия стояла возле кушетки, чуть опираясь рукой о стену. На лице ещё оставались следы недавней драки с Украиной — небольшая припухлость на скуле, тонкий пластырь на переносице, чуть разбитая губа. После обработки выглядело уже не так страшно, но усталость всё равно читалась. Беларусь сидела рядом на стуле и молча наблюдала за этим всем с таким видом, будто смотрела сериал и не хотела пропустить ни одной серии. Казахстан спокойно спросил: — Чего хотела? Россия посмотрела на него сверху вниз. Она действительно была выше. Намного выше. Но сейчас почему-то ощущение было странное. Будто не она давила ростом, а наоборот — терялась. И самое тупое было то, что она вообще не понимала почему. Перед глазами почему-то снова всплыли его руки. Спокойные движения. Как он без нервов обрабатывал раны. Как говорил ровным голосом, даже когда она чуть не устроила второй конфликт прямо в палате. И эти золотые глаза. Чёрт бы их побрал. Россия открыла рот. И… все слова просто исчезли. Она буквально секунду назад в голове придумала нормальную фразу. Даже две. Что-то вроде: «Смотри там осторожнее.» Или: «Не лезь в драки между Турцией и Грецией.» Или хотя бы: «Спасибо ещё раз.» Но вместо этого мозг решил умереть. Россия несколько секунд просто смотрела на Казахстана, а потом выдала: — Удачи. Беларусь сразу медленно повернула голову к России. Казахстан моргнул. Потом спокойно улыбнулся уголком губ. — Спасибо. Он поправил аптечку на плече. — Вам тоже. И вышел из палаты. Дверь закрылась. Наступила тишина. Беларусь ещё секунд пять смотрела на дверь. Потом медленно повернулась к России. — Ты серьёзно? Россия нахмурилась. — Что. Беларусь попыталась сдержать смех. — «Удачи». Она даже голос скопировала. — Удачи… — Беларусь приложила руку к груди. — Господи, будто в романе каком-то. Россия сразу помрачнела. — Завались. Беларусь уже начала лыбиться сильнее. — Нет, ну я думала ты ему хотя бы скажешь что-нибудь нормальное. А ты стояла как Польша перед разделами. Россия прищурилась. — Очень смешно. — Да не, реально. Ты на него так смотрела, будто сейчас скажешь: «Казахстан… останься.» Россия резко встала. — Беларусь. — Что Беларусь? Я просто— Шлёп. Россия без злости, но смачно дала Беларуси по лицу ладонью. Не сильно. Скорее как предупреждение. Беларусь даже со стула почти не сдвинулась. Только потрогала щёку. — Вот это уже ближе к твоему нормальному состоянию. Россия раздражённо выдохнула и пошла к выходу. Беларусь встала следом. — Да ладно тебе. Я ж шучу. — У тебя юмор как экономика девяностых. — Зато живой. — Кривой. Они вышли в коридор. И сразу ударил шум здания. Голоса. Смех. Споры. Где-то вдалеке кто-то уже опять ругался. По коридору проходили страны со всех частей мира. Мимо прошёл Египет с папкой документов под мышкой и что-то раздражённо объяснял Судану. Чуть дальше Австралия сидела прямо на подоконнике и спорила с Новой Зеландией о том, кто из них первым придумал какой-то десерт. — Его вообще-то мы сделали. — Ты всё у Великобритании украла. — А ты будто нет. Рядом Великобритания пил чай так, будто вообще не слышал этого разговора. Хотя слышал. И точно кайфовал. По другой стороне коридора Франция спорила с Италией. — Это не пицца, а преступление. — Ты просто завидуешь. — Я — Франция. Я никому не завидую. — Именно поэтому ты сейчас орёшь уже пять минут? Беларусь посмотрела туда. — О, классика. Россия почти не слушала. Она шла молча. И думала совсем о другом. О золотых глазах. О спокойном голосе. О том, как Казахстан держал бинт зубами, пока затягивал повязку на её плече. О том, как аккуратно касался ран, хотя силы у него явно было дохрена. Она до сих пор помнила, как он раздавил зуб Кыргызстана в руке. Зуб. Стран. А у стран зубная эмаль была в разы прочнее человеческой. Потому что анатомия стран вообще отличалась. Кости плотнее. Мышцы крепче. Регенерация быстрее. Даже кровь восстанавливалась иначе. Но при этом Казахстан умудрялся работать руками настолько аккуратно, будто боялся причинить лишнюю боль. И это почему-то застряло у России в голове сильнее, чем драки. Беларусь шла рядом и иногда косилась на неё. Потом всё-таки не выдержала. — Ты опять задумалась про него? Россия резко посмотрела на неё. — Нет. — Врёшь. — Беларусь. — Да я же вижу. Россия раздражённо сунула руки в карманы. — Я просто думаю. — О Казахстане. — Нет. — О его глазах? Россия молчала. Беларусь победно ухмыльнулась. — Ага. Россия остановилась. Беларусь тоже. Россия посмотрела на неё тяжёлым взглядом. — Ещё слово — и я тебя об стену уроню. Беларусь задумалась. — Ладно. Пауза. — Но глаза у него реально красивые. Россия: — … Беларусь не успела договорить. Россия снова дала ей подзатыльник. — Ай! Да за что?! — За существование. Они пошли дальше. На лестнице сидела Япония и читала мангу. Южная Корея рядом смотрела в телефон и тихо смеялась. — Что там? — Китай опять написал речь на сто страниц. — Про экономику? — Про величие. — А, тогда нормально. Чуть дальше Германия пытался объяснить Испании, почему нельзя хранить сосиски возле батареи. Испания вообще не слушала и просто ела виноград. Россия шла мимо всего этого шума и чувствовала странное состояние. Не любовь. Нет. Она бы сама себе за такое врезала. Скорее… Зацикленность. Её бесило, что она думает о Казахстане. О его спокойствии. О его руках. О голосе. О том, как он смотрел прямо в глаза, когда разговаривал, и вообще не боялся её. Большинство стран либо напрягались рядом с Россией, либо пытались спорить. А Казахстан… Он просто разговаривал. Спокойно. Будто перед ним не одна из самых опасных стран здания, а обычный человек. И это почему-то выбивало сильнее любых конфликтов. Беларусь вдруг усмехнулась. — Слушай… — Что. — А если тебе реально нравится Казахстан? Россия остановилась так резко, что Беларусь чуть в неё не врезалась. — Ты охренела? — Да я просто спросила. — Нет. — Тогда чего ты уже час о нём думаешь? Россия открыла рот. И снова не нашла ответа. Это раздражало сильнее всего. Она не понимала себя. Беларусь увидела это лицо и сразу подняла руки. — Всё-всё, молчу. Россия тяжело выдохнула. Где-то в конце коридора мелькнула знакомая фигура Казахстана. Он спокойно шёл, держа под мышкой какие-то бумаги. С кем-то здоровался. Кому-то кивал. Абсолютно обычный. И от этого почему-то становилось ещё хуже. Россия быстро отвернулась. Беларусь это заметила. И на этот раз ничего не сказала. Только тихо усмехнулась себе под нос.