Глава 15. Сказка о любви

POV общий, воскресенье, на следующий день после встречи на качелях       Снег перестал идти только к утру. Город укрылся белым пушистым одеялом, и солнце, пробивающееся сквозь облака, превращало сугробы в россыпи бриллиантов. Юна проснулась раньше будильника — сердце колотилось где-то в горле. Вчерашний вечер казался сном: качели, снег, его объятия, его губы. Она коснулась пальцами губ и улыбнулась.       Телефон пиликнул. Сообщение от Уёна: «Доброе утро. Ты как?»       Она набрала: «Счастлива. А ты?»       «Я тоже. Слушай… сегодня идёт тот старый фильм — «Любовь сквозь время», который мы хотели посмотреть. Кинотеатр устраивает повторный показ. Помнишь?»       Они обсуждали его трейлер ещё до ссоры, когда сидели в кафе и спорили, стоит ли верить в судьбу.       «Во сколько?» — спросила она.       «В шесть. Заехать за тобой?»       «Жду».       Сердце радостно забилось. Настоящее свидание.

***

      Уён пришёл в двадцать минут шестого. Стоял у подъезда, чуть смущённый, в тёмно-синем пуховике и вязаном шарфе, который связала ему мама.       — Привет! — произнёс он с улыбкой, от которой у неё внутри всё переворачивалось. В руке он держал два билета. — Готова?       — Привет! — Юна улыбнулась в ответ. — Ага. Идём.       Она вложила свою ладонь в его. Пальцы переплелись — крепко, естественно, как будто всегда там были.       Они пошли к остановке, держась за руки. Ладонь Уёна была тёплой, даже в мороз. Юна спрятала руку в карман его пуховика — он не возражал, только сжал её пальцы чуть крепче.

***

      В кинотеатре они купили большой попкорн и две колы. Зал был почти пуст — будний вечер, только несколько пар и семья с детьми. Они сели в середине ряда, и когда погас свет, Уён осторожно обнял Юну за плечи. Она прижалась к нему, положила голову на грудь и почувствовала, как ровно бьётся его сердце.       Фильм оказался красивым — про любовь, которая не боится времени. Она знала, что у этого фильма невысокие оценки, что многие критикуют его за наивность и неправдоподобность. Но сейчас, сидя в темноте зала, прижавшись к плечу Уёна, Юна чувствовала иначе. В этой истории было что-то настоящее — вера в чудо, которое случается, если очень ждать. Как у них.       Юна пару раз всхлипнула в самые трогательные моменты, а Уён молча сжимал её ладонь и гладил большим пальцем костяшки.       Порой она отвлекалась от происходящего на экране и смотрела на их переплетённые пальцы, на его профиль, на то, как он иногда бросал взгляд на неё, будто проверяя, не исчезла ли она.       В середине фильма он наклонился к её уху.       — Спасибо, что пришла.       — Спасибо, что позвал, — шепнула она.       Он поцеловал её в висок — невесомо, и она почувствовала, как по спине пробежали мурашки. «Глупая, — подумала она, — а ведь я люблю его ещё с первого курса. Сколько времени потеряли».       Но думать об этом не хотелось. Хотелось просто быть здесь, сейчас, чувствовать тепло его ладони и верить, что всё будет хорошо.       В конце, когда зажёгся свет, они не сразу отпустили друг друга.       — Понравилось? — спросил он, глядя ей в глаза.       — Очень, — ответила она. — Особенно концовка.       — А мне больше всего понравилось, как он на неё смотрел, — тихо сказал Уён. — Как будто она — весь его мир.       Юна покраснела.       — Ты смотришь на меня так же.       — Потому что это правда.

После кино

      Они вышли из кинотеатра под звёздное небо. На улице стемнело. Мороз усилился, но Юне было тепло — внутри разливалось что-то огромное, похожее на солнце.       Уличные фонари уже зажглись — снегопад усиливался, и город казался игрушечным, нарисованным на открытке.       — Погуляем? — спросил Уён, кивнув в сторону парка.       — Давай.       Они пошли по аллее, оставляя следы. Руки снова переплелись, и никто не хотел их разнимать.       — Уён, — сказала Юна тихо. — Ты не ответил на один мой вопрос тогда, на качелях.       — На какой?       — Как тебе пришла в голову идея с записками?       Он замялся, потом улыбнулся.       — Сонхва. Он напевал эту песню про День святого Валентина, «John 2.14», и сказал: «Если бы вы с Юной не ходили вокруг да около, тебе было бы с кем отметить Pepero day». И меня осенило. Решил, что анонимные открытки — это способ поддержать тебя, не вторгаясь в твою жизнь насильно.       Юна остановилась, посмотрела на него.       — Ох уж этот Сонхва, — покачала она головой. — Надо будет ему спасибо сказать.       — Я уже сказал. Он теперь ходит и говорит: «Я был твоей музой, куда без меня».       Они рассмеялись, и смех разлетелся по пустынной аллее, смешиваясь со снегом.       — А ты? — спросил он. — Когда ты поняла, что это я?       — Когда получила рукописные стихи. Твой почерк, твой одеколон… — Она вздохнула. — Тогда всё встало на свои места.       — И ты не рассердилась?       — Сначала была зла. Думала: «Как он посмел молчать так долго?» Потом поняла: ты боялся. И выбрал единственный способ быть рядом, не рискуя получить от ворот поворот.       Уён сжал её руку крепче.       — Я больше не буду бояться. Обещаю.       — Знаю, — она привстала на цыпочки и поцеловала его в щёку. — Пойдём, проводишь меня до дома.       Они пошли дальше, молча, но молчание было тёплым, как плед у камина.

***

      У подъезда Юны Уён остановился, отпустил её руку, засунул свои в карманы.       — Завтра увидимся?       — Конечно. — Она улыбнулась. — Мы же теперь… как это называется?       — Пара? — он поднял бровь.       — Пара, — повторила она, пробуя слово на вкус. — Звучит странно. Но приятно.       — Привыкнешь.       Она открыла дверь подъезда, сделала шаг внутрь, потом обернулась.       — Уён?       — М?       — Спасибо, что не перестал меня искать. Даже когда я спряталась.       Он шагнул к ней, взял за подбородок, поцеловал — коротко, нежно, как обещание.       — Я всегда буду тебя искать. Даже если ты спрячешься на краю света.       Она скрылась за дверью, а он постоял ещё минуту, глядя на свет в окне, потом развернулся и пошёл домой, насвистывая мелодию про День святого Валентина. POV Уён, параллельно       Он вернулся в общежитие, сел на кровать и улыбнулся. Сонхва, который уже собирался ложиться, поднял бровь.       — Ну как? Улыбаешься, как дурак.       — Всё отлично, — сказал Уён, падая на подушку. — Мы ходили в кино. Держались за руки. Целовались.       — Ого, — Сонхва присвистнул. — Серьёзно?       — Ага, — он сиял от счастья, как маленькое солнце. — А ещё я рассказал ей, что ты вдохновил меня на идею с записками. Просила спасибо тебе передать.       — Рад побыть вашим купидоном, — сказал Сонхва, и они с Уёном одновременно рассмеялись.       — Спокойной ночи, — не переставая улыбаться, сказал Уён.       — Спокойной ночи, влюблённый идиот, — ответил друг.       Уён улыбнулся и провалился в сон, где снова были качели, снег и её губы, пахнущие шоколадом и счастьем.