Tails vs. Wave

На планету Мобиус и все окраины поселений на ней собиралось ложиться покрывало темноты с момента ещё не начавшегося заката. Обычный день, обычный выходной для подавляющего большинства жителей этой планеты, подходил к своему завершению. Отчего они могли умолять кого угодно дать возможность передохнуть ещё, в лучшем случае, полдня, пусть не из-за тяжёлой работы… а просто потому, что хочется. Для молодого несовершеннолетнего лиса, вундеркинда в своём возрасте по области прикладной механики — Майлза Прауэра, по кличке Тейлз — выходной мог быть, когда ему вздумается. Ибо не только возраст, но и постоянная помощь в команде героев, известных на всю планету Мобиус, где он является полноправным её членом, в итоге могли позволять ему расслабляться сутками напролёт. Чего, однако, он не допускал, по возможности используя сутки для новых разработок и исправления либо доделывания созданных им механизмов. В основном для воздушного транспорта, нежели для оружия, раз уж ввиду своей цветущей молодости был пацифистом. Сейчас лисёнок стремился правильно настроить гравитацию у аэробордов — летающих досок — для себя, а также двух других в его команде героев Мобиуса, для большей мощности в скорости и плавном прохождении поворотов. И делал он это в своей большой спальне. «Такс, сейчас подкр-р-р… рутим. Всё, готово! Должно сработать. Эти странные ребята, Вавилонские воры, определённо убедятся, что я запросто обставляю их с помощью их же приёмов». Над автоматическим восстановлением баланса гравитации и равновесия у парящей доски, даже при аварийном отключении, Тейлз работал последние пару дней, включая этот. И работал в своё удовольствие, от предвкушения положительных результатов виляя двумя своими хвостами. Сейчас, после ввинчивания большого болта, где к доске крепился небольшой ящик материальной изумрудной энергии, он заключил, что завершил дело на восемьдесят пять процентов. А также, что ему потребуется такое же количество по времени для доведения до совершенства и альфа-тестирования перед прямым пользованием. Тут же лисёнок услышал звон из кухни на первом этаже и понял, что он оповестил о готовом шоколадном печенье из духовки. Тейлз сразу отложил практически готовую разработку рядом с кроватью и побежал на кухню за испечёнными сладостями, решив, что на сегодня, в целом, всё. Печенью пришлось ждать недолго, как через полминуты лисёнок-хозяюшка, что вполне разумно для своего собственного жилья в его-то молодые годы, вытащил его из духовки. И тут же, как будто с нетерпением, сразу вдохнул приятного сладкого запаха, после чего с помощью лопатки пересыпал выпечку в глубокую чашу. «Пускай оно тут немного поостынет, выглядит вку-у-усно, аж слюнки… Ну да ладно, не стану же я его есть горячим». Тут же в дверь позвонили, но в целом, Тейлз успел подумать про себя всё, что было ему сейчас нужно. Вполне стандартно задаваясь вопросом «кого привело к нему в такой поздняк, при тени заката», жёлтый двухвостый лисёнок с улыбкой на лице представлял на пороге лидера команды героев Мобиуса — своего лучшего друга, ежа Соника, или любого из других прочих близких друзей. Но увидел ту, которую точно не ожидал увидеть, отчего сияющее лицо сменилось на прямо противоположное, недоверчивое и почти каменное. — Вейв, ты… какого, прости, чёрта… Зачем ты пришла сюда, и как узнала, где я живу? Действительно, перед ним стояла не кто иная, как ласточка Вейв — механик тех самых Вавилонских воров, о которых Тейлз думал последнее время. Не сколько об их якобы недоступных простакам технологиях, сколько об их сомнительной мотивации, вызывающей в лучшем случае реакцию непонимания. — Привет для начала, что ли. Тебя же хорошо воспитывали? Лисёнок был бы и рад поприветствовать даже такую, как она… но её заносчивость только от одного её вида, в частности выражения птичьей мордашки, какое бы оно ни было, резко отговаривали его это делать. Раз уж все предки этой пернатой, как и её союзников в команде, были потомственными ворами даже при своих умелых талантах, если судить о древних легендах насчёт вавилонского рода. — С какой стати, Вейв? И ты не ответила на вопрос. На миг ему показалось, что сейчас ласточка не смотрит на него свысока. Хоть и раньше, в основном при гонках на аэробордах, не было ни единого момента, где она не подтрунивала над ним, его ростом и его интеллектом по той же самой прикладной механике. Который неплох, судя по весьма скромному мнению вавилонки, но далёк от её идеалов и её совершенства. Даже несмотря на существенную разницу в возрасте. — Ну, коротыш двухвостый… будто ты и не подозревал, что тебя при желании можно было запросто определить по постоянному направлению твоего Торнадо вглубь чащи здешнего леса. Но не подумай, это было нужно только мне. Вернее, не настолько, чтобы что-либо у тебя вынюхивать. При таких не слишком приятных прозвищах, пусть до знакомства с Соником Тейлза могли обзывать и похуже, он старался удерживать своё терпение, чтобы не высказать лишнего. Пусть ласточка бесила его своим своенравием, но сейчас пока что не следует придавать этому значения и выяснить, зачем она к нему пришла. — Ладно, я постараюсь забыть о выслеживании, ласточка. Дальше что? Зачем я тебе сейчас сдался? Несколько наигранно, но с удивлением, Вейв не ожидала, что Тейлз слушает её и пока что не собирается прогонять. Так же наигранно приложив ладонь к груди, где находилось сердце, она оценила его внимание. — Хм, и представить не могла, что ты сразу не отправишь меня назад, и всё осталось бы как раньше. В общем, видишь ли, недалеко отсюда, в этом лесу, я пробовала ускорить свою доску, чтобы потом предложить разработку своим… коллегам. Разгон при дополнительных механических частицах, о которых я тебе не скажу, прошёл без особых трудностей… вот только доска стала здорово жрать энергетическую батарею. На миг после столь чистосердечного признания повисла недолгая пауза, которая почти сразу стала нервировать их обоих. Жёлтый лисёнок-вундеркинд не собирался прерываться, желая дослушать фиолетовую ласточку, зрелую в своей девичьей женственности. А затем помочь чем смог бы и отправить подальше восвояси. — Дальше давай, Вейв, я слушаю. Не трать моё время. В основном Тейлз, по крайней мере признавшись самому себе, смотрел на эффектность изгибов миловидного девичьего тела ласточки даже несмотря на то, что она выводила его своим упрямством. И тут сейчас как будто бы просит помочь ей? Для него было однозначно то, что, стал бы он у неё просить помощи, она всячески попыталась бы указать ему на его место. То есть, под ней и её двумя корешами среди гоночной команды «Вавилонские воры». — Отлично, пусть и немного грубо. Так вот, пока тренировалась здесь с ускоренным разгоном доски, основная её батарея разрядилась быстро. Но так как у меня была запасная, с большей мощностью и экологичностью в пользовании, я была бы и рада её привинтить. Вот только, дура, обнаружила, что подходящей отвёртки нет. На самом деле я не подозревала, что твоя мастерская, лисёнок, находится здесь. Наша команда об этом вовсе не знала… я всего лишь бродила тут по лесу в поисках цивилизации и наткнулась на тебя. Вот и вся история. Молодому мобианцу переварить всё это было несложно. Не сказать, что он сам попадал в ситуации, когда опрометчиво не брал с собой в походной сумке механика какую-нибудь небольшую кипу отвёрток. Вот только подумать не мог, что эта ласточка, якобы умнее его, и разбирается гораздо лучше в изобретении Extreme Gear — наследии древнего Вавилона… может допустить столь нелепую ошибку и не взять связку отвёрток с собой на случай тестирования доски в свободном пространстве. — Что могу на это сказать, пусть история несколько мутная… отвёрток у меня целый арсенал, и… Всё же Вейв нахмурилась от того, что Тейлз сразу не собирался ей верить. Не могла не надеяться, что тот сразу соберётся ей помогать. Конечно же, рассчитывая, что она составит ему компанию, как девушка, где они на время забудут о былых распрях. Отчего якобы даст ему возможность познать опыт как общения с прекрасным полом, так и ласки, на которые способны те, кто принадлежит ему. Будто такой увлечённый своим делом, как Майлз Прауэр, поведётся на такую простую уловку совершеннолетней ласточки, которой не следовало доверять сразу! — Ну да ладно, коротыш, ты так и будешь не доверять никому, кроме своих корешей? Кроме сверхзвукового и того красного перекачанного с боевыми перчатками? Мне она правда очень пригодится. Вейв не могла не разочароваться в том, что убедить его будет не слишком просто, пусть на миг надеялась на его девственное смущение. Потому ожидание того, что ей нужно, может быть довольно долгим. — Я сказал тебе, что нужная отвёртка у меня точно должна найтись. И не смей трогать моих друзей, пока они сейчас тебя не слышат. Думаешь, я слабый потому, что у меня такое тело? Вижу, меня там встречают две обнажённые модели с мыльной пеной на попках. Они меня обнимают и покрывают поцелуями, может быть иначе? И спрашивают меня: «Чего мне сейчас хочется?» И ещё больше убедилась в этом, когда Тейлз начал строить из себя героя на словах, в ответе за братьев названных, чисто из давно сложившегося принципа. Но тут же осеклась от того, что по отношению к своим друзьям-напарникам она стала поступать бы также. Но всё же собиралась воспользоваться своим последним беспроигрышным оружием — неслыханной наглостью при недюжинном уме, в малых и великих её проявлениях. Которая запросто смогла бы сработать на самоуважении личности молодого лисёнка-изобретателя в этом мире. — Ладно, ладно. Раз она у тебя есть, я возьму её на пять минут, чтобы заменить батарею. «Ну, давай, только не тяни кота за яйца…» — Притормози-ка, пожалуйста. Я сказал, что она у меня должна быть… но разве говорил, что дам ей воспользоваться? «Чё-ё-ёрт, твою мать! Неужто так сложно протянуть девушке руку помощи?» Могла ли Вейв вообще ожидать, что Тейлз будет с ней прямым и твёрдым в своих решениях? Впрочем, чего она ожидала, так или иначе самоутверждаясь насмешками над ним перед гонками и во времена случайных стычек? Даже начавший показываться красивый закат не способствовал расположению духа у жёлтого двухвостого мобианца. — О-о-ох, коротыш, ну не будь такой букой! Войди в моё положение… ну, сам подумай, до ближайшего города добираться как минимум часов пять при отсутствия возможности полёта! Тем более, что совсем скоро точно стемнеет. Фиолетовая особь вавилонской ласточки даже и не помнила, когда последний раз умоляла кого-либо, кроме своих богов и давно обращённых в прах по свету предков, о чём-либо. Всё же ей показалась абсурдной мысль вставать перед ним на колени и ластиться у его ног ради какой-то отвёртки. — Если не ошибаюсь, то…ближайший из них, Глэйдополис, за восемнадцать с половиной миль? А, ну да, точно. Так что счастливого пути, советую поторопиться. — Да ты что, с… сдурел? Стой, не закрывай, прошу тебя! Только Тейлз в самом деле хотел закрыть дверь перед носом Вейв, случайно что-нибудь ей прищемив, как она, не унимаясь, вовремя просунула ногу в дверной проём, не боясь, что она может быть придавлена. Конечно же, лисёнок-механик этого бы не допустил даже по отношению такой, как она. И, как только открыл дверь едва ли не нараспашку, помимо заката разглядел руку заметавшейся ласточки, указывающую на север от входа в его дом-мастерскую. Туда, где едва виднелись мобианские небоскрёбы и летательные воздушные шары. — Сам посуди, коротыш. Я ни за что не смогу пройтись пешком целых девятнадцать миль. Лишь для вашего Соника это — расплюнуть, за пять минут. Попробуй понять то, как бы ты стал действовать в такой ситуации. Молодой вундеркинд просто не имел понятия, почему и дальше собирается её отвергать. Вернее, причиной тому служило лишь недоверие, алчность и воровской промысел Вавилонских воров. Он бы и рад войти в её положение, да только его не покидала мысль, что и сейчас она попросту обманывает его с целью потери бдительности во имя обнаружения его чертежей для разных механических разработок. Которые могли бы ей пригодиться для более универсальных досочных летательных аппаратов. — Ага, я понимаю. Понимаю, что отвёртки — одни из важных вещей для механика, где бы он ни находился. С твоим-то суперинтеллектом по Extreme Gear ты просто не могла забыть про такую мелочную, но приятую для работы вещь… я не согласен одалживать свои инструменты такой, как ты, эгоистка. Надеюсь, доберёшься до города до захода солнца… или хотя бы уберёшься из леса за это время, и дальше автостопом. А теперь прошу, не беспокой меня. — Вот именно, что мелочь… легко теряется… э-э-эй, куда закрываешь! Механик команды вавилонцев больше не намеревалась терпеть упрямства стойкого в своей категоричности двухвостого гения, поскольку и так уже сделала, по её соображениям, слишком много, чтобы убедить его выполнить её просьбу. Скорее всего, ей и в самом деле была нужна столь простая, но порой нужная вещь, как отвёртка. На сей раз без молений, она просто удержала закрывающуюся дверь ладонью, чтобы тот растерялся окончательно и не успел сориентироваться. — Просто отойди с дороги, надоеда, я сама её возьму. И так много времени потеряно. Видите ли, взял и даме пожалел… Не сколько от силы её толчка, сколько от возмутительного для него поведения вторжения в личное пространство, Тейлз быстро поднялся на ноги и стал пробовать принимать другие меры, поскольку уйти силой такую упрямую соперницу, как Вейв, не заставишь. — Ты вообще не осознаёшь, что сейчас делаешь? Врываешься на раз-два в чужой дом, ещё и при хозяине! А я говорю им: «Идите и позовите своих подружек, потому что здесь туса будет идти сутки». Удовлетворённые ответом, они слаженно моют мое тело. А потом сообщают: «Твой королевский пенис чист, большой мальчик. И ты тоже». Вот только какие меры можно вообще предпринять против настойчивой ласточки, столь нагло ворвавшейся в его обитель… Отчего на миг могло показаться, что эти двое как будто начали меняться ролями: где она является хозяйкой, а Тейлз, наоборот, донимает её в её же жилище. — Ой, хозяин, да я всего лишь буду должна тебе отвёртку. Обещаю, что верну в целости и сохранности. Не делай из этого трагедию, у тебя плохо выходит. Так, и где она валяется? Абсолютно невозмутимый вид Вейв, пока она начинала в точности хозяйничать в чужом доме, особенно удивлял Тейлза, конечно же, с отрицательной стороны. Ввиду его несовершеннолетнего возраста, пусть и с чёткими целями в жизни, он просто не понимал, как реагировать адекватно на нынешнее поведение вавилонки без уважения личного пространства. — Да пошла ты вон из моего дома, совсем выжила из ума — рыться в моих вещах! — Нет, ещё не выжила, поэтому иду проверять твой гараж. Даром мне сдалось твоё нижнее бельё, ты его и так не носишь. Абсолютное игнорирование просьб прекращать незваные поиски и свалить поскорее казалось Тейлзу сущей несусветностью. Впрочем, станет ли столь гордая девушка уважать неокрепшего в своей личности паренька, ещё и, по её догадкам, девственника? В то же время сама Вейв просто делала из всей этой суматохи лишь игру, даже не сколько на его нервах, сколько ради собственной забавы. От злости, вкупе со скрежетанием зубами, он и не заметил, как она нагло зашла вместе со своим аэробордом в его большую мастерскую в подвале, затем просто расположив доску на рабочем столе лисёнка со всеми последними чертежами. — Эй, слушай, здесь одни плоскоголовые валяются. А мне нужна крестовая, чтобы открутить сильно вкрученные болты. Поглядев по сторонам и не найдя нужной отвёртки, вавилонка с тем же изначально невозмутимым видом, будто то, что происходит по её инициативе — само собой разумеющееся — начала осматривать прочие ближайшие столы вместе с ящиками. Очень хорошо, что взбудораженный её отношением к себе двухвостый лисёнок не хранил какие-либо предметы фетиша в одних из таких. Иначе просто взял бы эту с-с-с… самку за шкварник и выставил бы за порог броском, что есть силы. — Совсем охренела, что ли, Вейв? Плохо, что ли, меня слышишь? Убирайся из моего дома! Казалось бы, чёткая просьба, без единой дрожи в голосе была озвучена Тейлзом, причём достаточно громко и с надрывом, чтобы Вейв услышала её. Но теперь ему предстоит понять ещё одну вещь: что его будет задевать и удивлять от всей этой наглости больше — её безразличие к его требованиям или же её не поддающиеся адекватной критике ответы. — Да слышала я твоё едва слышное бурчание, доволен? Не кричи так, я ведь отвёрткой не резать тебя собралась. Просто мне показалось разумным игнорировать твои требования. Я старше тебя и лучше разберусь, что мне делать. Так, и где лежит крестовая? Неожиданно молодой механик, всё ещё растерянный, хоть и всё ещё настаивающий на своём по праву, ощутил, что его охватила неведомая тяжесть, отчего не мог просто так взять и прогнать нахалку пинками под зад. Не потому ли, что она, как никак, девушка… а, как бы, обижать девушек не слишком-то красиво? Впрочем, ему стоило бы вспомнить заместо Вейв, к примеру, летучую мышь Руж, которая также стала бы рыться в его вещах, чтобы найти какие-нибудь секс-игрушки чисто ради своего «насмешливого» любопытства. Такого же, какое происходит сейчас. С другой стороны, жёлтого цвета лисёнок просто «вытряхнул» этот собачий бред из головы, как только подумал, что Руж в его представлениях таким образом могла проверять силу его мальчишеских гормонов. Пусть ему и было интересно, если б такие мысли о ней, которую он также недолюбливал за её более профессиональный воровской промысел, стали бы явью. Но понимал, что для такой, как очень видная своими формами летучая мышка, это было бы слишком странно… и скучно. — Так я тебе и сказал, где она лежит, пока ты так себя ведёшь. Соображаешь вообще, что делаешь, ещё раз спрашиваю? — А если нет, то что? Ладно, сама дальше поищу, раз не хочешь говорить. Тейлз совершенно себе не представлял, как можно быть настолько беспечным и не уважающим личное пространство других. Отчего точка кипения стремительно добиралась до новых её горизонтов, пока он видел перед собой явное «неповиновение» настырной гостьи его требованиям. Всё растирая зубы от злости в разные стороны и готовя кулаки, чтобы осадить попутавшую берега фиолетовую птичью девушку, он был готов сделать это ещё скорее и сильнее… как только услышал хруст шоколадных печенек с тарелки. И, поднявшись наверх, увидел, что она правда их жрёт! — Ты… твою мать, ты моё печенье ешь! Я делал его полдня, ты… пигалица! Казалось бы, ярости Тейлза не было предела. Его пар как будто бы изо рта, ноздрей и ушей не останавливало даже то, что Вейв наглаживала свои гладкие стройные бока по очереди, пока наслаждалась вкусным печеньем, в котором были ощутимы на вкус кусочки настоящего шоколада. — Зачем же так грубо, малышок. Я хороша собой, ловлю взгляды разных парней, а ты кто таков будешь, чтобы судить о моей внешности? Тебе стоит подучиться манерам общения со старшими, однако это буду делать не я… да и чего ты опять как заведённый, расслабься! Всего лишь парочку откусила, это не конец света. Лисёнок-механик из героев Соника дал понять самому себе, что с этого момента самая ненавистная ему ласточка-механик из Вавилонских воров вообще не видит горизонта за своими действиями. Конечно же, это выводило его из себя не на шутку. — Какая, к Эггману, будь он неладен, парочка! Ты уже слопала их все! — Это ты на что намекаешь, потрудись объяснить. Абсолютная невозмутимость бесстыжей ласточки против праведного гнева лисёнка, хорошо понимавшего всю суть того, что сейчас его всерьёз провоцируют на грубость. Пусть Вейв и не рассчитывала на это, и пусть таки ей нужна средняя крестовая отвёртка, но для неё его мальчишеская злость выглядела очень забавно и ни с чем не сравнимо. — Чего тут объяснять-то. Они были мои, я их приготовил для себя! Это моя точка зрения. Несмотря на то, что Тейлз попросту сразу не обратил внимания на то, что печенья оставалось пара штук к его приходу на кухню… теперь, пока он высказывался ласточке в сторону, не отводя от неё глаз, она точно успела съесть всё до последнего. Довольно облизываясь и причмокивая от крошек и кусочков шоколада. — Ха-хах, ты такой душка, когда злишься, мелкий! Кстати, невероятно вкусно, не удержалась распробовать всё. Только мобианец хотел высказать с криками ещё что-нибудь идентичное в своей сути, причём без секретных слов, как Вейв, не желая слушать одно и то же, стала подходить к нему безо всяких комплексов. В самом деле, что он мог бы сделать с ней — разве ли поколотить? Слишком мелкий, так пусть попробует возбудиться от её дыхания и прикосновений хоть ненадолго. Всё это и начало происходить, как только бессовестная вавилонка с недурственной фигурой для совершеннолетней особы, подошла к шокированному её невозмутимостью Тейлзу. И следом наклонилась клювиком к его уху, между тем положив ладонь на его правое плечо. А также без стеснения дав возможность посмотреть на пропорции её грудей, скрытых белым топом, который она постоянно носит на себе, казалось бы, даже во время сна. — Скажу в ответ то, от чего ты упадёшь на месте… слушаешь, да? Так вот, мне плевать на всё это — такова моя точка зрения. — Фх-х-х, ять. Просто уйди, я тебя прошу… просто свали из моего дома, и мы забудем об этом. Он просто стоял, опустив руки, пока слышал её безразличие к неприкосновенности чужого пространства без разрешения владельца. Безусловно, ровесники, или существа постарше давно спровадили бы эту наглую птичку вплоть до наведения дула оружия на неё, пусть и на такие приёмы у неё находились достойные ответы. Но Тейлз… совсем другое дело. Конечно, потихоньку мокрая от пота вавилонка не планировала вести себя с ним таким образом. Но неужто желание его позлить, особенно когда предоставилась такая возможность, возникла сама собой… а не ввиду его нежелания войти в её положение? — Да я бы и рада, веришь или нет… но ты мне так и не одолжил отвёртку, чтобы я заменила батарею. Вероятно, Тейлз вовсе не мог сообразить сразу, как вообще в этом нелепом противостоянии выйти победителем. Ведь на самом деле почти ничего особенного не происходит… разве что та, которая не является ему чужой лишь в одном общем увлечении, просто дёргает его за ниточки тем, что хозяйничает в его доме. Сейчас же, после её прикосновений и дыхания, лисёнок понял, что несколько обмяк и расслабился. Хотя и не должен был. — Если бы я хотел, то не дал всё равно. Их у меня несколько, но средняя из таких — только одна. И она необходима мне для изобретения, над которым я работаю в своей комнате. Впоследствии мобианский механик не сразу понял, что оговорился. Пусть Вейв и не могла подумать, что эти слова был намёком на то, что отвёртка находилась в его спальне. — Так она у тебя там? Что ж ты молчал, сказал бы сразу — не пришлось бы мне бегать в разные стороны! Но теперь осознал, что она поняла это как намёк. Отчего рассмеялась после своих слов и быстро направилась на верхний этаж. Прауэр же явно не собирался отставать от неё, чтобы по возможности просто преграждать ей путь и идти напролом. Вот только ради получения какой-то там отвёртки она оказалась быстрее него, войдя в личную территорию до того, как он стал бы ей хоть как-то сопротивляться. — Да ты… ты ж, чёрт… не заходи в мою комнату, это вообще против правил этики! У тебя вообще совесть есть? Конечно же, Вейв его не слушала. Столько затрат сил, и ради какой-то открывашки! Особенно после того, как почти сразу увидела то, что так долго по-собственнически здесь искала. Определённо, наилучший сюжета для семейной драмы с элементами экшна, который обязательно будет замечен за свою абсурдность. — Нет, пока не смогу убедиться в том, что найду то, что мне нужно… А, вот она! «Да ты серьёзно издеваешься! Уж не знаю, сработают ли мои шторы, чтобы скрыть изумрудный гравитационный куб внутри моей парящей доски. Иначе пиши пропало мои старания! Но в итоге, каково же было облегчение Тейлза, когда он увидел, что Вейв попросту не стала идти в том направлении, где могла бы увидеть на данный момент сверхсекртеную патентную разработку! Всего лишь дойдя до отвёртки на комоде и забрав её, не заметив при этом даже слабого просвечивания через тёмные шторы, она снова осмелилась спуститься туда, откуда пришла. Но не тут-то было, Тейлз собирался преградить ей путь. На сей раз, с твёрдой решимостью не отступать перед ней и её неслыханной наглостью расхаживать в его доме и как будто бы вынюхивать важный для неё предмет. Стоило Вейв только оттолкнуть лисёнка, как он вцепился мёртвой хваткой правой руки к её белому топу, чтобы удержать себя от падения. — Всё, теперь я для тебя — хозяин дома, а не коротыш. Больше не буду паинькой. Пошла нахер из моего дома! Фиолетовая вавилонка, как только собиралась спуститься вниз к своему аэроборду, не сразу заметила, что молодой жёлтый мобианец вцепился в её верхнюю одежду на груди так же крепко, как за верёвку будто бы над пропастью. — Ты, твою ж мать, извращуга. Отпусти меня! Убери руки от топа! Наконец, теперь и Тейлз собирался попробовать быть беспечным и упрямым, как Вейв все эти минуты «бесчестия» к его владениям. Хоть и не сразу понял, с чего вдруг с ходу придумал ухватиться за прикрывающую её грудь белую тряпку… вероятно, первое, что пришло в голову. — Сама напросилась, гадкая девчонка. Тем более, я собираюсь сдёрнуть это тряпьё, чтобы ты отдала отвёртку обратно и знала, прежде чем к кому-то лезть без разрешения и предупреждения. «Ну давай, прочувствуй себя на моём месте, вороватая сучка!» — Да, я перестану быть такой, и сразу же отдам, как только закончу со своей доской у тебя здесь. Давай же! Что тебе мешает отпустить меня? «О, правда что ли? Думаешь, буду отпускать тебя только потому, что ты якобы выполнишь это обещание? Что-то я всё ещё не слышу прошения разрешить тебе взять мою вещь». Тейлзу определённо нравилась столь необычная, а главное — резкая смена ролей, какими они и должны сейчас не играть, а жить. Никогда бы он не подумал, что отпор столь уверенной в себе и смелой девушке может быть столь приятным его мальчишескому восприятию. Пусть для своей команды героев Мобиуса он уже давно не «мелкий», благодаря подвигам с его участием. — То, что я не давал согласия. Быстро верни её, ты и так разгромила мне копившуюся за сегодня атмосферу своим поведением! И тем самым, конечно же, Вейв не нравилось то, в каком положении оказалась теперь уже она. Раз уж в основном не поддерживала свой, по её мнению, не завидный бюст чашечками, считая, что плотно прилегающего белого топа и белой шерсти у грудей достаточно. «Нужна мне твоя атмосфера, лисий поганец, сам же упрямишься тут передо мной. Так улучшу наши с ребятами Extreme Gear, как вам даже и во снах не снилось!» На сей раз, не собираясь рассчитывать силу, Вейв, как только положила свою ладонь Тейлзу на грудь, сильно оттолкнула его по направлению к его кровати. На мгновение даже не вспомнив, что он всё ещё мог держать её за топ, который от таких действий запросто мог порваться, сделала это быстро и резко, чтобы лисёнок взаправду отскочил на большое расстояние и ударился о деревянный каркас лежанки. По сути, треск разрывающейся ткани её топа слышал только он, в то время как она стала увлекаться собой и тем, что одерживает верх над застенчивым маленьким коротышом, который был героем лишь в команде тех, кто затмевает его по физическим показателям. В самом деле, случилось так, что, когда Тейлз едва ли не подлетел к кровати, затем он увидел, что держал лоскуты топа. Пока тогда же Вейв, обнаружив, кроме белой нагрудной шёрстки, более ничем не прикрытую грудь, а следом одежду у него в руках, едва ли не закричала от неожиданности, когда всё поняла. — Вот блин, а… прости, я не хотел, Вейв! Это уже даже для меня слишком! Смена настроения у лисёнка от превосходства до жуткого стеснения обстоятельствами, как только увидел привлекательные девичьи птичьи сиськи с напряжёнными сосками, не оказалась для него неожиданностью ввиду его доброй натуры. — Так значит, вот как ты собрался противостоять мне. А ведь могли бы просто договориться без твоего упрямства и озабоченности… Всё же, несмотря на то, что неплохие голые груди вавилонки возымели эффект ступора у молодого двухвостого мобианца… терять остатки гордости, всё ещё оставшиеся в нём после довольно приятной неожиданности лично для него, он не собирался. — Вообще-то ты начала первая! Я не просил тебя заявляться ко мне, даже буквально вваливаться! Но, всё же немного пропустившая румянец на своих щёчках, Вейв не собиралась слушать его и следом признавать свою неправоту в том, что произошло. Она сразу же прикрыла обеими руками двух миленьких близняшек среднего размера, чтобы такой, как этот малолетний ботан-изобретатель не изобрёл бы себе робота-девушку с такими же прелестями, как у неё. Тем более «срисовывая» её силуэт в своих снах, используя его для такой разработки. — Я п-п-прав-вда н-не… гмх… не хотел, чтобы такое произошло. Хочешь верь, хочешь нет. Вот только фиолетовая ласточка не собиралась ему ничего отвечать, наплевав на прикрытие грудей и просто запульнув сию несчастную крестовую в Тейлза, рассчитывая попасть ему по башке. На его покрасневшее счастье, она промахнулась, и как будто от безвыходности, просто опустив руки, сжала их в кулаки, чтобы его побить. Но не хотела этого делать даже тогда, когда от порыва чувств просто расслабила конечности, которые в данный момент должны были прикрывать её сиськи. Теперь же Тейлзу был доступен широкий обзор на её женственность, пока что всё ещё наполовину в одежде, но уже очень сладкую для его юношеской милосердной жизни. — В-в-ве-ейв… гхм, они прекрасны. Они чудесны. На сей раз Вейв, стоило ей только услышать это, глубоко вздохнула от того, что уже ничего не исправишь. Уж этот мелкий коротыш точно не должен был видеть перед собой её груди. Мало кому она вообще их показывала, в том числе и Джету, если говорить о сформировавшихся при её совершеннолетии. — Доволен ими, значит… маленький и удивительно неприятный. Теперь ты мой должник. Как ни странно, оба покраснели от неловкости сложившейся ситуации и уже просто смотрели друг на друга, как будто бы поражённые громом. Тейлз, во всяком случае, чувствовал себя именно так. Но поспешил прервать молчание, собираясь дать разнесчастную отвёртку безвозмездно, лишь бы она никому не рассказывала, что произошло за последние десять минут. — Хочешь мою отвёртку? Да забирай, только никому не рассказывай, особенно моим приятелям при встрече, мало ли. И не бей меня, я правда не хотел, чтобы так вышло! Он думал, что она, пока приближалась к нему всё ближе, возьмёт да и заберёт её на пользование… но нет, просто-напросто откинула размашистым движением руки в сторону, собираясь наказать Тейлза за то, что он сделал с целью остановить безудержную натуру Вейв, пусть и вышло это случайно. — Не хотел, значит… что ж, ты также хорошо умеешь врать в лоб, как и я. Но теперь мне не нужна эта никчёмная отвёртка. Я хочу, кхем… другую. На сей раз малолетнему господину Майлзу Прауэру, кажется, всерьёз поплохело, пусть и не до состояния обморока. Всё оказалось куда прозаичнее, в то же время удивительно. Пока мадам ласточка Вейв без какого-либо смущения теперь постукивала подушечкой пальца об бороду, как будто бы обдумывала нечто действительно серьёзное. — Это что же ты имеешь ввиду, Вей-й… в? К тому же стоило лисёнку увидеть, как она облизнулась и причмокнула ему вслед… он сразу понял, что их конфликт, явно стремительно перерастающий в совращение, добром не кончится. Пусть в разгоравшемся желании секса эта проблемка попросту отпадёт. — Ты видел часть меня, которую обычно в здравом уме не выставляют публично на всеобщее обозрение, так что покажи мне свою… отвёртку. И в его голове просто даже не оставалось никаких других слов, чтобы остановить её, или же себя. Даже большущего кома из предложений просто не было, чтобы что-либо высказать кроме… — Ты во…о-бще уверена, что… А Вейв в свою очередь была и рада изображать хитрую, соблазнительную лису, пока даже и не думала о том, почему сразу же разогрелась так сильно, что возжелала Тейлза. Но чтобы действительно не ошибиться, наконец дала ему понять, что он тоже заслуживает вины, как и она перед ним тоже. — Покажи мне твой член, твой мелкий «нефритовый жезлик», и мы будем квиты. — Ч… ч-т-то… кхм, ты имее… шь вви…ввиду его? Всё ещё плотно лежавший и не думавший шелохнуться при виде наполовину голой ласточки с горящими глазами, Тейлз уже просто начал заикаться, даже едва не поперхнулся парочку раз. Быть пойманным в такие развратные сети он точно не был готов, пусть его ещё и не схватили должным образом. — Точно. Покажи мне его, и мы будем в расчёте. — Да ты с-с-серь… ёзно хочешь? Вейв определённо теряла терпение, раз уж прочувствовала холодок внутри своих штанов, после чего этот лисий мелочный коротыш просто не мог ей отказать. Не имел права, как и она не имела права врываться в его дом «по-братски». Не собиралась вспоминать о том, какой была в его возрасте, когда её тоже подначивали на секс. — Сейчас, быстро показывай! Тейлз взглотнул ещё сильнее от сильно накатившего напряжения, как только увидел без колебаний решительную Вейв перед собой. Специально стоявшую прямо около его раздивнутых ног, с обнажёнными грудями. Но всё ещё в своих брюках, между тем поблёскивающую своим фамильным ожерельем на шее, находящимся между близняшками. Отчего светоотражение манило его потрогать их, а следом тискать ладонями и обсасывать. Еле-еле бедняга сдерживал стояк перед ней, пока всё ещё неуклюже лежал на полу около кровати, не веря своим глазам насчёт того, что она и вовсе не собиралась ничем прикрываться. Вейв и самой хотелось бы провалиться под землю от того, что сейчас она смотрит на промежность ещё более ошарашенного её поведением Тейлза, причём с вожделением его совратить, раз уж он дал на это толчок. Ей не потребовалось много времени, чтобы увидеть показывающийся из-под небольшого скопления влажного пахового меха неплохого размера предательский стояк при эрекции. Вот только он всё расширялся, что Вейв, как девушка, не могла не оценить по достоинству, довольно мурлыча птичьим стрекотом про себя. Конечно же, её не испугал его размер, как будто и правда такой его обладатель, как Тейлз, сможет вообще её порвать… даже через пятнадцать секунд. После чего остановился, заставив Вейв таки подавиться слюной и открыть от удивления и впечатления подрагивающие створки клюва. — Охо-хо-хоу, вау! У такого, как ты… такой большой и клёвый! Как Тейлз не ожидал столь невиданной и беспочвенной наглости от Вейв, так и она в свою очередь вовсе не могла подумать, что такой, казалось бы, хилый лисёнок может быть куда внушительнее в некоторых анатомических местах. Ласточка даже удивилась сама себе, что немного намочила смазкой свои трусики только от одного его вида, поскольку также давно не трахалась. Как ей не везло с тупыми партнёрами даже в сексе, так и они шарахались от её временами случавшейся нудности, когда что-либо не нравится. В особенности это касается её предпочтений. К примеру, фиолетовая вавилонка, один из лучших механиков среди современных Вавилонских садов, ни за что не станет давать в попу. И следовательно, на двойное проникновение можно не рассчитывать, как и на полноценное групповое развлечение. Но сейчас, видя этот сладкий толстый член перед собой, она была не прочь поступиться своими принципами. Лишь бы этот мелкий, но сверх-умный ботаник позволил ей это сделать даже при отсутствии практики. В нынешнем случае Вейв очень надеялась, что у Тейлза хотя бы должны быть базовые знания ублажения противоположного пола. Впрочем, представления сплетения их тел воедино через всяческие виды полового акта сыграли свою роль, пока Вейв будто бы неотрывно стала смотреть на этого мясистого жилистого монстра, спрятанного в теле его мелкого носителя. Даже рассмеявшись про себя, что ей одними лишь голыми грудями удалось возбудить его настолько быстро, что, казалось бы, член уже эякулирует. — Ну, что ж, Вейв… ты увидела, теперь мы мож-ж… эй, что с тобой? Сейчас бы Тейлзу пользоваться моментом и также подольше да «настойчиво» хотя бы смотреть на её груди, где на сосках потихоньку поблёскивали капельки пота от напряжения сей новой создавшейся ситуации. Куда более приятной и непредсказуемой, сразу вслед за предыдущей, спорной и бестолковой. — И ты ещё спрашиваешь… да твой член просто чудо! Далеко не только для пубертатных девочек. Вот только сейчас он, ввиду недостаточного общения даже с таким типажом женского пола, чтобы чувствовать горячую любовь друг между другом, просто оцепенел от того, что вовсе не имел ни малейшего понятия, что сексуальная ласточка собралась делать дальше. И ещё больше смутился, когда она взаправду перед ним спустила свои штаны с себя на пол, отбросив ногой в сторону, чтобы не путались. Тейлз просто обомлел, не собираясь сдерживать свои стоны восхищения от того, что молодая совершеннолетняя вавилонка продемонстрировала свои подмоченные белые трусики, на которых было чётко видно приличное пятно от смазки возбуждения Тейлзом, как секс-партнёром. — А ну-с… ст-т… чего ты делаешь, Вейв? — Опять глупый вопрос, перестань их нести… и что же я, по-твоему, делаю, а? Как только плавно пропела от экстаза, вовсе накрывающего с головой, все эти слова, в то же время отбросив штаны, сразу же избавилась от белых перчаток и ботинок с небольшими каблуками. Следом расположились на столе рядом бандана и круглые солнечные очки. Лишь трусы всё ещё оставались на её теле, словно умоляя, чтобы Тейлз немедленно перестал сидеть приросшим к полу и без стеснения снять их, а после сразу облизать потеплевший клитор и столь сочные половые губки. — Ве-в… В-вейв… О Боже… Теперь же Вейв сочла стоящим зрелищем снять предметы одежды теперь и с Тейлза. Для этого встала на четвереньки, пока тот всё равно не был способен снять её из-за ступора. Накатившего на него со всех сторон, пока он всё видел перед собой бесподобные, чудные изгибы её бёдер, неспроста оглядываясь на её полностью уверенное лицо с довольно шальным взглядом. Лисёнок-счастливчик, которому перепала возможность трахнуть столь зрелую птичью девушку с потрясающей лично для его предпочтений фигурой, во всяком случае не собирался отводить глаз с её истинного довольства, пока она явно наслаждалась тем, куда соизволила завернуть нестандартная ситуация между ними. Молодой двухвостый механик не мог себе представить, что ему с столь противоречивой соперницей будет настолько хорошо. Отчего силился что-либо сделать сам… да хотя бы глубоко поцеловать её… но всё ещё пребывал в шоке, пока Вейв всё ещё сама возбуждала себя тем, что возбуждает его своими видами сзади и спереди. Слова по-прежнему не приходили на ум, а следом — на язык, чтобы хоть что-нибудь ей сказать. Но однозначно не те слова, чтобы она прервала совращение. И они бы на том закончили, никогда не вернувшись снова к столь удачной возможности потрахаться и примириться. — Итак, Тейлз. Давай для начала ляжем на кровать… А потом задам вопрос. Они оба синхронно поднялись к кровати, раз уж оказалось, что пока что неуверенному Тейлзу следовало бы подыгрывать, но в итоге он стал желать того же, что и Вейв — хорошего секса на час и более. И, не дожидаясь, пока двухвостый механик соберётся с духом и растянется на ней, она легко толкнула его за плечи, чтобы тот упал плашмя на спину и уж точно не терял драгоценное время пробудившейся в Вейв любовнице. Умело томившейся в той, которая любит своё дело куда больше себя и других. — Готово… что ты хочешь? Полуголая ласточка в одних трусах удивилась, что её партнёр теперь уже стал соображать, что его ждёт сейчас с ней. Не медля, взобралась на кровать там, где он лежал и силой вдыхал кислород, сразу села на его колени, располагаясь поудобнее. Получилось так, что ягодицы очаровательной вавилонки с румянцем на щеках от предвкушения плотно обжимали его член в горизонтальном положении. В то время как сам половой орган, «придавленный» фигуристой попкой, сам натирал живот малолетнего «клиента». И уже после этого ласточка резко сняла с лисёнка его перчатки, чтобы приложить их к соскам, тем самым давая намёк на то, что он наделал с ней сам, пока собиралась прошептать ему его вину. — Вот так хочу напомнить, что ты порвал мой белый топ. Осознаёшь это? — Да, и очень извиняюсь за… Возможно, в этих вопросах и объяснениях нужды теперь уже не было. И всё же она не собиралась давать ему забыть, почему они захотели секса друг с другом, и что к этому вообще подтолкнуло. Тем не менее, собиралась дальше продолжать ласкать его пальцами — одной рукой по его щекам, другой — проводя по члену коготками с разных сторон. Вздохи выходили наружу у обоих с заметной взаимностью и желанием друг друга. — Хорошо. Однако я нагло вошла в твой дом без разрешения и слопала всё твоё печенье… Это же некрасиво, правда? — Д-да… пожалуй, да. На сей раз уяснив для себя всё, что хотела услышать, Вейв не сбавляла обороты у пальцев рук и движения ягодиц, чтобы Тейлз буквально продолжал умирать от желания резко войти в неё, пока был придавлен её весом. — Как думаешь… есть ли способ, где мы могли бы предоставить друг другу равноценную плату, чтобы каждый из нас двоих заслужил прощение друг перед другом? — Оу… и как же? Не терпится узнать… Эта столь пошлая ласточка, обычно редко когда развлекающаяся настолько откровенно, соблазнительно рассмеялась и простонала от той мысли, которую собралась воплотить в реальность. Ту мысль, от которой у этого закомплексованного, пусть и имеющего право голоса лисёнка точно свело бы ногу или крышу, стоит только начать исполнять её — взять одну его руку и направить к своей мокренькой промежности, чтобы он прямо-таки сжал её, сокрытую в мокрых от возбуждения тонких белых трусах. Как только сделала это и не думала даже, что теперь, когда поздно останавливаться, Тейлз не собирался медлить со своими ласками, которые собирался подарить этой чёртовой вороватой ласточке за её нездоровую настойчивость. Сжимая влажную промежность и перебирая пальцами по всей её длине, всё ещё покрытой нижним бельём, не забывая наминать и внутренние стороны её бёдер. — Мм-м-м-х, какой кайф, о да… Ну и как тебе идея, чтобы я помогла тебе стать мужчиной, а ты стал бы напоминать о том, что я прежде всего женщина, заслуживающая мощной любви? — Кг-г-г-хм, я… с удовольствием. Услышав подходящий ответ для продолжения, Вейв поспособствовала проснуться эротическому жару внутри Тейлза, для этого запустив его пальцы под мокрую ткань трусиков. Отчего он стремительно терял контроль над собой, и уже не мог терпеть ощущения сильного жара внутри истекающей половыми соками промежности ласточки. Особенно когда она ласкала себя за него его же рукой, вращая круговыми движениями пальцев вокруг покрасневшего клитора, которого пока ещё не было видно за промокшей «ширмой». — Превосходный ответ… да, чёрт подери, ты хорош для коротыша… то есть, Тейлз, а что ты скажешь вот на это? И вот, на мгновение Вейв поняла, почему на пути в поисках населения ради разнесчастной отвёртки ей попался именно дом лисёнка, с которым она мнимо враждовала не один раз. Теперь же распри и их причины были вовсе не важны, пока они дарили плотную и терпкую любовь друг другу. Как плотно сжимая половые органы друг друга, так и наслаждаясь стонами и выкриками друг друга. А ведь сам половой акт ещё даже не начался. Но исправить это можно за долю секунды. — Конечно… к-ко-онечн-но, Вейв. Дел-ла-ай с-со мной, чт-то х-хоче-ешь. Только дай мне больше…