Charter I.

Блейн уже несколько лет работал сам на себя. Агентство пыталось вернуть его обратно, предлагало выгодные контракты, деньги, доступ к операциям высшего уровня, но он больше не собирался иметь ничего общего с людьми, которые когда-то сломали ему жизнь. Он слишком хорошо знал, как устроена эта система изнутри. Там не существовало понятия человечности, морали или сострадания. Людей использовали до тех пор, пока они были полезны, а после избавлялись так же легко, как выбрасывают неисправное оружие. Открыть собственное дело оказалось намного тяжелее, чем он ожидал. Не из-за нехватки денег или опыта. С этим проблем не было. За долгие годы работы он успел заработать имя, связи и уважение среди нужных людей. Самым сложным оказалось привыкнуть к обычной жизни. К жизни, в которой никто не отдаёт тебе приказы, где ты не просыпаешься среди ночи от сигнала тревоги и не хватаешься за оружие раньше, чем успеваешь окончательно открыть глаза. Он не умел жить спокойно. Он всегда сидел лицом к выходу, автоматически оценивал людей вокруг, замечал камеры наблюдения, пути отхода и потенциальные угрозы. Его мозг уже не умел отключаться. Это становилось частью тебя навсегда. Ему почти тридцать лет. У есть брат, который не знает, чем на самом деле занимается Блейн, но и они не особо близки, нет жены, нет детей и дома, в который хотелось бы возвращаться по вечерам. Иногда ему казалось, что он и не способен на такую жизнь. Потому что такие, как он, не созданы для нормальной жизни. Элитных бойцов не воспитывают как обычных людей. Их ломают с самого детства, постепенно уничтожая всё человеческое внутри. Тебя учат тому, что эмоции мешают выживать. Страх делает медленнее. Жалость делает слабым. Любовь превращает в уязвимую мишень. Сначала это были бесконечные тренировки до потери сознания. Их заставляли терпеть боль так долго, пока организм буквально не переставал на неё реагировать. Сломанные пальцы, вывихи, кровь на полу тренировочных залов, бессонные ночи и наказания за малейшие ошибки становились обычной частью жизни. Их учили стрелять раньше, чем думать, учили убивать без колебаний и не задавать вопросов. Там никто не интересовался, чего ты хочешь.Ты либо становился идеальным оружием, либо не выживал. Блейн до сих пор помнил свою первую настоящую миссию. Тогда ему казалось, что после такого человек уже никогда не сможет остаться прежним. Он помнил кровь на собственных руках, помнил, как после задания несколько часов сидел в ванной, пытаясь отмыть от себя запах смерти. Его трясло так сильно, что он едва мог держать стакан воды. Но потом была вторая миссия. Третья. Десятая. Со временем всё это переставало вызывать хоть какие-то эмоции. Ты привыкаешь ко всему. К выстрелам. К крикам. К чужой смерти. К тому, что каждый день можешь не вернуться обратно. Самое страшное заключалось в том, что однажды ты действительно перестаёшь чувствовать. Именно этого агентство и добивалось. Идеальный агент не должен испытывать привязанности. Он не должен любить, скучать, переживать или бояться потерять кого-то. Любые чувства считались угрозой для миссии. Если человек начинал слишком сильно привязываться к кому-то, его списывали. Блейн ненавидел вспоминать об этом, потому что перед глазами сразу появлялась Рейн. Он помнил её слишком хорошо, будто видел вчера, а не много лет назад. Её упрямый взгляд, привычку скрывать усталость за колкими шутками, руки в ссадинах после тренировок и то, как она всегда пыталась казаться сильнее, чем была на самом деле. Ей было всего пятнадцать лет. Сейчас эта мысль казалась ему особенно чудовищной. Тогда они оба воспринимали происходящее иначе. Им внушили, что они солдаты, что возраст ничего не значит, если ты умеешь убивать и выполнять приказы. Их заставили слишком быстро повзрослеть. Только спустя годы Блейн понял, что они были обычными детьми, которых превратили в оружие. Рейн не была слабой. Наоборот, она была одной из лучших. Быстрая, умная, хладнокровная и опасная настолько, что многие взрослые агенты рядом с ней казались новичками. Но даже это не спасло её. Потому что она совершила главную ошибку. Она начала чувствовать. И он тоже. Блейн до сих пор помнил тот момент, когда понял, что пропал окончательно. Это было что-то совершенно простое и незначительное. Кажется, тогда они вернулись после тяжёлой тренировки, измученные, злые и уставшие. Рейн сидела напротив него на полу, прижимая к разбитой губе лёд, и тихо смеялась над какой-то глупостью, хотя у самой дрожали руки от боли и усталости. И именно тогда он впервые поймал себя на мысли, что готов убить любого, кто причинит ей вред. Для агента это было началом конца. После этого всё стало только хуже. Он начинал замечать каждую мелочь. То, как она морщится от яркого света после бессонных ночей. Как прячет ранения, чтобы её не отправили на восстановление. Как смотрит на него в редкие спокойные моменты, когда рядом никого нет. Он пытался убедить себя, что сможет это контролировать. Что чувства не помешают работе. Что они достаточно сильные, чтобы скрывать всё от агентства. Какими же они были наивными. Агентство замечало всё. Там не прощали слабости. Не прощали привязанности. Людей вроде них считали опасными, потому что любовь делает тебя человеком, а человек никогда не станет идеальным оружием. Рейн списали как расходный материал. И самое страшное заключалось в том, что Блейн ничего не смог сделать. Спустя столько лет он всё ещё винил себя. За то, что позволил себе любить её. За то, что рядом с ним она начала мечтать о жизни, в которой можно было быть не солдатом, а обычной девушкой. За то, что однажды он поверил, будто у них вообще есть шанс на нормальное будущее. Иногда по ночам он всё ещё вспоминал её голос так отчётливо, будто она находилась рядом. И в такие моменты внутри начинало болеть что-то давно сломанное, что невозможно было вылечить ни временем, ни алкоголем, ни бесконечной работой. Его учили терпеть физическую боль, учили переживать пытки, голод, бессонницу и страх смерти. Но никто так и не научил его жить с чувством вины. Его собственное дело за несколько лет стало известно во многих кругах. Сначала о нём говорили шёпотом, как о бывшем агенте, который решил работать отдельно от системы и не подчиняться больше никому. Потом его имя начали упоминать всё чаще. Люди знали, что если Блейн берётся за заказ, то он будет выполнен идеально. Без шума, без следов и без лишних вопросов. Он не хватался за каждую работу. Деньги давно перестали быть для него главной целью. За свою жизнь он заработал достаточно, чтобы никогда больше не думать о выживании. Его интересовали сложные задачи, опасные операции и ощущение контроля, которое он испытывал только во время работы. В обычной жизни он чувствовал себя чужим. Слишком спокойные дни начинали раздражать его уже через несколько часов. Постепенно ему пришлось собрать собственную команду. Одному работать становилось невозможно. Заказы становились масштабнее, опаснее и приносили слишком большие деньги, чтобы отказываться от хороших специалистов. Он собрал рядом с собой людей, которые были такими же сломанными, как и он сам. Бывшие агенты, хакеры, наёмники, специалисты спецназа, люди из разведки и те, кого давно вычеркнули из нормальной жизни. Многие из них раньше работали на крупные агентства и прекрасно понимали, как устроен этот мир изнутри. Некоторые были списаны после ранений, другие сами ушли, не выдержав давления, а кто-то просто однажды понял, что больше не хочет быть пешкой в чужих руках. У каждого из них за спиной была своя история, но объединяло их одно. Они больше нигде не могли существовать. Обычные люди не понимали таких, как они. После всего пережитого невозможно просто устроиться на нормальную работу, купить дом и делать вид, что ничего не произошло. Их психика давно работала иначе. Они спали вполглаза, постоянно проверяли замки, инстинктивно тянулись к оружию при любом резком звуке и не умели доверять людям. Многие из них уже давно потеряли семьи. Кто-то развёлся, потому что не мог перестать жить войной даже дома. Кто-то похоронил близких. А у кого-то никогда никого и не было. И только рядом с Блейном они снова почувствовали, что у них есть цель. Он не обещал им спасения или нормальной жизни. Не говорил красивых речей о справедливости. Он просто дал им место, где их навыки были нужны, а прошлое не вызывало осуждения. Они уважали его не из-за страха. Они знали, что Блейн никогда не бросит своих людей. Именно поэтому за несколько лет его организация превратилась в нечто куда большее, чем просто группа наёмников. Это была идеально выстроенная система, где каждый знал своё место и выполнял работу без ошибок. Они брали заказы редко, но метко. Только те, которые действительно стоили внимания. Иногда это были поиски людей, иногда ликвидация опасных целей, а иногда вещи куда серьёзнее, о которых никто никогда не должен был узнать. В один из таких вечеров Блейн находился в своём загородном комплексе. Дом располагался далеко от города, среди леса и бетонных дорог, которые вели к территории через несколько постов охраны. Это место больше напоминало укреплённую базу, чем обычный дом. Высокие заборы, камеры наблюдения, вооружённая охрана и система безопасности, которую невозможно было взломать обычными способами. Сам Блейн сидел в просторном кабинете с приглушённым светом. Огромные окна выходили на тёмный лес, а в комнате стояла почти мёртвая тишина, нарушаемая только звуком льда в стакане. Он выглядел расслабленным, но это была лишь привычная маска. Такие люди никогда не расслабляются полностью. Даже сейчас пистолет лежал рядом на столе, а сам он машинально прислушивался к каждому звуку вокруг. Телефон завибрировал в тот момент, когда он сделал очередной глоток виски. На экране высветилось имя Роя. Блейн слегка поморщился. Если его лучший хакер звонит лично, а не отправляет информацию сообщением, значит дело действительно серьёзное. — Слушаю, — спокойно ответил мужчина, отпивая ещё один глоток виски. Он откинулся в кресле, продолжая смотреть в окно на темноту за стеклом. На другом конце послышался знакомый голос Роя. Быстрый, слегка нервный и как всегда слишком оживлённый. — Блейн, поступил крупный заказ, и это то, чего у нас очень давно не было, — проговорил хакер, быстро стуча пальцами по клавиатуре. — Тут обеспечена настоящая золотая жила. Блейн усмехнулся уголком губ. Рой всегда начинал именно так, когда находил что-то интересное. Деньги волновали его намного больше, чем саму опасность. — Выкладывай, — коротко произнёс мужчина, откидываясь на спинку кресла. Он сделал ещё один глоток виски, ожидая услышать очередную историю о политике, корпорациях или грязных разборках между богатыми людьми. — Одно агентство связалось с нами, и один из агентов, которого они вырастили, спустя годы вернулся, — объяснил Рой, параллельно что-то печатая у себя за компьютером. Блейн медленно поставил стакан на стол, и внутри что-то неприятно дрогнуло. — И что с этого? — холодно спросил он, явно не понимая, почему Рой так взбудоражен. — А то, что этот человек украл у них флешку с компроматом на всю контору, — серьёзно ответил парень. — И они готовы заплатить очень хорошие деньги за выполнение этой миссии. Блейн устало закатил глаза. Подобные истории происходили постоянно. Кто-то кого-то предавал, крал данные, пытался сбежать. Для него это давно стало обыденностью. — Так отправь Дэйва, — лениво произнёс мужчина, покручивая стакан в руке. — Ему как раз нечем заняться. А то только и делает, что страдает по бывшей жене. На другом конце послышался тихий смешок Роя. — В том-то и дело, что они хотят именно тебя, — ответил хакер уже более серьёзным голосом. — Видимо, знают твою репутацию. Этот человек сейчас находится в Сан-Франциско. Я взломал нужные каналы и нашёл примерное местоположение. Он скрывается за городом в старом отеле, который много лет назад сгорел при пожаре. Но дальше камеры уже недоступны. Кто бы это ни был, он умеет хорошо заметать следы. Блейн молчал несколько секунд, он смотрел в темноту за окном, машинально прокручивая информацию в голове. Бывший агент. Вернулся спустя годы. Украл компромат. Это звучало как человек, которому уже нечего терять. Именно такие люди были самыми опасными. — Это очень хорошее дело, Блейн, — продолжил Рой. — Если ты возьмёшься за него, наша репутация станет ещё выше. — Хорошо, — наконец произнёс он. — Как вообще выглядит этот человек? Особые приметы? — Никаких, — ответил парень раздражённо. — Успешно маскируется. Агентство даже имени не назвало. Но могу предположить, что это парень, а девчонка бы просто струсила. На лице Блейна появилась холодная усмешка, он медленно провёл рукой по подбородку, вспоминая человека, который когда-то доказал ему обратное. — Слабо ты женщин знаешь, парень, — спокойно произнёс мужчина. Рой тихо хмыкнул. — Как есть, — ответил он, продолжая щёлкать клавишами.

***

Сан-Франциско встретил Блейна непривычной прохладой и тяжёлыми свинцовыми облаками, которые нависли над городом так низко, словно собирались в любой момент разразиться сильным ливнем. Влажный ветер дул со стороны океана, пронизывая даже через плотную одежду, а густой туман медленно растягивался между улицами, скрывая очертания зданий и делая город каким-то мрачным и неприветливым. Воздух был пропитан запахом сырости, мокрого асфальта, бензина и солёной воды, а люди вокруг спешили по своим делам, почти не обращая внимания друг на друга. Блейн никогда не любил подобную погоду. Она всегда вызывала у него странное чувство тревоги. Слишком тихо, слишком серо, слишком спокойно. За свою жизнь он привык, что именно за подобным спокойствием чаще всего следовало что-то плохое. Рой организовал ему вылет буквально за считанные часы. Уже через полтора часа после их разговора Блейн собрал сумку, взял документы, оружие и сел в самолёт. Обычно перед любой операцией он тщательно изучал дело, просматривал фотографии, анализировал маршруты, искал слабые места цели и просчитывал действия на несколько шагов вперёд. Но в этот раз всё произошло слишком быстро. И это ему совершенно не нравилось. Что-то внутри неприятно царапало сознание. Словно интуиция, которая столько раз спасала ему жизнь, снова пыталась предупредить его о чём-то важном. За годы работы Блейн научился доверять своим ощущениям. В его мире люди лгали, документы подделывали, камеры могли показать не всё, но инстинкты ошибались крайне редко. Он медленно шёл по улице, засунув руки в карманы тёмного пальто, и внимательно смотрел по сторонам. Для обычного человека это выглядело как обычная прогулка, но Блейн никогда не просто ходил. Даже спустя столько лет его мозг автоматически анализировал всё вокруг. Он замечал камеры наблюдения, людей, которые шли слишком медленно, окна, из которых можно вести наблюдение, отражения в витринах и любые подозрительные детали. Телефон коротко завибрировал в кармане. Мужчина достал его и увидел сообщение от Роя с точными координатами нужного места. Несколько секунд Блейн внимательно изучал карту, после чего медленно нахмурился. Заброшенный отель за пределами города. Слишком тихо. Слишком удобно. Подобные места редко становились случайным выбором. Добраться туда оказалось сложнее, чем он ожидал. Когда Блейн назвал адрес первому таксисту, тот сначала молча посмотрел на него через зеркало заднего вида, а затем без слов отменил поездку. Второй водитель даже не стал ничего объяснять. Третий несколько секунд смотрел на него, а потом нервно усмехнулся. — Нет, приятель, — проговорил мужчина, качнув головой и крепче сжав руль. — Я туда не поеду даже за очень хорошие деньги. Блейн слегка прищурился, внимательно глядя на водителя. — И почему же? — спокойно спросил мужчина, внимательно наблюдая за реакцией собеседника. — Люди говорят, место проклятое, — тихо ответил мужчина, стараясь не смотреть ему в глаза. — Много лет назад там случился сильный пожар. Погибло много людей. После этого туда никто не ездит. Некоторые говорят, что ночью там видели силуэты в окнах. Несколько секунд Блейн молча смотрел на него, а затем усмехнулся. За свою жизнь он видел слишком много страшных вещей, чтобы бояться старых историй про призраков. Люди всегда были страшнее. Пришлось идти пешком, и уже спустя некоторое время впереди наконец появился старый отель. Огромное шестиэтажное здание возвышалось среди деревьев и густых зарослей, словно забытый всеми памятник прошлому. Часть окон была выбита, стены покрывали огромные трещины и следы копоти, а некоторые участки здания всё ещё сохраняли чёрные следы пожара. Блейн остановился на несколько секунд, внимательно рассматривая здание. Он не верил в мистику. Но верил в людей. А люди любили использовать страх как отличное прикрытие. Блейн медленно поднялся по потрескавшимся ступеням и остановился возле входа. Несколько секунд он просто стоял, внимательно рассматривая всё вокруг. Он никогда не врывался в незнакомые места, особенно если речь шла о человеке, которого с самого начала недооценивать не стоило. За долгие годы работы осторожность давно стала для него чем-то большим, чем просто привычкой. Мужчина аккуратно вошёл внутрь, и его взгляд сразу привычно начал цепляться за детали. Он осматривал помещение не как обычный человек. Его мозг автоматически анализировал пространство, оценивая всё вокруг: углы обзора, возможные пути отхода, места, где можно устроить засаду, и любые вещи, которые хоть немного выбивались из общей картины. Сквозь разбитые окна внутрь проникал прохладный ветер, который гулял по пустым коридорам и временами заставлял старые конструкции тихо поскрипывать. Где-то далеко слышался звук капающей воды, и этот монотонный звук эхом расходился по пустому зданию. Под ногами лежали куски стекла, остатки мебели и обломки стен, но почти сразу внимание Блейна привлекло кое-что другое. Для заброшенного места здесь было слишком чисто. Нет, мусор здесь действительно был, и возле стен лежали старые коробки, обгоревшие остатки мебели, куски бетона и пыль. Но чем дольше он смотрел, тем сильнее понимал, что что-то не сходится. В некоторых местах пыль лежала толстым нетронутым слоем, словно туда никто не заходил годами. Но рядом попадались участки пола, которые выглядели слишком чистыми. Блейн медленно остановился и опустил взгляд ниже. Его глаза внимательно изучали поверхность пола. Следы были почти незаметными, и обычный человек вряд ли бы вообще обратил на них внимание. Но он видел их. Пыль местами была слегка смазана, а возле стены кто-то явно освободил пространство от мусора. Всё это выглядело так, будто человек здесь не просто прятался несколько часов, а жил уже какое-то время. На лице мужчины появилась лёгкая усмешка. Значит, Рой не ошибся. Блейн медленно двинулся дальше, стараясь двигаться максимально тихо. Его шаги почти не издавали звуков, несмотря на разбросанный мусор и старый пол. Поднявшись на второй этаж, он остановился и внимательно осмотрел длинный коридор перед собой. Двери некоторых номеров были выбиты, другие едва держались на старых петлях, а часть давно валялась на полу. Свет проникал внутрь через разбитые окна и ложился неровными полосами на стены и пол. Несколько секунд ничего не происходило, и Блейн уже собирался двигаться дальше, когда где-то сверху внезапно послышался звук. Совсем тихий, почти незаметный. Будто кто-то случайно наступил на старую половицу или задел ногой что-то металлическое. Мужчина резко поднял голову. Это был человек. Он даже не стал тратить время на раздумья. Мужчина моментально сорвался с места и быстро рванул вверх по лестнице. Старые ступени под ногами жалобно заскрипели, а звук шагов эхом разнёсся по пустому зданию. Он быстро поднимался выше, внимательно следя за каждым поворотом и тёмным углом впереди. Третий этаж остался позади почти мгновенно. Блейн уже собирался подняться ещё выше, когда внезапно воздух разорвал оглушительный звук выстрела. Тело среагировало быстрее сознания. Пуля пролетела настолько близко, что он буквально почувствовал движение воздуха возле лица. — Сука, — зло процедил Блейн, резко уходя в сторону. Он едва успел уклониться. Адреналин моментально ударил в кровь, но лицо мужчины осталось спокойным. В таких ситуациях организм работал автоматически. Рука уже потянулась к оружию. Пистолет привычно лёг в ладонь, и Блейн резко поднял руку и выстрелил в ответ. Первый выстрел. Второй. Но человек впереди оказался слишком быстрым. Мужчина успел увидеть лишь тёмный силуэт, который мелькнул впереди и неожиданно рванул прямо к окну. В следующую секунду незнакомец буквально выпрыгнул наружу. Блейн резко остановился и нахмурился. — Да быть не может, — тихо проговорил мужчина и сразу подбежал к окну. Он быстро выглянул вниз, ожидая увидеть тело или хотя бы движение, но вместо этого взгляд почти сразу зацепился за пожарную лестницу. Несколько секунд мужчина внимательно изучал её взглядом, а затем усмехнулся. Теперь всё становилось интереснее. Он быстро перелез через разбитое окно и внимательно посмотрел наверх. Почти сразу его взгляд остановился на одном из подоконников. Шестой этаж. Там остались следы грязи. Блейн сразу начал подниматься следом, быстро хватаясь руками за металлические перекладины. Но стоило ему подняться выше, как снова раздался выстрел. Пуля ударилась о стену совсем рядом, и куски бетона полетели в разные стороны. — Вот же дрянь, — раздражённо проговорил мужчина, ускоряя движение. После этого началась настоящая погоня. Тёмный силуэт постоянно исчезал впереди, резко менял направление, перепрыгивал через обломки и двигался так, словно заранее знал каждый поворот в этом здании. И именно это начинало всё сильнее раздражать Блейна. Потому что так двигался не просто человек. Так двигались профессионалы. Погоня продолжалась ещё долго, пока впереди внезапно не закончился коридор. Человек резко остановился. Тупик. Бежать было больше некуда, а Блейн медленно остановился, направляя оружие вперёд, а на его губах появилась лёгкая усмешка. — Тебе уже некуда бежать, отдавай флешку, и мы разберёмся по-хорошему, — уверенно проговорил мужчина. Но закончить мысль он не успел, и в следующую секунду человек резко двинулся вперёд, и удар оказался настолько быстрым, что Блейн едва успел его заметить. Нога с силой врезалась ему прямо в лицо, но даже в этот момент мужчина успел схватить чужую руку. Резкий рывок. Пистолет вылетел из пальцев незнакомца и с грохотом ударился о бетонный пол. Блейн медленно поднял взгляд, а перед ним стоял человек в огромной чёрной толстовке, а капюшон полностью скрывал лицо. И почему-то именно сейчас внутри появилось очень странное чувство, потому что движения этого человека, скорость, манера атаковать и даже стойка казались до боли знакомыми. Но что именно, он пока не понимал. Почему человек перед ним стоял удивительно спокойно? Любой другой на его месте после такой погони нервничал бы, искал путь отступления или хотя бы пытался оценить шансы. Но сейчас ничего этого не было. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга, а затем человек напротив неожиданно тихо усмехнулся. — Не думала, что они наймут именно тебя, Блейн, найти меня, — с лёгкой усмешкой проговорила девушка, слегка наклонив голову в сторону. Блейн даже не сразу понял, что именно заставило его замереть. Голос. Женский. Он настолько был уверен, что всё это время преследовал мужчину, что мозг не сразу принял услышанное. Удивление на лице появилось быстрее, чем он успел его скрыть. — Мы знакомы? — удивлённо спросил мужчина, внимательно всматриваясь в скрытое капюшоном лицо девушки. Теперь он смотрел на неё совсем иначе. Девушка-агент не была чем-то невероятным. За свою жизнь он видел женщин, которые дрались лучше многих мужчин, стреляли точнее и были гораздо опаснее. В агентствах давно не делали различий. Девушка несколько секунд молча смотрела на него, а затем снова усмехнулась. — Как быстро же ты забываешь того, кого так любил, — тихо проговорила девушка, медленно поднимая руки к капюшону. В этот момент внутри Блейна словно что-то оборвалось. Девушка медленно сняла капюшон, и в этот момент весь мир вокруг словно перестал существовать. Блейн просто смотрел. Смотрел прямо перед собой и не двигался. — Привет, Блейн, — тихо проговорила девушка, не отводя взгляда. Перед ним стояла Рейн, которую он похоронил больше десяти лет назад. Сейчас она стояла здесь, живая. Она изменилась, но он узнал бы её черты лица среди миллионов. Черты лица стали жёстче, исчезла подростковая мягкость, а во взгляде появилось что-то холодное. Блейн почувствовал, как пальцы постепенно ослабли, а пистолет в руке медленно опустился вниз. Он думал, что её списали, жил с мыслью, что она умерла, а она оказалась жива. Он видел отчёты, где было написано, что её убили. Но нет. Она выжила и сейчас стояла перед ним, словно ничего не произошло. Внутри у него появился ужасный ком в горле, словно он всё ещё не мог поверить, что видит перед собой ту, которую слишком давно потерял и оплакивал многие годы, живя с мыслью. А что было бы, если бы она выжила? Возможно, у них была бы семья, а возможно, они бы расстались, но он так и не сумел многое с ней попробовать. — Рейн?.. — хрипло проговорил мужчина, не веря собственному голосу.