Часть 20

Драко заметил, как воздух вокруг изменился, пространство будто становилось ощутимым, каждой клеточкой тела он почувствовал напряжение всех присутствующих в атриуме. Лучи заклинаний ещё продолжали движение, но те, кто их выпускали, замерли. Тёмный Лорд появился из камина. — Достаточно! — прогремел усиленный заклинанием голос Реддла. Все замерли. Никто не осмелился даже пошевелиться. — Каждая пролитая капля магической крови – невероятно ценна. Гарри Поттер! — Лорд оглянулся в поисках того, к кому обращался. — Если ты не сдашься прямо сейчас, то я убью каждого, кто находится здесь. — На кончике волшебной палочки заискрилось зелёное свечение. Нагайна показала свою мерзкую голову из-за ног хозяина, выползая вперёд. Ближестоящие в ужасе попятились от змеи. Поттер вышел вперёд из толпы, и красные глаза Реддла устремились к нему, а на лице заиграла кривая улыбка. Никто не вмешивался, напряжение в воздухе нарастало. Гарри поднял руки, показывая, что у него нет палочки. В этот момент Драко отвлекло движение сбоку. Рыжая вспышка. Джинни Уизли, чёрт бы её побрал, бросилась в сторону Поттера. Драко успел перехватить девицу за талию и потянуть к себе. — Нет! — взревела она. Душераздирающий крик эхом пронёсся по тишине атриума. Столько боли в этом звуке, будто плач феникса. — Пожалуйста, Гарри, нет! — Авада Кедавра! Зелёная вспышка ударила Гарри в грудь. Он упал. И Реддл тоже упал. Время будто застыло. Всё будто застыло. Драко молился всем богам, о которых когда-то читал, чтобы Поттер выжил, потому что лицо Уизли, что было совсем рядом с его лицом, выражало такое опустошение, что казалось, он и сам больше никогда не сможет ничего почувствовать, кроме этой заполняющей каждую клеточку тела боли. Звуки стали появляться вновь. Заклинания продолжили лететь со всех сторон, но Драко смотрел только на Джинни. Лицо её становилось всё более искажённым, но скорее уже от ярости. Драко понял, что произойдёт, но не успел среагировать. — Сектумсепра! — крикнула Джинни срывающимся голосом, и белый луч ударил в Драко. Мощность заклинания откинула его назад. Он упал, ударившись спиной о плитку пола, но даже не почувствовал этой боли, потому что грудь горела огнём, и он чувствовал, как кровь сочится отовсюду, одежда быстро становилась мокрой. Джинни стояла над ним, смотря ему прямо в лицо, в котором было столько ненависти, что казалось, она могла убить взглядом. И она, кажется, действительно собиралась это сделать. Ярость светилась зелёным на кончике её палочки. Драко понимал, что у него нет шансов против Авады — никакой щит не помог бы, да и силы вместе с кровью покидали его тело. Боялся ли он умирать? Конечно да. Но он всё сделал правильно. Он выбрал сторону. Он получил больше, чем когда-либо мечтал за последние несколько дней. Он был счастлив. Пусть и во время войны, но был. Жаль только, что он не сможет увидеть Гермиону. Он закрыл глаза, готовясь принять смерть. *** Гермиона видела в прицел, как Реддл упал. Всё произошло так, как они ожидали, так и должно было случиться. Оставалось только молиться всем известным богам, что Гарри жив. Битва снова продолжилась. Несмотря на то, что лидер Пожирателей лежит на полу, что Поттер лежит на полу, война продолжается. Теперь уже за власть. Гермиона прицелилась, чтобы произвести контрольный выстрел Лорду в голову. На всякий случай, но её отвлёк светлый отблеск волос Драко. Он упал на землю. Что произошло? Его серая кофта быстро пропитывалась кровью. Нет! Гермиона уже не думала ни о чём, она сорвалась с места и бросилась из кабинета. Она должна успеть его спасти. Должна успеть. Он обещал ей выжить! Он спас её, и она должна. Сердце бешено колотилось в груди от страха. От страха, что Гарри всё же умер, и от страха, что Драко тоже может умереть, от страха, что война ещё не закончена и Реддл тоже жив. Она перепрыгивала через несколько ступеней, несясь вниз по лестнице. Выбежав в атриум, она бросилась к тому месту, где предположительно был Драко, на ходу бросая заклинания в случайных Пожирателей. Она увидела, что Джинни стоит над Драко, а кончик палочки уже светится новым заклинанием, которое она собирается бросить в него. Гермиона не колебалась ни секунды, на ходу бросая обезоруживающее и ловя палочку Джинни. Та удивлённо повернулась на того, кто осмелился это сделать, лицо её исказилось от гнева, на щеках были слёзы. Гермиона примерно предположила, что произошло: она слышала крик Джинни. Скорее всего, Драко остановил её, чтобы она не бросилась к Поттеру, когда тот вышел к Лорду безоружным. Гермиона бросилась к Драко. Он распахнул глаза и уставился на неё. Он хотел что-то произнести, но из горла вырвался только булькающий звук. Она положила руку ему на щёку в успокаивающем жесте. Мимо пролетали заклинания, грозя попасть в кого-то из них, но она смотрела только на него. В голове роился поток мыслей. Нужно что-то делать. Прямо сейчас. Она повернулась к Джинни. — Используй портключ и забери его... — Нет! — Джинни готова была кинуться на Гермиону голыми руками. У них нет времени на споры: если они продолжат бездействовать, то кто-то их убьёт или покалечит. Она не может лечить его под огнём проклятий. — Империо. — Гермиона не раздумывая направила на Джинни палочку. — Прости меня. Используй свой портключ и перенеси Драко, пусть ему окажут помощь. Если потребуется, то угрожай целителям, но сделай всё, чтобы его вылечили. Если в убежище не будет целителя, то делай сама. Вулнера Санентур. — Гермиона протянула Джинни её палочку, та взяла. — И ты не будешь вредить ему никаким из возможных способов. Поняла меня? Джинни кивнула. Взгляд её был остекленевшим, но с глаз продолжали литься слёзы. Гермиона знала, что Джинни возненавидит её за это и, возможно, никогда не простит. Уизли вытащила из кармана портключ, приблизилась к Драко, взяла его за руку и исчезла. На их месте осталось кровавое пятно. Соберись, Гермиона! Она не могла думать ни о чём, кроме того, что, возможно, Драко умрёт. На автомате она отбивала проклятия, выставляла щиты и стала пробираться к тому месту, где должен был быть Гарри. Вокруг что-то взрывалось, Гермиона несколько раз падала, несколько раз кто-то вскользь зацепил её режущим заклинанием. Она чувствовала порезы в спине, но продолжала пробираться сквозь поле битвы. Несколько раз пришлось уворачиваться от зелёных вспышек. Наконец добравшись до Гарри, она упала на колени рядом с ним. Никто не пытался убрать или оттащить его или Реддла. Вокруг творился хаос. Нагайна не подпускала никого к телу своего хозяина, обернувшись вокруг него кольцом. Гермиона отвела взгляд от отвратительного зрелища змеи и стала прощупывать пульс у Гарри. «О, спасибо, спасибо, спасибо! Он жив!» Гермиона потрясла его за плечи, но он не приходил в себя. Невербальный Реннервейт — и веки его затрепетали, а потом раскрылись под стёклами разбитых очков. — Гермиона! — единственное, что произнёс Гарри, и перевёл взгляд на Реддла. Гермиона повернулась и увидела, что тот тоже пришёл в себя. В зелёных глазах Гарри вспыхнул огонь решимости. Гарри быстро встал на ноги, отталкивая Гермиону за себя. Кто-то закричал совсем рядом, но заклинание, что выкрикнул Гарри, прозвучало громче любых звуков вокруг. — Авада Кедавра! — Без лишних колебаний, без жалости, без благородства. Заклинание попало в Лорда до того, как он успел подняться на ноги. Все звуки битвы стихли. Гермиона не могла понять: на самом деле или просто шум крови в её голове заглушил всё вокруг. Нагайна подняла свою уродливую голову и поползла в их сторону. Гарри попятился, прикрывая собой Гермиону. Она оглянулась по сторонам, но увидела, что битва всё же продолжается. Кинула в змею Аваду, но та отскочила от неё, попала в кого-то в толпе. Гарри посылал в змею одно проклятие за другим, но они так же не причиняли ей никакого вреда. Так же, как было с остальными крестражами. Гермиона споткнулась об тело, лежащее на полу, и упала, утягивая Гарри за собой. Змея подползала всё ближе, но в момент, когда тело её стало напрягаться для броска, голова её резко дёрнулась в сторону, и огромная туша упала без движения. В голове Нагайны красовалась дыра от пулевого. «Храни Мерлин Флёр!» Гермиона выдохнула и подняла большой палец вверх, зная, что Флёр увидит её в прицел. *** Драко понимал, что локация сменилась, боль пронзила грудь ещё сильнее, но перед глазами всё ещё стояло лицо Гермионы с решительным взглядом. Она осталась там. Она погибнет! Он должен что-то сделать. Он попытался встать, но рука на плече не дала ему. Он открыл глаза и увидел Джинни. Она смотрела на него пустым взглядом, но лицо её всё же было перекошено от пробивающейся ярости. — Вулнера Санентур. — стала произносить Уизли, и Драко видел, что она пытается сопротивляться Империусу. Он бы тоже пытался. На её глазах только что убили любимого человека, и её боль выражается в гневе на единственного, кого можно было бы винить. Драко понимал её. Но она бы ничего не смогла сделать. Возможно, Лорд убил бы и её. Боль утихала, но слабость становилась сильнее. Драко будто не спал неделями, хотелось просто закрыть глаза и погрузиться в темноту, но он знал, что так делать не стоит. Возможно, он потерял слишком много крови. Рядом появилась женщина в мантии целителя Святого Мунго. Интересно, сколько работников сегодня оторвали от дел больницы и привлекли к данной миссии? В рот ему залили зелье, Драко не сопротивлялся. Ему нужно прийти в порядок и вернуться. А как он вернётся? Камины должны были перекрыть, а аппарация напрямую в Министерство невозможна. Но он найдёт способ. Ему просто надо немного прийти в себя. Голос Джинни погружал его в транс, но он не должен отключаться, поэтому он попытался заговорить. Выходило не очень. Кажется, порезана шея, и звук будто застревает в груди. — Я должен... вернуться... — выговорил с трудом. — Никто не может вернуться в Министерство. Всё заблокировано. Именно поэтому был приказ пользоваться ключами только в крайнем случае. Здесь уже двое с тяжёлыми ранениями, так что я должна вернуться к ним. Вас мы стабилизировали. — Целительница повернулась к Джинни. — Вы молодец. Продолжайте до тех пор, пока не перестанет кровоточить, потом воспользуйтесь бадьяном. Когда целительница исчезла из поля его зрения, Драко смог рассмотреть только потолок. Деревянные перекрытия. Ничего, что могло бы сказать, где он находится. Свет тусклый. Драко повернул голову и наткнулся на такую же деревянную стену, вдоль которой тянулись полки с провизией. Послышался протяжный вой, и Драко посмотрел в другую сторону. Там было несколько коек, возле которых суетилась та самая целительница. У одного из раненых отсутствовала нога. Драко не узнал никого из двух мужчин, хотя второго и невозможно было опознать, потому что всё лицо у него представляло собой кроваво-синее месиво. Драко снова попытался встать, но Уизли снова толкнула его на пол. Он перевёл взгляд на неё — она была полностью сосредоточена на его исцелении, уже наносила бадьян. Драко пропустил момент, когда его водолазка исчезла с тела, но, видимо, до того, как Джинни приступила к исцелению, и сейчас он чётко чувствовал холод каменного пола спиной. — Он жив. — сказал Драко. Джинни не посмотрела на него. Говорить стало легче. Драко хотел верить в то, что он говорит, и хотел успокоить её. — Поттер жив. Так и должно было произойти, мы планировали, что Лорд заавадит его. Но он убил не его, а часть своей души в нём. — Заткнись! — Драко видел, что Джинни хотела ударить его, но не смогла побороть заклинание — рука её опустилась, и она обессиленно зарычала. — Ты несёшь бред. — Голос её задрожал на последних словах, и Драко видел, что она очень хотела бы поверить в его слова, но только заплакала сильнее. Он хотел бы успокоить её, правда, но он не знал как. Они видели оба, что произошло, но у Драко всё же было больше информации. Нужно объяснить ей. — Поттер тоже крестраж. Ты же знаешь о крестражах? — Он привлёк внимание Джинни, она посмотрела ему в глаза и кивнула. — Эта информация подтверждена. Слишком долго объяснять, но поверь, пожалуйста: Поттеру нужно было только добровольно принять Аваду от Лорда, чтобы этот крестраж уничтожился. Понимаешь? Реддл убил часть своей души, потому что Поттер пожертвовал свою жизнь, защищая всех в Министерстве. — Ты... ты думаешь, он не умер? — Надежда. Ужасное чувство, но и Драко надеялся, что с Гермионой всё хорошо. Иначе обет прикончил бы его. Точно! Обет. Драко выдохнул от облегчения, осознав, что с ней до сих пор всё в порядке. — Иногда мне вообще кажется, что Поттер бессмертный. — попытался пошутить Драко. Настроение его улучшилось от осознания, что Гермиона пока в порядке, но он должен идти к ней. — Мне нужно вернуться в Министерство. Драко попытался подняться, но голова закружилась, и он рухнул обратно на спину. В глазах потемнело, и он провалился в пустоту. *** Гермиона не поняла, когда перестали сверкать заклинания над головой, но битва угасала. Кто побеждал, для неё не имело значения, она лишь знала, что они уничтожили Волан-де-Морта. Она так давно даже мысленно не называла его по имени, но теперь уже нечего терять. Она так чертовски устала. Всё тело болело, несколько пальцев, кажется, сломаны, спина продолжает кровоточить. Гарри был рядом с ней, сражался плечом к плечу, такой же измотанный и раненый. Гермиона снова упала, отбив колени, но Гарри продолжал держать её за локоть. Она закрыла глаза и прислушалась. Всё ещё было невероятно шумно, но не слышно взрывов и воплей. Глубоко вздохнув, она открыла глаза и огляделась. Кругом разруха, кровь, трупы и раненые, но среди этого всего она увидела, что большинство знакомых лиц всё ещё на ногах. — Кажется, мы победили, Гермиона. — произнес Гарри, поднимая её на ноги. Она снова оглянула обстановку. Кажется, авроры арестовывали тех, кто сдался или был ранен. Она заметила профессора Слизнорта — он прислонился к стене и тяжело дышал. Камины открыли, потому что из зелёного пламени стали появляться целители Святого Мунго, о чём свидетельствовали их салатовые мантии. Гермиона снова оглядела пространство. Мертвые люди. Она вглядывалась в их лица, но не видела тех, кого могла бы опознать, но точно знала, что среди потерь были те, кто сражался на их стороне. Она бродила и пыталась помочь тем, кому ещё можно было помочь, независимо от того, на чьей стороне они сражались. Прошло, кажется, бесконечное количество времени, прежде чем всем раненым оказали помощь, тяжело раненых доставили в больницу, а мёртвых уложили у стены, накрыв мантией. Среди погибших она не увидела своих друзей, и мерзкая радость или облегчение прокатилось по её душе. Тридцать восемь Пожирателей смерти, тринадцать сотрудников Министерства и двое авроров были убиты. Они никогда не узнают, как закончилась битва, не вернутся сегодня домой. Девятнадцать Пожирателей были с пулевыми ранениями — те, что мертвы. Ещё около двадцати пяти были доставлены в больницу, те, кто так же был ранен ею либо Флёр. Она не считала. Просто перестала это делать после четвёртого или пятого попадания в тело врага. Ужасный ли она человек? Определённо. Сможет ли она с этим жить? Ну, ей придётся. Придётся принять то, что она отобрала чью-то жизнь. Придётся каждое утро смотреть в зеркало и говорить себе, что это было вынужденно, что она боролась за мир ценой своей души. И в конечном итоге она сможет убедить себя, что это было правильно, сможет простить себя и жить дальше. Но не сейчас. Сейчас она просто будет плакать, сидя у разрушенного монумента «Магия — Сила», и жалеть себя. Она перевела взгляд на камины — пламя привлекло её. Из него вывалился, другого слова она не могла подобрать, Малфой. Он жив! Мерлин, спасибо! Она так боялась, что он погибнет. И сейчас почувствовала, что наконец может дышать полной грудью. Следом за ним вышла Джинни. Точнее, выбежала. Гермиона поднялась и бросилась к нему. Он снова попытался встать, но опять упал на колени. Он был без рубашки, всё тело покрывали свежие шрамы, в волосах запеклась кровь. Драко снова встал, и его взгляд встретился с её. Она поняла, что она не знала бы, как жить дальше, если бы он погиб. За несколько дней он стал настолько дорог ей, что даже в голове не укладывается, но она уложит это прямо сейчас. Плевать на всё. Она определённо влюбляется в Драко Малфоя и точно знает, что это только начало. В его глазах плескалось такое облегчение и боль, что было сложно на это смотреть, поэтому она преодолела оставшееся расстояние между ними и подхватила его тело прежде, чем он снова завалится. Они вместе осели на пол. Драко вцепился в неё так, как будто от этого зависела его жизнь. Он что-то бормотал ей в волосы, сильнее прижимая к себе. Тело его сотрясалось в рыданиях. Она слышала его всхлипы. Ну вот, она довела до слёз Драко Малфоя. — Всё закончилось. — прошептала ему Гермиона и нашла его губы, целуя. Она чувствовала соль его слёз и привкус крови. Но это вкус победы. Он ответил ей на поцелуй, жадно впиваясь в её губы, будто она была его воздухом. А она зарывалась пальцами ему в волосы. — Я хочу быть с тобой. — проговорила ему в губы Гермиона, почувствовала его улыбку. — Если ты передумал насчёт свидания, то мне придётся сломать тебе нос. — Кажется, ты заявила на меня свои права, целуя посреди Министерства при свидетелях. Мне теперь, как порядочному человеку, придётся сводить тебя на свидание. — Драко снова поцеловал её, легко касаясь губами. Они отстранились друг от друга в тот момент, когда к ним подошли Гарри, Рон и Джинни. Последняя не отпускала руку Поттера, продолжая плакать. Гермиона почувствовала укол совести, но, встретившись с ней взглядом, Джинни лишь покачала головой и слабо улыбнулась, произнося: — Прости, Малфой, ты спас мне жизнь, а я набросилась на... — Не извиняйся. Я знаю, что тебе пришлось пережить. — произнес Драко и поднялся с пола, потянув за собой Гермиону. Стоял он некрепко, поэтому ей пришлось придерживать его. — Будете рассказывать своим детям историю о том, как оба хотели прикончить одного и того же человека одним и тем же заклинанием? Идеальная пара. — пошутил Рон, но Джинни и Гарри шутку не оценили. Оба они чувствовали вину за это. — Ну, что теперь? — спросил Гарри. — Ну, нам всем надо бы показаться целителю. — Гермиона крепче перехватила Драко за талию. Он не переставал гладить её по спине, иногда целуя в макушку. — А в долгосрочной перспективе? — Гарри действительно ждал от неё ответ на этот вопрос. Она не загадывала наперёд, потому что не знала, что их ждёт завтра, но сейчас она прекрасно поняла, что хочет делать дальше. — Ну, я планирую вернуться в школу с сентября. Вам тоже советую. Но пока у меня первостепенная задача — мне нужно вернуть память моим родителям. — Значит, мы едем в Австралию? — Гарри прижимал к себе Джинни. — О, Австралия! Я с вами! — послышался голос сбоку. Все повернулись на Теодора Нотта, что подошёл к ним. — Обожаю путешествовать. Компанию охватило радостное предвкушение. Все закивали головами, обсуждая, как будут добираться — портключом или самолётом. Нотт настаивал на втором, Рон отрицательно махал руками. Гермиона же подумала, что им точно придётся принять Феликс Фелицис, потому что она была без понятия, где искать родителей в огромной стране, и только чистая удача могла бы им помочь. Драко заглянул Гермионе в глаза и тихо произнёс: — Я пойду с тобой, куда скажешь, буду всегда рядом, если позволишь. — Я позволю. Потому что я готова ответить на твои чувства. Она не произнесла громких слов, потому что знала, что этот момент ещё впереди, и хотела, чтобы это было равносильно его чувствам. Когда-то она обязательно скажет ему те самые слова, потому что Драко Малфой умеет добиваться того, чего хочет. Примечание к части: Ну вот я ставлю статус "Завершён". Даже не верится. Спасибо всем, кто прошёл этот путь со мной от начала до конца, всем двадцати трем лайкнувшим, всем кто ждал продолжения или окончания работы, чтобы прочитать её. Это был незабываемый опыт. Но на этом я не заканчиваю. Теперь я понимаю, что хочу писать, потому что мне это очень нравится. Заглядывайте иногда, впереди нас ждёт новая работа. Всем добра.