Освещая путь

Несколько минут прошли в молчании. Сибирцев всё-таки был удивлён. Толя оказался не промах. Хотя парень и так всё понимал с полуслова, молча вставал на дежурство, питался той же скудной пищей. Он ведь не сильно моложе Олега, их разделяет всего несколько лет. Но его ещё не коснулась энергетика умирающего города. Или всё-таки коснулась? Сибирцев успел постареть, иногда ему было просто омерзительно смотреть в зеркало. Воистину проклятое место! А Толя ещё ничего – не бледный, не мелькает седина в волосах. Только глаза уже наполнились каким-то тяжёлым чувством. Может это скорбь, жалость к тем, кто остался, заперт в бетонном склепе. А может это тоска по родному краю, который остался далеко позади. - Как ты додумался до такого? Как ты вообще обучился? Ведь и специальности такой нет!– удивлялся Олег. Он прежде не расспрашивал парня о его даре, тем более и применения ему не находилось. Да и тема деликатная… - Я ж к старому волхву ходил. Он кажется, был последним, кто знал как правильно говорить с духами. - И он тебя научил, как следует? - Ага. Нужно быть вежливым, не показывать страх, пытаться как-то успокоить мёртвых. Им же обычно больно, мало кто готов к собственной смерти… - А что наши? Кого ты видел? - Толком – никого. Они такие…расплывчатые. Это из-за браслетов, они ж долго лежали без хозяина и тьма их повредила. - Погоди, получается любая вещь, которую человек регулярно носил с собой, становится «проводником»? - Да, так оно и бывает. - Я сейчас вернусь. Олег быстро ушёл и вернулся с изящным зеркальцем. Он только что взял его из комнаты Даны, пересиливая свою горечь. Комната осиротела без хозяйки и все вещи будто превратились в пустышки, а тексты древних рукописей стали бессвязным бредом. - Попробуй проверить это. – Сиб протянул зеркало Толе. - Тёплое…Живое! – Толя аж подскочил от неожиданности. – Это ж её? - Её. Ну вот, значит ещё одна хорошая весть. А пойдём-ка в радиорубку, вдруг сигнал словим? Раз такое везение… - Давай… - Ты мне ещё не рассказал, что смог узнать у духов. Выкладывай. - Да всё просто. Смотри – Толя взял с журнального столика распечатку городской карты. На ней полукругом расположились синие кружки. - Последние места, которые они запомнили. Там видимо и погибли. Ты ведь знаешь где это? - Старый район, как правило, тихий и спокойный. Мы там всегда проезжали без помех. Ну, разве что у одной арки регулярно происходят убийства… А вообще… Все метки внутри него. Надо ехать. Сибирцев нутром чуял, что их выезд может стать последним. Всё к этому шло. Но отчего-то ещё искрились крупинки надежды. Радиорубка примыкала к обители Шилялиса, была логичным её продолжением. Где-то над потолком торчала невидимая глазу антенна. Передатчик призывно моргал красными и жёлтыми лампочками. И вот снова на голове тяжёлые наушники, а микрофон у самых губ. - Я Белянск, вызываю Центр. Приём! Вызываю Центр! Молчание в ответ. Иногда прорываются помехи. - Вызываю Песчанку… вызываю Княжицу… вызываю Стражу… вызываю Черёмуху… Не слышит центр. Не слышат и соседние участки. В эфире всё такое же мёртвое, как и за окном. А когда-то Шилялис ловил здесь музыку и искренне этому радовался, хотя ему делали выговоры… Теперь путь лежал в гараж. И нужно вновь надеть пальто. Оно до сих пор спасает даже от лютого мороза. Рядом Толя неуклюже влез в свой полушубок и застегнулся на все пуговицы. А вот и два посоха – тяжёлый и монолитный поднял Олег, а тонкий, почти невесомый взял Толя. Парень задумчиво вертел оружие в руках, он ещё не привык с ним управляться. Зато изготовил по всем правилам и кажется даже ловчее, чем Сибирцев, который подал ему такую идею. В гараже уже появился тонкий ледяной покров, и осталась лишь одна тусклая лампа. Две машины безжизненно стояли у стены. «Козлик» был давно не на ходу – у него лопнула рама, и спустило все колёса. Автомобиль с трудом затолкали в гараж, но внутри никого не было. Дядя Вася и пара его помощников были в паре метров от гаражных боксов. Но не успели… А где-то на просторах Белянска, в бескрайних снегах затерялась ещё одна машина. Там был хороший отряд, замечательные разведчики. Их задача была проста – найти безопасный выход из города, на случай отступления. Сиб и не знал их толком, а теперь и вовсе не узнает никогда. А отступать уже некуда. Но вот стоит последняя машина, родная «буханка». Она тоже выглядит грустно, но ещё в состоянии куда-то ехать. Если конечно постараться. Ключ до сих пор в замке зажигания – это уже радует. Натужный кашель мотора громогласно отражался от стен. Не заводится! - Полезай в кабину, а я попробую с «кривого» завести! – крикнул Олег, выскакивая из-за руля. В руке «восходовца» очутилась пусковая рукоятка, «кривой» стартер. Установить над бампером, крутануть пару раз, стараясь при этом не переломать пальцы. Всё просто. Но машина сопротивляется, словно не хочет мчаться навстречу своей погибели. Впрочем, делать нечего – мотор чихает, фыркает и наконец, слышен его ровный рокот. Вперёд! Жёлтые огоньки фар беспомощно пытались развеять черноту и кажется, каждый поворот таил чудовищ, грозил смертью. Фонарей уже почти не осталось, а со всех сторон наваливались исполинские дома, готовые раздавить маленькую машинку. Через шум мотора пробивалась мрачная песня, записанная на старую кассету Ты не переживай Из ада сразу в рай Наш путь – мы до конца ему верны На гребне злой волны. Сибирцев крепко сжимал руль, он был настроен решительно. Толя сидел рядом, сложив руки на груди. Путь оказался не близок. По карте всё было легко, виднелся короткий маршрут. На деле же машина никак не могла найти дорогу, петляла в лабиринтах, натыкалась на тупики, запутывалась в колючей проволоке. Город не давал прохода, прятал знакомые ориентиры. Бессмысленные блуждания длились бы до самого утра, если конечно оно вздумает настать в этом гиблом месте. «Буханка» дёрнулась и съехала с дороги. Раздался скрежет. - Приехали…- вздохнул Олег. Напрасно он ворочал рычаги и выкручивал руль до упора. Машина ёрзала в снегу, не в силах выбраться. - Засада. У нас лебёдка есть, надо зацепиться вон за ту железяку… Не успел Сиб досказать свою мысль, как парень кивнул и тут же хлопнул дверью. Сибирцев мгновенно пожалел о своих словах. Надо было идти самому, а Толика оставить следить за мотором, чтоб тот не заглох. Через ветровое стекло открывался вид на борьбу человека и стихии. Метель сбивала Анатолия с ног, он проваливался по пояс в вязкий снег и неумело закрывался от шквальных порывов. Порой парень полностью пропадал из вида, словно его уже поглотил враждебный снег. Сибирцев понял, что дело здесь нечисто. Вокруг чёртова канава! Не просто глубокая, а наверняка бездонная. Под белым покровом ползают те же самые гады, что и везде. Они глухо шумят где-то под днищем. Машина медленно, миллиметр за миллиметром уходит в снег. Толя вновь появился, наконец, размотал трос и выбрался на обочину, к железяке, покрытой облупившейся голубой краской. Раньше на неё клеили афиши. И где-то здесь стоял уютный кинотеатр. А теперь лишь виднелись его руины. Есть контакт! Толя радостно махал рукой. Машина потихоньку подтягивалась, освобождаясь от снежного плена. Когда дело было закончено, спасительная железяка оказалась согнута в нескольких местах, а потом и вовсе рухнула. - Молодец. Авось прорвёмся…- Олег крепко пожал руку товарищу, когда тот вернулся в салон. Они и в самом деле прорвались и почти сразу очутились в старом районе. Путь туда пролегал через загадочную арку, около которой столько раз находили мертвецов. Сиб заметил как расширились зрачки Толи и исказилось лицо – перед его взором явно промелькнули жуткие картины. - Сюда заманивали людей. Некоторых убивали прямо тут. Других тащили или вели… - сказал парень, когда они проехали немного вперёд. - И гляди-ка – приборы опять молчат. В прошлый раз мы так и не разобрались с подобным местом... Внешне всё было спокойным. Кремовые и красные «сталинские» дома величественно стояли, нарядившись в снежные шапки. Рядом были не менее внушительные бетонные заборы и корявые тополя. Среди сугробов виднелись ржавые останки детской площадки, давно заброшенные «Жигули» и какое-то яркое пятно. - Там человек! – воскликнул Толя. Сиб это и так понял, но быстро подъехал поближе. И в самом деле, человек. Только уже не живой. Наполовину засыпанный снегом. Торчат смутно знакомые ботинки, штаны… - Это ж Кирилл… - упавшим голосом констатировал Толя. Машина вновь покинута, из неё вытащен ящичек с красным крестом. Быстро и энергично раскидан снег. Нет, тут уже не помочь. На обмороженном лице Кирилла ни кровинки, остекленевшие глаза выражают недоумение, каштановые волосы в беспорядке. Рядом валяется оторванный руль мотоцикла. Вольный охотник нашёл свою смерть. Нет при Кирилле ни лука, ни браслета, ни даже шапки. Что же его погубило? На этот вопрос решил ответить Толя. Он присел над мертвецом и взял его за руку. И молча застыл, лишь губы шевелились. - Его долго обманывали. Как и нас. Кружили, водили. А потом сказали, что конец близок. И что они до всех доберутся. - Не сомневался. Как он умер? - Били оттуда – Толя махнул рукой на ближайший дом – Умер не сразу, мучался… Прилетел какой-то комок тёмной энергии. Который его «выпил». - Мрази. Сколько он их убил… Удачливый был, чёрт возьми. Помнишь, как он ползком вернулся, весь в рванье? Не щадил себя ведь… - Да… Мне он обещал некоторые приёмы показать. Он ещё говорил, что в облике зверя здесь выживать проще. - Не знаю-не знаю. Тут все страдают. Я тут уже давно зверей не видал. А скоро и людей не будет. - Олег, мы следующие… - Ясное дело. Говоришь, оттуда стреляли? Значит это конечная точка нашего путешествия. Нас там наверняка ждут, точат ножи и клыки, слюни пускают. - Я смерти не боюсь. Привык к тому, что она рядом. - Знаешь, я вот давно уже мёртв. Внутри. Хуже уже не будет, а умирать по-одиночке – глупо. Пошли. - Пошли. Два человека брели к подъезду, который распахнул свои расшатанные деревянные двери. На двоих – лишь посохи да фонарики со слабым зелёным светом, в которые заряжены последние батареи. Позади осталась открытая всем ветрам машина с прожектором, который задран в небо, но уже не может породить луч. Позади осталось и тело погибшего товарища, которое вскоре зарябило и исчезло без следа. А в подъезде разрослась плесень. Она шевелится, морщится в зеленоватом свете фонаря. Страшная вонь пробегает по лестничным клеткам, заставляя на миг остановится. Подозрительное бульканье, чавканье звучит со всех сторон, словно вокруг не дом, а чрево исполинского животного. И как приманка рыбы-удильщика на одной из площадок раскачивается лампочка. Но люди идут дальше. От ближайшей стены отделилась тень и выросла до потолка. Щёлк-щёлк. Огромный мерзкий таракан с горящими оранжевыми глазами, в стальном панцире. Он жаждет свежей крови и клацает жвалами. Сибирцев был наготове и обрушил на голову врага сокрушительный удар, от которого подъезд на мгновение осветился снопами молний. Куда нужно идти? Никто не знает, но, кажется выше… Здесь не четыре этажа. И не пять. Их число уходит в бесконечность, а быть может каждый раз, невидимая сила отбрасывает идущих в самое начало. Бах! Одна из дверей открылась с громким хлопком и повисла на петле. - Нас приглашают, – кивнул Сиб и собрался уже шагнуть за порог, но Толя потянул за рукав. - Стой. Опасно. Тут старушка умерла. Вот прям на этом коврике. Я вижу её дух, её образ. Мне нужно с ней поговорить, иначе беды не миновать. Не пустит. - А потом накинется и сожрёт? - Как вариант. Парень долго шептал, махал руками, и это выглядело бы забавно, если бы кругом не творилась жуть. - Ушла. Можно идти. В прихожей было не видно ни зги. Сибирцев машинально нащупывал выключатель. Нашёл, щёлкнул и естественно ничего не произошло. Однако было стойкое чувство, что сейчас хватит силы, чтоб врубить тут свет на всю катушку. Так и есть. Энергия копится и медленно течёт на выход… Вспышка была такой яркой, что Сиб и Толя едва не ослепли. Проморгались, протёрли глаза и узрели страшный бардак. Клубки пыли в углах, мусор, хаотично разбросанный вокруг, объедки и ошмётки, расколотые колбы и поломанные механизмы, с торчащими пружинами и шестернями. А ещё стоял невыносимо отвратительный запах разложения, пота и плесени. Но хотя бы светло и, кажется, что все недруги забились в самые дальние щели. В глубине квартиры слышались шорохи и чьё-то бормотание. Постепенно двое смельчаков приближались к источнику звука. В захламленной комнате происходило зловещее действо. Старик в чёрном балахоне склонился над бездыханным телом девушки и то ли резал, то ли царапал ей грудь. Злодей был целиком поглощён этим занятием и его не смущал даже свет, который бил ему в глаза. - Что, вурдалак, кушаешь? – обратился к нему Олег и выпустил из посоха идеальную молнию, от которой старик подскочил и разразился тысячей проклятий. - Да ты кушай-кушай… Я же… - Сибирцев хотел отпустить какую-нибудь едкую шутейку, но невидимый кулак резко впечатал его в стену. Разум помутился, и мир стал превращаться в чёрно-белый фильм ужасов. Старик обратился многорукой фигурой, которая постепенно росла и наступала. Второй заряд, пущенный из посоха, не только не остановил её, а ещё пуще разозлил. - Вот вы и пришли… Ещё на что-то надеетесь? Напрасно! Ваш любимый Гордеев сдох как собака и все ваши друзья вместе с ним! Я расщепил ядро, подавил все очаги сопротивления. Вас ждёт самая худшая участь! В мгновение ока увесистый посох в руках бойца хрустнул и разлетелся в щепки, раскидав вокруг железные части. Сиб остался безоружен, а тело уже не слушалось. Остался только Толя, который отмахивался своим тонким посошком, на конце которого горел доселе невиданный белый огонь. Тварь была недовольна, когда парень прижигал её огоньком и отчаянно лупил. Каким-то чудом Толя избегал её многочисленных и цепких лап. Но вот одна клешня дотянулась до посоха и начала его гнуть. Вот-вот сломает. Но посох не гнётся. Трещит, но держится. Он сделан из осины и в этом мало приятного даже для большой и злобной нечисти. Ещё один удачный выпад – и оружие вонзилось в чешуйчатый бок. От страшного рёва задрожали стены, а со шкафов посыпалось барахло. Неужели победа? Нет, лишь мимолётный успех. Толя вдруг скорчился и упал на землю, отчаянно закричав. Кривясь от боли, он дополз до Олега и рухнул рядышком. Свет погас. Лишь жёлтые глаза мерцали во тьме да светились тусклые гнилушки. Оставалось закрыть глаза и умереть… И вдруг чей-то далёкий крик. А может быть зов. Или плач. Кто-то идёт лёгкими и быстрыми шагами, постепенно приближается, вызывая беспокойство твари. В комнату вновь ворвался свет. Но другой, тёплый. Горящий как бенгальский огонь в вытянутой руке. Заставивший чудовище скрючиться и сжаться в углу. Сибирцев не верил своим глазам. Чудесный огонёк держала Дана. Неужели она нашла те самые свечи? - Быстрее! Вставайте! – говорила она, не подпуская тварь и стараясь помочь подняться едва живым «восходовцам». - Зажигайте! – тут же в руках Олега и Толи оказались скромные щепки. Их нужно зажечь внутренней силой, которая почти иссякла. Кончики щепок стали слабо дымиться, потом появилось едва заметное пламя. Ещё немного терпения… Горит! Пылает! Три лучины освещают комнату. Три лучины движутся к негодяю, бросая искры. Три человека произносят заговор. Гори, поганое отродье И хрупкий мир наш не порочь Ты власти больше не имеешь ПРОЧЬ! И вот чёрная лужица металась у плинтуса, пытаясь избежать правосудия. Но всё же растаяла, исчезла! - Ох... - только и смог сказать Сибирцев, оседая на пол. Все были измождены, устали до крайности. Но теперь тут нет опасности. Вся чернота, что копилась в квартире, сгорела в волшебном огне. Остались только вздувшиеся обои, тараканы с мухами и грязь. На диване лежала недобитая жертва. На самом деле она была вполне живой и даже целой. И уже приходила в себя. - Воды…- раздался её слабый голос. - Вот тебе вода, – сказала Дана, когда вернулась со стаканом. Она единственная была на ногах. - Спасибо… А вы кто? - Как тебе сказать… Ведьма. - Ой, так вы не страшная. И не злая. - Если бы я была страшной и злой, голубушка, то я бы тебя в печке изжарила и слопала. И была бы ничуть не лучше того злодея, которого мы только что одолели. - Он точно исчез? Совсем? - Да. Не бойся. Тебя никто не обидит. Даже наоборот. Как тебя зовут? - Саша. - А я Дана. Тут поднялся Олег. - Дана! Как ты нас вообще нашла? - Путеводный клубочек помог. - В самом деле? - Вот он – девушка улыбнулась и вынула из кармана куртки вязаный шарик красного цвета. - И вправду… - Ух, как же я запарилась со всем этим! Вы даже не представляете! - У нас тут тоже не санаторий был. Но… - Сибирцев замялся. - Что «но»? - Эмм…Я вот даже не знаю, как выразить свою благодарность. Ты ж нас вытащила, почти что из могилы… - Ну, скажи «спасибо» для начала – ухмыльнулась ведьма. - Спасибо! - Пожалуйста! Разговор бы продолжался, если б его не прервал странный звон. Это звенело старое мутное зеркало, пришедшее откуда-то из мрачных веков и верно служившее тёмным делам. А сейчас оно раскалывалось. - Там проход – подал голос Толя, который вышел вперёд и долго вглядывался в пустеющую раму. - Не вижу – сказал Олег. - Давайте поближе подойдём… Они подходили тихонько, аккуратно, не наступая на осколки. За рамой и вправду виднелся едва заметный коридор и ступени. И вновь зажглись лучины, пугая летучих мышей и мимоходом поджигая давно затушенные факелы на стенах. Коридор вёл в огромный зал, где теснились деревянные стеллажи. И на каждой полке – жестяные банки, которые лишь иногда прерывались бутылями из тёмного стекла или бурыми склянками. Было очень душно и тягостно находиться в этом загадочном месте. Один только Толя ходил взад-вперёд. Что-то разглядывая и прислушиваясь. Уверенным движением он взял одну банку и открыл её. На волю выскочил трепещущий комочек, который кувыркался в воздухе. - Ребята, вы знаете что это? – спросил Толя. Никто не знал. - Это чья-то душа. Он её забрал. Отнял! – на лице парня проступил гнев. - Подумать только, здесь наверно все, кого тёмные сцапали, – задумчиво произнесла Дана. - Я думал что тебя тоже прихватили, – заметил Сиб. - Ну что ж, я не раз была на волоске. Но я верила в вас. Мне ж видение было – что стоим втроём и жжём эту гадину. - А почему не рассказала? - Если рассказывать вещие сны, то они обычно перестают такими быть, люди стараются приготовится, соломку подстелить. Или просто нервничают. Ну и ломают ход событий. Поэтому я ушла… на всякий случай. - И правильно сделала. - Но ты ведь скучал? Ты ведь ждал? - Пожалуй… Пока Олег и Дана разговаривали, Толя был занят. Сначала он ловил беглую душу, а потом ходил кругами. - Это чей-то план… Это всё не просто так. Они готовили что-то. Они уже убивали кого-то здесь. А хотели большего. Я чувствую! Ритуалы, мессы… жертвоприношения! – последнее слово Толя нервно выкрикнул. - Значит здесь собраны не все. Кому-то повезло ещё меньше… - вздохнул Сибирцев. - Но их ещё много, им надо помочь. - Осталось понять каким образом. - Я должен найти способ вернуть им тела, сделать их людьми. Я ведь слышу, как они на разные лады болтают! Аж звенит в ушах! – парень схватился за голову. - Найдём. Ведь с нами Дана, она у нас хранитель настоящих сокровищ. Да и мне кое-что подыскать надо. Как минимум инструкцию по созданию нового посоха. Да и твой сгинул тоже. - А я вот возьму и не дам вам ничего. Из вредности, – сказала Дана и увидела как у товарищей лезут на лоб глаза – Да шучу я, будем работать. Дряни вокруг ещё полно. Но мы её одолеем, верно? - Верно! – воскликнули Сиб и Толя. Они выбрались из зеркала и огляделись вокруг. Стоял ясный день, и солнце легко заглядывало в окна без штор. Как же давно оно не показывалось! У окна стояла девушка и заворожённо глядела наружу. Впервые для Саши настал по-настоящему светлый день. А Дана сказала, что с её везением можно и в лотерею играть и в ведьмы идти. Последнее – крайне рекомендуется, ибо пережить схватку с сущим демоном и остаться в здравом уме получается лишь у истинных магов. И вот четверо вышли из подъезда, на свежий морозный воздух, в мир, который больше не давил тоннами негатива. Зимний городок спит после тяжёлой болезни, и снег вокруг теперь кажется мягким одеялом, а не погребальным саваном. - Хорошо-то как стало! – воскликнула Дана - Да, неплохо. Даже очень, – согласился Сиб и направился к машине. - А давай пешком, мне кажется, всем нам нужно выдохнуть. - И что, потом чапать назад? Машина-то казенная. - А магия призыва предметов на что? Знаешь такую? - Не-а, не успел же. А ты, как я погляжу, знаешь… - Ну не то чтобы хорошо, но и не совсем плохо. Разберёмся! Они пошли по краю города, вблизи берега. Пели песни, какие приходили им на ум и даже кидали друг в друга снежками, как малые дети. Вдруг стало так легко и тепло, будто здесь никогда не случалось ничего плохого, а маленький городок был для всех родным и знакомым с самого детства. Слабый, измождённый Белянск вскоре пошёл на поправку. Сейчас в него возвращаются первые птицы и звери, пропавшие и бежавшие жители. С приходом весны потянется зелень, а люди смогут вернуться к привычному и приятному быту. Но нужно рассеять остатки тьмы и не позволить ей вернуться. «Стык» должен быть заделан! В этом помогут умелые руки и уцелевшая память времён. Борьба идёт. Штаб «Восхода» не дремлет, над ним витает чад древних зелий и звучат давно забытые заклинания. Волшебно сияет солнечная эмблема над входом, а тёплый свет излучают нашивки на рукавах и плечах сотрудников.