Глава 2. Золото

      18 сентября 1998 г.       В начале первого семестра в библиотеке Хогвартса царила тишина, но особенно тихо было в ранние часы перед завтраком, тогда то и можно было увидеть, как Гермиона проскальзывает через только что открывшиеся двери. Она была уверена, что находится на пороге открытия чего-то нового, после пророческого сновидения, которое разбудило ее еще до рассвета.       Ей снился золотой свет вокруг стола — того, что стоял в дальнем углу, ближе к запретной секции, который она заняла на втором курсе. Этот стол был волшебным сам по себе, надежным местом, где она узнала правду о василиске и справлялась с учебной нагрузкой на третьем курсе. Заклинание путаницы, которое она наложила на свой стул, отгоняло любого, кто пытался сесть на него, делая этот предмет буквально волшебным, но дело было не в этом.       Гермиона не верила в прорицание, но была уверена, что сон означает, что сегодня она наконец узнает, почему золотая линия на ее пальце расширилась и стала слишком заметной, чтобы просто скрыть ее чарами. И она ужасно чесалась после каждого роста странной, мерцающей нити. Гермиона не была полностью уверена, что метка связана Зеркалом Души, но если бы ей удалось найти связь между ними, возможно, это оправдало бы ее одержимость тенью в зеркале. Все, что Гермиона знала, это то, что в одну минуту она смотрела на высокий, стройный силуэт своего предполагаемого суженого, а в следующую на пальце уже красовалось кольцо. Если бы это не было связано, пришлось бы признать, что ей просто ужасно повезло.       Гермиона опустилась на стул и открыла одну из книг, которую взяла с полки, — «Найденные и ненайденные артефакты XVII века». Оглавление привело ее к главе о редких материалах, и она пролистала страницы в поисках упоминаний о Зеркале Души. Ничего.       Отбросив книгу в сторону, она взяла в руки другую, от которой поднялось облако розовой пыли, когда она открыла бордовую обложку. Она кашлянула и смахнула пыль рукой, в ноздри ударил тошнотворно сладкий аромат. Гермиона надеялась, что ей не придется прибегать к этой книге, «Очаровательный путь к настоящей любви», но знала, что если она не сможет найти ничего о зеркале в законных справочниках, то найдется какой-нибудь проницательный автор, который привлечет романтичных молодых волшебниц сказками о суженых и заколдованных зеркалах.       Она провела пальцем по первой странице, избегая попадания на кожу остатков цветочного аромата, когда заметила это. «Найди свою половинку». Как предсказуемо.       По взмаху палочки страницы перелистались на нужный раздел, и она склонилась над сверкающим фолиантом, затаив дыхание. Частично для того, чтобы не вдыхать отвратительный запах, но в основном из-за предвкушения.

«Поиск своей второй половинки!

Где-то в этом огромном мире существует другой человек, созданный идеально для вас! На протяжении веков были разработаны бесчисленные заклинания и зелья, которые освещали путь, ведущий к вашей идеальной паре. Эти чары и варева, отобранные экспертами вручную, помогут соединить вас с любовью всей вашей жизни, ожидающей вас в конце!»

      Гермиона мысленно закатила глаза, пролистнув страницу, и пропуская агрессивные заклинания и рецепты зелий, которые заставляют глаза светиться голубым светом, когда смотришь на свою половинку. Она не понимала, как это могло быть полезным, если не носить с собой зеркало постоянно, но Гермиона не стала развивать эту мысль.

»…свою лучшую половинку… найти особенного человека… взглянуть в зеркало… желание сердца…»

      Ее глаза вернулись назад и остановились на одном слове. Зеркало. Вот оно, подумала она. Пожалуйста, пожалуйста, пусть это будет оно.       Ее охватило предвкушение, и она наклонилась поближе к книге, как будто близкое знакомство с ней могло дать ответы на все вопросы. Она провела кончиком своей палочки по названию раздела: «Зазеркалье судьбы».

«Зазеркалье судьбы — самый точный на сегодняшний день предсказатель второй половинки. Известно, что их существует всего десять. Созданный из стекла души, редкого материала, разработанного в 1582 году всемирно известным алхимиком Парацельсом, этот артефакт отражает образ суженого. Внешний вид суженого начинается как контур и становится более четким в прямой зависимости от физической близости пары. Как только вы взглянете на свою половинку, ее образ станет виден в отражении.

В одном известном историческом отчете 1877 года рассказывается, что британский торговец Пол Нидвезер нашел свою вторую половинку после частой переписки со своим деловым партнером из Индии, летающим на ковре Пранаем Гупта. Впервые встретившись с ним и его семьей лицом к лицу, он был удивлен и обрадован, когда, вернувшись домой, встретил любящий взгляд дочери господина Гупты, Майры. Зазеркалье судьбы на протяжении столетий помогало тем, кому посчастливилось встретить настоящую любовь.»

      Гермиона нахмурилась, перелистывая оставшиеся отрывки: бесконечные истории о влюбленных, но ни слова о золотой метке, которая бесконечно зудела, доводя жертву до безумия. Она резко закрыла книгу, и еще одна порция блестящего вещества попала ей в глаза и нос. Она разразилась очередным приступом кашля и разочарованным взмахом палочки отправила книгу обратно на полку, а затем медленно опустила лоб на стол и засопела. Закрыв глаза, она планировала свои дальнейшие действия.       Все в порядке, подумала она про себя. Это хорошее начало. Я пойду по следу Парацельса. Если кто и сможет разобраться в этом, так это я.       Гермиона встала со стула и направилась в Большой зал, в животе у нее неприятно заурчало.       Она не могла понять, от чего это — от голода или от нежелательного осознания того, что Рон на самом деле не являлся ее суженым.

***

      17 октября 1998 года       — … ты даже не слушаешь меня, Гермиона? — раздраженный голос Рона прорезался сквозь ее мысли, как зазубренный нож, грубый и непрошеный. Она подняла на него глаза, и ей пришлось бороться, чтобы не выдать раздражения. Разве он не знал, что она сейчас переживает личный, неразрешенный кризис? Разве он не знал, что у нее есть более важные дела, чем успех его нового продукта?       Нет, это не так. Она тут же почувствовала себя виноватой за то, что даже подумала об этом. Конечно же, он этого не знал. Как он мог знать, когда она избегала его? Используя подготовку к Ж.А.Б.А как предлог, чтобы остаться в замке, пока ее сверстники ходили в Хогсмид? Гермиона отвечала на его письма полусерьезно, затрагивая только основные моменты и старательно избегая рассказывать ему о том, чем она занималась на самом деле?       — Прости, Рон, я просто представила себе всех первокурсников, которым мне придется назначить наказания за те пробирки, которые разлетаются с твоих полок, — с горечью сказала она, делая еще один глоток своего сливочного пива. — Вам пора прекращать придумать все эти штуки, которые помогут детям списывать на экзаменах.       Рон одарил ее кривой улыбкой, казалось, удовлетворенный ее ложью. Он обнял ее за плечи и откинулся на спинку стула.       — Ты, как обычно, совсем невеселая! Думай об этом как о хорошем учебном опыте. Метод проб и ошибок всегда работает.       Она нахмурилась и сделала еще один большой глоток, решив не удостаивать его комментарий ответом. Повезло, что он был слишком увлечен собой, чтобы это заметить. Гарри, с другой стороны, в настоящее время сидел напротив нее, его ярко-зеленые глаза были наполнены… Любопытством? Обвинением? Гермиона не была уверена, но чувствовала, что позже он отведет ее в сторону и допросит о рассеянности в поведении. Она тщательно избегала его взгляда. Гермиона не сводила глаз со стола, пока Джинни и Рон спорили о семейных скидках, болезненно напоминая ей о Фреде и Джордже.       Ее мысли снова вернулись к книге, ожидавшей ее в общежитии, «Труды великого Парацельса». Она нашла интересный параграф, описывающий нестабильность компонента сказочной пыли, соединяющейся с золотым песком древних пирамид, и оставляющий «следы души» при физическом контакте с зеркалом. Джинни заставила ее оторваться от этого отрывка, напомнив Гермионе, что она обещала прийти на этой неделе, потому что у Гарри был перерыв в программе по подготовке авроров. Гермиона неохотно последовала за ней в «Три метлы», но ей не терпелось вернуться к своим исследованиям и выяснить, что же на самом деле представляет собой метка души.       Гарри и Джинни внезапно встали, вернув ее в настоящее. Она вскочила на ноги и обняла Гарри, когда тот обходил стол, чтобы уйти. Она напряглась, когда он крепче прижал ее к себе и прошептал на ухо, достаточно тихо, чтобы услышала только она: «Поговорим позже».       Он бросил на нее укоризненный взгляд и, взяв Джинни за руку, вывел из паба.       Рон выжидающе посмотрел на нее, на его лице появилась застенчивая улыбка.       — Ты давно не заходила в магазин. Может, мне показать тебе его? Ты сможешь увидеть новую планировку.

***

      31 октября 1998 г.

Уважаемая мисс Грейнджер, Спасибо за ваш запрос. Я рад сообщить вам, что Зеркало Души все еще доступно, и по специальной цене в 250 галеонов! Мы будем рады отложить его, пока вы не сможете приехать за ним. Пожалуйста, сообщите нам удобную дату визита, и мы позаботимся о том, чтобы оно было готово для вас. Искренне, Кларенс Глэдброк

***

      21 ноября 1998 года       — Что? — Джинни недоверчиво наклонилась к ней через стол. Гермиона оттолкнула ее и встретилась с ней в центре стола, положив левую руку на стол, чтобы показать друзьям секрет, который она хранила целую вечность.       — Метка души, — прошептала она. — Пожалуйста, никому не рассказывайте. Особенно Рону, ему будет очень больно. Я не могу даже смотреть ему в глаза, пока не выясню все.       — Что именно? — спросил Гарри, его любопытный взгляд остановился на ее пальце.       — Я… я не знаю, — удрученно ответила Гермиона. — Просто в библиотеке Хогвартса недостаточно информации на эту тему. Я искала несколько месяцев, Гарри. Мне повезло, что я нашла даже то, что уже есть.       — Гарри, а ты не можешь проверить в Министерстве? — поинтересовалась Джинни. — Я уверена, что у кого-то там есть доступ к записям о таких вещах.       — Я спрошу, как только смогу, — пообещал он. Он провел рукой по своим непослушным волосам, качая головой. — Как это вообще произошло?       — Ну, если ты помнишь, я упоминала, что летом посетила Лютный переулок, — начала Гермиона. — В тот день я узнала о матери Малфоя. Я наткнулась там на зеркало. Прикоснувшись к нему, в ту же ночь я заметила метку.       — Что за зеркало? — подозрительно спросил Гарри.       Гермиона тяжело вздохнула.       — Оно называется «Зазеркалье Судьбы», — тихо сказала она. — Ты можешь видеть… Говорят, что оно показывает…       — Твою вторую половинку, — взволнованно прошептала Джинни, хлопая в ладоши. — Я не могу поверить, что они существуют!       Гермиона сжала руки Джинни в своих, с жадным взглядом.       — Ты слышала об этом?       Джинни кивнула.       — Конечно, каждая маленькая ведьма знает историю об Эде и Зазеркалье! Мы все растем, представляя, что наша половинка наблюдает за нами через зеркала в доме.       — Вообще-то, это звучит немного жутковато, — рассмеялась Гермиона, радуясь, что у нее появилась новая зацепка. — Но эта история — хорошее место для начала поисков!       — Значит, ты видела свою половинку? — прошептала Джинни, ее глаза расширились от любопытства. — Как он выглядел? Он в форме?       — Думаю, Джинни хотела спросить, — резко прервал ее Гарри, — что ты видела Рона? В зеркале, я имею в виду.       Гермиона не смогла скрыть виноватое выражение, которое появилось на ее лице, что заставило Гарри откинуться на стуле. Джинни нахмурилась, но ее знающий взгляд сказал Гермионе, что она, очевидно, уже поняла, что Рон был не тем, кого Гермиона увидела. Она вздохнула, не в силах избежать правды, которую держала в себе месяцами.       — Я не могу сказать, кто моя половинка, — призналась она. — Но если бы это был Рон, я бы смогла ясно увидеть его лицо. Тот, кого я видела, был тем, кого я еще не встретила.       Джинни заметно поникла, явно разочарованная отсутствием подробностей о ее суженом.       — Послушайте, — неуверенно начала Гермиона, глаза которой начали затуманиваться от слез. — Вы оба знаете, что я… я очень забочусь о Роне. Кто бы ни был в том зеркале, он не был со мной все эти годы. Он не прошел со мной через все то, через что мы прошли. Но эта метка… Пока я не узнаю о ней больше, мне нужно быть с Роном. Что, если я никогда не смогу убрать ее, а он узнает, что это такое, и никогда не сможет простить меня? Я не могу просто игнорировать магию, которую не понимаю. Я должна разобраться.       Она наконец перестала сдерживать эмоции и зарылась лицом в ладони. Слезы капали с ее щек на стол. Слезы вины, разочарования, гнева и беспомощности. Гермиона поняла, как давно не позволяла себе плакать. Разрешая себе чувствовать что-либо, кроме желания разгадать тайну. Она зарыдала еще сильнее, когда почувствовала, как Гарри и Джинни переместились по обе стороны от нее и заключили в свои утешительные объятия.

***

      28 декабря 1998 года       Гермиона нехотя протянула мешочек с монетами, понимая, что совершает огромную ошибку, но была не в силах остановиться. Ее родители будут встревожены, когда увидят, что она принесла домой после того, как заняла у них крупную сумму денег. Но Гермиона должна была убедиться, что никто не сможет его купить, пока она не придумает, как отменить чары, впечатанные в кожу ее пальца. Эта головоломка была тем зудом, который она не могла почесать, и она была готова на все, чтобы получить хоть толику облегчения.       Кларенс с улыбкой смотрел на нее, пересчитывая золото, несомненно, думая о своем комиссионном вознаграждении. Он вытащил свою палочку, и из ее кончика вырвалось голубое свечение, похожее на пену, обволакивая ее покупку.       — Спасибо за покупку, мисс Грейнджер!       Гермиона вежливо поблагодарила его, пообещав себе, что больше никогда не ступит ногой в этот магазин. Она взяла в руки зеркало и аппарировала обратно в свою комнату.       Осторожно переместив зеркало в угол спальни, Гермиона бросила на него последний взгляд, прежде чем спуститься к ужину. Она разберется с этим позже.

***

      Когда она вернулась, то была сытой, чистой и готовой уснуть из-за головной боли, которая нарастала за глазницами. Она расчесала свои длинные влажные волосы, посмотрела в зеркало, и капли воды испачкали красно-золотую атласную ночную рубашку, которую Джинни подарила ей на Рождество. По взмаху палочки вода испарилась, оставив волосы и одежду теплыми и сухими. Гермиона заметила краем глаза Зеркало Души, зловеще стоящее в углу, и повернулась на месте, чтобы посмотреть на него.       Взмах палочкой, и упаковка полосками полетела на пол. Перед ней стояла та самая тень, которая таилась в глубине ее сознания последние четыре месяца. Силуэт человека, который неосознанно вклинился между ней и Роном, заставив усомниться в отношениях, которые она терпеливо ждала все эти годы. Гермиона плотнее укуталась в халат, настороженно глядя на темную фигуру, приближающуюся к ней.       Возможно, это было ее воображение, но очертания казались теперь более четкими, более определенными, чем в последний раз, когда она смотрела на него. Она была уверена, что теперь может различить его плечи, не слишком широкие, но пропорциональные остальному телу, сливающиеся с длинными худыми руками, которые лежали по обе стороны от ее собственного отражения, как будто он прислонился к зеркалу, заключая ту в клетку. Это было бы пугающим зрелищем, если бы Гермиона не знала, что фигура по ту сторону не желала ей зла.       Гермиона сделала еще один шаг к зеркалу и протянула руку. Не для того, чтобы прикоснуться к нему — она не повторит этой ошибки, — а чтобы проверить, не повлияла ли близость зеркала на золотую метку. Она снова почувствовала покалывание, и рука ее суженого повторила ее действия.       Ей стало интересно, видит ли он ее так же, как она его. Не было ни упоминания о двустороннем зеркале, ни связи между какими-либо из созданных. Может, он стоял перед своим собственным и думал о ней? Может быть, это просто магия стекла, создающего собственное движение, как в Зеркале Еиналеж?       Ее глаза расширились, когда в этот момент стекло покрылось рябью, и по отражению пробежала золотая волна. Гермиона едва успела заметить движение, как из стекла появилась бледная рука и обхватила ее запястье, она не успела даже вскрикнуть, как ее с силой потащили сквозь зазеркалье, прочь из комнаты, навстречу своей судьбе.