Признание

***

      Красиво обставленные, но довольно простенько сделанные вещи, яркие шторы, большое количество рюш белого и золотого цвета, могучие растения, что возвышались даже над людьми, рядом с ними миленькие цветочки с совершенно обыкновенными розовыми лепестками в светло-голубых горшочках. Таковым был интерьер дома в котором на данный момент пребывала Японская Империя, что скептично проводила глазами по случайным вещам обители Италии. Сам хозяин дома суматошно копался на кухне: оттуда раздавался громкий грохот, который тот разносил по всему помещению.       Пытаясь вспомнить как она вообще сюда попала, девушка погрузилась в воспоминания прошедшего вечера: обыденный разбор документов, составление следующей захватческой миссии, допрос найденных русских шпионов и подобные бытовые ситуации военных действий. Однако среди всего этого протиснулась одна единственная личность, что всей своей душой хотела разрядки от такой монотонности. И ею конечно же оказался Фашистская Италия. Он с довольной миной ворвался в резиденцию японки и буквально насильно притащил ту в свой дом. Конечно, малейшее сопротивление девушки, того бы и след простыл, однако та поверила его обещаниям, что к ним присоединится сам фюрер. А что может быть лучше для японки, чем компания немца? Так размышляла азиатка глупо соглашаясь на это предложение, а теперь же она глубоко сожалела об этом, битый час сидя на одном месте и дожидаясь неизвестно чего.       Как по зову ворвался Королевство Италия и рывком утянул девушку за собой, та и опомниться не успела как оказалась в дверном проходе и уже встречала хмурого нациста. Третий Рейх выглядел не очень довольным обстановкой, но всё же при виде Империи чутка улыбнулся. Японка конечно тоже была рада видеть его, ведь только ради этого здесь и сидела последние пару часов, однако внутри она почувствовала некую тревогу, будто бы эта встреча не сулит ничем хорошим.       Пока опасения не оправдывались, и все шло, на удивление, ладно. КИ травил весёлые шуточки про немца и русского в баре, отчего первый вспомнил не лучший момент за прошедшую неделю. Также главная тройка стран «Оси», не понимая как, но оказались в фартуках и на кухне. Ситуация выглядела максимально комично, особенно если учитывать, что например Японской Империи достался обыкновенный чёрный фартук, в то время как Третий Рейх «довольствовался» розовому элементу одежды с нелепыми рюшами и клубничкой. На ФИ уже был надет белый фартук, в котором он чувствовал себя комфортно, но один смертельный взгляд от фюрера заставил того оказаться в «милом наряде» немца. Японка считала это всё довольно бредовой ситуацией, а потому делала вид, что ничего не видит, успешно подавляя внутренний смех.       Фашистская Италия был на удивление хорошим поваром и учителем. Он совершенно спокойно и понятно объяснял то, как нужно резать овощи через-чур хорошо управляющейся с холодным оружием — азиатке; как правильно разматывать тесто, не превращая его в разорванное тесто — немцу. «Но почему я вообще воспринимаю это всё нормально и даже хвалю за хорошее обучение?! Он же буквально заставляет нас, великих держав, готовить ему пиццу!», — возмущённо осознала происходящее Империя, собираясь протестовать, но завидев увлечённо-умиротворённое выражение лица Нацистской Германии, что старательно пытался не разорвать мучное изделие, то что-то в её сердце растаяло, а негатив сошёл на нет, дав место лёгкой улыбке.       Покончив наконец с готовкой, агрессоры Второй Мировой войны сели за общий стол, где по середине стояла аппетитная, только вышедшая из печи, пицца. Вкусно, что пальчики оближешь. Японка еле держала свои внутренние позывы как можно быстрее наброситься на блюдо, позабыв про все нормы приличия. Рейх выглядел намного сдержаннее, как подобает лидеру, но в его глазах можно было разглядеть необычайную гордость за то, что он приготовил такое красивое блюдо. Италия же просто был рад весело проводить время с дорогими товарищами. — За союз «Оси»! — воскликнул Королевство, подняв свой бокал, остальные последовали за его примером, — за то, что почти успешно захватили СССР, за разлом Франции и активное противостояние англичанам! — Японская Империя вспомнила, что кажется именно это была причина, по которой немец согласился придти — праздновать победу над злейшим врагом всегда приятно. — ЯИ, ты можешь уже есть пиццу и не пускать на неё слюни, — прокомментировал нацист, что вызвало большой стыд и смущение у девушки, но со своими естественными потребностями она поделать ничего не могла, и лишь смиренно кивнув, принялась за порцию еды.       Ощущение горячего, плавленного сыра во рту, что мягко растекался по всей поверхности вкусовых рецепторов, доставляя неописуемый восторг, было просто невероятно и так ожидаемо японкой. Она с удовольствием ощущала идеальный баланс между плотностью теста, слоя сыра, свежих помидоров и огурцов прямо с огорода Италии, а также пепперони, что служили «вишенкой на торте». Азиатка и подумать не могла, что так пристраститься к зарубежному блюду, которое ей по началу казалось странным, и вообще какой-то неразборчивой кашей из всего подряд. Да и отсутствие риса в блюде напрягало.       Пока японка познавала всё удовольствие от поглощения прекраснейшего пекарного изделия, Третий Рейх о чём-то секретничал с Королевством Италией, видимо обращаясь к нему как всегда лишь с рабочей стороны, которую парниша собирался разрушить именно сегодня, ведь искренне хотел дружить даже с такой личностью, как безжалостный фюрер с явным нарциссическим расстройством. Фашист пытался делать вид, что вникает в суть его слов, хотя на деле уже давно перестал понимать хоть слово из того, что он мелет.       Королевство Италия на деле был совсем не глупым парнем, коим мог показаться с первого взгляда многим встречным. Возможно, что он и сам пытался казаться легкомысленнее, стараясь производить доверительное впечатление, с другой стороны, отпетым засранцем, играющим с чувствами — тот тоже не являлся. Многое было схоже у него с американцем, но в отличие от высокомерных Штатов, Италия обладал довольно кротким нравом и вполне мог подстраиваться под чужие правила, потому у него получилось так быстро добиться расположения фюрера. Нацист любит когда его уважают, а итальянец успешно этим пользовался, добиваясь исключительного доверия со стороны Рейха. Тот мог делиться с Королевством своими дальнейшими планами, поручать важные задания, также Италия часто сопровождал его на всех мероприятиях, не считая прошлого собрания в особняке США.       Неужели фашист добился всего этого просто услуживая фюреру? Не совсем. Италия правда был хорошим работником — быстрым, умеющим успешно вести внешнюю политику, не задающим лишних вопросов, уважающим начальника, также он поддерживал близкие отношения со всеми другими союзниками, правильно контролируя местный «коллектив», создавая дружескую атмосферу так, чтобы они не думали бунтовать. Однако умел он и в нужный момент надавить настолько, что даже Японской Империи становилось жутко. В пытках такого таланта ещё надо было поискать. Несмотря на всё это, Италия оставался довольно простым парнем, который также хотел искренне наладить отношения с союзниками. И как у простофили, у него были большие недостатки в виде некой безответственности, рассеянности и излишней болтливости. За что Рейх его недолюбливал, перечёркивая все достоинства королевства. — Ты меня хоть слушаешь? — едко спросил Третий Рейх, вопросительно сгибая бровь, с неким укором смотря на союзника. КИ лишь издал неловкий смешок, — и что ж мне делать с тобой… Мог бы ты хоть чему-то поучиться у Японской Империи… — вслух размышлял немец, смущая девушку возле себя. Италия лишь закатил глаза, ему никогда не нравилось когда фюрер сравнивал их. Да они ведь полные противоположности! — Разве у меня нет своего обаяния, amico? — подмигнул ФИ, заставив нациста хлопнуть себя рукой по лбу. Итальянец умело балансировал на терпении своего союзника, выискивая ту самую черту за которую лучше не переходить. — Я тебе не друг, der Idiot, — закатил глаза немец, вставая со своего места, — где тут выход? У меня ещё много других важных дел, которыми должен был заниматься ты, между прочим.       Видимо это был тот самый момент, когда Италии не было смысла продолжать дразнить его, потому юноша быстро встал с места и принялся провожать своего фюрера. ЯИ на какое-то время почувствовала себя брошенной, пока они не обернулись к ней перед самой дверью комнаты, те вопросительно смотрели на неё, явно не понимая, почему та не последовала за ними. Японка с лёгкой улыбкой быстро поднялась и побежала вслед за парой. Волшебным образом Италия сбежал быстрее, чем они дошли до окончательного пункта отправки Нацистской Германии до дома, вновь оставив японку и немца наедине. Сперва царила абсолютно неудобная тишина, которая обычно для них была комфортной, но прямо сейчас азиатку это душило. — Эм… Луна сегодня красивая, не находите? — внезапно даже для самой себя спросила девушка, после чего сразу же покрылась краской. Ох уж эти тонкости народной культуры, что логичным образом прицепились и к ней. А ведь ей просто в глаза попалась особенно яркая спутница Земли, но теперь это вышло как супер неловкое признание в любви! — Мне всё равно. Сейчас важнее то, что мне опять расхлёбывать все проблемы в одиночку, — лишь ворчал Рейх, прокручивая в голове последние отчёты. В принципе другого ответа и ждать не стоило: конечно же немец без понятия, что за глупые обычаи и завуалированности у её народа. — Может вам следует отдохнуть? — максимально деликатно поинтересовалась Империя, видя в каком состоянии находится её «начальник» каждый божий день. Казалось, что одна лишь его зловещая усталость может заставить ужаснуться любого его врага или даже союзника. — Если я буду отдыхать, то кто будет работать? — с кривой усмешкой спросил Третий Рейх, даже не смотря в сторону японки, что задумалась после его слов. Конечно же во многом фюрер был незаменим, однако немного оценив ситуацию, девушка сделала вывод, что если тот возьмёт отпуск хотя бы на два дня, то они вполне могут продержаться, если ЯИ вернётся в штаб со своей резиденции. — Я могу заменить вас на некоторое время, — спокойно предложила Японская Империя, на какое-то время заставив парня встать в ступор: крайне редко кто-либо умудрялся отвечать на подобный тон Рейха, но и вообще никто ещё не пытался решить его проблемы самопожертвованием. — Знаешь что? Мне нравится. Замени меня на четыре дня в офисе, а я же займусь своей личной работой отдалённо в своём доме, как обычно это делаешь ты. — Только вот… Может по окончанию этих четырёх дней вы выполните одну мою просьбу? — немного настороженно предложила японка, дожидаясь любого резкого движения со стороны фюрера. Тот заинтересовался вопросом азиатки. — И о чём же ты хочешь попросить? — По окончанию этих четырёх дней вы должны будете рассказать мне, что думаете о луне.