Payphones & Preparations / Таксофоны и Приготовления

Гермиона знала, что она должна сказать Гарри. Иначе она сойдёт с ума. Но они с Драко так и не смогли полностью примириться после ссоры. Не было ни настоящих извинений, ни обсуждения того, как ей было стыдно, что она рассказала о нём своим друзьям. Она не знала, как Драко отнесётся к тому, что она рассказала Гарри, не обсудив это с ним. Поэтому перед работой она выскользнула из дома и направилась к таксофону, расположенному через несколько улиц. Это было гораздо ближе, чем Совятник, и она не могла ждать ответа на письмо, она хотела услышать голос Гарри сейчас. Гарри купил им с Джинни стационарный телефон, хотя Джинни не хотела им пользоваться, а у Гермионы стационарного телефона не было, потому что у неё действительно не было никого, кому бы ей понадобилось бы звонить. Она виделась с Карли каждый день, и чаще всего Гарри, Джинни и Невилл связывались с ней по совиной почте. Всё больше магглов обзаводились сотовыми телефонами и компьютерами, и она не раз подумывала о том, чтобы приобрести их для себя, но каждый раз эта мысль одолевала её. У неё был телефон в «Ведьмином вареве», который редко звонил, а маленький камин в её спальне она отключила от каминной сети много лет назад — ей была неприятна мысль о том, что любая ведьма или волшебник может без предупреждения ворваться в её личную жизнь. На улице дул пронизывающий декабрьский ветер, поэтому она закуталась в пальто, старый гриффиндорский шарф и вязаную шапочку и отправилась к таксофону. Он находился в узком переулке в нескольких кварталах от её квартиры и всегда был безлюден. Она чувствовала себя в большей безопасности, используя это средство с Гарри, чем любое другое. Большинство волшебников не умели пользоваться телефонами, не говоря уже о том, чтобы прослушивать их, а магглы, как правило, избегали именно этого таксофона из-за его уединённого расположения. Она опустила монету и набрала номер, который знала наизусть. На втором гудке он снял трубку: — Алло? — Гарри, — улыбнулась она, назвав его по имени. — Гермиона! Привет! Как дела? Мы с Джинни получили твоё письмо, нам так не терпится увидеть тебя через несколько недель! Гермиона улыбнулась, сделав дрожащий вдох. — Я тоже очень рада. Но Гарри, прежде чем вы оба приедете, я должна тебе кое-что сказать. Чтобы… подготовить тебя к этому. — Наступила пауза. — Подготовить нас к чему? Гермиона, что-то не так? Да, — подумала она. И довольно сильно. — Нет, просто в моей жизни произошли… изменения, которые могут быть… неожиданными для вас. — Хорошо. Что это? — он говорил так спокойно, тогда как ей казалось, что она вот-вот развалиться на части. — Я… Драко пришёл в «Ведьмино варево» некоторое время назад. Ещё одна пауза. — Малфой в Эдинбурге? — Да, — сказала Гермиона с трудом. — Он… он скрывался в Америке, а теперь он здесь, и он… он сказал мне, что он бездомный. Он не знал, что это моё кафе, понимаешь, он просто пришёл и… — Я слышал о том, что его выслали в маггловский мир. Это было в Пророке, когда его и его мать задержали. Ну… его мать на самом деле… — Была убита, да, он сказал мне. — Значит, вы с ним разговаривала? — Гарри звучал крайне озадаченным. — И он сказал тебе это? — Да, — она переминалась с ноги на ногу, её кости дрожали от волнения. — Почему же вы не сказали мне, что его изгнали? — Ну… я знаю, как ты любишь держаться в стороне от всех новостей Волшебного мира, поэтому я решил, что лучше не поднимать эту тему. К тому же я и представить себе не мог, что он найдёт дорогу в твоё кафе. — Из всех заведений с джином во всех городах … — пробормотала Гермиона. — Что это? — Это из «Касабланки», старого фильма. — А, я его не видел. — Ничего страшного. — Гермиона, Малфой уже не раз заходил в твое кафе? — Да, — слабо ответила Гермиона. — Заходил. Потому что… — Потому что? — уточнил Гарри. — — Гарри, я… я устроила Драко на работу, — она произнесла эти слова так быстро, испытывая одновременно облегчение и ужас от того, что они прозвучали вслух. В ответ Гарри сделал невыносимо длинную паузу, настолько длинную, что Гермиона на мгновение подумала, не сбросился ли звонок. — Гермиона… почему ты продолжаешь называть его Драко? Гермиона сделала ещё один дрожащий вдох. Гарри, который знал её лучше всех на свете — магглов или волшебников, — с такой лёгкостью и точностью смог найти суть её страхов. — Потому что… он называет меня Гермионой. — О, -в голосе Гарри звучал чистый шок. В его голосе не было ни злости, ни отвращения, только искреннее, чистое изумление. — Это… неожиданно. — Это ещё не всё. — Черт возьми, Гермиона. — Я знаю. — Она прислонилась к стенке таксофона, чувствуя, что вот-вот упадёт в обморок. — Он… ну, я говорила тебе, что он был бездомным, когда пришел сюда, и… — Гермиона, Малфой живёт с тобой?! — Он… мы встречаемся, Гарри. Так что, да. Он живет со мной, он работает со мной. Он… мы вместе, Гарри. И он будет здесь с нами, когда вы с Джинни приедете, и я так долго пыталась придумать, как сказать вам обоим, и я не могла придумать, как изложить это в письме, и я хотела сказать сначала тебе, а не Джинни. Я люблю Джинни, и она мне очень дорога, но ты… ну, ты… Ты мой лучший друг, и я не хочу, чтобы ты меня ненавидел, или осуждал, или… я не знаю, Гарри. Никто не удивлён таким поворотом событий больше, чем я, но это просто случилось. Он изменился, он все еще немного придурок, но он… когда мы вместе… Гарри, это просто… — Гермиона, — оборвал ее Гарри. Она сделала несколько глубоких вдохов, чувствуя себя так, будто только что пробежала марафон. — Ты не должна так защищаться передо мной. Ты не на суде. Ты права, я удивлен. Не знаю, как я мог не удивиться. Но я не злюсь и никогда не смогу тебя ненавидеть. — Правда? — прошептала она, чувствуя нахлынувшее на нее облегчение. — Конечно. Я не буду притворяться, что это меня ничуть не беспокоит, потому что он… ну, он Малфой. Не поймите меня неправильно, я не думаю, что он продолжает заниматься гнусной работой для… ну, ты понимаешь. Гермиона вздрогнула, но кивнула в сторону телефона. — Я знаю. — Он просто… ну, как ты сказала, придурок. Я думаю, ты заслуживаешь самого лучшего, Гермиона. И после того, через что тебе пришлось пройти с Роном, я просто не хочу, чтобы тебе снова причинили боль. — Я знаю, Гарри. Я просто… я не могу оставить его или выгнать. Все кажется слишком правильным, когда он рядом. Это абсурд, я знаю. — Это абсурд, — согласился Гарри. Затем его голос приобрел более легкий тон. — Но за эти годы с нами случались и более странные вещи, и раскаяние Драко Малфоя — не самая невозможная вещь, свидетелем которой я был. Это надуманно, и я, конечно, думал, что скорее увижу, как летающие машины станут обычным явлением среди магглов, прежде чем увидеть это, но… Гермиона захихикала от его слов, и он тоже тихонько засмеялся. Ее страх начал улетучиваться, обретая покой в голосе лучшего друга. — Послушай, Гермиона. Я должен ехать в Министерство, но ты можешь связаться со мной по камину, если хочешь поговорить об этом подробнее. Планируй рождественский визит более тщательно, чтобы избежать стресса. — Я бы с удовольствием, Гарри. Но мне действительно нужно сегодня работать, вчера мы были закрыты, потому что я плохо себя чувствовала. Это один из вариантов. — Я понимаю. Слушай, хочешь, я скажу Джинни? — Да, — поспешно ответила она. — Я свяжусь с тобой в конце недели, ты не против? — Отлично. Хорошего дня, Гермиона, я так рад была тебя слышать. Она улыбнулась. — Я тоже, Гарри. — А Гермиона? — Да? — Если Малфой доставит тебе неприятности или даже подумает о том, чтобы разбить твоё сердце, я знаю несколько сглазов, которые ты можешь… — Гарри! Он хихикнул. — Люблю тебя, Миона. — Я тоже тебя люблю, Гарри. Она положила трубку с облегченным вздохом, который был прерван голосом Драко. — Это было трогательно. Она подпрыгнула при звуке его голоса и повернулась, чтобы увидеть его в нескольких футах от себя возле входа в переулок, прислонившегося к одной из кирпичных стен. — Драко, — облегченно вздохнула она. — Значит, я до сих пор придурок, да? — О, ну… подожди, как ты… Драко подошёл к ней и пощупал карман пальто, где лежала её палочка. — Следящие чары. Рот Гермионы раскрылся от возмущения. Он лишь ухмыльнулся. — Драко, это совершенно необоснованно… — О, а вот тут ты ошибаешься, Грейнджер. — он придвинулся к ней ещё ближе, так что стал возвышаться над ней, и между ними оставалось всего несколько дюймов. Протянув руку, он вытащил из пальто концы её шарфа и стал обматывать их вокруг своих рук. — Потому что я знал, что, несмотря на то, что на мою яростную гриффиндорскую девушку напали прошлой ночью, она всё равно была достаточно безрассудной, чтобы уйти одной, не оставив мне даже записки о том, куда, черт возьми, она отправилась. — Гермиона закипала, а Драко ухмыльнулся ещё шире. — За что бы ты хотела рассердиться на меня в первую очередь? За следящие чары или за то, что я назвал тебя своей девушкой? — Я… ну… Драко заставил её замолчать, дернув за шарф и оттащив от таксофона. Она удивленно вскрикнула, когда он потянул сильнее. Другой рукой он обхватил её за бедра и грубо прижал к стене, прижимаясь к ней всем телом. — Потому что ты моя девушка, а ты, — он ещё раз сильно дернул её за шарф, — до смешного гриффиндорская. — Я собиралась вернуться. — Ммм… Могу я напомнить тебе, что в последний раз, когда ты была одна в переулке, на тебя набросился чертов МакЛагген? — Драко… — И не думай, что только волшебники хотят причинить тебе боль, везде, даже в маггловском мире, мужчины обижают красивых девушек, и поверь мне, львёнок, ты очень красивая девушка. Её щеки покраснели от его слов. Он снова так легко открывался перед ней, и она не знала, как бороться с этим, тем более что его бёдра двигались навстречу, вызывая приятное трение. — Ты всё равно не должен следить за моей палочкой, тем более с твоей, ведь ты не должен… — Заткнись, Грейнджер. Я не буду снимать чары. — Драко… — Гермиона, — он подчеркнул её имя, ещё раз крепко потянув её за шарф. — Я не сниму их, потому что знаю тебя достаточно хорошо, чтобы понять, что ты и дальше будешь сбегать сама по себе, и я не собираюсь рисковать, теряя тебя. — Я могу о себе позаботиться, Драко. — Я уверен, что это правда. Но я хочу быть тем, кто позаботится о тебе. — Это очень благородно, — насмехается она, — очень по-гриффиндорски. Брови Драко слегка нахмурились, в глазах появился голод. Он толкнулся бедрами вперед, ещё сильнее прижав к стене, и вырвал у неё из горла вздох. — Это не так, львёнок, — он убрал руку с её шарфа, и просунул её между бёдер, отчего с её губ сорвался ещё один вздох. — Это очень коварный, решительный, эгоистичный слизеринец с моей стороны. — Он просунул руку под её юбку. — Это тоже слизеринец, Грейнджер. Я добиваюсь того, чего хочу. А я хочу тебя. Я хочу этого. — Он сдвинул в сторону колготки и его пальцы оказались на её и без того уже влажной сердцевине. — Раздвинь ноги. — Драко… — задыхалась она, инстинктивно хватаясь за его плечи. — Мы на публике… — Я хочу поглотить тебя, Гермиона. — Он прижался носом к её носу и, отодвинув трусы, провёл пальцами по её центру. — Я хочу, чтобы ты делала то, что я говорю, и если я отвечаю за твою безопасность — если ты чувствуешь, что не можешь быть без меня, не можешь жить без меня — тогда я получаю именно то, что хочу. Я получу то, что хочу. — Драко наклонился к ее уху и выдохнул в него воздух, отчего по телу пробежали мурашки. — Я могу управлять тобой. — Это ужасно, — задохнулась она, когда он ввёл в неё палец, наполняя её сладким давлением, от которого она тихонько застонала. — Это так, — согласился он. — И мне все равно. Он опустил голову вниз и вцепился зубами в точку её пульса, яростно посасывая её, а затем начал двигать пальцами по ней. Она заскулила, уткнувшись лицом в его плечо, а его пальто заглушило ее стоны. — Но ты же сказал, что изменился. — Да. — он присосался к ее горлу, целуя ее челюсть, пока не встретился с ее ртом. — Открой, — приказал он ей, и она с очередным хныканьем подчинилась. Он лизнул ее язык своим, врываясь ей в рот, наполняя ее собой всеми возможными способами. Гермиона стонала, обхватив его язык, когда он проникал глубоко в ее рот, поглощая ее, как и обещал. Он двигал рукой по ее телу, доводя ее до прекрасного блаженства, с которым она хотела бороться, но не знала, как это сделать. Несколькими движениями пальцев ему удалось полностью разрушить ее решимость. — Я стал лучше, чем был, но я все еще не очень хороший человек. И это не важно — ты достаточно хороша для нас обоих. — Драко провел пальцем по ее телу и прижался к ней. Гермиона застонала, судорожно прижимаясь к нему. — Я хочу, чтобы ты обожала меня так же, как я обожаю тебя. — Ты… ты обожаешь меня?. — Да, — шипел он ей в рот, звук был ядовитым и вязким. — Я одержим тобой, Гермиона Грейнджер. Он добавил ещё один палец, двигая рукой с такой силой, какой она ещё не испытывала, и она задрожала в его объятиях, слёзы навернулись на глаза, пытаясь сдержаться. Не могла же она кончить в центре переулка у старого таксофона? Она захныкала, пытаясь отодвинуться, чтобы снова зарыться лицом в его пальто, но он грубо схватил ее за подбородок и удержал на месте, держа её лицо напротив своего. — Не шевелись, львенок. Он снова поцеловал ее, снова проник языком в ее рот, при этом его пальцы продолжали двигаться по ней с точностью, которая грозила уничтожить ее. — Ты хочешь кончить, львенок? Гермиона беспомощно кивнула. Она знала, что то, что они делают, — безумие, и ещё несколько месяцев назад она была бы против того, чтобы делать что-то даже отдалённо похожее на это; но сейчас, в его объятиях, когда он своими ловкими пальцами полностью разрушал её самоконтроль, ей было наплевать на все сомнения, которые она когда-то могла испытывать по поводу публичных перепихонов. — Никто нас не увидит, Грейнджер, — прошептал он ей на ухо. Он перешел к более глубоким и медленным движениям, словно стараясь вытянуть из нее все возможное удовольствие, независимо от того, хотела она этого или нет. Он был мужчиной на задании. — Отпусти себя, Гермиона. Она кивнула ему, прижалась губами к его губам, пытаясь заглушить свои стоны. Но тут, к ее ужасу, Драко перестал двигать пальцами, и она застонала от внезапного отсутствия давления. Ей нужна была разрядка. Ей нужен был он. Он освободил её губы и прижался лбом к её лбу, как ему явно нравилось делать. Она попыталась выгнуться, но он обхватил ее рукой за бедро, чтобы удержать на месте. — Слишком поздно что-то менять. Нам суждено быть вместе, я знаю, ты это чувствуешь. — Она хныкнула. Он полностью вынул свои пальцы из неё, и она практически зарыдала. — Скажи мне, что ты чувствуешь это, Гермиона. Не смей мне лгать. — Я чувствую, — прошептала она, почти стыдясь. — Я чувствую это. Драко кивнул ей, а затем снова стал покусывать ее шею, с силой проталкивая свои пальцы внутрь. — Обещай мне, что больше не сбежишь, не сказав мне ни слова. — Каждое слово он сопровождал более глубоким и сильным толчком пальцев. — Драко… — беспомощно задыхалась она. — Пожалуйста. — Обещай мне, Гермиона. — Обещаю. Он увеличил темп движений, и она почувствовала, как её оргазм снова нарастает; она была обречена. Она извивалась в его руках, билась бедрами о его руки, безмолвно умоляя его дать ей освобождение. — Скажи еще раз, — прорычал он ей на ухо. — Я обещаю! Он протолкнул свои пальцы глубже в неё, чтобы достичь её самого сладкого места. Гермиона ухватилась за спасательный плот в виде его рук, утопая в океане наслаждения, которое он мог вызвать без всякой магии. Он был ядовит, он заражал её жизнь, её разум… её сердце. И она поняла, что у неё нет никакого желания искать противоядие. Драко отстранился, убрал пальцы между её ног и, не сводя с неё взгляда, медленно поднёс их к губам, погружая в рот. Гермиона зачарованно смотрела, как он высасывает её возбуждение из своих пальцев, облизывая губы, наслаждаясь её вкусом. — Ты моя девушка, Гермиона. Я — твой парень. Ты сказала Поттеру, и теперь уже ничего не вернуть. От меня не избавиться. Не убежать.

***

День в «Ведьмином вареве» выдался насыщенный. Карли оставила на входной двери бумажку с запиской, в которой говорилось, что у неё весь день учебные сессии, но она заглянет незадолго до закрытия к ним, чтобы повидаться. Гермиона улыбнулась, увидев записку, а Драко сделал ехидное замечание про «сентиментальных магглов», за что Гермиона его пихнула. — Ты до сих пор учишься ради развлечения? — Драко стоял за Гермионой, пока она наполняла кондитерскую коробку, выводя фигуры на её спине. — Конечно. — И что тебе нравится изучать? Маггловские штучки? — Я знаю большинство маггловских вещей. — Гермиона закрыла коробку и пошла вытирать прилавок, Драко легко последовал за неё, его пальцы не переставали двигаться по её спине. — Так ты до сих пор изучаешь магию? — Это очевидно, Малфой. — Хорошо, Грейнджер. Тогда будь внимательна. Гермиона замерла, на мгновение задумавшись, что он имеет в виду, а затем поняла, что фигуры, которые он выводил на её спине, не были бессмысленными — это были руны. Она оставалась неподвижной, сосредоточенно следя за тем, как его палец движется по её спине, пытаясь определить, какую руну он начертал на её теле в виде касаний. — Хагалаз. — Гермиона через плечо оглянулась на Драко. Он улыбался. — Очень хорошо. Десять очков Гриффиндору. — Хагалаз означает катастрофа. — Не будь глупой, Грейнджер. — Драко приблизился к неё, чтобы прошептать ей на ухо. — Ты знаешь, что ещё это значит. Радикальные изменения. Принятие. — Сила за пределами человеческих возможностей. — Гермиона медленно повернулась лицом к Драко. Он положил руки по обе стороны от неё на прилавок, ограждая её собой. Не сводя с нее глаз, он кивнул в знак подтверждения. — Так вот какими ты нас видишь? — Он снова кивнул. — А ты бы не хотел, чтобы мы были Перто? Судьбой. Тем, что предначертано. Драко ухмыльнулся, зрелище было слишком красивым даже для его. — Перто также означает секреты. — Ты думаешь, у нас их нет? — Я не знаю, Грейнджер. А у нас есть? Гермиона положила руки на его предплечья и начала выводить свои собственные руны на его левой руке. Опустив взгляд, она осторожно перевернула его левую руку, чтобы провести невидимую руну по тому месту, где рукав прикрывал Тёмную метку. — Нет, — прошептала она, не поднимая глаз. — Не думаю, что это так. Она продолжала снова и снова выводить одну и ту же форму руны, терпеливо ожидая, пока он поймет, какой символ она расшифровывает. — Вуньо, — сказал он. Гермиона снова посмотрела в его серые глаза, такие же невозмутимые, как море. — Радость и удовольствие. — И комфорт, — добавила Гермиона. — Гармония. Драко снова ухмыльнулся. — Ты думаешь, между нами есть гармония? — Гермиона игриво прикусила губу и начала выводить другую руну. — Альгиз. — Гермиона кивнула еще раз. — Защита. — Инстинкт, — сказала она. — Ты чувствуешь себя в безопасности со мной, Гермиона? Гермиона снова прикусила губу, на этот раз с более тоскливым взглядом в глазах — А ты как думаешь? Драко не сводил с Гермионы своих грозового цвета глаз, прикладывая палец к её сердцу и выводя им руну. Она сразу же поняла, какая именно. — Дагаз. Триумф добра. — Невыносимо хорошего, Грейнджер. — Ты хочешь сказать, что я покорила тебя, Драко Малфой? Драко улыбнулся, на этот раз мягче. Мягче. Честнее. Он кивнул, слегка наклонив подбородок, но глаза его не отрывались от лица. — Полностью. День прошёл в том же духе, что и обычно, но теперь к нему добавилось случайное прикосновение рук Драко к бёдрам Гермионы или призрачное скольжение его пальцев по её, словно ему нужно было прижаться к ней ещё на мгновение каждый раз, когда её тело оказывалось в непосредственной близости от его. И именно такими их увидел Гарри, когда вошёл к ним за несколько часов до закрытия. Гермиона закрывала кассу, а Драко, проходя мимо неё, нежно сжал её руку в своей. Гарри замер от неожиданности. Даже учитывая предупреждение Гермионы во время телефонного звонка, было неприятно видеть, как его лучшая подруга и бывший школьный враг с такой нежностью и заботой прикасаются друг к другу. Гермиона улыбнулась Драко через плечо, когда он направился на кухню мыть посуду. Когда он уходил, Гермиона держалась за его руку, пока их руки не потеряли контакт. Её пальцы скользили по его пальцам, словно влюбленные, заканчивающие танец. Гермиона повернулась лицом ко входу в кафе, и её глаза расширились, когда она увидела Гарри, стоящего в нескольких футах от стойки и изумлённо смотрящего на неё. — Гарри! — она не могла скрыть нервозность в голосе. — Привет, Миона. Драко вышел из кухни, перекинув через плечо тряпку, с наглой улыбкой на лице. — Очень приятно, что ты пришёл, Поттер, — он подошёл к Гермионе и, обхватив её за талию, притянул к себе. Гарри потрясенно наблюдал за этим движением. — Слышал о телефонном звонке сегодня утром. — Да, — ответил Гарри, стараясь сохранить ровный голос. — Это… ну, довольно необычно видеть это, не буду врать. — Да, гриффиндорцы никогда не лгут, не так ли? — Драко забавно приподнял бровь. Гермиона закатила глаза и легонько шлепнула его по груди. — Заткнись, не дразни Гарри. Драко наклонился ближе, прижавшись носом к ее виску. — Но это так весело. — Вот это да, — тихо сказал Гарри, все еще не веря своим глазам. — Вы двое действительно… такие… — Что, Поттер? — Вместе. Гермиона покраснела, а Драко ухмыльнулся. — Да, — сказала она. — Мы вместе. Как я тебе и говорила. — Да, как ты и говорила, — согласился Гарри, неуверенно кивнув. — Просто это немного по-другому воспринимается. — Не хочешь чего-нибудь выпить? — спросила Гермиона. Гарри кивнул. — У вас есть что-нибудь покрепче кофе? — пошутил он. Через несколько минут они уже сидели за столиком в задней части кафе, когда вечерний наплыв посетителей начал стихать, оставив их в тишине. Но пока посетители оставляли их в покое, Гарри Поттер не унимался. Он уже несколько минут молча сидел напротив Гермионы и Драко, потягивая кофе и поглядывая на Драко поверх ободка кружки. — Итак… — сказала Гермиона. Она отчетливо ощущала руку Драко, лежащую на ее колене под столом, и то, как его стул был повернут к ней лицом; она сдвигала свои колени, чтобы повернуть их в его сторону, как будто эти двое не могли вынести, чтобы не прикасаться друг к другу как можно чаще. Гарри, несомненно, заметил это: несмотря на то, что большинство их прикосновений было скрыто под столом, он всё равно замечал, как они постоянно поворачиваются друг к другу. — Значит, всё по-настоящему? — Гарри опустил свою кружку, немного резко. — По-настоящему? — Боже, Поттер, не утруждай себя выдавливать из себя так много слов. Гарри вздохнул и махал на Драко, смотря на Гермиону, будто говоря: Серьёзно? Он? — Это правда, Гарри. Мы просто… подходим друг другу. — Не будь такой романтичной сейчас, — подтрунивал Драко, ущипнув её за бедро под столом. Гермиона прикусила губу, сдерживая писк. Даже такое легкое прикосновение с его стороны заставляло её чувствовать себя так, словно её желудок был полон порхающих снитчей. — Хорошо, — голос Гарри всё ещё звучал неуверенно. — Малфой. — Поттер. — Если ты обидишь её… — Ты убьёшь меня? Как оригинально. — Нет, — сказал Гарри, понизив голос, — я просто нанесу визит в «Вредилки Уизли». Работая в кафе, легко перекусить не той выпечкой, не так ли? Гарри ухмыльнулся, глаза Гермионы расширились от смущения, а Драко лишь снисходительно рассмеялся. — Представляю, как Гермиона уволила бы меня, если бы я разбил ей сердце… или ещё что похуже. — А ты планируешь разбить ей сердце? Гермиона посмотрела на Драко и увидела, что он уже смотрит на неё голодным взглядом; в отличие от неё, Драко не пытался скрыть от Гарри свою страсть к ней. — Нет, Поттер. Ни на йоту. У Гермионы перехватило дыхание, и ей удалось оторвать взгляд от Драко и перевести его на Гарри, который выглядел совершенно потрясенным. — Тогда ладно, — Гарри отпил ещё кофе. — Значит, мы с Джинни придем к вам на рождественский ужин 22-го числа, да? — Верно, — кивнула Гермиона. — Может быть, будет проще сделать это здесь, чем в твоей квартире? Драко подтолкнул Гермиону ногой. Она посмотрела на него, потом на Гарри. — Да, здесь будет проще. Потому что… к нам присоединится пятый человек. Глаза Гарри расширились. — Ты же не хочешь, чтобы Рон присоединился к нам? — Мерлин, — пробормотал Драко в то же время, когда Гермиона практически закричала «Нет!», испугав немногих посетителей, оставшихся у окна. — А кто же тогда? — Твой кузен-дурачок, — сказал Драко. Наступило тягостное молчание, когда выражение лица Гарри стало похожим на полное недоверие. — Дадли? — Гермиона кивнула. — Мы столкнулись с ним на вечеринке. Он спрашивал о тебе. — Вы вместе ходили на вечеринку? — Гарри был почти в ужасе. — Мерлинова борода, вы действительно вместе. — Ничто не проходит мимо тебя, Поттер. — И Дадли был на этой вечеринке? — Гермиона кивнула. — На чьей вечеринке? Почему Дадли здесь, в Эдинбурге? — Ты можешь поверить, что это была маггловская вечеринка? — Драко игриво приподнял брови. — Ты ходил на маггловскую вечеринку? — Челюсть Гарри пракически упала на пол. — Ну, моя девушка предпочитает общество магглов, так что… — Ты теперь называешь её своей девушкой? — Гарри! — Гермиона пыталась, но не смогла удержать разговор в нужном русле. — Дадли живет здесь. Он сказал, что учился здесь в университете, встретил девушку и женился на ней. Они ждут ребенка и… — Бедняга думает, не придется ли ему самому разбираться, как воспитывать маленькую ведьму или волшебника. Не хочет, чтобы он оказался таким же несчастным, как ты. Гарри бросил взгляд на Драко. Гермиона пихнула Драко с такой силой, что он чуть не упал со стула. — Ты не мог бы прекратить это! — Ми! Привет! Все трое посмотрели на дверь, где стояла Карли, с сумкой, полной учебников, перекинутой через плечо, ее рыжие волосы были припорошены снежинками с улицы. — Извини, что так долго не заходила сегодня. Финальные экзамены были сумасшедшими. — Карли, не дожидаясь приглашения, прошла к столу, стоящему сзади, и села на оставшийся свободным стул. Она улыбнулась Драко, который радостно улыбнулся в ответ. Затем ее взгляд остановился на Гарри. — Привет! — Она протянула ему руку, хотя они сидели почти плечом к плечу. — Я Карли, подруга Ми и Драко. Драко немного опешил от того, что его назвали другом Карли, а Гарри ошарашенно смотрел на протянутую руку Карли, но, наконец, взял ее в свою и крепко пожал. — Гарри Поттер. — О! Ми рассказывала о тебе. Ты ведь тоже учился вместе с ней и Драко, верно? Гарри взглянул на Гермиону, его рука все еще была в руке Карли. — Ми? — Сокращенно от Гермиона, — пояснила Карли, отпуская руку Гарри и усаживаясь на свое место. — У тебя есть для нее прозвища? Я привыкла сокращать имена. Глупо, я знаю. Но мне кажется, это забавно. — Гарри иногда называет меня «Миона» — Это мило. — Драко насмешливо хмыкнул. Карли потянулась через стол и ткнула его рукой. — Не смейся. Ты называешь ее львёнком. — Называет?! — тон Гарри снова стал недоверчивым. Карли рассмеялась, звук был легким и веселым. Гарри продолжал недоумевать по поводу всей этой ситуации. — Мы видели Дадли на вечеринке у Карли, — объяснила Гарри Гермиона. — О! Вы знаете Дадли? — Карли посмотрела на Гарри. — Э… да, он… ну, он мой кузен. — О Боже! Это безумие! — Карли обвела взглядом стол. — Как тесен мир. — Крошечный, — сказал Драко своим типичным саркастическим тоном. Он скользнул рукой по бедру Гермионы, и она топнула ногой, пытаясь помешать ему возбудить ее еще больше на публике. Он проигнорировал ее и продолжал двигаться по пути разрушения, пока не оказался у нее между ног. Гермиона резко вдохнула через нос и положила руку на его запястье, чтобы остановить его движения. Гарри и Карли не обращали внимания на возбуждающую атаку пальцев, происходящую прямо под столешницей. — Гарри и Дадли не всегда ладили в детстве, — сказала Гермиона Карли, стараясь сосредоточиться на своих словах, а не на Драко, напрягающимся от её хватки на его запястье. — Дадли упоминал о том, что у него был кузен, с которым его семья была не очень добра, — сказала Карли. — Я и не подозревала, что это ты — типа, лучший друг Ми. Это тот самый Гарри, о котором ты всегда говоришь, что он твой лучший друг, верно? Гермиона улыбнулась: было практически невозможно не проникнуться энергией Карли. Эта девушка была словно воплощение солнечного света. — Да, это он. — Великолепно! Итак, Гарри, что привело тебя в Эдинбург? — О, я заехал повидаться с этими двумя. — Весело! А где вы живете? — В Лондоне. — Гарри отхлебнул еще кофе, а Карли с тоской посмотрела на его кружку. — Ох! — Гермиона попыталась встать, но это привело лишь к тому, что рука Драко еще сильнее впилась ей в ноги, отчего в животе зашевелилось еще больше снитчей. — Давай я принесу тебе кофе. За счет заведения. — Спасибо, Ми! Гермиона впилась ногтями в запястье Драко до крови, и только тогда он отпустил ее. Она вернулась за прилавок и принялась за работу, готовя для Карли новый специальный мятно-ванильный латте, разработанный к праздничному сезону. Когда она принесла напиток на стол, Карли уже вовсю рассказывала Гарри о своей степени по психологии. — Спасибо, Ми. Через неделю у меня будет рождественская вечеринка, вы все должны прийти. Гермиона открыла рот, чтобы ответить, но Карли продолжала говорить, и Драко воспользовался этой возможностью, чтобы притянуть Гермиону обратно на сиденье рядом с собой, чтобы снова провести рукой между ее бедер. — Я знаю, что в прошлый раз, когда вы двое пришли на одну из моих вечеринок, вы набросились друг на друга и подрались, но два раза подряд такое, наверное, не повторится. — Подожди, из-за чего вы поссорились? — спросил Гарри. Гермиона наклонила голову в сторону Гарри, пытаясь молча передать все те совсем не маггловские темы для обсуждения, которые они бурно обсуждали той ночью. — Школьные дела, — ответила она задыхаясь, когда Драко прижал подушечки пальцев к её чувствительному клитору. Даже с учётом того, что колготки и трусики служили ему преградой, ему всё равно удавалось намочить её. — О, — сказал Гарри, понимая, почему Гермиона не может рассказать об этом подробнее. — Ты тоже должен прийти, Гарри! — сказала Карли. — Дадли будет там! Уверена, он будет рад тебя видеть! — Да, Поттер, — сказал Драко, дразня Гарри, не переставая водить пальцами по ней. — Уверен, он будет рад. Гарри сжал челюсти от досады. — Я не могу пойти на вечеринку без Джинни, Малфой. — Джинни — твоя девушка? — спросила Карли. — Моя жена. — Приведи и ее! Будет так весело! — Карли взглянула на часы на своем запястье и вскочила. — Извини, я не могу остаться надолго, Ми. Я должна встретиться с девочками у Пэдди. Мы всегда устраиваем девичник, чтобы отпраздновать окончание экзаменов. Но я надеюсь, что увижу вас на своей вечеринке! В следующую пятницу в восемь! В том же месте. Было приятно познакомиться с тобой, Гарри! — Мне тоже, Карли, — сказал Гарри, явно чувствуя себя слишком возбужденным из-за постоянного веселого настроения Карли. Карли улыбнулась, взяла свой кофе и вылетела из магазина с той же энергией, с которой вошла. — Как тебе, Поттер? — сказал Драко, усиливая давление своих пальцев. Гермиона ухватилась за его колено, прикусив язык, чтобы не захныкать. — У меня есть маггловский друг. — Что, Малфой? Ты хочешь, чтобы я сказал, что горжусь тобой? Драко пожал плечами, наконец-то убрав пальцы от клитора Гермионы. Гермиона почувствовала облегчение от того, что ей не пришлось скрывать оргазм, но и разочарование от того, что она осталась неудовлетворенной. Она взглянула на Драко, который подмигнул ей, а затем снова посмотрела на Гарри. — Ты собираешься прийти на вечеринку наших маггловских друзей, Поттер? — Вы двое действительно идете? — Да, — сказал Драко. — Миона? — Я… да, я думаю, мы пойдем. Ты должен прийти, она очень милая. И, как я уже пыталась тебе сказать, Дадли хочет тебя видеть… — Я… это слишком много, Гермиона. — Ты справишься с этим, Поттер. Ты уже большой мальчик. — Малфой, я очень стараюсь не ударить тебя по лицу прямо сейчас. Драко ухмыльнулся. — Лучше оставь это дело Гермионе.

***

Через полчаса Гермиона уже махала Гарри на прощание, когда он уходил к ближайшему дымоходу, подключённому к каминной сети. Клиентов больше не было, и до закрытия оставался всего час, и Гермиона наконец-то смогла выплеснуть своё напряжение. Она повернулась лицом к Драко с разъярённым выражением лица. Он стоял в дверях кухни и, как всегда, ухмылялся. — Ну и что теперь, львёнок? Она надвинулась на него, пересекла небольшое пространство и встала перед ним. Она толкнула его изо всех сил. Он лишь слегка попятился назад, смеясь. — Ты не можешь вот так залезать мне под юбку! Она снова попыталась толкнуть его, но на этот раз он поймал ее запястья в свои руки и выдернул их за спину, зафиксировав их пальцами. Ее спина выгнулась от давления, он навис над ней, его рост давил на нее, его глаза были игривыми и напряженными одновременно. — Например? — Он придвинулся ближе и легонько ущипнул ее за челюсть. Она вздохнула. Он захихикал. — Не смейся надо мной! — Но тебя так легко завести. — Он придвинулся и укусил ее за пульсирующую жилку. Она вздохнула громче, еще больше выгнув спину, прижимаясь к нему, несмотря на то, что собиралась дать ему еще одну пощечину. — Я просто не могу оторваться от тебя, Грейнджер. Драко притянул ее руки к себе и зажал их между их телами. Затем он поднёс их к губам и нежно поцеловал костяшки её пальцев. — Ну… — пролепетала она, ее лицо раскраснелось от возбуждения. — Кто-нибудь мог увидеть. — Никто не увидит, как ты кончаешь, кроме меня, львенок. Я обещаю тебе это. Гермиона тихонько вдыхала, а он, воспользовавшись тем, что её губы разошлись, наклонился и прижался к её губам. Гермиона крепко схватилась за его руки. Поцелуй ошеломил ее после всего того, что он делал. Она сжала бедра, пытаясь облегчить ноющие ощущения, и приоткрыла губы, чтобы язык Драко проскользнул между ее зубами. Он втянул её язык в рот и провёл зубами по всей длине, а затем провёл языком по её зубам, делая всё возможное, чтобы насытиться ею. Он взял её нижнюю губу между зубами и прикусил. Гермиона заскулила, сопротивляясь его мягкому напору. — Ты расстроена, не так ли, Грейнджер? — пробормотал он, отпустив её покусанную губу. — Что? — прошептала она с желанием. — Я чувствовал, какая ты мокрая, любимая. Ты хочешь, чтобы я дал тебе кончить, и я не хочу ничего другого, как сделать это для тебя. — Гермиона слегка отстранилась, широко раскрыв глаза. Драко озорно ухмыльнулся, глядя на нее. — Ты позволишь мне трахнуть тебя, Гермиона Грейнджер? — Я… ну… не здесь! — Боже правый, Грейнджер. — Он снова поцеловал ее, подавляя ее протесты. — Конечно, не здесь. — Он снова перешел к ее шее, посасывая и покусывая ее, вызывая у нее тихие стоны. — В квартире. В твоей постели. Я не хочу, чтобы ты молчала. Когда я буду в тебе, я хочу слышать, как ты кричишь. — Почему ты так уверен, что сможешь заставить меня кричать? Он изучал ее взглядом, а затем наклонился и провел носом по ее шее, чтобы прошептать ей на ухо: — Поверь мне, львенок. Я могу.