Keys & Kisses / Ключи и Поцелуи

Когда на следующее утро прозвенел будильник, Гермиона только успела выключить его и начать вставать, как Драко обвил вокруг неё руку и притянул к себе на кровать. — Сегодня никакой работы, Грейнджер, — сказал он ей в шею. — Да, сегодня работа, — она легонько толкнула его локтем. — Мы не можем просто взять и закрыться на целый день. Драко слегка дернулся от того, что она сказала «мы». — Гермиона, прошлой ночью мы напились и накурились, пытались убить друг друга… — Мы не пытались убить друг друга! — … а потом на тебя напали. Ты заслужила выходной, и я использую свою новую палочку, чтобы привязать тебя к кровати, если ты не согласишься остаться здесь и отдохнуть. Гермиона хотела возразить, что он посмеет этого сделать, но то, как он крепко прижал её к себе, дало ей понять, что он очень даже посмеет. — В «Ведьмином вареве» полный бардак. Я не удосужилась прибраться вчера вечером. — Тогда я пойду и разберусь с этим, а ты останешься здесь и будешь ждать моего возвращения. Гермиона перевернулась на спину, но он постарался не отпускать её руку. — С каких это пор Драко Малфой предлагает людям добро? — С тех пор, как он понял насколько дорога ему Гермиона Грейнджер. Гермиона тихонько вдохнула. Она уже знала, что она ему не безразлична, но услышать от него эти слова всё равно заставило её вздрогнуть. — Как ты собираешься с этим разобраться? — Ну, — он притянул её к себе поближе, — кое-кто подарил мне новую палочку. — Я же просила тебя не пользоваться ею постоянно. — Тогда дай мне свою палочку. — Ни в коем случае. — Тогда заткнись и позволь мне сделать для тебя что-нибудь приятное. Он притянул её ещё ближе и прижался к её рту, заглушая поцелуем её протесты. Гермиона на секунду попыталась отстраниться, чтобы ещё раз отругать его за легкомысленное использование незаконно полученной палочки, но он запустил руку в её волосы и прижал её голову к себе, углубляя поцелуй, и все мысли о споре исчезли. — Хорошо, — пробормотала она ему в губы. — Не затягивай. Драко поцеловал её в лоб и встал, чтобы уйти, но Гермиона потянулась и схватила его за запястье. — Подожди. — Грейнджер, — предупредил он. — Нет, просто подожди. У меня есть кое-что для тебя. Я трансфигурировала его прошлой ночью, после того как ты уснул. — Я думал, мы легли спать в одно и то же время. Тебе приснился кошмар? — Я просто почувствовала беспокойство и не сразу заснула. Я не хотела тебя беспокоить, не делай из мухи слона. Она села в постели, полезла в ящик тумбочки и достала ключ. Она протянула его ему, он взял его и растерянно посмотрел на него. — Ключ от квартиры, — пояснила она. — Потому что я не хочу, чтобы ты пользовался палочкой мертвеца без крайней необходимости, и мне не нравится, что тебе придется сидеть в коридоре и ждать меня, если мы не вернемся домой вместе. Драко стоял и смотрел на ключ, который держал в руке; это была такая маленькая вещица, но она значила гораздо больше, чем можно было предположить по её размеру. Он снова посмотрел на Гермиону, и его глаза встретились с её взглядом. — Ты даёшь мне возможность проникать в твою квартиру, когда я захочу? Ты уверена в этом, Грейнджер? — Я… да, — Гермиона нервно теребила край одеяла. — Теперь это не только моя квартира, не так ли? Драко на мгновение замолчал, но затем на его лице появилась улыбка Чеширского кота, и Гермиона улыбнулась в ответ. Он наклонился и крепко поцеловал её. — Скоро буду дома, львёнок.

***

— Ну вот и ты! Карли сидела на тротуаре, привалившись спиной к «Ведьминому вареву». Она вскочила на ноги, увидев приближающегося Драко. — Вы, ребята, обычно открывались несколько часов назад, после того как вы двое исчезли прошлой ночью, я так волновалась. Всё в порядке? Драко остановился в нескольких футах от рыжеволосой, беспрестанно веселящейся магглы, несколько удивленный её заботливостью. Он подумал, что если бы она училась в Хогвартсе вместе с ними, то была бы на Пуффендуе. Несколько лет назад такая мысль вызвала бы у него презрение, ведь в школе он никогда не общался с Пуффендуйцами. Но, узнав Карли совсем недавно, он почувствовал к ней легкую привязанность. Не такую дружескую связь, как у Гермионы, но это был первый случай, когда общение с немагическим народом не вызвало у него отторжения. — Да, — сказал Драко. — Мы… ну, мы немного поссорились, а потом Гермиона не захотела… ну… — он запнулся. Он знал, что Гермиона не хотела бы, чтобы он лгал Карли, но он не знал, как сказать магглу правду. Он точно не мог сказать ей всю правду, это уж точно. — О нет! — сказала Карли. — Ребята, вы в порядке? Хочешь поговорить об этом? — она кивнула на окно кафе, в которое можно было заглянуть и увидеть разбитые тарелки на полу. — Я так понимаю, ситуация немного накалилась? — Да, — сказал Драко. — Она… гм… бросила несколько тарелок. — В тебя?! — Да, но я это заслужил. Карли с любопытством изучала его. Драко вспомнил, как Гермиона говорила ему, что Карли изучает психологию в школе. Он не очень понимал, что это значит, что-то о понимании мозгов или о том, как люди думают, или о какой-то ерунде вроде этого. Он представил себе, что Карли, наверное, пытается разобрать по косточкам каждую крупицу информации, которую он ей только что сообщил. Ну и пусть, — подумал он. Она никогда не сможет разобраться во мне и Грейнджер. Я уж точно не смогу. — Ну что, ты сегодня открываешься один? — Я? О нет, Гермиона не допустила бы это. — Карли ухмыльнулась. Драко постарался проигнорировать это. — Я здесь, чтобы убраться и принести ей что-нибудь на завтрак. — Ты заботливый парень. Драко отчаянно цеплялся за это слово. Парень. Был ли он парнем Гермионы? Он все ещё не знал, где находится Гермиона. — Я стараюсь, — сказал он, пожав плечами. — Я бы предложил сварить тебе кофе, но я не умею варить такой шикарный кофе, который готовит для тебя Гермиона. — Ничего страшного, — Карли отмахнулась от него. — Я не хочу тебя беспокоить. Я пойду в другое место. Я просто задержалась здесь в надежде увидеть кого-нибудь из вас и убедиться, что у вас всё в порядке. — О, — Драко был действительно шокирован. — Очень мило с твоей стороны. Мы в порядке. Гермиона была очень даже не в порядке, а он, судя по всему, стал мишенью для каких-то злобных мстительных убийц. Но это были не самые подходящие темы для утреннего разговора с магглами. — Хорошо, я очень рада. Вы, ребята, будете открыты завтра, да? Драко кивнул: — Думаю, да. Карли облегченно рассмеялась и повернулась на каблуках, чтобы уйти. — Рада была тебя видеть, Драко. Передавай Гермионе привет. О! И скажи Гермионе, что вам обоим действительно нужно купить телефон. — Точно, — медленно произнес Драко. — Телефон. Я скажу ей. Улыбка Карли не сходила с её лица, она помахала рукой и ушла. Драко смотрел, как рыжие волосы Карли исчезают вдали, словно огненное заходящее солнце. Может быть, есть этот маггл смог увидеть в нём что-то хорошее, то и Гермиона сможет. В конце концов. Надеюсь. Драко достал свою новую палочку, прошептал «Алохомора» и вошёл в магазин. Вздохнув, он окинул взглядом беспорядок, а затем принялся за работу, восстанавливая разбитые тарелки и треснувшие кондитерские витрины. Это была легкая работа и простые чары, но было так приятно снова заниматься магией. Закончив, он заглянул на кухню, чтобы убедиться, что там всё улажено, а затем проверил кладовку. Гермиона забыла вернуть пространство в исходное состояние кладовой, вместо этого перед ним была ее крошечная библиотека. Он не смог удержаться. Шагнул внутрь, принялся изучать корешки множества маггловских книг, набитых до отказа, не узнавая большинства названий. Изредка попадалась нехудожественная литература о волшебниках, но в основном это были старые романы, потрепанные от долгого чтения. В глубине библиотеки, в углу дальней полки, он обнаружил небольшую книжку без текста на обложке, которая, как он вскоре понял, была чем-то вроде дневника. Понимая, что это совершенно ужасное нарушение неприкосновенности частной жизни, он открыл её. Это было небрежнее, чем все записи Гермионы, которые он когда-либо видел. В нём не было ни малейшего намека на организованность, это был набор нацарапанных мыслей, хаотичный поток сознания.

Оно вернулось. Жжение. Я знаю, что это лишь в моей голове. Я всё придумала. Я схожу с ума от этого, я знаю. Я перепробовала все успокаивающие чары, какие только можно придумать, но ничего не помогает, и у меня нет простейших ингредиентов для зелий. Я могу попросить Гарри о помощи, могу написать Невиллу и попросить информацию о травах, может быть, что-нибудь найдется. Но… мне стыдно.

Драко нахмурился, глядя на запись. Она была такой короткой. Такой странной. Что за жжение? Почему ей было так стыдно просить информацию? Гермиона Грейнджер обожала исследования. Он перелистнул на другую запись.

Я постоянно просыпаюсь от криков. Пришлось наложить на свою квартиру заглушающие чары, чтобы соседи перестали жаловаться. Интересно, у Гарри всё ещё остались эти проблемы? В школе у него они были. Изменилось ли всё, когда шрам перестал его беспокоить? Или эти призраки преследуют его вечно? Джинни встретила её, мечтает ли она о том, чтобы ей не удалось избежать Убийственного проклятия? Иногда я не могу удержаться от мысли, каково было бы испытать это проклятие вместо того, чтобы… Магглы ходят к психотерапевтам. Если бы моя мама все еще была моей мамой, она могла бы посоветовать мне сходить к одному из них. Как я могу? Что я скажу? Придется все скрывать. Почему я не могу забыть эту боль?

Драко крепче сжал дневник. У него не было сомнений, кого имела в виду Гермиона, когда писала «её». Он был немного удивлён, узнав, что идеального Поттера часто мучили кошмары. И про шрам тоже было непонятно. Он понял, что многое о Золотом трио ему неизвестно. Драко листал дальше, пытаясь найти более свежие записи.

Он здесь. В моей жизни. В моих мыслях. Я хочу, чтобы его не было, но за что мне держаться если он уйдет? Почему я не ненавижу его? Было бы проще просто продолжать наше школьное соперничество. Просто быть в разных домах. Всезнайка и богатый сопляк. Теперь всё по-другому… теперь он другой.

Драко нахмурился. Он продолжал читать очередную запись.

Может, мне стоит попробовать влюбиться в маггла? Рон смог. Почему бы и мне не попробовать? Это можно сделать. В конце концов, я могла бы рассказать им о том, кто я на самом деле и что мне пришлось пережить. Но… кто захочет остаться со мной, если узнает? Как я объясню свой шрам? Наложить чары гламура и так нелегко. Большинство магглов притворяются, что не замечают его, но ведь очевидно, что я не выбирала, чтобы на моей коже было вырезано это.

Драко опустил взгляд на свою руку, где под рукавом пряталась поблекшая Тёмная метка.

Считает ли он свою метку шрамом? Должен, не так ли? Как я могу быть с ним, если он не ненавидит каждую частичку этого прошлого?

— Я ненавижу, — прошептал Драко в пустую комнату.

Всё приобретает смысл, когда он целует меня.

Драко чуть не выронил дневник.

Как мне простить его? Мерлин, я хочу этого. Я хочу быть счастливой. Может ли он сделать меня счастливой?

— Да, — пробормотал Драко. — Я мог бы.

***

Через два часа Драко вернулся в квартиру, не забыв использовать его новый ключ, а не украденную палочку. Он нашел Гермиону сидящей на диване и читающей одну из своих маггловских книг. Она была так увлечена, что не заметила как он вошёл. — Милая, я дома. Она посмотрела на него и закатила глаза. — Уморительно. Кафе в порядке? — Всё убрано и починено. Никто и не узнает, что прошлой ночью там побывала неуравновешенная ведьма. Рот Гермионы открылся в возмущении. — Я не была неуравновешенной. Драко поставил кофейник, который держал в руке, на кухонный стол. — Ты была такой, любимая, но всё в порядке. Ты на десять лет задержалась с истерикой. Сердце Гермионы сделало небольшой кульбит, когда он назвал её «любимой», но она не хотела заострять на этом внимание, не смела указывать на это, боясь, что он возьмет свои слова обратно. Это новая сторона Драко — он был открыт и добр к ней, а не просто насмехался и язвил, была слишком прекрасна, чтобы тратить её впустую, и она боялась, что всё это может исчезнуть в любой момент. — Ты сделал кофе? — она кивнула на кружки. — Не будь такой впечатленной. Я использовал магию. — Я же говорила тебе не… Драко наклонился и поцеловал её, чтобы успокоить. — Ты не можешь целовать меня каждый раз, когда хочешь меня заткнуть. — Хмм, — размышлял Драко. — Я могу попробовать. И он снова поцеловал её. Гермиона прижала руки к его груди и оттолкнула его. — Драко, — укорила она его. Он положил руки по обе стороны от неё на спинку дивана, прижимаясь к ней. Он ухмыльнулся, глядя на неё. Озорная ухмылка слизеринца, выполняющего задание. — Мне нравится, когда ты так говоришь, — он наклонился ближе. Он был так близко, что Гермионе показалось, будто он высасывает из неё дыхание. Странно эротичный поцелуй дементора. — Говорю что? — задыхалась она. — Моё имя. Он наклонился вперёд, слегка прижавшись лбом к её лбу. Гермиона закрыла глаза и тихонько вздохнула, откинув голову назад и придвинув свой рот чуть ближе к его рту. — Я всё время произношу твоё имя. Он приподнял одну бровь. — Малфой — это моя фамилия. — Ты хочешь, чтобы я впредь называла тебя только Драко? — Он кивнул, и от легкого давления его головы на её голову у неё по позвоночнику пробежал холодок. — Хорошо, — прошептала она. — Тогда зови меня Гермиона. — Гермиона, — прошептал он, а затем его рот оказался на её губах. У Гермионы было миллион вещей, которые она хотела сказать ему, но в момент, когда его губы коснулись её, она была удивлена тем, что не могла вспомнить ни одну. Он провёл языком между её губ, безмолвно прося впустить его, вечно умоляя ворваться в неё. И Гермиона без раздумий выполнила его просьбу. Она открыла рот и позволила его языку танцевать с её языком, его вкус был сладким от смеси мятной зубной пасты и… — Ты пил тыквенный латте? Он вздохнул и покачал головой, обнимая её за шею. — Ты просто не можешь заткнуться и позволить мне поцеловать тебя, не так ли? — Я думала, что Малфой — это черный кофе и страдания. Он обхватил её шею чуть крепче и прикусил челюсть, отчего с её губ сорвалось сладостное мычание. — Да-да, я очень смешной и ужасный. Хочешь кофе, раз уж ты так настаиваешь на разговоре, несмотря на мои превосходные поцелуи. — Никто не критикует качество твоих поцелуев, Драко. — Он ухмыльнулся. — Правда? Она игриво толкнула его. — Принеси мне мой кофе. — Скажи пожалуйста. — Нет. Он резко вздохнул, и Гермиона рассмеялась. — Чего я только не делаю для тебя, Грейнджер. — Он подошёл к стойке и налил две чашки кофе, поднёс одну Гермионе и сел рядом с ней. — Нам нужно поставить защиту, — сказала Гермиона. — Вернее, мне нужно, потому что я не хочу, чтобы ты занимался подобной магией с палочкой Кормака. — Гермиона, ты понимаешь, что я ещё даже не успел глотнуть кофе, а ты уже говоришь о защитных магических мерах. — Ты уже пил кофе, — возразила она. — И кто-то пытался убить нас обоих, Драко. Мы должны охранять наш дом. Драко немного напрягся, когда Гермиона употребила слово «наш», и она заметила это, но никто не осмелился ничего сказать по этому поводу. Гермиона продолжила. — Я хочу, чтобы мы были в безопасности. — Как всегда благородная гриффиндорка. — Что? Как будто ты не хочешь обезопасить меня? Драко повернулся к ней лицом, провёл рукой по спинке дивана по её плечам и наклонился ближе. — Грейнджер, я бы расписал входную дверь кровью наших врагов, чтобы предупредить любого, кто посмеет к тебе прикоснуться, что если он хоть пальцем к тебе прикоснется, я выпотрошу его. — Как по-слизерински Он наклонился ещё ближе, его губы снова оказались в опасной близости от её губ. — А это идея, львенок. — Ну, я думаю, что лев и ядовитая змея достаточно подготовлены, чтобы справиться с любой опасностью, которыя нам угрожает. — Я ядовитый? — его губы прикоснулись к её губам, вырвав из её горла ещё один вздох. — Да, — вздохнула она. — Очень. — Тебе это нравится, — поддразнил он. — Ты прав. — Она поддалась вперед и столкнулась губами с его губами, наслаждаясь его вкусом и ощущением его рта, прижатого к её. — Нравится. Драко поцеловал её в ответ, но вскоре отстранился, чтобы не опрокинуть кофе на их колени. — Карли была в «Ведьмином вареве». — Правда? Почему? Драко сделал неторопливый глоток кофе, наслаждаясь любопытным и нетерпеливым выражением, которое появилось на лице Гермионы. — Она хотела узнать, всё ли у нас в порядке. — О, это было очень мило с её стороны. — Я знаю, — кивнул Драко. — Это было удивительно. — Ещё там был милый слизеринец. Он ухмыльнулся. — Да, я делал всё возможное, чтобы его избежать. — Ха-ха, — она потягивала свой кофе, поражаясь тому, что Драко смог почти идеально повторить её тыквенный латте. — Что ты ей сказал? — Что мы поссорились, и ты бросила в меня тарелку. — Драко! — Ты бросила. — Не бросала! — Не будь ребенком, Гермиона. Она толкнула его, и он засмеялся. — Не знаю, что меня больше удивляет, — сказал он. — То, что я встречаюсь с Гермионой Грейнджер, или то, что у меня есть друг маггл. — Гермиона замерла, и он вздохнул, глядя в её широко раскрытые глаза. — Ты собираешься отрицать, что мы встречаемся? — Я… нет, просто… — Потому что Карли назвала меня твоим парнем, и я думаю, что она знает, о чём говорит, поскольку изучает психологию. — Ты даже не понимаешь, что такое психология. Он нежно провёл большим пальцем по её плечу. — Нет. Но я понимаю, что ты моя. — Я не твоя, Драко Малфой. — А почему нет? — спросил он. Гермиона открыла рот, чтобы заговорить, но он заговорил с ней. — Назови мне вескую причину. Хорошую, Грейнджер. А не всякую ерунду о прошлом или о твоих проблемах с прощением. — Я не могу просто… — Простить меня? Да, так ты говорила много раз. Но тебе не нужно прощать меня, чтобы быть со мной. Гермиона глубоко вздохнула, звук получился комично злым. Драко ухмыльнулся. — Тогда что же мне нужно сделать? — Ну, — он взял у неё кофе и поставил оба на стол перед ними, — для начала лучше заткнуться и позволить мне иметь с тобой дело. Гермиона открыла рот, чтобы отругать его за непристойные и самонадеянные высказывания, но, прежде чем она успела произнести хоть слово, он бросился вперед и впился зубами в её шею. Она просто задыхалась от шока и удовольствия, когда Драко провел языком по её шее.Его зубы пронзали её кожу ласковыми укусами. Он запутался руками в её кудрях и притянул ближе, чтобы можно было легко провести языком по её горлу, пока не добрался до уха, взял её мочку между зубами и стал дразнить её нежными укусами. — Драко, — наконец смогла вымолвить она, и её руки потянулись к его груди и обхватили его рубашку. — Ложись, Гермиона. Дай мне почувствовать тебя. Он начал опускать её на спину, и она подчинилась. Он провёл рукой по её шее, и от этого прикосновения по коже побежали мурашки. Когда он добрался до её грудей, едва прикрытых тонкой и довольно прозрачной майкой, он не смог подавить стон при виде её сосков, возбужденно торчащих из-под ткани. Он смело взял одну из её грудей в руку и начал дразнить сосок пальцами. Гермиона извивалась под ним, тихонько стонала, прижимаясь к его шее. Он стал водить пальцами по поверхности её груди и, взяв сосок между большим и указательным пальцами, ущипнул его достаточно сильно, чтобы вызвать у Гермионы возбужденный вздох. — Драко, — снова прошептала она, обхватывая его руками, чтобы вцепиться ногтями в спину. Драко провёл рукой по подолу майки и, скользнув под тонкую ткань, провел ногтями по животу, наслаждаясь тем, как она прижимается к нему, и смакуя каждый тихий стон и мяуканье, которое она издавала в ответ на его прикосновения. Дойдя до её груди, он снова сжал её в руке, и её стоны стали ещё громче. Он понял, что больше не может ждать, что нужно прикоснуться к ней больше, дальше. Он провёл рукой по её животу до пояса её пижамных штанов. — Гермиона, — дышал он ей в ухо, проникая рукой в штаны и проводя по поясу трусиков, уже намокших для него. — Дай мне почувствовать тебя, любимая. В таком состоянии она не могла составить ни одного связного предложения, поэтому просто кивнула побуждая его продолжать. Она дернулась в предвкушении, когда он отодвинул ткань её трусиков в сторону и прижал два пальца к влажным складкам, которые уже ждали его. — Блять, Гермиона, — простонал он, прижимаясь к её шее. Она ещё глубже вцепилась пальцами в его спину, когда он ввел эти пальцы глубоко в неё. Она застонала ещё громче, когда он провел ими вверх и вперед, сразу же найдя то место внутри неё, которое сводило её с ума. — Пожалуйста, — взмолилась она. Он тихонько засмеялся ей в ухо, двигая пальцами вперед-назад. — Что пожалуйста, Грейнджер? — Драко, пожалуйста, — прохрипела она. — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста. — Мне нравится, когда ты умоляешь, львенок. Он двигал пальцами быстрее, глубже, стараясь задеть каждую точку, которая заставляла её стонать, пока она не стала извиваться и хныкать под ним. Он продолжал двигать рукой, добавляя третий палец, пока её внутренние стенки не сжались от его пальцев во время оргазма. Он упивался её стонами, снова прикусывая её шею, и стонал, прижимаясь к её коже. — Драко? — Хм? Гермиона убрала одну руку с его спины, скользнула под нему и спустилась вниз по его торсу, пока не добралась до его ремня. — Дай мне почувствовать тебя. Она начала расстегивать пряжку, когда его рука легла поверх её. — Ты уверена в этом, Грейнджер? Она кивнула, не обращая внимания на то, что его тело прижимается к ней. — Позволь мне сделать это для тебя. — С каких это пор Гермиона Грейнджер хочет делать для меня приятные вещи? Она переместила вторую руку с его спины на щеку и наклонила его голову так, что его глаза встретились с её. — С тех пор, как она поняла, насколько ты ей дорог. Глаза Драко слегка расширились, не решаясь поверить в её слова, но в её взгляде читалась решимость и искренность, и он понял, что она говорит серьёзно. Каким-то образом она это сделала. Когда он перестал протестовать, Гермиона продолжила расстёгивать его ремень, затем молнию, а затем её рука скользнула вниз по его тазу, пока не достигла его эрекции. Она взяла его в руку, и его стон заполнил её ухо, когда он ещё сильнее задвигался в её маленькой ладони. — Гермиона, — задыхался он. Она обхватила его пальцами; его член был шире, чем она могла себе представить, и начала медленно водить рукой вверх-вниз по его стволу, наслаждаясь каждым стоном и сладким звуком, который ей удавалось из него извлечь. Она почти не могла поверить в это: всемогущий и гордый Драко Малфой таял в руках Гермионы Грейнджер. — Блять, да, — задыхался он, когда она ускорила темп. — Вот так, любимая, да. Мерлин, да. Гермиона улыбнулась ему в плечо, заметив, что он был более разговорчив, чем она, когда он использовал свою руку против нее. Его поощрение побудило её работать с ним немного быстрее, проводя по всей его длине и обводя большим пальцем кончик, что заставило его вздрогнуть. — Гермиона. Она знала, что он никогда не скажет ей «пожалуйста», но в том, как он произнес ее имя, было столько желания, что она поняла — это его собственный способ умолять. Она двигала рукой все быстрее и быстрее, целуя и покусывая его шею, пока не почувствовала липкую разрядку, когда он кончил в ее руку. Не успев опомниться, она отпустила его и поднесла испачканные пальцы к губам. Драко поймал её запястье, прежде чем она успела прижать их к языку, его глаза пылали желанием. — Грейнджер. Гермиона отодвинулась, стараясь не терять зрительный контакт с Драко, когда она засунула пальцы в рот и обсосала их дочиста, не забыв провести языком по ладони, чтобы слизать все до последней капли. — Черт возьми, Грейнджер. Она улыбнулась ему, притворяясь невинной. — А что в этом такого? В конце концов, мы встречаемся. Драко на мгновение замер, но улыбка медленно расползлась по его лицу по мере того, как до него доходили ее слова. Затем он наклонился и снова поцеловал её. И вот так на несколько прекрасных, блаженных мгновений все мысли об охране, отравителях и опасности были забыты.