Часть 2

— Знаешь о чём я мечтал в детстве? — спросил Дадли, прикончив все бутерброды. Говорить, пока в зоне видимости ещё оставалась еда, было не в его правилах. Было довольно забавно слышать подобное заявление от двенадцатилетнего парня, но Гарри не позволил себе даже тени улыбки. Он так и держал на коленях добытое братом сокровище — фотографии мамы, и эта фраза была тем, что он хотел услышать. Гарри был уверен, что обязан отплатить брату чем-то за такой подарок. И чем-то равноценным. Но что мог дать сирота, живущий под лестницей с пауками и носящий обноски, родному сыну, у которого было всё? Включая величайшее сокровище — живая и искренне любящая его мама. Пусть даже такая, как Петуния. — Да, о чём? Дадли сел поудобнее, вытянув ноги на всё пространство кладовки, от постели Гарри, до двери. — Это очень глупая мечта. Даже не мечта, а скорее фантазия. Гарри хорошо знал брата, и знал также, что уточняющие вопросы не нужны. Нужно только внимание и тишина. И тем, и тем он обладал в достатке. — Я часто думал об этом, когда мама уходила из моей спальни, поцеловав на ночь и подоткнув мне одеяло. Я думал… Дадли посмотрел на Гарри, давая ему возможность пошло пошутить. В конце концов оба они уже начали становиться подростками, и хотя сами ещё не пробовали, но знали, что мальчики постарше мечтают перед сном о всяком горячем и неприличном. Но Гарри шутить не стал. Он так и замер, сидя на коленях, чтобы занимать как можно меньше места и внимательно слушая. Если мечта Дадли не слишком невозможная, может удастся воплотить её в жизнь? Если не самому, то хоть с помощью друзей из Хогвартса. Дадли чуть вздохнул, глотнул ещё колы. И чуть откинул голову, уложив затылок на постель Гарри и так глядя на него. — Я мечтал, чтобы в сказке о Золушке сестры и мачеха любили её. Гарри чуть сглотнул. Взял бутылку из рук брата и выпил сколько мог. Следующий раз попить газировки представится не скоро. — Будешь смеяться, но Золушка — моя любимая сказка. Моя первая книжка, что я прочитал сам. До сих пор её храню. Очень люблю картинки из неё. Золушка там такая нежная. Похожа на русалочку или фею. Фею-русалочку, живущую в облаках. У вас, в волшебном мире, такие водятся? — Я пока мало знаю, кто там водится. Но книжку эту помню. Видел, как ты листал её, когда разбирал покупки. — Да. Так вот. Сейчас я уже понимаю, зачем она написана так, как написана. Девочка-сирота с трудной судьбой благодаря своей доброте и трудолюбию получает награду в виде принца и жизни во дворце. Это мораль. Будь добрым и работящим, даже если у тебя нет ничего. Не отвечай на подлость подлостью, и будет тебе счастье. Но Гарри… даже мы с тобой уже понимаем, что это не всегда так работает. И зачастую, это работает совсем не так. — Я уверен, что моя мама была очень хорошим человеком и никому не делала подлостей, — тихо сказал Гарри. Сам не заметив как, он принялся раскладывать те несколько фото, что Петуния зачем-то сохранила, на полу перед собой вроде пасьянса. — И в её мире были феи. Ну… волшебницы. Очень сильные и могущественные. Даже принца она успела встретить. Только ей это не помогло… — Вот и я о чём! — Дадли явно не был настроен на сожаления о судьбе Лили в эти короткие два часа, что были у них без бдительного надзора Петунии. И явно хотел успеть поговорить с Гарри о личном, пока в доме нет никого, кроме них двоих. Слишком сакральные были мысли. — Я хотел, чтобы в этой сказке всё было иначе! Я лежал в постели и придумывал, как было бы это всё, пока не засыпал. А потом на следующую ночь. И на следующую. И так довольно часто. Смотри… Точнее, слушай. *** Когда карета с мачехой и сёстрами подъехала к дому, Золушка оробела. Всё же, она привыкла жить только вдвоём с отцом, а тут столько новых людей. Как они отнесутся к ней? Вышедшая из кареты первой, женщина была одета в изумрудное платье, отделанное чёрным. Рюши, пуговицы, ленты на шляпке. И очень красивые блестящие лаком туфельки. Мачеха. Слово пугало. Как пугал и её наряд. А особенно большой пышный зонт с очень острым навершием. Но её лицо сразу понравилось Золушке. Строгое — шутка ли, одной растить двух дочерей, — но не выглядело злым. — Добро пожаловать, мадам, — Золушка сделала самый глубокий реверанс, который только могла. — О, какая я тебе мадам! Матушка! — голос оказался очень мягким. Как и пальцы, что с нежностью коснулись подбородка Золушки, вынудив её поднять голову. — А это — твои сёстры. Ну же девочки, подойдите, познакомьтесь! Сёстры были ростом с Золушку, но обе куда плотнее её. Одна в нежно-розовом платье и блестящими каштановыми косичками вокруг головы, что тоже были украшены лентами, похожими на цветы, другая в очень ярком, сияющем, будто стекло, оранжевом платье и чёрными косами вдоль спины. — Гризельда и Анастасия, — представила их мать. Гризельда, та что в оранжевом, на правах старшей подошла к Золушке. — Мама, ты только посмотри какие у неё волосы! Чистое золото! И такие густые! — Их бы только в причёску, — добавила Анастасия. — И твоё платье… Не обижайся, Золушка. Здесь, для захолустья и прогулок по лесу штопанный подол и такой застиранный передник в порядке вещей, но в большом городе тебя подняли бы на смех. Золушка растерялась, не зная как ответить. — Девочки, девочки! Не налетайте так на неё! Перепугали бедную, — встряла мачеха. — Не принимай на свой счёт, милая. Они не хотели тебя обидеть. Конечно, кто мог подсказать тебе и помочь с платьями. Да и надевать их некуда. Но это можно пережить, пока ты девочка. Но ты становишься девушкой, Золушка. Ты уже входишь в возраст, когда начинают ездить на балы и искать себе подходящую партию. Ах… будто вчера был мой первый бал. Знала бы ты, милая, какой я тогда имела успех! Ну да не переживай. До первого бала в этом сезоне ещё есть время. Мы подберём тебе и ткань и отделку, продумаем фасон. Причёску, конечно же.Ты будешь прекраснее майской розы. И я не удивлюсь, если именно ты сумеешь пленить сердце принца! *** — Вот. А потом я продумывал сцену сбора на бал, когда мачеха и сёстры заботливо помогают Золушке, и она и правда самая красивая на балу. Принц замечает её, и за неё искренне радуются. Гарри так заслушался, что забыл где они вообще и что делают. — Дадли… это здорово. У тебя такой голос приятный и ты так здорово придумываешь… Слушай. Ты так добр ко мне, потому что… как бы эту историю воплощаешь в жизнь? Дадли хмыкнул, но ничего ответить не успел. — Собирай фотки, Гарри! Наши два часа прошли. Я слышу машину родителей! Гарри ничего не слышал, но спорить не стал. Вдвоём они собрали фото в момент, хотя сталкивались руками и паниковали от этого. Потом Гарри также быстро вытащил из-под кровати бумажный пакет, которых там было припасено немало, и быстро уничтожил все следы их комнатного пикника, сложив туда мусор. Вот Дадли вышел из кладовки, Гарри только голову высунул, следя, как он пошёл в комнату Петунии. Вот вернулся. И почти в ту же минуту хлопнула входная дверь. Гарри бесшумно закрыл свою. — Как тут мой Дадличек! — понеслось по дому. А потом Гарри услышал звуки поцелуев. — Мусор решил вынести, моя ты милая деточка! Мамин помощник! Смотри, что мы купили тебе по дороге, сладкий мой! Гарри вздохнул, потом лёг на кровать и заложил руки за голову. Спасибо Дадли, что он решил воплотить придуманную им версию сказки в жизнь, хоть и с мачехой всё сложилось как в классической сказке. Но Гарри — не Золушка. Он скорее фея. Волшебник! И может куда больше, строя свою жизнь. Гарри был уверен, что его впереди ждёт много интересного и обязательно счастливый финал в итоге. А насчёт подарка… Нужно будет в следующем учебном году узнать у Гермионы, можно ли так заколдовать хотя бы одну книжку о Золушке, чтобы в ней была именно эта история, как придумал её Дадли. Чтобы тот мог её перечитывать, смотреть в ней картинки, весь долгий учебный год, когда они разлучены. И потом, когда Гарри навсегда уедет из этого дома. Но не от Дадли. Гарри был уверен, что с братом они продолжат встречаться и дружить. Эта часть сказки тоже должна была быть счастливой. А пока можно было помечтать об этом. Конец.