Часть 3

      

Аято

      Не в силах противостоять своему желанию, ноги Аято привели его к маленькому дому Яэ, окруженному оградой из розовых цветов, под которыми скрывались острые шипы. «Полное отражение хозяйки в таких деталях, Мико, ты разговариваешь на языке цветов? Не знал, не знал…». Тень от сакуры пустила Аято в свои объятия, его взгляд плавно скользил по убранству дома. Вдруг в окошке мелькнула тень кицунэ, сердце Аято пропустило несколько быстрых ударов, он словно мальчишка, испугался, что его застукают, спешно ретировался из-под тени сакуры и направился к своему дому. Легкий румянец был едва заметен на его щеках, а улыбка, говорила о том, что Аято так давно не испытывал, о настоящих чувствах.       Родная обитель встречает его угрюмым молчанием. Тяжелый вздох. Белый пиджак был скинут около двери в кабинет, Аято не любил этот элемент гардероба, но правила и этикет требовали его носить, расстегнув первые три пуговицы рубашки, он подошел к столу, на котором в центре расположилась веточка сакуры и мешочек с коричневым порошком и записка с изящным каллиграфическим почерком: «Напиток от путешественника. Вам должен понравится так же, как и вид на мой дом». Отмечая недавние следы присутствия кицунэ, он прикоснулся к веточке сакуры и улыбнулся. Время шло к полуночи, Аято вышел из душа, капельки с волос неприятно щекотали спину, махровое белоснежное полотенце было наброшено на шею. Мысли путались, он устал, кухня, озаренная лунным светом, навела его на мысль о том необычном напитке, что оставила Мико. Не придумав ничего лучше, он заварил зеленый чай с молоком и добавил две ложки какао, жидкость окрасилась в коричневый цвет, аромат был очень нежным и уютным, обхватив кружку двумя руками, он задумчиво смотрел в окно. Первый глоток обжег ему горло, но приятный вкус этого напитка он оценил, он был несравненен, Аято отметил, что Мико заметила его пристрастие ко всему необычному. В этот вечер он не чувствовал себя одиноким.       

Мико

      Читать на ходу плохая привычка, но Мико ничего не могла с собой поделать, если книга была интересная, она глубоко вчитывалась в строки и полностью терялась в реальном мире. После того раза, как вредный Аято был замечен у ее дома, он не выходил у нее из головы, взяв новый роман в руки она старалась отстраниться от навязчивых мыслей о нем.       Мягкое, даже невесомое касание плеча, заставило Мико вынырнуть из книжного водоворота событий. Перед ней уверенно и спокойно стоял ее желанный и ночной кошмар — Комисато Аято. «Ааа, опять он…»       — Добрый день, Госпожа Гудзе, книжные грезы вас так увлекли, что вы чуть не свалились на меня, к счастью, я успел это предотвратить.- Говорил он надменно, поправляя черные перчатки.       — Приветствую, господин Комисато, не ожидала. Ваше желание обладать настолько велико, что не видит преград между мной и этой прекрасной книгой.       Слово, одно лишь слово, молнией отразилось в груди у Аято, но лицо не дало даже трещинку. Мико разочарованно вздохнула. Но ее собеседник все вспомнил. просто не подавал виду, ему нужно было все обдумать, не каждый день целуешь Главную жрицу Храма Наруками.       — Не припомню, что испытывал когда-либо такое желание, Госпожа Гудзе. Будьте аккуратны в следующий раз, не всегда я буду рядом.       — Вчерашний визит говорит об обратном. Хе-хе. — лукавая улыбка Яэ прячется за ее ладонью.       — Напиток был изумительным.       И они замолчали, отдавая власть тишине. Неловкость проскальзывала по всему телу Мико и Аято. Впервые две самых уверенных и острых на язык личности Инадзумы не могли подобрать слов. Люди сновали мимо них, боясь потревожить, а они молча смотрели друг другу в глаза, выжидая, кто первый проиграет в этой дуэли. Их прервал звонкий девчачий голос, которых доносился из-за спины Аято, ушки Мико приподнялись.       — Аято!!!       — Аято, мы вернулись!!!       Она ощутила холодок по спине. Неясное чувство резкого расставания накатило на неё внезапно. Она опустила голову, но аккуратный взгляд из-под чёлки выдал её. Он бы вечно смотрел на этот её выжидающий взгляд. Ощущал мурашки по коже от того, как сцепляет она аккуратно пальцы в замок.       — Думаю, пора прощаться, — его слова эхом отдаются где-то у неё в груди.       — Как скажете, Господин Камисато, — она привычно по-лисьи улыбнулась. — Жду Вас как-нибудь ещё.       Она сжала ладони.       Аяка и Тома подошли к ним прежде, чем Яэ успела покинуть Аято.       — Госпожа Гудзё! — тон Аяки был пропитан непонятной радостью. — Уже уходите?       — Спешу, дела-дела, — она усмехнулась.       А потом Яэ помахала им ручкой, чтобы, развернувшись, спокойно уйти. Спокойствие это грело её недолго. Стоило свернуть за угол, раствориться в инадзумской толпе, губы её предательски дрожали.       Волю слезам она не дала, тугой комок в горле она с усилием проглотила.       

Аято

      Он смотрел, как растворяется красивая фигура кицунэ в инадзумском пейзаже, оставляя после себя шлейф вишнёвого аромата.       — Аято, пойдем домой, нам столько нужно тебе рассказать — звонким голосом сказала Аяка с лучезарной улыбкой на лице — мы столько всего привезли!       — Господин? — Тома всегда видел его насквозь. — Что-то произошло?       Беспокойство на лице господина отражалось и на Томе.       — Нет, — Аято улыбнулся, стараясь успокоить его. — Пойдемте домой там все мне и расскажете, мне вас не хватало.       Задумчивость Томы никуда не делась, они отправились к дому. Когда все расселись за столом, заставленным всеми возможными яствами, путешественники начали свой рассказ. Этот вечер был наполнен смехом и интересными историями, Аято был счастлив, что они вернулись. Тома преподнес ему подарок, новую рубашку:       — Я думал о Вас.       После того, как Аяка отправилась спать, Тома остался наедине с Аято, долго и вдумчиво смотрел на него прежде, чем спросить:       — Господин, что произошло пока нас не было, вы будто чем-то обеспокоены?       — Хм-м, — протянул Аято, сосредотачивая взгляд где-то за Томой.       Смотреть в глаза ему не хотелось. Отвечать — тем более. Аято и сам не знал, какой из ответов подошёл бы Томе больше. «Я целовал кицунэ?» «Я сделал что-то неправильное» «Я принудил её»       Что-то из этого не удивило бы — Аято уверен в этом, — но и не успокоило бы его. Поэтому он только и может, что тихо ответить:       — Ничего, что заслуживало бы твоего внимания.       Тому такой ответ явно не удовлетворил.