Часть 302

Глава 302.

За пределами Сейрейтей… Зараки Кенпачи был в жёлтой строительной каске, через которую торчали его заплетённые в косички волосы, издавая звенящие звуки. На его спине, как обычно, восседала Кусаджиши Ячиру, весело жуя сладости, а её лицо сияло широкой улыбкой. Тем временем Кенпачи, с угрюмым выражением лица, одним ударом своего меча разрубил на две части огромное дерево, которое могли бы обхватить только несколько человек вместе. С сопровождающим громким треском дерево рухнуло на землю, после чего Кенпачи, не раздумывая, поднял его на плечо и тяжёлыми шагами направился к месту обработки древесины. Там уже собралась большая группа шинигами, все они также носили каски, но лица их светились дружелюбными улыбками. Увидев, как Кенпачи несёт дерево, шинигами из 11-го отряда восхищённо воскликнули: «Вот это да, это наш капитан! Одним ударом свалил такое огромное дерево! Нам бы понадобился целый день, чтобы справиться с таким, и тогда нас точно обошли бы другие отряды!» «Точно, точно! Если бы нас опередили эти жеманные ребята из 6-го отряда, я бы точно расплакался! Это было бы полным унижением для нас, как мужчин!» «Ха-ха-ха, мы покажем этим парням из 6-го отряда, что именно 11-й отряд является главной силой Готей 13!» Шум и гам, царившие вокруг даже немного смягчили угрюмое лицо Кенпачи. Он оглядел своих подчинённых и, чуть усмехнувшись, произнёс: «Вы, шпана, поднажмите! Не посмейте опозорить 11-й отряд! Иначе я вас всех порублю!» Услышав эту своеобразную мотивацию, многие из членов 11-го отряда прослезились от волнения и, как один, громко закричали: «Есть, капитан Зараки!» И тут же рабочая зона 11-го отряда снова наполнилась криками и шумом. Наблюдая за всем этим, Асано Киёши лишь беспомощно улыбнулся. Нелл, стоявшая рядом с ним, также с лёгким сожалением на лице посмотрела на происходящее и обратилась к Киёши: «Киёши-кун, похоже, нам придётся ещё не раз звать людей из 12-го отряда сюда. Дерево, которое только что срубил Зараки, было выращено с помощью “ускоренного роста” вчера — оно было нужно капитану Куротсучи для строительства моста. Теперь, когда оно уничтожено, конфликт неизбежен» Услышав это, Киёши широко раскрыл глаза и воскликнул: «Что?! Зачем Зараки срубил это дерево? Я же разослал всем отрядам детальные чертежи и карты работ!» Нелл, услышав его, покачала головой и ответила: «Возможно, это снова проявился его топографический кретинизм. Хотя я установила множество указателей в рабочей зоне 11-го отряда, их нельзя было не заметить…» На её слова Киёши лишь указал на табличку, которую только что разрубили и бросили в машину для переработки древесины, и с некоторым сожалением добавил: «Забыл тебе сказать, Нелл, но многие из 11-го отряда просто не умеют читать!» Услышав слова Киёши, Нелл покачала головой и, тяжело вздохнув, произнесла: «Киёши-кун, капитан Куротсучи прибыл, и кажется, они собираются драться... Ты должен пойти и остановить их!» Услышав это, Киёши сначала не поверил, но, почувствовав внезапно возросшую реяцу двух источников под землёй и услышав пронзительный детский крик, он не смог сдержаться и выругался: «Чёрт возьми! Они действительно начали драться! Я пойду остановлю их! Нелл, посмотри, что происходит в других местах! И не забудь проверить 7-й отряд! Эти парни тоже не отличаются умом!» Сказав это, Киёши превратился в облако синевато-чёрной реяцу и мгновенно устремился под землю. Мощь реяцу была настолько велика, что поверхность земли начала трескаться, а только что заложенный фундамент дал трещины. Нелл, наблюдая за происходящим сверху, покраснела от гнева. Она смотрела в направлении, куда исчез Киёши, и громко закричала: «Ты тоже идиот!» … В рабочей зоне 6-го отряда Кучики Бьякуя с раздражением смотрел на свою дрожащую чашку, из которой вода начала выливаться из-за вибрации, вызванной происходящим, и на его лице проступили вены: «Какие же дикари...» Затем он бросил взгляд на чертежи в своих руках, слегка нахмурился, коснулся своего гладкого подбородка и пробормотал: «Эта конструкция, честно говоря, не совсем соответствует аристократическим стандартам. Если бы изменить её вот так, выглядело бы намного лучше... Да, так и сделаем!» После этого Бьякуя посмотрел на стоящий перед ним пень. Его занпакто рассыпался, превращаясь в розовые лепестки сакуры, которые на солнце выглядели необычайно красивыми и волшебными. Лепестки коснулись дерева, издав легкое шипение, а обломки разлетелись во все стороны. Вскоре на глазах у всех появились фигурки маленьких овощных человечков. Они были милыми и приветливыми, но... как сказать... совершенно не соответствовали аристократическому вкусу и высоким стандартам. Однако из уважения к Бьякуе, все присутствующие изобразили на лицах неловкие улыбки, начали аплодировать и даже попытались вырезать на своих деревянных пнях подобные фигурки. В это время, на некотором расстоянии, Ямамото Генрюсай, наблюдая за странными творениями 6-го отряда, обратился к Сасакибе Чоуджиро: «Чоуджиро, эти существа — пустые? Я давно их не видел... Неужели теперь у пустых больше нет пустот?» Услышав слова своего командира, Сасакибе вытер пот со лба, внимательно посмотрел на странные творения и ответил: «Нет, Генрюсай-доно. Кажется, это скульптуры. Вероятно, это новое направление в аристократическом искусстве, но я не очень хорошо в этом разбираюсь...» Услышав это, Ямамото, недовольно нахмурившись, сказал: «Какое странное чувство вкуса. Эти аристократы, как и тысячу лет назад, остаются такими же непостижимыми» Затем Ямамото извлёк свой меч, и произнёс: «Первая форма — Надегири!» С этими словами все деревья в радиусе нескольких сотен метров были мгновенно рассечены пополам. Однако, когда деревья рухнули на землю, поднялся столб пыли, и борода Ямамото покрылась древесной щепой. Сасакибе, заметив это, обратился к Ямамото: «Генрюсай-доно, в следующий раз, перед тем как рубить, не могли бы вы предупредить меня?» Ямамото кашлянул дважды и ответил: «Прости, в следующий раз я буду осторожнее...» Затем он взмахнул мечом, и волна огня, поднявшаяся вокруг, мгновенно сожгла все древесные щепки, не повредив при этом окружающую среду. Неподалёку Кёраку Шунсуй отдыхал на дереве, а внизу стояла разъярённая Нанао. Укитаке Джуширо, держа в руках чашку с чаем, сделал глоток, его лицо, как и всегда, было болезненно бледным...