Часть 307

Глава 307.

Белоснежное хаори было огромным, и под ним, словно под крыльями небесных ангелов, находилось множество живых существ, которым оно давало защиту и возможность процветать. Однако, вместе с тем, как оно укрывало живые существа, его тень также скрывала в себе самые тёмные и грязные стороны мира. Когда хаори медленно опустилось, фигура Ямамото уже оказалась между аристократом и женщиной. Его рука чуть приподнялась и ловко остановила удар ногой, направленный на женщину. Аристократ, увидев, что его удар был прерван, на мгновение замер в удивлении, но затем его охватил гнев, такой сильный, что он ослепил его разум. В порыве ярости он открыл рот, чтобы выкрикнуть оскорбление: «Ты, чёртов старый лыс... ээ! Г-г-господин Главнокомандующий!» Когда мужчина понял, кто перед ним стоит, его слова оборвались, и он застыл в ужасе. Остальные капитаны Готей 13 наблюдали за этим с едва заметными улыбками на лицах. В истории Общества Душ, вероятно, не найдётся другого человека, который бы осмелился произнести такие слова в адрес Главнокомандующего. Асано Киёши, наблюдая за происходящим, уже мысленно представлял, как этот аристократ будет сожжён на месте. Однако, вопреки ожиданиям, Ямамото не обратил на него внимания. Вместо этого, он помог женщине подняться с земли и мягко спросил: «С тобой всё в порядке?» Женщина, глядя на старца, стоящего на вершине Общества Душ, на мгновение потеряла дар речи. Её губы дрожали, и она, словно поражённая током, еле смогла выговорить: «Я... я в порядке. Огромное спасибо вам, господин!» Видя её испуганное и одновременно взволнованное лицо, Ямамото слегка кивнул, затем обратился к подошедшему Асано Киёши: «Киёши-кун, окажи ей первую помощь» Как только слова Главнокомандующего раздались в воздухе, все присутствующие невольно взглянули на Асано Киёши. Вслед за этим раздался дружный вздох изумления, эхом прокатившийся по всей площади. Звук шокированного дыхания был настолько мощным, что казалось, воздух вокруг на мгновение стал разреженным. Увидев перед собой десятки фигур, облачённых в капитанские хаори, все собравшиеся были настолько потрясены, что не могли произнести ни слова. Они просто смотрели на Асано Киёши и остальных, их лица отражали некую оторопь. Некоторые даже сильно ущипнули себя, чтобы убедиться, что это не сон. Когда боль пронзила их тела, они поняли, что люди перед ними реальны, и не являются плодом их воображения. И вот, все они поспешили встать на колени, намереваясь выразить своё почтение этим высокопоставленным личностям. Но прежде чем они успели опуститься на колени, мягкая сила реяцу аккуратно подняла их на ноги. Капитаны бросили любопытные взгляды на Асано Киёши, заинтересованные его неожиданным поступком. Хотя многим из них было неприятно, когда им выражали почтение через коленопреклонение, этот жест Киёши всё равно вызвал у них интерес — им хотелось понять, что он собирается делать дальше. Асано Киёши обратился к жителям Руконгая: «Мы все — души, сотканные из частиц реяцу, и ничем не превосходим вас. Выражать своё уважение можно не только через коленопреклонение» С этими словами он обернулся к капитанам и с лёгкой улыбкой на лице извинился за свою самовольность. Капитаны, не особо интересовавшиеся подобными вещами, с пониманием кивнули в ответ, приняв его извинения и дружелюбный жест. Те жители Руконгая, которые ранее готовились склониться в поклоне, теперь с выражением сложных чувств на лицах застыли на месте, несколько озадаченные. Они не до конца поняли смысл слов Асано Киёши, но, инстинктивно, им понравилось ощущение того, что их рассматривают как равных. Ямамото, наблюдая за этой сценой, позволил себе краткую улыбку на своём обычно холодном лице. Время неумолимо шло вперёд, и Общество Душ, каким оно было в его эпоху, возможно, уже давно должно было уйти в прошлое. Но он сам — всего лишь пережиток этого прошлого. Однако даже такой пережиток старого времени, прежде чем отправиться в могилу, может очистить дорогу от мусора нового времени. Затем Ямамото повернулся к аристократу, который теперь сидел на земле, едва держась на подкашивающихся ногах, и холодно спросил: «Ты — старший сын семьи Сасаки?» Мужчина, осознав, кто перед ним стоит, в панике начал бить поклоны, торопливо отвечая: «Да, да! Я старший сын семьи Сасаки! Я по приказу отца пришёл сюда собирать плату за проезд! Прошу прощения за свои дерзкие слова! Я готов понести наказание от вас, господин Главнокомандующий! Прошу простить меня!» Ямамото, глядя на мужчину, который продолжал бить поклоны, не сказал ни слова, лишь сделал несколько шагов вперёд и спросил: «Ты знаешь границы владений семьи Сасаки?» Мужчина на мгновение замер, а затем, запинаясь, произнёс: «Точных границ я не знаю, но эта дорога должна проходить по нашей территории» Ямамото ничего не ответил, только покачал головой и обернулся к Бьякуе. Тот, не раздумывая, подошёл к мужчине, достал книгу и бросил её перед ним, произнося: «Эта книга содержит историю изменений границ владений семьи Сасаки. Ознакомься с ней, прежде чем продолжать говорить» Мужчина, увидев книгу, мгновенно осознал свою безвыходность. Конечно же, он прекрасно знал границы своих владений. Его ложь была лишь попыткой оправдать свои действия, сделать их кажущимися законными. Но как только Бьякуя положил перед ним эту книгу, он понял, что все его попытки тщетны. Ямамото, глядя на мужчину, лицо которого побледнело от отчаяния, спросил: «Больше нечего сказать? Значит, причина для сбора платы за проезд не оправдана, и я могу рассматривать твои действия как произвольное насилие над жителями Общества Душ. Как Главнокомандующий Готей 13, я имею право прямо здесь приговорить тебя к казни!» Слова Ямамото привели к резкому повышению температуры вокруг, и жар стал невыносимым, будто бы готов был сварить внутренности присутствующих. Мужчина, находившийся под этим давлением, почувствовал, как его штаны стали влажными, и, забыв о своём аристократическом достоинстве, он пополз прочь, словно обезумевший, выкрикивая: «Нет! Нет! Даже если ты Главнокомандующий, ты не можешь так поступать со мной! Я — аристократ! Даже если я виновен, моё преступление должно быть рассмотрено аристократическим советом, а не Готей 13! Ты не имеешь права убить меня!» Ямамото, с холодным выражением на лице, продолжал медленно приближаться к нему. Жар усиливался, а убийственное намерение давило на мужчину так, что тот едва мог дышать. Айзен, наблюдая за этой сценой, лишь слегка улыбнулся и, посмотрев в сторону леса, начал мысленно отсчитывать: «Пять, четыре, три, два, один…» Когда отсчёт завершился, несколько аристократов, одетых в роскошные наряды, появились на горизонте. Айзен же продолжал улыбаться, наблюдая за развитием событий.