ГЛАВА 5

«Я в доме своего детства. Здесь всё родное, близкое и такое уютное. Это счастье, когда можно вернуться домой.»‎

Эльчин Сафарли

— А теперь я замучаю тебя вопросами. Ханбёль и Феликс сидели на кухне, за небольшим столом, под жёлтой лампочкой и под присмотром восьми пар глаз, прятавшихся на заднем дворе летнего домика, отделённых от друзей детства окном с цветочной занавеской - один посмотрит, второй, третий; четвёртый и пятый перешёптываются, шестой следит за ужином, готовящимся на углях в мангале; седьмой пытается подслушать, а восьмой - не сойти с ума от образовавшегося шума. Всем было безумно интересно. Феликс ведь довёл Ханбёль до слёз - нет, не просто слёз - он вызвал водопады, истоками которых были глазницы храброй и смелой. Что-то фантастическое, нереальное, и поистине невероятное. — Я готов. — Куда ты пропал? — Начала с самого главного и волнующего. — Бабушка умерла в конце июля, было очень тяжело приезжать сюда. Застыла, мгновенно остудив свой пыл. — Мне жаль, извини... — А твоя? — Два года назад. Ушла за дедушкой - семицвет искать, — Ханбёль поджала губы, грустно улыбаясь, — а ведь я действительно думала, что он существует. — Существует, но не здесь... — Да, ты прав... — Решили провести здесь каникулы? Вы выбрали отличное место. — Не моя инициатива. Эти глазастые решили, что мне лучше уехать из города на какое-то время. — Ханбёль недовольно уставилась в окно, напугав подслушивающего Джисона. — Почему? — Папа умер пару дней назад - пневмония. Постоянно думала о нём. А ребята не знали, что это место хранит ещё больше воспоминаний. — Мне жаль... — А мне надоели глазастики. Пойдём. Ханбёль встала со стула и пошла на лестницу, а Ликс следом. Остановился, увидев гору подушек и одеял на полу, разглядывая комнату под крышей, а Бёль уже успела нырнуть под кровать за самым сокровенным. Друг обошёл место для ночлежки и сел рядом с ней. — Ого, ты сохранила всё это спустя столько лет? — Конечно. Не могла просто так избавиться от того, что так дорого... Ханбёль вспомнила о припасённом в кармане шорт и скорее просунула туда руку, достав фотокарточку, протягивая её Феликсу. А когда он потянулся, чтобы взять её, напугалась - его руки сильно дрожали. — Ё... Феликс, ты чего? Всё в порядке? — Просто это так... Волнительно. Десять лет, Бёль. Мне не верится, что это всё происходит на самом деле. Ханбёль тепло улыбнулась, накрыв его руки своими. — Мне тоже не верится, Ликс. Он улыбнулся - губами и блестящими глазами. А когда дрожь в руках немного утихла, Феликс смог разглядеть шкодливых детей в подсолнечном поле. — Нам нужно сходить туда, — Ликс вернул фотографию, рассматривая остальные вещи в коробке воспоминаний. — Обязательно. Но сейчас я хочу есть. Ты не голоден? — Есть немного. — Отлично. Да и остальные, думаю, будут рады поближе познакомиться с тобой. Всего за один вечер Феликс хорошо подружился с ребятами. В первые десять минут было неловко, а потом он только и делал, что смеялся вместе с остальными - весёлыми, озорными и до безумия дружелюбными. К такой комфортной и беззаботной для него обстановке душа сама протягивала руки.

***

Сегодня солнце возомнило себя хозяином ада - устроило настоящую пытку для обитателей летнего домика, щедро одаривая своими горячими лучами. А Йеджи и Ханбёль укрылись от него в ванной - самой прохладной комнате во всём домике. Свесили ноги, а на лица натянули холодные тканевые маски. И просто сидели, болтая, пока их не потревожила открывшаяся дверь. — Только не говори, что хочешь в туалет - мы не уйдём, — Йеджи недовольно скрестила руки, глядя на Джисона. — Нет, я вас потерял. О-о, вы брали с собой маски? — Нет, я стащила их у Джинни. Только попробуй рассказать ему. — Не расскажу, прохвостка, если вы позволите присоединиться. — Неси две бутылки колы, тогда подумаем, — Ханбёль тоже скрестила руки на груди. — Шантаж на шантаж... Ладно. Через пару минут Джисон вернулся с газировкой и разместился между девочками, закинув на обеих руки. — Боже, как же здесь прохладно. Я думал, что умру там... Спустя ещё пару минут дверь ванной снова распахнулась - Хёнджин вскинул брови так, словно ожидал увидеть что-то подобное. — Кто из вас лазил в мой рюкзак? — Ты и без них красивый, — Йеджи хихикнула под недовольным взглядом брата. — Лучше присоединяйся, если хочешь жить, — Хан приглашал его с невинным блеском в глазах. Голубоволосый что-то буркнул себе под нос и тоже сел в ванну, рядом с Ханбёль, забрав у неё колу. — Что делают остальные? — Бёль повернулась к Джисону. — Феликс, Сынмин и Чонин играют в дженгу на кухне, Минхо спит на втором этаже, а Чанбин и Чан обливаются из лейки на заднем дворе. — Хочешь сказать, двое накаченных парней сейчас обливают себя водой на улице? — Йеджи почти соскочила с места. — Сиди. Куда собралась? — Осёк её Хван, выглянув из-за Ханбёль и Хана, а друг посмеялся, когда Йеджи обиженно сложила руки на груди. — Кстати, когда ты уже признаешься Бину? — Джисон слегка потрепал её по плечу. — Не знаю. Я боюсь... Однажды сердце Йеджи тоже выдало ошибку, влюбившись в друга. Вот только от Чанбина она действительно чувствовала какую-то взаимность - частые переглядки, "нечайные" прикосновения, чересчур откровенные разговоры. Но не торопилась, как подруга с Крисом. — А ты не будешь пробовать снова? — Хан повернулся к зависшей Ханбёль. — Бёль, приём! — Она уже представляет Чанбина и Чана на заднем дворе, не тревожь её, — Хёнджин хихикнул, делая глоток колы, получив от подруги. — Достали, хватит! Я думала о том, как нам придётся сбежать отсюда, когда они придут переодеваться... — Куда делась ваша смелость?... — Хан разочарованно взглянул на обеих подруг. — Выросла, — буркнула Йеджи. — Я бы сейчас окунулся в речке или озере... — Хёнджин грустно прокручивал синие бусины на браслете. — А я хочу на какой-нибудь остров... — Детка, как только мы закончим университет - собирай чемоданы. — Хан потёр плечо Ханбёль. — Полетим на Мальдивы. — Я запомнила. — Где-нибудь поблизости есть хоть какой-нибудь водоём? — Хван снова привлёк к себе внимание. — Есть озеро, кажется, но оно где-то за полями. Спрошу у Ликса. Может, он знает. Четверо замолчали, уставившись на Сынмина, медленно открывшего дверь. Парень достал телефон, сфотал друзей и, наконец-то, заговорил: — Здорово. Но я хочу в туалет.

***

Взяв плед и корзинку с едой, Чан, Чанбин, Джисон, Феликс, Сынмин и разноцветные Хёнджин, Ханбёль, Чонин, Минхо и Йеджи покоряли поля под жгучим солнцем в поисках единственного спасения - озера. — Ещё далеко? — устало спросил Минхо. — Ты спрашивал это пять минут назад... — Ханбёль повернулась к нему, схмурив брови. — Мы прошли только одно поле из трёх, - это Феликс. — Я устал от этого солнца... — Джисон забрал у Йеджи панамку и бросился бежать. — Эй, верни! Йеджи рванула за ним, а тот залился смехом. Успели убежать уже достаточно далеко, а остальные продолжали идти, увлечённые разговорами, пока не услышали: — Ай! Переглянулись и бросились бежать на помощь. — Что случилось? — Крис прибежал первым, лицезрея Джисона, сидевшего на тропинке, посреди поля, а рядом с ним стояла растерянная Йеджи. — Ногу подвернул, кажется... — Калека, — сказал подошедший Минхо, — залезай. Джисон забрался на спину Минхо и они продолжили свой путь. — Я... Я тоже так хочу... — Йеджи смущённо посмотрела на Чанбина. Парень передал плед Чонину, а довольная Йеджи забралась на него, обхватив руками шею. А через пару минут Крис отдал корзину с едой Феликсу и присел, повернувшись к Ханбёль. — Ты же тоже хочешь, я знаю. Ханбёль растерялась, замерев от удивления. Действительно хотела, но не знала, кого попросить. Поймала на себе ликующие взгляды Йеджи и Хана - главных фанатов их пары. Может, подруга была права на счёт поведения Чана? Бёль улыбнулась и тоже забралась на его спину. — Спасибо, — шепнула на ухо, когда они пошли, а Крис улыбнулся. А потом повернулась, почувствовав на себе чей-то взгляд. Феликс поспешил перевести его на Хёнджина, идущего рядом и что-то рассказывающего новому другу. И снова стало неловко, почему-то. Хотя вчера почти весь вечер она смотрела, как весело общались эти двое, периодически переглядываясь с Феликсом. Одно поле сменилось вторым, а солнце продолжало испытывать путников. Ханбёль уже почти засыпала от скучной и длинной дороги, по-прежнему на Чановой спине. Разглядывала разноцветные браслеты на руках друзей - чёрный, синий, фиолетовый, мятный, зелёный, розовый, красный, оранжевый, белый, и кое-что поняла - одного не хватает.

***

— Не утопите меня! Минхо, неумевший плавать, больше всех радовался походу к озеру. — Помнишь, я говорила, что буду мстить? — Ханбёль с хитрой улыбкой подплыла к заглушке на его плавательном круге. — Я убью тебя! Не трожь! Парень начал брызгать в неё водой, а к нему на помощь подплыл Джисон. А потом троих накрыло огромными брызгами воды - Чонин кувыркнулся в воду с плеч Чанбина. Йеджи напугала Феликса, поплыв к нему под под водой, схватив за ногу. Хёнджин и Чан устроили заплыв, а Сынмин был их судьёй. И если бы не детская любознательность Феликса, который постоянно путешествовал в полях, исследуя новые объекты, озеро, укрытое от людских глаз деревьями-великанами за полями, не заполнилось бы весёлыми голосами и беззаботным смехом. А когда сил плавать совсем не осталось, они расстелили огромный плед под большим деревом, чуть дальше от озера, на небольшой полянке. Кто-то ел, кто-то спал, кто-то выглядывал из-за тени дерева, ловя солнечные лучи, кто-то просто разговаривал. Ханбёль вернулась к озеру, чтобы помыть ноги - побыть одной, на самом деле. И немного задержалась, сидя на корточках, гладя рукой воду. А в голове почему-то было неспокойно. Или непонятно - сама не знала, но что-то там явно происходило. — Всё хорошо? — Феликс подошёл и сел рядом. Ханбёль, опомнившись, повернулась к нему, откинув назад мокрые волосы. — Да. — Ты здесь уже довольно долго. — Место красивое. Ханбёль улыбнулась и повернулась обратно к озеру. Даже через столько лет Феликс оставался таким же прекрасным - так и чувствовала, как от одного его присутствия в груди горело, словно проглотила солнце. Повернулась, увидев движение с его стороны. Ликс протянул ей ромашку. — Спасибо... — И тут же вспомнила, достав из кармана подарок для Феликса, — Это тебе. Я сделала его сегодня ночью. Долго думала о том, какую сделать букву, и всё же остановилась на "F". Друг ответил улыбкой и сразу же надел на руку браслет с жёлтыми бусинами. — Я видел у вас такие, мне очень нравится. Спасибо, Бёль. А потом сидели молча - один смотрел на воду, а другая крутила в руке маленький цветочек. И ромашка, почему-то, напомнила о подсолнухах. — Ты не ночевал у нас вчера. Останешься сегодня? — Да, думаю. — Не хочешь сходить в поле завтра утром? — Это отличная идея. Конечно. Снова повисла тишина. В отдалении слышались голоса ребят и чьё-то пение, а вблизи - тихий шёпот воды, бьющейся о берег, лаская ноги.

***

Вечером жарили маршмеллоу на костре, на заднем дворе, по очереди уходя в душ. И, сильно устав за день, начали укладываться спать. На втором этаже слышались многочисленные шаги и голоса, а Ханбёль прибирала на кухне. Одним глазом заметила в окне Чана, одиноко сидевшего возле костра на складом кресле. Закончив с уборкой и, немного поколебавшись, решила выйти на задний двор. Молча села рядом, в соседнее кресло. Крис бросил мимолётный взгляд, когда она подходила, а потом вернулся к своему занятию. Теперь вдвоём они просто смотрели на огонь под ночным небом, объятым бесчисленными звёздами. — Ложишься рано, со всеми, но засыпаешь всё равно поздно. Знаю. Уголки его губ слегка приподнялись, но он продолжал смотреть на костёр. — Помнишь? - По-прежнему не повернулся. — Помню... А в это время Феликс спустился на кухню за стаканом воды, увидев за цветочными занавесками две фигуры у костра. И любопытство взяло вверх. Блондин аккуратно подкрался к приоткрытой двери, выходящей из кухни на задний двор, и притаился, наблюдая за Ханбёль и Чаном, сидевшими к нему спиной. Ханбёль нервничала, прокручивая белые бусины на руке. — Сколько девушек у тебя было в Австралии? Сказала и тут же пожалела. А улыбка на лице Чана стала ещё шире. — Одна, Бёль. Но мы быстро расстались. А сколько парней было у тебя? — Тоже один, и мы тоже быстро расстались. Он назвал Хана странным, а шутки Сынмина - глупыми. Я порвала с ним в тот же день. — Да, весомая причина для расставания. — Я не собираюсь выбирать между парнем и друзьями. — Ты изменилась за эти четыре года, — только сейчас он повернулся, и Бёль сделала тоже самое. И снова эта чёртова неловкость, заставляющая чувствовать себя дурочкой. А потом усмехнулась. — Нет, Чан. Это ты изменился. Стал более серьёзным... А я осталась такой, какой и была - всё ещё не выросла. Мы разные. Его глаза блестели, отражая языки пламени, нарисованные костром, и Ханбёль замерла, молча разглядывая их. Феликс продолжал наблюдать, не отрывая глаз от происходящего. А потом чуть не вскрикнул, когда обернулся и услышал шепчущий голос за спиной: — Ага, тоже подслушиваешь? Джисон уже несколько минут стоял за Феликсом, наблюдая за событиями заднего двора. А на лестнице ждали новостей Йеджи и Минхо. — Что между ними? — тоже шёпотом спросил Феликс. — Ох, всё сложно, на самом деле. Чан раньше нравился Ханбёль. А сейчас мы подозреваем, что всё наоборот. Целый сериал. Услышав отдалённые голоса, оба замолчали, продолжая подслушивать. — И этим ты хочешь сказать, что мы не подходим друг другу? — Получается, так. Но я по-прежнему люблю тебя. Только как старшего брата. Крис слегка кивнул головой, принимая её ответ. — Я тоже люблю тебя, младшая сестра. А потом потрепал по голове, а она посмеялась. — Эх, а такая пара могла быть... — Джисон грустно выдохнул, повернувшись к Йеджи и Минхо, показывая им крест. Феликс молчал, но почему-то расцвёл в душе. Столько лет он хранил воспоминания о Ханбёль в надежде на то, что сможет встретить её снова. А однажды в компании университетских друзей услышал её имя - Чан рассказывал о ребятах. Часто и много. Надеялся, что это действительно она, но вот спрашивать про неё у самого Криса почему-то боялся. А когда узнал, в каком доме остановилась его компания, обомлел - она, точно она! Весь вечер не мог найти себе покоя, боясь за то, что Ханбёль уже давно забыла про него... И на душе сразу стало так тепло, когда она предстала перед ним. В нос ударил запах яблочного пирога, а скулы сводились, вспоминая вкус кислого апельсинового сока. А Ханбёль всё такая же, какой он её помнил - волшебная.