Часть 10

— Что? — Я говорю, это странно, что Гарри живёт через кордон, КПП, огонь, воду и медные трубы от нашего изначального местоположения, не находишь? Рука Драко, выискивающая нечто в новоприобретенном рюкзаке, чуть замедлила свои хаотичные движения. Гермиона фыркнула. Вчерашний день ищет? Тогда придётся изрядно постараться. — Думаешь, это ловушка? Отряд местных мракоборцев во главе с двойником Уизли, — Гермиона едва заметно сжала губы, — решили посмеяться и отправили нас к черту на рога? — Очевидно, если бы мы действительно пришли с этих гор, — красных, кажется? — то имели бы нужные документы, чтобы попасть куда нам надо, — протянула Гермиона, крутя в руках противогазный фильтр. Драко насупился. — Как вообще у них город устроен, или что это вообще за дыра, где мы сейчас сидим? — Дыра, где мы сидим — придорожная гостиница, и, не будь ты таким засранцем, сказал бы элементарное спасибо за то, что я решила организационные вопросы с проживанием! — голос Гермионы угрожающе зазвенел. Усталость, страх и растерянность, копившиеся с утра — или вечера? — выплескивались наружу раздражением, приправленным лёгким флером стародавних многолетних распрей. Взгляд Драко заледенел. — Так-так-так, — он постучал пальцами по дверному косяку, и у Гермионы неожиданно мелькнула мысль, какие же аристократические у него пальцы. Как у пианиста. Мелькнула и повергла девушку в неописуемый ужас, раззадоривая ещё больше. Чего он там крякает? — Так вот, скажи мне, Гре-е-йнджер, — он противно растягивал слова, как жевачку, — по чьей любезной инициативе мы здесь застряли, а? Гермиона побагровела. — Да благодаря мне ты ещё не умер от лучевой болезни! Как знала, надо было идти одной — сидел бы в той канаве, облысел, вот смеху-то было! С лица Драко схлынули краски, а губы сжались в тонкую линию. Он отшвырнул рюкзак, угрожающе поднимаясь и приближаясь к девушке. Гермиона знакомым с детства движением вскинула подбородок. Они стояли посреди плохо обставленного номера и небольшого запаса личных вещей, лежащих на кроватях. В воздухе помещения сквозило отчаяние множества нерешенных вопросов и взаимных претензий. — Вообще-то это я раздобыла нам здесь денег, чтобы в случае чего купить еды! — она выразительно поглядела на увесистый мешочек с монетами и банкнотами. — Да ты бы просто загнулся тут в первую же секунду! Ещё и спорит, как самовлюбленный…павлин! Драко расхохотался и рухнул на кровать. Конечно, в словах Грейнджер была доля правды. И доля немалая. Однако невыносимая зубрилка, во-первых, слишком много его крови выпила, а во-вторых, чрезмерно, по скромному мнению Драко, задирала нос. В связи с чем признать её правоту парень никак не мог и лишь что-то проворчал на грани слышимости. Их перепалки, столь часто вспыхивающие на ровном, — ну, практически ровном, — месте, заканчивались так же внезапно, как и начинались, обрываясь, как отзвучавшая нота. При этом взаимоотношения этих двоих теплотой не то чтобы отличались — их всего лишь сплотила непонятная ситуация и постоянная угроза, красной полосой маячившая на периферии сознания со дня появления в этом проклятом месте. Гермиона бросила последний злобный взгляд в сторону белобрысой макушки и с выражением крайней решительности села на соседнюю кровать. Наступившую тишину разрезал скрип пружин. — Смотри, — процедила девушка, очевидно, призвав для этого все самообладание. Нужно действовать сообща — чтобы в случае чего не кормить собак в том занимательном лесу. Драко поднял голову, внимательно вглядываясь в лицо. Если бы не знал, что это Грейнджер, назвал бы симпатичной. Усмехнулся. Это их вынужденное сотрудничество так влияет? Где-то в гробу прямо сейчас вертится один Люциус. — Предлагаю выйти завтра утром. Сейчас, — она повертела в руках странный предмет, отдающий в памяти Драко чем-то смутно знакомым, — семь вечера. Нужно поспать, отдохнуть, и выдвигаться утром. Опять Грейнджер выдрала на свет божий очередную магловскую дрянь, вне всяких сомнений. — Где ты взяла... это? — он кивком указал на устройство. — Там же, где и деньги. Пока ты валялся тут и горевал о тяжелой судьбе… — Я относил вещи в номер, когда ты испарилась, всучив ключи! Гермиона закатила глаза. Тяжёлый случай. — Так вот, я одолжила немного денег и телефон у одной милейшей женщины. Драко расплылся в ухмылке. — Подожди, подожди! Неужели достопочтенная Грейнджер накладывает империус, не моргнув глазом? — он расхохотался. Гермиона растерянно сглотнула. — Нет, небольшое акцио… Я оставила ей несколько ценных вещей взамен, что у меня было… Драко хмыкнул, вытирая слезу с уголка глаза. Всегда занятно наблюдать за пластичностью человеческих принципов в чрезвычайной ситуации. Хотя сам бы он работал через империус. Чья бы корова мычала, конечно, но подразнить Грейнджер — бесценно. Он вдруг понял, что не ел как минимум сутки. Вкрадчиво уточнил: — Хм… Понимаю, с эльфами тут совсем туго… Но, может, что-то поедим? Гермиона фыркнула. — Есть там небольшой магазинчик у входа… Знаешь, хотя бы скажи «спасибо», черт возьми!.. С этими словами из хитрого бездонного Гермионинова ридикюля показались хлеб, сыр, колбаса, пачка печенья, пакетик конфет, копчёная курица в плёнке, пакет порошкового пюре и коробка чая. Судя по неуверенным движениям, с которыми девушка рылась в сумке, это был не полный список. Глаза Драко округлялись все больше. Маленькая бисерная сумочка, значит?! Он прокашлялся и едва не схватился за сердце, когда с грохотом на небольшой столик был установлен электрочайник. — А это что такое? — спросил он слабым голосом. — Чайник не признал? — ехидствовала девушка, доставая вилки и нож. Драко помолился и решил, что никогда больше не будет с ней спорить. Не стоит недооценивать человека, в качестве бытового набора носящего в сумочке нож. — Скажи, а у тебя случайно нет портала обратно? Мало ли, завалялся, ты бы поискала получше… Гермиона цокнула, но взгляд её слегка смягчился. — Боюсь, что нет, иначе я бы да-авно свалила, а не играла в скаутов. — Она странно запнулась, видимо, вспомнив, что творилось в её мире. Родном мире, как Гермиона назвала его про себя. Глаза подозрительно защипало, и девушка поспешила заняться нехитрым обедом. Или ужином? Все едино. — Чего сидишь? Руки мой и ешь. Драко, помня про недавнее обещание, решил не перечить. Да и есть хотелось ужасно. К тому же, никто не смог бы предугадать, как сложатся дальнейшие события и будет ли возможность поесть. Увидев гору еды, Драко с трудом подавить внезапный порыв расцеловать Гермиону. Как она все ловко устроила! Неудивительно, что Поттер с рыжим с ней не пропали. Он бы непременно ужаснулся своим порывам, если бы так ужасно не хотел есть. В болото мысли о Грейнджер — любые мысли о Грейнджер — его ждёт курица. Девушка задумчиво жевала бутерброд, рассеянно разглядывая Драко, что с невероятным изяществом орудовал ножом и вилкой, отрезая кусочек копчёной курицы. Вот пижон. — Нужно найти дозиметр. Хагрид не дал, хотя я видела у него. Видимо, был единственный. Драко окончательно разморило, и он смог лишь лениво уточнить: — Зачем дозиметр? — Определить, нет ли высокой радиации. Как там, где был знак. — Парень напрягся. — В лесу могут быть опасные места. — Он случайно не похож на этот твой, — Драко неопределённо махнул рукой в сторону телефона, — А то лежит у меня что-то в рюкзаке. Думаю, оно и есть. Вот, — он отставил приборы и выудил из недр рюкзака дозиметр. Гермиона просияла и даже улыбнулась. У Драко дернулся глаз. Как же это все странно! Ловким движением девушка подключила к сети нечто, называемое электрочайником, и бросила пакетики в невесть откуда взявшиеся кружки. Загудела, нагреваясь, вода. — Почему не подогреешь заклинанием? — уточнил Драко, удивлённо наблюдая за её действиями. — Ты не заметил? Что-то не то с магией. Быстро истощается, слабо действует. Драко кивнул, соглашаясь. — На всякий случай не трачу силы. Да и что-то мне подсказывает, что скоро мы станем сквибами. — Да не может… —…может! Магия здесь отсутствует, она — инородна. И природа этого мира затушит тот след магии, что принесли мы. Либо, — её голос понизился, — отдел Магического правопорядка идёт по нашим следам. В любом случае, нужно перестраховаться и не рассиживаться здесь. Драко вдруг ощутил бесконечную усталость, каменной плитой сдавившую плечи. Весь энтузиазм стремительно испарялся, как масло со сковороды. — Знаешь что, а может к черту это все? — Гермиона вытаращила глаза. — Чем тебе не жизнь? Пропуск или что там мы якобы предъявили, за кордон нас не выкинут. —…это пока… —…пока не выкинут. Изучим местную жизнь, сольемся с населением, и к дьяволу все войны, которые существуют. Ноздри Гермионы гневно раздувались. Она угрожающе отложила вилку на край стола. — И? — голос её звенел металлом. Драко благополучно проигнорировал признаки разгорающейся бури. — И будем счастливо жить. Подальше друг от друга. На разных концах этих гор. И к мантикорам Поттера, Уизли, Дамблдора, Того-… — А война тебя не смущает? Учебная тревога? — голос Гермионы поднимался с каждой фразой. Драко наклонился к ней через стол, вгляделся в лицо. — Кто сказал про войну? Хагрид? Он просто придумывает. Да и вообще — проблемы нужно решать по мере поступления… —…когда твою башку пустую гранатой оторвет? — саркастически протянула Гермиона. — Заспиртую её и буду рассматривать, как пример истинного слизеринца — и здесь пытался смыться. — Всегда знал, что ты кровожадна. Драко устало вздохнул. Как же с ней тяжело. — А что ты предлагаешь? Бежать сломя голову через лес, кормить собак? Я знаю, что ты любишь всяких тварей… Гермиона схватила вилку и гневно направила её на Драко. Тот немного отпрянул. Хорошо, что их разделяет стол. — Слушай внимательно, Малфой. Я не собираюсь терпеть твои выходки. Не нравится — иди куда хочешь. И не смей просить помощи, когда окажешься в беде. А ты окажешься — ты же ни черта не знаешь о мире маглов. — Лицо Драко сделалось непроницаемым. — Вдвоём просто спокойно жить, ага? Потому что один боишься, и хочешь прикрыться моей спиной, как ты обычно по жизни делаешь? Прячешься за кого-то? Драко сжал кулаки. — Так вот, я тебя не держу. Даже лучше — не тащить балласт. Драко лихорадочно соображал, перебирая в уме варианты. Разделяться с Гермионой он точно не собирался, и её внезапная отповедь ему совсем не понравилась. Драко видел, что девушка говорит это из злости, вредности, чего угодно — только не из искреннего желания в одиночку идти в злополучный лес. А это зацепка. Драко хитро улыбнулся. — Интересно. Это гриффиндорская тяга к суициду? Тебя собаки сожрут ещё на входе в лес. Девушка нервно дернула плечом. — Или, может, ты меткий стрелок? Гермиона рассмеялась. — О да, а ты, я гляжу, снайпер. Ты магловское оружие от телефона не отличишь, умник. Голос её звучал не слишком, впрочем, уверенно. — Так может ты признаешь, что нам действительно лучше держаться вместе? И не швыряться… — Ты сам предложил! Драко прикрыл глаза. Вроде бы кризис миновал. Гермиона тоже выдохлась и устало откинулась на кровать, распластавшись на ней. — Малфой… Давай не будем рубить с плеча, хорошо? Тот кивнул, не до конца уверенный, что Гермиона видит его кивок. — Так ты идёшь в лес или нет? Драко рассматривал потолок, и трещины на нем словно складывались в выражение вселенской заданности и предопределенности. — Иду.