Часть 23

В тот страшный день Беллатриса Блэк, не чувствуя ни малейших предвестников беды, деловито проверяла, с собой ли необходимые бумаги и копии договоров. За прошедшие недели она изрядно вымоталась, а обстановка ну совершенно не располагала к внеплановому отдыху. Старик изворачивался почище змеи и гнул своё с упорством дверной пружины, и столь же нервно поскрипывал, что, дескать, мисс Блэк не спешит выполнять обещанное. Регулус нехотя выполнял свою часть организационной работы, что свалилась на них после массового приёма с Пустынь неиссякаемого потока желающих пожить на территориях с низким фоном. Отец тяжело вздыхал, мрачно молчал и в итоге вызвал Беллу на разговор об усилении внутреннего контроля и введении комендантского часа. Слишком много оппозиционеров выловили сотрудники Безопасности, слишком высоко подняла непокорную голову матушка-революция, призрачной громадой отбрасывая тень на лица их всех. «Почему вы не можете подарить всем чистую землю, свободную от радионуклидов, и свежую воду, как и лучшую жизнь?» «Почему их вчера пропустили через границу, а мы стоим в очереди третий год?» «Зачем…» — Затем, — хотелось прокричать Белле. — Затем, что у Красных Гор в разы меньше и незагрязненных территорий, и ресурсов в виде жилья, еды, инфраструктуры. Она едва удержалась, чтобы не выступить с резким заявлением, что они не боги, и не даруют путёвки в рай всем желающим. Что нужно мыслить реально, а не норовить оттяпать руку по плечо, когда протянули палец. Недовольство росло, и Белле казалось, что она сходит с ума. Иногда ночью она лежала без сна, думая как проклятая и не находя решения. Порой казалось, что его и не существовало. Горы не останутся в стороне, а, значит, пора принимать нужную. Прислушается ли к ней Риддл хотя бы вполуха, когда станет полноправным руководителем Объединенного государства? Кем станет она, когда перестанет быть самостоятельной фигурой на доске Материка? Где окажутся её близкие, кроме как в опале режима Риддла? И самое главное — что станет с Дельфини, если Роули не переживет ветра перемен? Вопросы парили в комнате, мешая дышать, и осыпались пеплом на чёрные кудри. Она истерически рассмеялась, откидываясь на спинку кресла бронированного автомобиля. Не будь у неё близких, она пошла бы босиком в сторону Равнин. Хотя, должно быть, так в конечном итоге и случится. Если бы она умерла завтра, то сегодня первым делом обняла дочь и ненадолго, хоть напоследок, хоть краем глаза увидела его, коснулась руки. Возможно, Риддл бы даже улыбался, гладя её по голове, перебирая локоны. Ехали долго. Давно скрылись из виду пограничные посты, мелькали разношерстные кроны деревьев, где-то зелёных, под стать времени года, где-то болезненно ржавых, где-то и вовсе черных, словно обожженных пожаром гамма-распада. Прокрутив несколько раз в голове возможные ответы на гипотетические заковыристые, хоть и обоснованные, претензии Дамблдора, Белла прикрыла глаза. Начинало клонить в сон. Подумать только, ещё столько пути, а затем несколько часов поездом… За окном лениво и монотонно тянулись Пустоши — формально ничьи территории с нестабильным фоном и зараженной водой. Не то чтобы находилось много желающих ими обладать. Здесь часто сновали бродяги, больные и прочие проходимцы. Машина резко затормозила, и Белла открыла глаза и непонимающе заозиралась. Взгляд выхватил колонну из нескольких БТР и вооружённых людей в незнакомой форме. Лица их, скрытые балаклавами, с обращенных на них взглядом безразличных глаз Белле не понравились. Разведка не располагала ни малейшими данными, что на этой местности идут боевые действия. Водитель протяжно посигналил. Человек, стоящий поодаль, отделился от группы вооружённых людей и направился к машине, держа автомат наизготовку. Один из её телохранителей тихо выругался. Водитель, опустив стекло, пробасил: — Что здесь происходит? На каком основании… На каком же основании здесь происходило осталось покрыто тайной, поскольку человек, молниеносно вскинув руку, снёс очередью голову водителю. Бархатную обивку салона окрасило бурым. Белла вжалась в сиденье и чуть съехала вниз. Обрывками вспоминались курсы Основ антитеррора, резонируя в такт бешено колотящемуся сердцу. Приплыли, называется. Приехали. Один из телохранителей молниеносно нажал кнопку блокировки дверей и, перебравшись вперёд и отодвинув труп, резко сдал назад. Раздался свист резины, и автомобиль стремительно набрал скорость. — Немедленно передай… — Нет сигнала, — отозвался второй, безуспешно нажимая кнопки рации. — Накрыли куполом помех, черти. Белла сжала руки в кулаки, стараясь успокоиться. Они уедут отсюда, обязательно уедут. Бедняга Вольтек — водитель, которому столь неудачно выпало сопровождать её сегодня. Беллу затошнило, едва она взглянула на то, что от него осталось. Металлический запах ударял в нос. Не успела она развить мысль, как сбоку мелькнула тень, и чудовищная сила отбросила их на обочину. Замелькали в бешеном круговороте деревья, дорога, заляпанный кровью и ошметками салон, и взорвавшись болью, наступила темнота. Последней мыслью было то, что Белла, неожиданно для себя, сегодня пристегнулась.                               *** Удар, ещё удар, скрежет и лязг металла. Белла открыла глаза, с трудом пытаясь сфокусировать расплывающийся взгляд. Она лежит на земле, и бордовый брючный костюм весь в грязи и крови, и разорван в нескольких местах. Руки скованы наручниками, и на неё недобро оглядывается мужчина в форме. Белла злобно улыбнулась, понимая, что ноги свободны, а из обуви на ней удобные и довольно массивные ботильоны. Собрав все силы, она точным движением ударила человека ногой в пах. Тот согнулся и взвыл, и сбоку донесся топот. Не дожидаясь развязки, Белла вскочила на ноги, стараясь не упасть. В голове звенело. Подбежавший мужчина замахнулся, чтобы поймать её локоть, когда она резким ударом кистей вверх и кпереди оглушила нападавшего. Голова запрокинулась, послышался мерзкий хруст, и человек завалился назад. Белла попыталась ударить третьего в челюсть, когда её отшвырнуло в сторону. Она рухнула на бок, больно пересчитав несколько каменных выступов, и сознание выхватило картину, развернувшуюся на мосту. Машина, в которой они приехали, странно гулко вздохнула, будто проседая вниз, а затем вспыхнула огненным облаком, и обугленные обломки полетели в стороны. Охваченный пламенем чёрный остов машины перекатился, перевернулся несколько раз, сминая ограду моста, и вылетел за ограждение, протаранив его. Раздался всплеск, и тёмные радиоактивные воды поглотили собой все. Белла почувствовала удар и привкус крови во рту, и сознание покинуло её.                               *** — Ещё будут распоряжения, Ваше Преосвященство? Мисс Блэк помещена в темницу, жива и относительно…здорова. Мужчина в длинном балахоне, украшенном камнями и серебристой оторочкой, кивнул. Его собеседник, чье лицо наполовину скрывал капюшон, подобострастно поклонился. Другую половину лица, которую мог бы рассмотреть случайный зритель, рассекал грубый шрам. — Да, и доложи Верховному жрецу. Если мы не получим результат, возможно, его заинтересует пленница. Кровь Блэков, говоришь? Мужчина тихо произнес заученную фразу. Голос его звучал с придыханием, а взгляд единственного глаза затуманился. — Тот, в ком течёт кровь Блэков, один искупит грехи многих, — процитировал он. Его собеседник в балахоне кивнул. — Не думаю, что женщина подойдёт, но попробовать стоит. Завтра отправишься к Риддлу. Мужчина низко поклонился и, получив одобрительный кивок, вышел.                               *** В дверь неуверенно постучали. В проёме показался Рабастан Лестрейндж, который пытался отдышаться после внезапной пробежки по лестницам. — На границе… Задержан представитель Братьев. Риддл с интересом склонил голову. — Говорил, что срочно хочет побеседовать с вами. Был, естественно, задержан. Селвин его допросил. — Ещё жив? Рабастан кивнул, нервно усмехнулся. — При нем, как утверждает, фамильное кольцо Блэков и прядь черных волос. Утверждает, что у Братьев в заложниках погибшая мисс Блэк. Требует аудиенции с вами. Риддл, листавший бумаги, замер. Медленно поднял глаза. Листы, небрежно опущенные на стол, слетели на пол. — Кольцо действительно Блэков? — Наш специалист утверждает, что тиснение подлинное. Для анализа волос, сами понимаете, требуется время. Но их передали в лабораторию. Риддл кивнул. — Собирай Ближний Круг. Рабастан вышел. Мужчина отрешенно смотрел на разлетевшиеся бумаги. Если проходимец не врет, то, очевидно, то немногое время, которым он располагает, стремительно истекает.                         *** — Мне доложили, что ты…желал аудиенции? Человек в чёрном балахоне с капюшоном кивнул. Руки были скованы наручниками, а подбородок заляпан пятнами запекшейся крови. Мужчина вперился недобрым взглядом единственного глаза в Риддла. Злобная усмешка исказила исполосованный шрамами рот. — Не помню, мистер Риддл, чтобы мы с вами пили на брудершафт. На лице Риддла не шевельнулся ни один мускул. Четверо охранников, конвоировавшие задержанного, моментально оживились. В бок мужчине с хрустом врезался кулак. Тот закашлялся, заляпывая пол. Риддл укоризненно взглянул на Селвина. Он послал негодующий взгляд излишне активному конвоиру. Широкоплечий детина слегка приуныл. — Полагаю, ты осведомлён, что секта, именуемая Братьями на крови, запрещена на территории Черных равнин? Мужчина неопределенно покачал головой. — И следует быть благодарным, что тебе сохранили жизнь и даже выполнили просьбу. — Безушловно, — прошепелявил мужчина разбитыми губами. Недоставало несколько зубов. Перестарались селвиновские церберы — надо будет побеседовать с их начальником о методах допроса. Хотя глупец что-то чрезмерно нагло себя ведет для человека, чья жизнь буквально висит на волоске. Волоске Беллы, который он с собой притащил. Если, конечно, не соврал. — Это все лирика, — отмахнулся Риддл. — У меня нет времени читать тебе лекции о нормах поведения. Хотел, кажется, что-то обсудить? Тот кивнул. — Мишш Блэк — наша заложница. Великий намешшник, — он тяжело ворочал языком, — предлагает ш-шоглашение. Риддл прищурился. — Мисс Беллатриса Блэк? Тот кивнул. Риддл взглянул на Селвина. — Кольцо у тебя? Один из охранников подорвался, выуживая кольцо в прозрачном пакетике. Изнутри пакет был вымазан чем-то темно-багровым. Риддл поморщился, изучая вещь. Ещё бы он не узнал кольцо, подаренное им самим. Вряд ли специалист ошибся. Он прекрасно помнил его на руке Беллы. Чёрные бриллианты удивительно сочетались с цветом её глаз. Хотелось злобно рассмеяться. Глупо было пытаться выдать его за фамильное украшение. Глупо и низко — весьма в духе этого сорта людей, чей представитель сейчас пачкал кровью мраморные полы его резиденции. Отдал вещдок подчиненному. Лениво прикрыл глаза. — И какое такое соглашение? На лице мужчины мелькнула самодовольная усмешка. Нет, Селвин не перестарался. Видимо, напротив, недодал ценных жизненных уроков. — Мы отдадим вам мишш Блэк, — отозвался тот. — И заключим перемирие. На бледном лице Рудольфуса мелькнула тень безумной надежды. Остальные переглянулись. Долохов сузил глаза, внимательно изучая начальника. Риддл чуть усмехнулся. — А что взамен? — Территории Шкалиштых гор до перешейка. В наше полное рашпоряшшение. Риддл рассмеялся, откинувшись на спинку кресла. — Может, и равнины отдать? Небольшой подарок, так сказать. Мужчина непонимающе уставился на него. Риддл посерьезнел. Чётко произнёс, чеканя каждое слово. — Ты настолько глуп, что полагаешь, будто меня заинтересует бывший союзник, который числится мёртвым, и, к тому же, больше никак не относится к управлению страной? Глаза задержанного подернулись злобой. — Обратись с подобным предложением к Регулусу. Может, удача повернётся к тебе…более приятным местом. Раздались смешки. Рудольфус неверяще переглянулся с отцом. Тот едва заметно пожал плечами. Лестрейндж, казалось, готов был разрыдаться. Вот идиот. — Наш не интерешуют Крашные Горы. Риддл пожал плечами. — Думаю, на этой ноте завершим разговор. Твои условия мне не интересны. Мужчина сплюнул кровью на пол, зло смотря на Риддла единственным глазом. Охранник, переглянувшись с Селвином, резким движением ударил задержанного в челюсть. Тот притих, затравленно озираясь. — Заметь, я сохраню тебе жизнь лишь для того, чтобы ты в точности доложил хозяину о нашем разговоре, — Риддл деланно небрежно поднялся, оправляя складки костюма. — Его доставить к границе. Селвин кивнул своим людям, и мужчину увели. Риддл обвел взглядом присутствующих. — Все свободны. Рудольфус, кажется, порывался что-то сказать, но Рабастан, молниеносно оглянувшись на Риддла, вытолкал брата за дверь. Старший Лестрейндж помялся, словно пытаясь вычитать что-то на лице Риддла, и тоже вышел. Мужчина зашёл к себе в кабинет, тяжело оперся о подоконник. Достал телефон, вызывая к себе Долохова. Потёр пальцами виски. Его душила бессильная ярость. Ну ничего, Белла Блэк. Если тебе удастся выжить, то впору будет завидовать мёртвым — сколько проблем ты принесла. Он физически ощущал, как убегают секунды под перестук невидимых часов. Злобно уставился на дверь. Где носит Антонина? Тот, как чувствовал, тут же показался в проеме. Легок на помине. — Антонин, нужно будет собрать армию. Штурм монастыря. Долохов тщательно скрыл удивление, лишь глаза едва заметно расширились. За что он его ценил, так это за понятливость. — Передай Мальсиберу и Эйвери, пусть готовят своих людей. Тот кивнул. — Командование возьмёшь на себя. Ещё кивок, и Долохов вышел. Риддл вздохнул. Особого желания общаться сейчас с Сильвием он не имел, но тянуть было нельзя. Спустя полчаса он заканчивал раздавать указания старшему Лестрейнджу. — Нужно немедленно переговорить с Регулусом. Вы трое едете со мной. Лестрейндж прищурился. — Могу я полюбопытствовать…чем обусловлено это решение? Риддл нервно вздохнул. — Я лишь пытаюсь опередить этого наместника, — он злобно выплюнул должность руководителя монастыря, — пока тот не сунулся к кому другому со славными предложениями. Регулус, конечно, не покойный Сигнус, но тоже пожертвует многим ради дорогой кузины. Сильвий внимательно наблюдал, и, казалось, не верил ни одному его слову. — Ну и нельзя забывать, что мисс Блэк много знает. Перед смертью её запытают до сумасшествия, пытаясь выудить государственные тайны. Компромат. Ещё что-то, удобное для плетения интриг. К сожалению, не могу допустить подобной утечки. — Ещё вопросы? — Холодно осведомился Риддл. Лестрейндж покачал головой. — Тогда приступай. Все должно быть сделано в кратчайшие сроки. У нас нет в запасе даже лишнего дня. Сильвий с каким-то странным пониманием заглянул в глаза собеседника и, кивая, поспешно ретировался. И правильно сделал. Ещё пара тончайших фирменных лестрейнджевских намеков, и он за себя не ручается. Он вообще-то о безопасности их всех беспокоится, а этим лишь бы слухи плодить и языком чесать. Тьфу.